Faerun: The Neverending Story

Объявление

Введите здесь ваше объявление.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Faerun: The Neverending Story » Фанфикшн » Струны, звезды и лед


Струны, звезды и лед

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

Струны, звезды и лед
Автор: Ms_Rusalka

Соавторы: Amarth

Фэндом: Забытые Королевства (Forgotten Realms)

Пэйринг или персонажи: эльф/человек

Рейтинг: R
Жанры: Гет, Джен, Романтика, Юмор, Фэнтези
Предупреждения: Мэри Сью (Марти Стью), ОМП, ОЖП
Размер: Макси, 232 страницы
Кол-во частей: 14
Статус: закончен

Описание:
Бард, колдун, жрицы-наемницы, гаремы, некромантия, смертоубийства и драконья кровь - что может создать такой странный коктейль из судеб столь разных жителей Фаэруна? Ну, если только, фанатичная организация чистокровных эльфов под названием Элдрет Велуутра.

Посвящение:
Всем полубезумным любителям вольных фрпг.

Публикация на других ресурсах:
Где угодно, но пришлите, пожалуйста, ссылку

Примечания автора:
Фанфик, выросший из вольной форумной ролевой игры. Всем было весело, не хочется, чтобы это веселье затерялось в просторах интернета)
Оригинал игры: http://forums.playground.ru/neverwinter … pg-558492/
Ребята, если вы играли с нами, и зарегистрированы тут, напишите, чтобы я добавила вас в соавторы.

https://ficbook.net/readfic/2883611

0

2

Глава 1
Где кончает свой бег колесница луны,
В сизом мареве памяти яркие сны:
Сны нехоженых троп и чужих берегов,
Незажжённых ещё и сгоревших костров.

В этих снах вьются ласточки взмахов руки.
Неземные мечты, как и ты, далеки.
Только пламенем взгляда, зажжённым не мной,
Освещаешь в ночи небосвод кружевной.

Но подхватит порыв золотая свирель -
Ты узнаешь, как может любить менестрель!
Песня ласточкой ввысь, прямо к солнцу в зенит,
Пусть тебя, мой далёкий, от бед оградит!

(с) Гайдукова Л.

*

      Облачные горы вполне оправдывали своё название. Солнце выглядывало лишь пару раз за те несколько недель, что лунная эльфийка пробиралась по извилистым тропам, стремясь уйти как можно дальше от магического портала ведущего из царства дроу. Моросил мелкий и противный дождик, утяжеляя плащ и порой доводя её до исступления. Бард могла бы пролететь наиболее трудную часть пути, создав крылья, но она твёрдо решила прибегать к помощи драконьей крови как можно реже. Возвращаться обратно в эльфийский облик становилось всё труднее, а Эреван-Хамелеон перестал откликаться на её зов.
      Укрывшись в очередной пещере от непогоды, и разведя костёр, кутавшаяся в плащ эльфийка откинула с лица капюшон. Пламя костра отразилось в синих глазах, заплясало в зрачках, словно откликаясь на молчаливый зов. Она на миг опустила голову и когда подняла вновь, в глубине глаз уже не плескалась лава, а лишь золотистые искорки, свойственные лунным эльфам. Неспешно перекусив, девушка принялась заплетать длинные, иссиня-чёрные волосы в косу, рассеяно всматриваясь в проём, сквозь который мерцали звёзды. Уже довольно давно она рассталась со своими спутниками и в какой-то мере наслаждалась одиночеством и свободой. Но неожиданно возник страх, нарастающий с приближением ночи. Серебряные эльфы предпочитали лунный свет солнечному, и струны её души, воплощаемые в музыке, мелодичнее всего звучали именно по ночам, когда, даже столь давно оторванная от своих сородичей, девушка брала в руки украшенную перламутром мандолину. Вспоминая танцы Полночного Прыжка, посвященные Эревану-Хамелеону, эльфийка чувствовала, что её весёлый и хаотичный бог отвечает ей, даруя покровительство и защиту. В последнее время это происходило все реже, бард слишком сильно окунулась в магию Ученика Дракона, позволив той завладеть её сущностью. Когда-то эльфийке было любопытно пройти этот путь до самого конца, получить новые способности и знания. Теперь же приходило понимание, что она ввязалась в то, что ей не по силам.
      Девушка вздохнула с облегчением, когда перед ней раскинулись живописные равнины, покрытые аквамариновыми лесами, утопающими во влажном тумане, парко стелющемся над бурой землей. Одиночество и мрачность гор уже начинали угнетать, и стоя на верхушке каменной насыпи, бард с удовольствием подставляла лицо ветру, разгоняющему облака над головой.
      Путешествие по безлюдным землям затягивалось, и лунная эльфийка мечтала лишь об уютной таверне, горячей пище, приготовленной не ею, и мягких перинах. Две бессонные ночи, она продолжала свой путь, выматывая себя до предела, боясь заснуть и увидеть кровавые сны, посещавшие её с тех пор, как драконья магия начала брать над ней верх.
      Постепенно становилось теплее, хотя она явно находилась в северной части страны, которую старая магическая карта определила как Амн. Эльфийка успела побывать здесь несколько десятилетий назад, но лишь проездом. Корабль, на котором она путешествовала, останавливался на пару дней в прекрасной Аткатле.
      От усталости и теплого, баюкающего ветра слипались глаза, и каждый новый шаг давался с трудом. Опираясь на самодельный посох, бард продолжала свой путь, внимательно глядя под ноги, когда неожиданно растительность расступилась и тропа, которую усталые глаза заметили не сразу, вывела девушку к дому, походившему на трактир.
      Удовлетворённо вздохнув, эльфийка выбросила посох и пошла к дому, рассматривая старое скособоченное здание, крытое серой черепицей, густо заросшей мхом и даже травой. Заливисто пели птицы, солнце клонилось к закату, и мир казался прекрасным и мирным.

      Стучали кости, громко ударяясь о стенки чашки. Собравшиеся за столом затаили дыхание, ожидая, когда резные кубики упадут на исцарапанный, едва оттертый от липких пивных пятен стол. Похоже, тот, кто кидал кости, единственный за столом сохранял спокойствие. На бледном лице словно застыла скучающая, почти презрительная гримаса. Парный удар. Тревожное молчание.
      - Мошенник! Он жульничает! - Срывающимся голосом выкрикнул проигравшийся в пух и прах чумазый шахтер. И тут же его крик подхватили остальные.
      Странному незнакомцу, недавно заглянувшему в этот придорожный трактир, сегодня поразительно везло. А последний бросок показался завсегдатаям трактира издевательством. Они повскакивали с мест, но бледный парень опередил их. Он отскочил и принял боевую стойку, казалось, происходящее его лишь забавляет. Толпа уставших, хмурых, во многих случаях нетрезвых людей окружила Фьерна, из неё раздавались обвинения в жульничестве и обыгранные яро хотели возвращения средств и, разумеется, моральной компенсации.
      Молодой колдун был оскорблен в лучших чувствах, он никогда не жульничал, играя в кости. Порой ему случалось слегка изменять ход игры в картах, но сейчас он играл абсолютно честно, и подозревал, что тот, кто кричал больше всех - сам не чист на руку. Копье Фьерна оставалось пока за спиной, впрочем, и без него он, пожалуй, смог бы расправиться с ними всеми.
      Самый недовольный, наконец, вышел вперед (вернее был вытолкан своими дружками) и, выпятив пузо, торчавшее из расстегнутой войлочной жилетки, заявил:
      - Отдавай мои… наши... наши! Деньги!
      - С чего это? - Колдун поднял черную бровь, и изобразил на лице изумление. - Они мои, потому что я их выиграл.
      - Ты жулик! Ты вор!- продолжал местный.
      - Это я-то жулик? - сощурился колдун. - А ты докажи!

      Усталость притупила бдительность эльфийки, иначе бы она ещё на улице обратила внимание на странный шум в таверне. Но отвыкшая от суеты и людей девушка списала это на обычный городской гомон. Войдя в дверь, она остановилась на пороге, окидывая взглядом помещение. В одном углу сгрудилась кучка мужчин, которые явно о чём-то спорили, за барной стойкой толстый трактирщик лениво протирал стаканы, не обращая внимания на происходящее.
      Эльфийка пожала плечами и направилась к нему. Половицы противно заскрипели под её ногами, а когда девушка подошла к стойке, в глаза сразу бросились заляпанные кувшины и бутылки, и грязная столешница. Таверна явно была не из лучших. Что ж, выбирать не приходилось. Девушка попросила эля, не надеясь получить здесь настоящее эльфийское вино, и самолично протёрла кружку носовым платком. Хозяин всё так же лениво выполнил ее заказ и осмотрел девушку с головы до ног. Она встретила его взгляд, слегка приподняв изящную бровь, и сделала хороший глоток. Эль, вопреки ожиданиям оказался вполне приличным, и его мягкая горечь приятно смочила пересохшее горло барда.
      Появление в таверне девушки не прошло незамеченным для недовольных игроков. Кто-то из кучки бросил взгляд сперва на неё, потом на холодно ухмыляющегося колдуна. Видимо, сделав какие-то свои, пьяные выводы выкрикнул:
      - Да он же того! Выкормыш эльфий поди! Из тех, что третьего дня хутор за лесом вырезали! С ней он, - он указал на эльфийку за стойкой. - Бей их! Проклятых!
      Тут уж повскакивали не только игроки, но и другие посетители, и стали надвигаться на странников. Фьерн бросил на эльфийку хмурый взгляд, выхватил из-за широкого, тисненого кожаного пояса кинжал, и, отступая к выходу, выставил его навстречу толпе, другую руку он отвел назад, на кончиках длинных гибких пальцев возникло бело-голубое свечение.
      Пристально наблюдавшая за группой мужчин эльфийка, одним махом допила эль, сунула в грязную лапу трактирщика монетку и соскочила со стула. Светлокожий мужчина, с длинными темными волосами походил на полуэльфа, и хотя лунная эльфийка сразу поняла, что он человек, местным выпивохам они могли показаться похожими. Встретив колючий взгляд незнакомца, так быстро впутавшего её в неприятности на новом месте, она вызывающе посмотрела в ответ, затем положила руки на кинжалы на бёдрах, но доставать их пока не спешила. Вместо этого она решила спеть песенку. При первых же звуках её голоса, мужчины замерли, зачарованно глядя на девушку.
      Обмен сердитыми взглядами вызвал у человека задорную ухмылку, он быстро сжал пальцы в кулак, и белое свечение стало ярче. Брюнет выкрикнул слова заклинания и швырнул что-то в толпу. Липкий от пивных луж пол покрыла гладкая ледяная корка, завсегдатаи стали падать, распластываясь на льду, не в состоянии встать под действиями чар барда.
      Тут дверь открылась, и за спиной у колдуна возникло двое вышибал. Фьерн легко скользнул по льду в сторону уворачиваясь от них и оказался рядом с девушкой.
      - Кажется, переночевать в этой таверне у меня не получится, - пробормотала эльфийка, сердито поглядывая на колдуна. Ей не хотелось лишних жертв на новом месте пребывания, поэтому, быстро перебрав несколько вариантов, она прочла заклинание, затуманивающее разум. Лиловый туман расплылся по помещению, в том числе и в опасной близости от темноволосого незнакомца. Девушка дёрнула его за руку, в направлении выхода.
      - Туман действует на людей. Пойдём, он скоро рассеется. А мне не хочется устилать дорожку трупами. И откуда ты взялся на мою голову...
      Продолжая ворчать, эльфийка выскользнула из таверны.
      - Могу задать тебе тот же вопрос, - хмыкнул человек, отгоняя от лица волшебный туман и выскакивая следом, в обход застывших вышибал. - До твоего прихода я, пожалуй, смог бы от них отговориться.
      - Если я отвечу, ты можешь и не поверить, - усмехнулась в ответ девушка, кутаясь в плащ, и быстро забегая за угол таверны. На улице стемнело, и загорались первые звёзды.
      С тоской поглядывая на освещённые окошки таверны, эльфийка обратилась к колдуну:
      - Лошади, у тебя, конечно, нет? И где ближайшая таверна ты не в курсе?
      - Конечно, коня нет... Меня сюда как бы спонтанным порталом выкинуло. И я даже этот регион с трудом определяю, но город вроде недалеко должен быть. Мне так вчера на дороге какой-то пилигрим сказал.
      Похоже, незавидное положение, в котором оказалась парочка, изрядно забавляло колдуна, с его резковато очерченного лица улыбка так и не сходила. Тут взгляд его светлых глаз уперся в коновязь, где ждали своих хозяев несколько лошадей.
      - А за конокрадство тут не четвертуют? - спросил он у эльфийки.
      Быстро стрельнув глазами в сторону коновязи, затем на колдуна и на окна таверны, эльфийка пожала плечами и поспешила к лошадям.
      - Это Амн, если ты не знал, - заметила она, отвязывая пегую кобылку, а затем ненадолго задерживаясь у других коней. - У меня есть карта, но о здешних законах я знаю мало.
      Через мгновение она уже сидела на лошади, рассматривая незнакомца, который продолжал всё так же раздражающе ухмыляться.
      «Интересно, что это его так веселит…»
      - Ну, счастливо оставаться, и советую в следующей таверне быть осторожнее, когда жульничаешь...
      - О, я непременно приглашу тебя посмотреть на то, как я действительно, жульничаю. Возможно, что-то и заметишь, - колдун легко вскочил на высокого белого конька и подобрал отвязанный повод. - Ну что, в город, или куда там еще твоя карта рекомендует?
      Эльфийка довольно надменно улыбнулась в ответ и, глядя в темноту, между стволами деревьев, заметила:
      - Что, выбрал самую приметную лошадь? Довольно смело... И глупо.
      Затем, тряхнув, упавшими на лицо волосами, она пустила кобылу галопом по дороге ведущей от таверны, в противоположную сторону от гор. Сначала нужно было убраться подальше отсюда, а если их вздумают догонять, далеко не ускачут, так как на двух оставшихся лошадях, она незаметно подрезала подпругу.
      Фьерн зевнул, держа конька вровень с лошадью барда.
      - Заметному человеку - заметного коня, - хмыкнул он, - кстати, красотка, почему тут эльфы режут людей, ты не в курсе?
      Глаза эльфийки слегка расширились, но она придержала, готовые было сорваться слова в ответ на фамильярное обращение.
      «Что с них взять - с людей. Их жизнь слишком коротка, чтобы они успевали учиться манерам».
      - Я могу высказать предположение, но не думала, что они добрались и до Амна. Вряд ли Организация встретит здесь особо тёплый приём, - пробормотала девушка, не заботясь о том, услышит ли колдун её слова сквозь гудящий в ушах ветер. Дорожка постепенно расширялась, явно переходя в обширный тракт, а лес становился всё реже. После тёмных подземелий дроу и блужданий в сырых Облачных горах, девушка ощущала приятное возбуждение от свежих порывов ветра, запахов леса и необъятного неба над головой.
      Слова об «организации» Фьерн расслышал четко, и подумал, что, похоже, спонтанный портал оказался не таким уж спонтанным, и что здесь он сможет что-нибудь найти по... проблеме Вессалора. Это слегка обнадеживало, как и увесистая добавка в виде выигрыша в кошельке на поясе.
      Скачка продолжалась довольно долго, но вскоре усталость, вызванная двумя бессонными ночами, вернулась, навалившись с новой силой. Почувствовав, что если не поспит хоть пару часов, то просто задремлет и свалится с седла, бард начала присматривать место для остановки. Наконец, эльфийское зрение различило небольшую поляну в просвете среди деревьев. Девушка остановила лошадь, спрыгнула с неё и взяла под уздцы.
      - Я собираюсь отдохнуть здесь, раз уж в таверне не удалось, - с трудом сдерживая зевок, произнесла она. - Если тебе нужна карта, подожди, пока я отдохну. Но не вздумай красть её пока я сплю, лучше тебе не встречаться со мной, когда я в гневе. С другой стороны - ты можешь ехать дальше, возможно встретишь кого-нибудь, кто подскажет дорогу.
      Фьерн смерил эльфийку изучающим ледяным взглядом.
      - Ну что ж, - он криво ухмыльнулся, - надеюсь, заклинаниями ты разбрасываешься столь же легко как обвинениями и подозрениями, и легко справишься с местными бандитами. Настоящими бандитами и ворами. Счастливо оставаться. - Он тронул пятками бока коня и прошептал заклинание Темновиденья, подумав мимоходом, что им стоит зачаровать какое-нибудь колечко.
      - А с чего я должна доверять первому встречному, да ещё, втянувшему меня в неприятности в таверне, - бросила эльфийка ему в след, и стала пробираться на поляну. Спать, конечно, хотелось, но она снова ощущала, как приближается страх перед снами и от этого, настроение резко ухудшилось. Предстояла очередная одинокая ночь, наполненная кошмарами и видениями.
      - А с чего я должен думать, что ты не из них, - притормозив, осведомился Фьерн, оборачиваясь к ней. - И не всадишь мне кинжал в спину во сне только потому, что я человек? Хм… Может, раз в гневе ты так сильна, как говоришь, то ты специально спровоцировала ту мизансцену в таверне, - в голосе колдуна не было обвинения, скорее легкая насмешка.
      Уже погрузившаяся в собственные мрачные мысли, эльфийка вздрогнула, вновь услышав его голос и обернулась, разглядывая силуэт наездника сквозь ветви деревьев.
      - Разве я убила хоть кого-то из присутствующих в таверне? Хотя могла бы и весьма легко, - ответила она, напряжённым голосом. - Вряд ли ты просто поверишь, если я скажу, что в Организации я желанный гость... Но лишь в качестве пленницы.
      - Я тоже никого не убил, хотя мог бы сделать это одним взмахом руки, - вновь пожал плечами колдун. - Ты подозреваешь меня, я тебя - все закономерно в этом мире. Хм, просто так, может, и не поверю, уж прости. А если по порядку расскажешь…
      Слова эльфийки о «пленнице» пробудили в нем некоторое весьма не праздное любопытство, но он пока не давал ему особой воли. Конь под Фьерном тихо заржал и переступил с ноги на ногу, мол: «Всадник едем, али как, ночь скоро».
      - Так чего ты от меня хочешь? Услышать историю всей моей бурной жизни? - усмехнулась эльфийка, устало потирая висок. Вокруг царила ночь, и лес был необычайно тих. Внезапно девушка почувствовала себя неуютно. Их голоса, звучавшие в темной тишине леса, показались ей пронзительно громкими. Понизив голос, она сказала насмешливо, словно пытаясь отогнать неприятное ощущение:
      - Коли ты меня боишься, так езжай дальше.
      - Я не боюсь тебя, красотка, - спокойно ответил Фьерн. - Но и навязываться женщине, которой неприятно мое общество у меня привычки нет. А женщина, которая заведомо считает меня вором, вряд ли жаждет продолжения столь... хм... красочного знакомства.
      Спокойный тон колдуна рассеял напряжение, казалось, напитавшее пространство вокруг. Где-то заухала сова и, лес наполнился привычными ночными звуками. Эльфийка, отвела волосы с лица, удивляясь тому странному чувству, что возникло недавно. Видимо просто мгновение тишины сыграло неприятную шутку с уставшими нервами.
      - Воры меня не волнуют, у меня есть парочка знакомых среди них. Извини, если оскорбила тебя в лучших чувствах, видимо сказалась усталость и недели одиночества. О боги, я теряю навыки дипломатии, худшее, что может случиться с бардом, - она сморщила носик. - В общем, я делаю привал, как ты уже заметил, если хочешь, присоединяйся.
      - Что ж, я принимаю приглашение, - ответил Фьерн. Колдун спешился и вывел коня на поляну. Он привязал длинный повод к дереву и, стреножив жеребца, дал ему корма, найденного в седельной сумке. Порывшись в многочисленных мешках и котомках, колдун, наконец, нашел что искал и вернулся на дорогу. По щепотке бросая мелко измельченную смесь на тропинку, он заметал их след, идя от дороги обратно к месту стоянки.
      - Интересный способ… - заметила эльфийка, яростно копаясь в своей магической сумке, имеющей весьма обширное внутреннее пространство. Наконец она выудила тёплую скатку, на которую уселась, скрестив ноги. Лошади стояли чуть поодаль, создавая приятное, хоть и мнимое ощущение стены и защиты.
      - Да, ему не во всех магических школах учат, - ответил Фьерн, с новым оттенком в голосе. Он расстегнул пряжку темно-синего плаща и расстелил его на траве. – Но, тем не менее, он довольно эффективен. Если нарочно не искать следы такой магии, то никто ничего не обнаружит, а преследователи решат, что мы ускакали дальше по тракту... Костра разводить не будем?
      - Я тоже так подумала... насчёт костра... - ответила эльфийка и поёжилась. - Да и не люблю я огонь...
      Она помолчала некоторое время, затем, легла, положив сумку под голову и закутавшись в плащ. Глядя на звёздочки, мерцающие сквозь переплетённые ветви деревьев, она сонно спросила:
      - Как тебя зовут то?
      - Фьерн, - представился колдун, укладываясь на расстеленный плащ и подпирая голову кулаком. - Фьерн Маррун. А тебя, позволь узнать? Хм, без огня-то не замерзнешь?
      Сам мужчина остался в тонкой шелковой рубашке, белым пятном выделявшейся в лунном свете, но, похоже, прохлада ночи ему ничуть не досаждала.
      - Это скорее ты замёрзнешь, - покосившись на нового знакомого, ответила девушка. - А у меня кровь горячая... она меня согревает... Меня зовут Ру... - тут эльфийка слегка запнулась, а затем совсем другим тоном закончила: - Эвели Неррель.
      Давно она не произносила этого имени. С чего вдруг решила сейчас? Наверное, пугающие события последних недель, а также сны вызвали желание напомнить себе самой о том, кто она есть.
      - Рад знакомству, Эвели, - Фьерн сделал вид, что не заметил её оговорки. – Я-то не замерзну, мне холод брат родной, если не озверевает конечно, - пояснил он более шутливым тоном.
      Тут его походный мешок зашевелился, и из него вылезла белая пушистая голова сонного котенка, мяукнув на колдуна, он выпрыгнул из мешка и быстро убежал в лес на охоту. Колдун с еле заметной улыбкой проводил питомца взглядом. Эвели оторопело посмотрела на ещё колышущийся куст, за которым скрылся котёнок. Обернувшись к колдуну, она улыбнулась:
      - А ты полон сюрпризов. Сказал бы сразу, что носишь с собой такую прелесть, я стала бы более милой. Надо мне тоже кошку завести, да в последнее время не до того было. Моя последняя кошка, Луна, осталась в замке, куда я больше никогда не вернусь... - она вздохнула.
      - Так откуда ж мне это знать было? - улыбнулся Фьерн и резковатые черты его лица смягчились. - Это Иней. Я его только пару месяцев как взял, сам тогда лежал раненый, а он ко мне под бок залезал, да рану грел. Вот и привязались как-то друг к другу. Я на ноги встал, думал уходить, а он за мной, да я только милю спустя это обнаружил, ну не возвращаться же… Вот с тех пор вместе.
      Пока колдун говорил, эльфийка беззастенчиво изучала его лицо, задумчиво перебирая пряди волос. Наконец, чувствуя, что бороться со сном уже нет сил, она пожелала мужчине приятных снов и, перевернувшись на другой бок, нырнула в сон без сновидений. Фьерн еще какое-то время лежал, глядя на звезды и размышляя о событиях прошедшего дня, потом мысли плавно перескочили на дело, приведшее его сюда, и колдун помрачнел. Решив, что утро вечера мудренее он завернулся в плащ и задремал. Под утро явился довольный, сытый и усталый Иней, и, свернувшись клубочком, устроился у Фьерна на груди.

**

      В темную комнату практически не проникал свет с улицы - окна были занавешены плотными шторами. Сама комната была ничем не примечательна, взгляд в ней мог остановиться только на внушительной статуе в центре и неподвижно застывшей перед ней девушке. Халлира сжимала в руке амулет, от вида которого многие шарахались в сторону - белый череп на черной вспышке солнца, символ Кайрика, к которому сейчас и обращалась эльфийка. Она любила проводить время в этой мрачноватой комнате, где ее никто не тревожил, и жрица могла побыть наедине с собой и своим богом. Правда, она давно здесь уже не бывала - в Аткатле наемница оказывалась не часто. Но как только девушку вновь забросило в этот город, в первую очередь она наведалась к своим старым знакомым из Пламени Темного Солнца, чтобы узнать последние новости и заодно отдохнуть с дороги.
      Негромкий стук в дверь оторвал эльфийку от ее размышлений. Девушка тихо вздохнула - стоило догадаться, что долго ее уединение не продлится и наверняка найдется кто-то из ордена, кто захочет поговорить с редкой гостьей. Она отвернулась от статуи, глядя на высокого немолодого мужчину с темными волосами, слегка посеребренными сединой, и резковатыми чертами лица.
      - Здравствуй, Халлира, - голос мужчины был под стать его внешности - звучный и властный. - Давно не виделись. Ты стала редкой гостьей в Аткатле. Не скажу, что не рад тебя видеть, но что привело тебя сюда?
      - Торрен, - эльфийка приветственно кивнула старому знакомому, намеренно проигнорировав его вопросы. Распространяться о том, что она делает в городе, в котором не была уже больше года, ей не хотелось. Внимательные глаза Торрена изучили наемницу. Глядя на ее непроницаемое лицо, он только пожал плечами.
      - Вижу, ты не собираешься мне ничего объяснять, - в его голосе скользнуло легкое недовольство. - Ну что ж, дело твое. Но, может быть, ты хотя бы удовлетворишь мое любопытство? До меня доходили слухи, что ты связалась с Ночными Масками... Это правда?
      - Давай не будем об этом, - Халлира поморщилась. Она ненавидела рассказывать, кому бы то ни было о своей работе и заданиях. Девушка снова повернулась к статуе, чтобы избежать проницательного взгляда мужчины, но он, похоже, уже сделал правильные выводы. Не оборачиваясь, она негромко спросила: - Надеюсь, ты позволишь мне какое-то время побыть здесь?
      - Позволю, - после недолгого молчания отозвался Торрен. - Твоя комната пустует.
      Девушка молча кивнула и, взглянув напоследок на статую Кайрика, вышла из часовни. Торрен проводил ее взглядом и усмехнулся, подумав, что эльфийка совсем не изменилась. Глянув на захлопнувшуюся за Халлирой дверь, он повернулся к статуе.
      Жрица неспешно пошла по коридору, вспоминая такой знакомый интерьер общего дома. Наконец девушка остановилась перед большой дубовой дверью и вошла в свою комнату. Здесь все осталось нетронутым - та же кровать, зеркало, кресло, камин, у которого она любила сидеть вечерами. Даже в гардеробе висело несколько платьев, которые она оставила, покидая Амн.
      В комнату тихо постучали. Открыв дверь, эльфийка увидела совсем еще молоденькую служанку, смотревшую на нее со страхом и в то же время с каким-то затаенным восхищением. В руках девушка сжимала конверт. Халлира не успела сказать ни слова, как служанка сунула ей письмо и убежала. Нахмурив аккуратные светлые брови, эльфийка захлопнула дверь и, опустившись в кресло, распечатала конверт. Быстро пробежав письмо глазами, девушка слегка улыбнулась. Одной из причин ее прибытия в Аткатлу стала просьба весьма близкого знакомого из Ночных Масок. Он сообщил, что его контактам из Гильдии Торговцев требуется помощь толкового наемника в одном важном деле, правда, уточнять, в каком, не стал. Халлира, давно собиравшаяся навестить приятелей из Пламени Темного Солнца, решила совместить приятное с полезным. Теперь работодатель приглашал ее на встречу. Снова улыбнувшись, эльфийка бросила письмо в камин, глядя, как огонь быстро превратил бумагу в кучку пепла.

***

      Халлира проспала ночью всего пару часов, не потому что волновалась перед предстоящей встречей - звездная эльфийка просто не привыкла много спать. Солнце еще только поднялось, когда девушка покинула орден, намереваясь пройтись по Аткатле и заглянуть к нескольким знакомым торговцам, чтобы пополнить свои запасы зелий. Она ненавидела варить их самостоятельно.
      Когда до назначенной встречи оставалось чуть меньше часа, Халлира направилась к одной из своих любимых таверн. Столик, отгороженный от любопытных глаз ширмой, за которым она обычно назначала встречу своим подельникам еще пустовал, поэтому девушка уселась у стойки и заказала себе эля, решив сперва хорошенько рассмотреть своего нанимателя. Долго ждать не пришлось - глянув в сторону хлопнувшей двери, Халлира заметила невысокую беловолосую эльфийку, походившую на дроу. Та направилась к интересующему ее столику и скрылась за ширмой.
      В отличие от Халлиры, Шади плохо выспалась в эту ночь. Задание, что ей поручила Гильдия Торговцев Амна, беспокоило полудроу. Наемница должна была проникнуть в организацию, куда с ее эбеновым цветом кожи и белоснежными волосами и на милю не подпустят. Хорошо еще, что ей дали контакт другого наемника, которому можно было перепоручить это дело. Но Шади не нравилось, что ее собственный успех зависит от успеха третьего лица. В ожидании жрицы, она заказала себе чай, который вскоре принесли на маленьком подносе.
      Неторопливо допив эль, Халлира бросила на стойку пару монет и, подошла к столику, за которым попивала чай ее потенциальная работодательница. Девушка плавно опустилась на стул напротив, одновременно сбрасывая с головы капюшон.
      - Добрый день. Меня зовут Халлира, - голос эльфийки был негромким и очень мелодичным.
      Шади оторвалась от созерцания чая в чашке и подняла голову. Наемница, сидевшая перед ней, казалось, идеально подходила для выполнения задания – красивые серые глаза, светлые волосы. Типичная звездная эльфийка, каких впрочем, не в каждом городе встретишь.
      - День добрый. Меня зовут Шади, - представилась она, делая акцент на последнем слоге. - Сразу перейдем к делу, вы не против? Вы слышали об организации Элдрет Велуутра?
      Звездная эльфийка нахмурилась.
      - Приходилось слыхать, - отозвалась она.
      В своих многочисленных путешествиях по Фаэруну Халлира видела предостаточно всяческих орденов и организаций, слухи о которых варьировались от полнейшей чепухи до относительной правды. Девушка слегка прищурилась, пытаясь вспомнить все, что она когда-либо слышала об Элдрет Велуутра – Победном Клинке Народа.
      - Мне придется иметь дело с этой организацией?
      - Да, именно с ней. Нужно проникнуть туда и разузнать об их планах относительно Аткатлы, - объяснила Шади. - Они там признают только чистокровных эльфов, поэтому сама я не смогу выполнить это задание. А вы готовы взяться за него?
      Халлира понимающе кивнула - из того, что она знала об Элдрет Велуутра, следовало, что людей члены этой организации очень не любят, как впрочем, и дроу - что уж было говорить о Шади, которая, как теперь поняла эльфийка, была полудроу.
      - Думаю, я готова попробовать, - ответила девушка. - Но мне нужно знать, в чем состоит моя задача. И желательно поподробнее.
      - Сложно перечислить подробности, - ответила Шади. - Необходимо узнать об их планах касательно людей и полукровок. И зачем им на самом деле необходимо сотрудничество с Гильдией Купцов. Работа будет хорошо оплачена.
      На губах звездной эльфийки промелькнула легкая улыбка - она как раз собиралась уточнить вопрос оплаты. Девушка ввязывалась в это дело не из-за денег, ведь она обещала Дэвену помочь его знакомым из Гильдии Торговцев, но монеты никогда не были лишними.
      - Хорошо, я возьмусь за это, - голос наемницы стал деловитым. - Есть какие-то идеи по поводу того, как я должна проникнуть в Элдрет Велуутра? Или вы считаете, что они с распростертыми объятиями примут меня в свои ряды?
      - Конечно, так просто туда не попасть. Насколько я знаю, есть два способа. Нужно либо иметь уже своего человека в Организации, который может представить тебя лидеру ячейки. Либо нужно доказать свою приверженность их политике действиями, и тогда они сами тебя заметят. Но это может занять довольно много времени. В любом случае, понадобится как можно более рьяно выражать свое негативное отношение к людям и эльфам-полукровкам, - Шади ненадолго замолчала и сделала глоток из чашки. - И как только вы окажетесь внутри, вы разузнаете, собираются ли они делать что-либо, что может помешать деловой жизни Амна в целом и Аткатлы в частности. Как вы думаете, сколько времени у вас это может занять?
      Халлира пожала плечами.
      - Своего человека в Организации у нас, как я понимаю, нет, следовательно, остается второй вариант. Насчет времени точно сказать не могу - это может занять как несколько дней, так и несколько месяцев. И кстати... Как я должна доказать свою приверженность политике Элдрет Велуутра? Убивать людей и полуэльфов, пока они не обратят на меня внимания?
      - Убивать или угрожать, выказывать свою неприязнь ко всем, кроме чистокровных эльфов. Насколько я знаю, там ценят подобных фанатиков. Впрочем, члены этой организации слишком подозрительные. Если им хоть что-то не понравится, они убьют, не задумываясь. Если им покажется, что кто-то слишком уж жаждет попасть в их круги. - Шади задумчиво побарабанила пальцами по столу. - Чтобы все прошло быстро и относительно гладко, лучше, если в Организацию проведет кто-то изнутри. Но этот кто-то не должен догадываться о ваших истинных намерениях. Чем быстрее справитесь с заданием, тем больше будет оплата, гарантирую.
      На кону стояла деловая репутация полудроу и она не собиралась отказываться от нее, не испробовав все возможные способы.
      Халлира слегка нахмурилась, раздумывая над поставленной задачей и одновременно пытаясь вспомнить, кто рассказывал ей об Элдрет Велуутра. Кажется, это был один знакомый по Пламени Темного Солнца. Эльфийка еще немного подумала и вспомнила кто - высокий и необычайно надменный солнечный эльф, которого она недолюбливала, но иногда им приходилось вместе выполнять задания ордена. В голове у девушки созрел план.
      - Кажется, я придумала, что можно сделать, - негромко сказала Халлира. - Надеюсь, получится.
      - Хорошо, - Шади коротко кивнула. - Мне говорили о ваших способностях. Так что вот ваш аванс, - девушка поставила на стол небольшой мешочек с золотыми монетами и подвинула его в сторону Халлиры. - Все дополнительные расходы также будут покрыты. Как вы понимаете, дело чрезвычайно секретное, поэтому не стоит ни через кого передавать информацию. Вы всегда сможете найти меня здесь. У хозяина таверны можно узнать, когда я буду в ближайшее время. Договорились?
      - Договорились, - Халлира взяла в руки мешочек с золотом и спрятала под плащом, про себя оценив его тяжесть - похоже, на этом деле можно было неплохо заработать - правда, и задание было не из легких. - Тогда до встречи. Если у меня будет, что рассказать, или появятся вопросы, я разыщу вас.
      Кивнув напоследок Шади, эльфийка вышла из таверны и неторопливо побрела по улице, обдумывая, как бы ей схитрить, чтобы Хейден привел ее в Организацию и поручился за нее. Сейчас девушка не сомневалась, что он был одним из членов Элдрет Велуутра.
      Шади проводила Халлиру взглядом. Несмотря на ее внешнюю хрупкость и изящество, эта девушка по всей вероятности была опасным противником. Оставалось только радоваться, что сейчас жрица Кайрика работала на ее стороне, и надеяться, что она не перейдет на противоположную. Шади вздохнула. Она так и не могла понять, почему ей, полукровке, да еще и полудроу, поручили это задание - разузнать о планах Элдрет Велуутра, ненавидящих как полукровок, так и дроу. В целом по жизни, Шади не слишком мешала примесь крови темных эльфов, но иногда это становилось камнем преткновения. Девушка помотала головой, отгоняя воспоминания, допила уже остывший чай, кинула на стол пару мелких монеток и вышла на улицу.

0

3

Глава 2
*

      Впервые за долгое время бард спала без сновидений, и так крепко, что не проснулась, даже когда по дороге промчались лошади преследователей из таверны. Благодаря магии Фьерна, всадники не заметили поляну, на которой укрылись человек и эльфийка, уехав далеко вперёд.
      Открыв глаза, когда в весеннем небе уже появилось яркое, похожее на золотистый блин солнце, Эвели сначала не могла сообразить, где она находится. Затем, воспоминания вернулись, и эльфийка поразилась себе - так беззаботно уснуть в присутствии незнакомца. Человек, с котёнком вызывал какое-то детское доверие, но она уже давно вышла из детского возраста, даже по меркам эльфов, чтобы позволять себе так расслабляться. Покачав головой, Эвели достала флягу, умылась и выпила воды.
      Фьерн проснулся довольно рано, но не предпринимал никаких действий. Во-первых, ему не хотелось будить Инея, во-вторых, новая спутница тоже еще спала. Так что колдун просто размышлял, грызя длинную травинку. Вскоре котенок куда-то убежал, а Фьерн умылся и проверил лошадей.
      - С утром, - сказал он Эвели.
      - Привет, - откликнулась эльфийка, расчёсывая длинные волосы и поглядывая на колдуна. - Ты, наверное, удивлён, что я не медитирую как обычные эльфы, а сплю как сурок. Это всё оттого, что я в последние годы слишком мало вращалась в эльфийских кругах, и мой организм подстроился под стремительный ритм жизни других народов. Поэтому я устаю быстрее и чаще, чем эльфы. Но и восстанавливаюсь тоже быстрее.
      Порывшись в сумке, Эвели достала немного вяленого мяса и лепёшек из водорослей, что выращивали дроу в своём подземном озере. Часть еды она предложила Фьерну.
      - Мне не в новинку спящие эльфы, - улыбнувшись, отозвался колдун, и добавил на общий стол фляжку с легким вином и несколько небольших алых яблок.
      После завтрака, который прошёл в молчании, так как каждый был погружён в свои мысли, путники вывели лошадей на тропу и продолжили путешествие. Дорога перешла в широкий тракт, правда несколько заросший и пустынный. Миля пролетала за милей, а Эвели и Фьерн так и оставались единственными путниками. К вечеру на горизонте показалось нечто похожее на небольшой караван.
      - Как-то уж больно малолюдно, - заметил Фьерн после очередного поворота дороги. - Хм, как попрятались все...
      Иней устроился на левой седельной суме и невзирая ни на что спокойно себе дремал. Эвели промолчала, вглядываясь в степной пейзаж. Над дорогой поднималась пыль, словно бы им навстречу ехали всадники. Но даже зоркий эльфийский глаз не мог видеть на таком расстоянии.
      - Кажется, у нас появилась возможность задать несколько вопросов. Приближается караван, - девушка приставила ладонь козырьком ко лбу. Закатное солнце било прямо в глаза. - Предлагаю обменяться новостями. А ты что думаешь?
      - Что выяснить текущую обстановку это не самая плохая идея, - отозвался колдун, щуря глаза на солнце, впрочем ничего толкового человек рассмотреть никак не мог. - Хм, а ты уверена, что это караван?
      Фьерн слегка нахмурился и передвинул копье за спиной так, чтобы быстрее его достать в случае чего.
      - Нет, откуда я могу знать точно, - фыркнула в ответ эльфийка.
      Постепенно облако пыли стало принимать очертания пятерых всадников. С виду это были обычные путешественники. Компания оказалась довольно разношёрстной. Полурослик, хитровато поглядывал из-под зелёного капюшона плаща. Худая бледная девица в сером платье и такой же накидке безучастно смотрела на колдуна и барда, а толстый, и явно очень сильный дворф с огромной секирой за спиной, неловко сидящий на толстом черном коньке, задумчиво хмурился. Двое людей - походивший на паладина мужчина в латах, с аккуратно подстриженной бородкой и рыжеволосая кучерявая женщина в лёгкой кольчуге, окинули Эвели и Фьерна оценивающими, внимательными взглядами. Первой заговорила женщина:
      - Приветствую. Моё имя Алана. Мы путешествуем и у нас мирные намерения.
      - Меня зовут Эвели, - улыбка тронула губы лунной эльфийки. - Мы уж и не надеялись встретить хоть одну живую душу в этой глуши.
      - Фьерн, - представился колдун, внимательно рассматривая компанию, пытаясь прикинуть род занятий каждого из приключенцев и соответственно потенциальную угрозу для себя. Делал он это скорей по привычке, чем действительно ожидая от них нападения, но привычка эта не раз спасала его бледную шкурку. - Мы направляемся в сторону города, что оттуда слышно?
      Рыжеволосая Алана перевела взгляд с Эвели на колдуна и, придерживая лошадь, которой явно не терпелось снова отправиться в путь, ответила:
      - Вы, конечно, имеете в виду Гриммор? Здесь, на севере, это единственный большой город, в котором такие искатели приключений как мы, могут пополнить свои запасы чем-то достойным. Сейчас там тише, чем обычно. В отличие от остальных городов, Воры Теней поддерживают могущественные купеческие семьи. Правда я слышала о некоторых убийствах, происходящих за пределами города - убийствах людей и эльфов. В итоге - и те, и другие весьма настороженно относятся друг к другу, и атмосфера сгущается с каждым днём всё больше. Поэтому довольно удивительно видеть такую парочку как вы, - с усмешкой закончила она.
      - А причина таких конфликтов неизвестна? - осведомился Фьерн. Когда белый конек колдуна остановился, Иней проснулся, недовольно тряхнул ушастой головой и, цепляясь коготками, перебрался к человеку на колено, с любопытством рассматривая незнакомцев. Увидев Инея, бледноликая девица оживилась и подъехала ближе, слегка отпихнув своей лошадью лошадь Эвели. Она протянула руку к котёнку, надеясь погладить его. Лунная эльфийка бросила возмущённый взгляд на нахалку, но от комментариев воздержалась. Иней с интересом посмотрел на бледную девушку, боязливо обнюхал её руку, попробовал указательный палец на беленький клычок и стремительно нырнул Фьерну за спину, выглядывая оттуда, словно дразнясь.
      "Друидесса... Они все немного полоумные", – бард мысленно фыркнула.
      - Мы думаем, что кто-то намеренно разжигает конфликты таким кровавым образом, - подал голос мужчина, походивший на паладина. - Ведь убийства действительно кровавы, а я на своём веку повидал немало. Особой жестокостью отличились именно убийства людей. Нам даже пришло в голову, что здесь задействована чёрная магия, но разбираться, к сожалению сейчас некогда. Мы следуем к Облачным горам, чтобы проверить слухи о безобразиях белых драконов, нападающих на шахтёров.
      Эвели навострила уши, услыхав о чёрной магии, и закусила губу, задумавшись.
      - Вы считаете, что имеет место провокация с одной из сторон… Либо с обеих? - Фьерн повернулся к мужчине. – Черную магию использовали обе стороны? Как именно?
      За паладина ответила Алана:
      - Мы слышали только разговоры, подробностей, к сожалению, не знаем. Нам пора двигаться дальше, поэтому могу лишь пожелать вам счастливого и безопасного пути, - женщина посмотрела на Эвели. - Будьте осторожны, Амн необычная страна и женщины здесь более скромные, чем в других землях. Не попадите в неприятности, старайтесь не оставаться без мужчин.
      Эвели чуть улыбнулась и кивнула. Путешественники попрощались и разъехались в разные стороны. Колдун и бард продолжили свой путь, подгоняя лошадей, так как до Гриммора ещё было не близко.
      - Скажи, красавица, сколько по твоей карте еще до города добираться? - спросил Фьерн. - Успеем к ночи? - Отчего-то у колдуна возникло тревожное чувство, он не мог толком обозначить его природу, но что-то явно не давало ему продолжать путь спокойно. Нечто грозное витало в воздухе, словно надвигалась туча, неявная, туманная, полупрозрачная, но тревожная и липкая. Потому у Фьерна не было особого желания проводить очередную ночь вне городских стен.
      - Я уже думала об этом, и выходит, что вряд ли, - Эвели покачала головой. - Мы сейчас в самой глуши, так что ещё день точно. Коней загонять я бы не рискнула, так что нас ждёт ещё одна стоянка.
      Уже в сумерках они добрались до перелеска, в котором можно было устроиться на несколько часов, дать отдых коням и затёкшим мышцам. Эльфийке удалось подстрелить двух кроликов, что в большом количестве водились в этой местности. Девушка принялась свежевать их, предоставив колдуну развести небольшой костёр.
      - Послушай, Фьерн, - после некоторого молчания, заговорила лунная эльфийка. - Если ты попал сюда через какой-то портал, то что мешает тебе создать новый?
      Колдун взмахом руки направил небольшую молнию в кучу хвороста, накиданного на более основательные дрова, и полянка осветилась бодрым жарким пламенем. После этого колдун занялся своим конем. Иней совался под руку Эвели, его явно влекли парные тушки кроликов.
      - Во-первых, портал создал не я, это был результат довольно запутанного обряда. Мы пытались выяснить путь... Действия, что надлежит приложить… Таким образом выходит, если чары, конечно, не сбились, что это захолустье как-то связано со всем нашим делом... Хм... А во-вторых, порталы - это магия школы Преобразования, которая мне не слишком хорошо дается.
      Эвели закатила глаза:
      - Лучше бы ты не объяснял. Запутаешь кого угодно. Но я понимаю - у каждого свои секреты.
      Она отложила кроликов, схватила приставучего белого котёнка и чмокнула в нос.
      - Ну, если вкратце, - хмыкнул Фьерн, - то мне за порталы лучше не браться, со всех сторон боком выйдет.
      Иней замер, огромными глазищами глядя на эльфийку и прижав уши, потом его внимание привлек выбившийся из её прически локон, и он попытался поймать его, растопырив лапки. Эльфийка засмеялась, продолжая играть с котёнком и рассеянно слушая колдуна. Да уж, ей ли не знать, что порталы штука опасная. Сколько их было на её веку.
      Наигравшись с котёнком, она скормила ему часть кролика, а остальное, посыпав приправами из своей бездонной сумки, подвесила на веточках над костром. В скором времени, божественный аромат жареного мяса поплыл над лощиной. Девушка облокотилась спиной о поваленное дерево и, достав изящную мандолину, покрытую серебряными эльфийскими рунами, принялась медленно перебирать струны. Тонкие пальцы, лишь слегка задевали их, но инструмент послушно отзывался, складывая тихие переливы в едва уловимый, словно запах ладана, эльфийский мотив.
      Фьерн прикрыл глаза, стараясь отогнать ощущение навязчивой тревоги, погрузившись в мелодию, наигрываемую Эвели. Невольно он сравнивал её манеру играть с мотивами Вессалора, к которым привык за годы совместных странствий. От мелодии Эвели было совершенно иное настроение, более размеренное и лиричное, что позволило колдуну, на некоторое время отодвинуть свои тревоги. Ни в коем случае не забыть о них, но очистить разум, чтобы хорошо отдохнуть и быть готовым к встрече с возможной напастью.
      Продолжая играть, Эвели изучала лицо колдуна, пытаясь понять, о чём он думает. С лёгкой усмешкой она отметила, что он выглядит более расслаблено, чем раньше, значит, в какой-то мере доверяет ей. Это было свойственно человеческой расе, они быстро меняются и легко принимают эти перемены. Она и сама научилась этому, проводя большую часть жизни в человеческих городах. Тихо, чтобы не разрушить хрупкую тишину спокойного момента, Эвели пела, будто для себя, словно вторя своим воспоминаниям:

В блуждающих мирах
Моя осталась память.
Безумие и страх
Пылающим дождем
Застыли на цветах,
Пробившихся сквозь камень,
Что в солнечных лучах
Горит немым огнем.

Я помню красоту
Небесных океанов,
Эльфийскую страну,
Прекрасную, как свет.
Я помню чистоту
Природы дивных храмов,
Но вижу наяву
Лишь соль ушедших лет.

В небесных жемчугах
Сверкают горизонты,
И утро, все в слезах,
Дрожит росой в траве.
В своих хрустальных снах
Я вспоминаю звезды
В блуждающих мирах,
В зеркальной глубине...*

      Когда Эвели закончила песню, Фьерн, по-прежнему не открывая глаз, произнес:
      - Ты ведь чувствуешь... Что-то надвигается... Не можешь не чувствовать...
      Все сознание колдуна сейчас было подобно ледяному кристаллу, прозрачному и безупречно отточенному, безжалостно-беспристрастному. Если бы Эвели сидела к нему чуть ближе, то могла бы ощутить холодную ауру, сгустившуюся вокруг человека. Иней, давно закончивший свой ужин, сейчас внимательно смотрел на мужчину и его уши тревожно подергивались.
      Эвели аккуратно убрала инструмент в сумку и легонько повела плечами - ей показалось, что повеяло холодом.
      - Я уже чувствовала это вчера в лесу. Хотя возможно мы излишне впечатлительны. Все эти рассказы о черной магии, плюс новая для нас обоих страна. Даже эти незнакомые созвездия над головой, вызывают ощущение особой оторванности от привычных мест.
      Поужинав, они устроились спать, прислушиваясь к каждому шороху. Эвели опять снился кошмар. Огненное пламя, поглощающее её изнутри, струящееся по венам словно кровь. Жажда охоты и убийства, пронизывала всю ее сущность. Внезапно что-то ворвалось в сон, она почувствовала руку у себя на лице и широко распахнула глаза. Над ней склонился мужчина - давно небритое и покрытое шрамами лицо. Тёмные глаза смотрели на девушку, а сильная мужская рука зажимала ей рот.
      - Тише, тише, киска, - мужчина, продолжая крепко зажимать рот девушке, другой рукой, заломил ей руки за спину. - Ты же не хочешь разбудить своего приятеля, чтобы мы его убили. А мы своих не убиваем, нас и так скоро не останется из-за вас - проклятых эльфов. Вяжи ей руки, Ральф.
      Рядом выросла фигура второго мужчины, который принялся завязывать руки Эвели, крепко стягивая веревочные узлы. Эльфийка с отвращением, почувствовала, как рука первого мужчины, ощупывает её тело, а он тем временем продолжал говорить со своим напарником:
      - Какие всё-таки эльфийки красотки, а эта ещё похлеще других. Как раз то, что заказывали. Если такую красотку убить, как следует помучив, а потом бросить останки возле поселения эльфов, эти сволочи должны притихнуть.
      - Говори потише, я не уверен, что этот свиток с заклинанием сна оказался качественным, - буркнул в ответ его подельник.
      Они рывком поставили Эвели на ноги. Девушка покачнулась, но устояла, в груди все сжалось от бешеной злобы и ярости. Если бы бандиты были внимательнее, они бы заметили промелькнувшие в потемневших глазах эльфийки язычки пламени. На свою беду, тот, кто зажимал ей рот, не только не посчитал, что эльфийка способна на неприятности, но и убрал руку с её рта, собираясь сунуть ей кляп. Резко вдохнув воздух, Эвели дунула разбойнику в лицо - струя пламени вырвалась из губ эльфийки, окатив разбойника алым жаром. Огонь оказался настолько мощным, что от бедолаги остались лишь обугленные кости. Второй отшатнулся от девушки и, разинув рот, замер, бледный как мел. Медленно он вытащил клинок из ножен. Эвели стояла перед ним со связанными руками, но казалось, что она охвачена злым демоном. Ярость и мстительность горели в глазах барда, жестокость таилась в изгибе сочных пунцовых губ, каждое движение тела словно бросало ему вызов.
      К этому времени, заклинание сна, наложенное на Фьерна, почти потеряло свою силу. Сон колдуна был наполнен образами палящего солнца и нестерпимого зноя, с которыми ничто не могло справиться, а дорога по пустыне водила кругами. Он не помнил, как провалился в этот ненормальный сон, но вот плавящийся воздух перед глазами начал холодеть и темнеть. Остатки наведенного заклинания, скатились с него как капли воды.
      «Похоже, я слишком открыл сознание, медитируя перед сном», - колдун открыл глаза и тряхнул головой.
      В свете звезд и угольков костра он увидел Эвели, застывшую в странной позе, и агрессивного вида незнакомца, который стоял к нему боком. Тянуться за арбалетом было далеко, да и резкие движения могли спровоцировать врага. И тут он придумал... Роса... Погрузив ладонь правой руки во влажную душистую траву, колдун принялся направлять силу. Через несколько мгновений участок поляны за спиной бандита превратился в сплошной каток. Теперь оставалось только лишить его равновесия. Фьерн осторожно проделал несколько жестов рукой, и перед глазами громилы взорвалась вспышка яркого ослепительного света.
      Для разбойника это было уже слишком, глядя как завороженный в пламенеющие глаза эльфийки, он не слышал, как позади него пошевелился Фьерн. Поэтому вспышка света стала для мужчины настоящим шоком. Он рухнул на спину, думая, что проклятая эльфийка спалила его до костей, но при этом ощущая страшный холод. Эвели была так поглощена своими эмоциями, что не видела действий колдуна, и когда разбойник неожиданно свалился, она тихо зарычала, решив, что жертва уходит от неё. Увидев, что Фьерн проснулся, бард постаралась взять себя в руки и зажмурилась, до крови вонзив ногти в связанные за спиной ладони. Это отрезвило её и помогло справиться с гневом. Эвели приручила драконицу, но надолго ли, не знала сама.
      А разбойник тем временем бултыхался на обледенелой площадке, не понимая, что творится. Сперва огонь, потом свет, теперь лед. Он елозил по гладкому льду, как вытащенная из проруби рыбина.
      Фьерн легко поднялся на ноги, подошел к Эвели, и, осведомившись, в порядке ли она, рассек её путы кинжалом. Колдун повернулся к бандиту и прочитав Темновиденье наконец смог его толком рассмотреть.
      - Пожалуй, его стоит связать... - заметил мужчина, играя в ладони инеистым шариком, готовый пустить его в ход, если разбойник будет сопротивляться.
      Эвели растирала руки, на которых остались следы от тугих верёвок. Она с облегчением подумала, что ей повезло встретить колдуна, во всяком случае - пока он не подводил. Эльфийка с досадой ожидала расспросов о сгоревшем разбойнике.
      - Свяжем и допросим, - кивнула девушка, протягивая Фьерну верёвку. - Ты намного сильнее меня, ты и вяжи.
      Фьерн без лишних церемоний взял веревку, подошел к кромке льда, ногой отпихнул поверженного врага на траву и, упершись коленом ему в спину, прижимая тело к земле, принялся тщательно связывать ему руки. Запах паленого мяса привлек внимание колдуна, и он бросил беглый взгляд на еще дымящиеся останки.
      - Сообщник? - только и спросил он у Эвели.
      Эльфийка кивнула, делая вид, что рассматривает рукав своей рубашки. Тут она действительно заметила на ней рваную дыру и, разозлившись, пнула ногой в кожаном сапожке, лежащего на земле бандита.
      - Ах, вы мерзавцы, огня и льда вам мало. Я слышала о ваших планах убить меня и этим разозлить живущих, где то поблизости эльфов.
      Мужчина хрюкнул, получив удар в печень.
      - Стерва... - он поднял глаза на Фьерна и выругался, поскрипывая зубами. - А ты просто предатель, шляешься с эльфами, в то время как они убивают людей!
      - Ах, какая досада, - язвительно протянул колдун и потуже затянул узлы, - я просто дрожу от снедающих меня позора, стыда и раскаяния. Придется идти в служение к Ильматеру и принимать целибат. Если возьмут, конечно... - Фьерн слез с разбойника и вздернул его наверх, приводя в относительно горизонтальное положение. В пальцах мага продолжал искрить белый шарик. - Хм, значит ты из тех, кто тут провокации организовывает, - голос колдуна стал ледяным. - Как интересно... Я с удовольствием послушаю об этом.
      Мужчина упрямо насупился, но поглядывая на шарик в руке колдуна, всё же ответил:
      - За последние несколько лет эльфы больно распоясались, видимо забыли, как во времена Шунской Империи их поубивали пачками. Но раньше всё было достаточно мирно, так просто стычки, да драки, а теперь... Уже многих людей убили. Очень много человеческих девушек. И все смерти такие кровавые, словно ритуал какой-то. Может некромантия, кто их разберёт этих эльфов, - тут он бросил злобный взгляд на лунную эльфийку, которая внимательно его слушала. - И ни одного убийцы не нашли, но везде видели эльфов, в основном серебрянных. Так вот, кто посмекалистее решили - они нам мстят, хотят выжить из Амна, за ту резню в ихних лесах. Мы с другом получили задание на севере – послушать, где какие слухи бродят и может изловить парочку эльфов, чтобы... Так вот мой приятель в таверне вас и разглядел, но потом вы нас со следу сбили.
      - Изловить пару эльфов чтобы?.. - Фьерн нахмурил черные брови. - Мне все еще интересно, продолжай. Говоришь, задание получили. Значит вас целая сеть. Кто организатор? Где его искать?
      - Больше я ничего не скажу вам, - мужчина упрямо смотрел на колдуна. - Я не хочу, чтобы эльфы и те, кто им помогает, и дальше безнаказанно убивали людей. А тебе советую лучше помочь мне скрутить эту девку, и отвезти в город, чтобы всё уладить. Заплатят хорошо, обещаю.
      Эвели фыркнула, но мысленно прикинула возможность, что колдун согласится. Ничего, она справится с ними обоими. Фьерн только ухмыльнулся, так уж получилось, что горя в своей жизни он хлебнул преимущественно по милости людей, а последние несколько лет его лучшим другом был чистокровный солнечный эльф.
      - А вдруг я предпочитаю эльфиек? - Фьерн распустил завязки рубахи разбойника, оттянул ворот и запустил туда ледяной шарик. Тот начал менять форму растягиваться и обвивать тело разбойника тонкими, но чрезвычайно прочными ледяными ободами. Путы сжимались, повинуясь воле колдуна, для надежности стискивающего кулак.
      "Какое интересное колдовство. Такое в обычной магической школе не изучишь", - промелькнула мысль в голове Эвели. Странное, похожее на облегчение чувство накатило на девушку, когда она поняла, что Фьерн не предаст ее. По крайней мере, пока. А так, конечно, все предают, в определенный момент.
      Разбойник застонал от боли, а его губы посинели от холода. Когда они приобрели фиолетовый оттенок, он заговорил:
      - Ну, хорошо, хорошо! Прекрати! Это Корин-Змей...
      - Корин?! - воскликнула Эвели, до этой поры молчавшая.
      Фьерн немного разжал пальцы и обода слегка ослабли, более не сдавливая и уже не морозя так сильно, однако продолжая плотно обхватывать человека.
      - Ты знаешь, кто это и где его искать? - спросил колдун у Эвели. Затем снова обернулся к пленнику. - Ты не ответил, зачем вам нужны были эльфы.
      - Я думал, ты уже понял, - буркнул пленник. - Мы должны были показать этой эльфийской шайке, что не намерены терпеть их выходки. Это портит Змею торговлю. Поэтому нам нужна была кровавая жертва. Раз они убивают наших красоток, значит, мы убьём ихних.
      Эвели задумчиво посмотрела на Фьерна:
      - Я знала человека, которого так называли - Корин-Змей. Это было лет двадцать назад. В последний раз он отправлялся в Аткатлу и был одним из Воров Теней. - Девушка обернулась к пленнику: - Значит Корин жив-здоров и всё так же недалек умом. В каком городе он теперь обитает?
      - Если вы отпустите меня, расскажу, - нахально ухмыльнулся пленник.
      - Нет. Лучше ты расскажешь нам все, и если рассказ меня удовлетворит… Возможно я отпущу тебя. Не советую капризничать. То, что ты испытывал минуту назад - мелочи по сравнению с тем, что я могу с тобой сделать. И я не блефую. Когда твои кости внутри плоти обратятся в лед - их будет очень просто разбить. Но при этом нервы останутся живыми, и ты переживешь всю гамму ощущений.
      - Как красиво сказано, милый Фьерн, - Эвели расхохоталась. - Даже я лучше бы не придумала.
      Разбойника буквально перекосило, и он с ужасом переводил взгляд с девушки на колдуна. Когда дар речи вернулся к нему, он произнёс осипшим голосом:
      - Клянусь, я сам мало, что знаю. Я сам из Гриммора и со Змеем общался там. У Воров Теней договорённость с тамошними купцами - они вроде как охранники, почти легальные. Корин наблюдает за тем, чтобы всё было по договору и никакие воровские шайки там не действовали, да и сами Тени не нарушали "закон". Больше я ничего не знаю. Поверьте...
      - Тебя удовлетворяют его ответы? - спросил Фьерн девушку. - Он напал на тебя, поэтому ты теперь в полном праве решать его дальнейшую судьбу.
      Эльфийка задумчиво посмотрела на Фьерна, затем на пленника. Она сделала пару шагов и вонзила незаметно оказавшийся у неё в руке серебряный кинжал разбойнику в сердце. Быстро и довольно безболезненно. В отличие от того, что они собирались сделать с ней.
      «Никто не смеет лапать меня без моего разрешения».
      - Я думаю, что так проще всего, - вслух сказала она, обернувшись к колдуну.
      Фьерн пожал плечами, развеял чары, и принялся обыскивать разбойника, скорее для порядка, чем по необходимости. Эвели стояла в сторонке, пока колдун обыскивал мертвеца. Скучающим взором она окинула лощину - два трупа не располагали к дальнейшей ночёвке. Да и последний сон тоже не манил воспоминаниями.
      Колдун не обнаружил ничего существенного, впрочем, как и ожидал. Пара дешевых свитков Исцеления и Невидимости, да легкие лечебные зелья. Тем временем, восток уже начал светлеть, а ледяная площадка превратилась в топкую лужу среди травы.
      - Предлагаю продолжить путь. Похоже, благодаря их заклинанию мы достаточно поспали.
      - Угу, особенно ты, - съязвила эльфийка и, быстро собрав вещи, вывела лошадь на дорогу.
      Фьерн только хмыкнул на издевку девушки, решив при случае напомнить, что как правило, эльфов усыпить проблематично.
      Путешествие по степи продолжалось, часы походили один на другой, а солнце палило нещадно. Эвели начало казаться, что прошла сотня лет с тех пор, как она в последний раз посещала большой город, с базаром, тавернами и удобными кроватями. Возникло даже чувство, что с колдуном они давно знакомы и вот так едут и едут к малоизвестному пункту назначения, а часы сплетаются в дни, дни складываются в годы, годы в столетия. Не заметив как, девушка задремала под мерный цокот копыт лошадки. Сейчас они ехали по пустынной дороге, а солнце карабкалось все выше по небосводу. Колдун заметил, что Эвели прикрыла глаза, но поскольку темп был умеренным, не стал её будить.

**

      Вернувшись в орден, Халлира первым делом разыскала Торрена, чтобы узнать, где сейчас Хейден. К огромной досаде девушки оказалось, что эльф и еще несколько членов Пламени Темного Солнца отправились на выполнение очередного "чрезвычайно важного" задания в Тетир. Но, как уверил ее Торрен, заметивший недовольство эльфийки, их возвращения ожидали к сегодняшнему вечеру. Возможно, он и был удивлен интересом, который Халлира проявила вдруг к Хейдену, ранее не скрывавшая своей неприязни, но вопросов задавать не стал. За это девушка была ему очень благодарна. Немного поразмыслив, Халлира пришла к выводу, что так даже лучше - ей предоставлялось немного времени, чтобы более тщательно продумать план своих действий. Чтобы обвести солнечного эльфа вокруг пальца, могли потребоваться определенные условия и настроение.
      Хейден появился даже раньше, чем Халлира рассчитывала. Когда он постучал в дверь комнаты жрицы, было уже за полночь, и звездная эльфийка медитировала, восстанавливая силы, потраченные на долгий путь до Аткатлы. Застыв на пороге, эльф наглым образом рассматривал девушку. На его физиономии блуждало мечтательно-довольное выражение, означавшие, что недавно он с наслаждением и много убивал. Жрица Кайрика какое-то время поколебалась, совершенно не желая приглашать Хейдена в свою комнату. Но и в коридоре они разговаривать не могли. Поэтому она отступила на шаг, пропуская эльфа.
      - Здравствуй, Хейден, - звездная эльфийка окинула мужчину холодным взглядом, лучше всяких слов показывавшим, что ей не нравятся его наглые взоры. Ничего больше не сказав, девушка отошла к небольшому шкафчику в дальнем углу комнаты и вернулась с бутылкой и двумя бокалами, наполненными рубиново-алым вином. Вручив один из бокалов Хейдену, Халлира удобно устроилась в кресле, пытаясь придумать, как начать беседу. Мелькнула мысль просто спросить об Элдрет Велуутра, но девушка отмела ее - дураком Хейден не был, хотя Халлира понадеялась, что это особое вино несколько притупит его подозрительность и развяжет язык.
      - Моя дорогая, Халлира, - эльф устроился в кресле и отхлебнул вина с таким видом, словно был лучшим другом и частым гостем звёздной эльфийки. С его красивого лица не сходила гримаса самодовольства, смешанного с жестокостью. - Как приятно тебя видеть, ты наконец-то поняла, что двум представителям высшей расы стоит поддерживать дружеские отношения. - Он отсалютовал ей бокалом и опустошил его.
      «Двум представителям высшей расы». После слов Хейдена последние сомнения эльфийки, что он знаком с Элдрет Велуутра или является одним из них, развеялись. Девушка почувствовала глухое раздражение от того, как с ней говорил эльф, но умело скрыла его за очаровательной улыбкой.
      - Да, ты прав, поняла, - Халлира пригубила вино, внимательно глядя на своего собеседника. В голове мелькнула мысль и эльфийка решила, что идея не так плоха. Правда, от нее требовалась некоторая доля притворства, но для последовательницы Кайрика обман никогда не был проблемой. - После одного небольшого... инцидента.
      Девушка позволила промелькнуть на своем красивом лице гневу, но в следующий миг скрыла его под сладкой улыбкой, сделав еще глоток вина. Хейден хотя и обладал крайне раздутым самомнением, был весьма проницателен, и в его злобных глазах промелькнула настороженность. Он налил себе и Халлире ещё вина и кивнул:
      - Продолжай.
      Халлира чертыхнулась про себя, заметив подозрительность во взгляде эльфа - нужно было как-то его отвлечь. Загадочно улыбнувшись, девушка слегка тряхнула серебристыми волосами, позволив им рассыпаться по плечам и спине. Мало кто мог остаться равнодушным к красоте звездной эльфийки, и она решила сыграть на этом, хотя ей не слишком нравилась эта идея. Но нужно было действовать, пока подозрения Хейдена не усилились.
      - Я прогуливалась по Аткатле, - начала Халлира, - думала отдохнуть после своего долгого пути в Амн, а вместо этого натолкнулась на такую грубость... - эльфийка недовольно поджала губы. - Какой-то наглый человечишка посмел оскорбить нашу расу и моего бога. Ему повезло, что я решила не связываться с подобной мелочью. Вот то ли дело мы, правда? Разве стали бы эльфы оскорблять друг друга просто из желания оскорбить? - по лицу Халлиры скользнула задумчивая печаль и она замолчала.
      Золотой эльф с восхищением наблюдал за девушкой, согласно кивая её словам. Протянув руку, он накрыл ею ладонь Халлиры.
      - Безусловно, моя дорогая. Этот мерзавец заслуживает самой ужасной смерти за то, что посмел оскорбить такое прекрасное создание. Если ты укажешь мне эту тварь, он пожалеет, что появился на свет.
      Серебристые глаза эльфа кровожадно блеснули, и он нежно провёл пальцем по запястью девушки. Халлира едва сдержалась, чтобы не отдернуть руку - Хейден не вызывал у нее никаких чувств, кроме презрения, но игра еще не была закончена.
      - Нет, - в голосе эльфийки звякнула сталь, а в холодных глазах блеснул опасный огонь. - Я хочу разобраться с ним сама, со всеми этими людьми, которые так завидуют нам, потому что мы умнее и красивее их, и даже не пытаются скрывать свою зависть. Но... Я не знаю, как лучше мне это сделать, - растерянно закончила девушка.
      Хейден рассмеялся и убрал руку. Он сделал несколько глотков, смакуя вино и задумчиво рассматривая эльфийку. Через некоторое время он произнёс:
      - Я могу помочь тебе в этом. Во всяком случае, это будет забавно. Никогда бы не подумал... Но о тебе ходит столько грязных слухов, что, скорее всего это не так уж невероятно.
      - Как ты можешь мне помочь? - Халлира не стала скрывать интерес, блеснувший в глазах. Похоже, Хейден ей поверил - или сделал вид, что поверил. Но в любом случае нужно добиться, чтобы ее представили Элдрет Велуутра. Эльфийка попробовала не обратить внимания на последнюю фразу эльфа, но любопытство победило. - И о каких слухах ты говоришь? - девушку не удивляло, что другие сплетничают о ней, но ей стало интересно, что именно они говорят.
      - Что ты, моя милая - весьма и весьма кровожадная особа, - насмешливо ответил эльф. - Мне нужно посоветоваться кое с кем. Чуть позже, я сообщу то, что может тебя заинтересовать. А возможно и не сообщу. Тут уж как повернётся.
      С этими словами, эльф поднялся и, не прощаясь, покинул комнату. Халлира проводила его взглядом и откинулась на спинку кресла, неторопливо потягивая вино. Эльфийка фыркнула, подумав о том, что сказал про нее Хейден. Слухи не врали, но и правдивыми они не были. Ее кровожадность и жестокость могли быть истиной, а могли - иллюзией. Все зависело от того, как было нужно ей самой. Девушка зевнула, вдруг осознав, что уже глубокая ночь. Теперь, когда она сделала все, что от нее зависело, можно было и вздремнуть. Халлира знала, что как только звезды исчезнут с неба, уступив место солнцу, она проснется, но до этого времени было еще несколько часов, которые она могла потратить на отдых.

***

      Как было условлено, вечером Шади встретилась с Сагером, представителем Гильдии Торговцев Аткатлы. В Гильдии не хотели, чтобы делом занимался один из ее членов, поэтому и наняли человека со стороны. Шади знала Сагера уже несколько лет, порой он помогал ей, подкидывая выгодные задания, и она сразу согласилась помочь в столь странном для полукровки деле. Видимо торговец считал, что все эльфы знакомы друг с другом, неважно какая именно кровь течет в их венах. Обращаться же напрямую к чистокровным эльфам, он не рискнул, зная о репутации Элдрет Велуутра. Сам Сагер был человеком, кареглазым и темноволосым, хотя и несколько полноватым, что, впрочем, не лишало его обаяния.
      Они встретились в той же таверне, что и с Халлирой. За ужином Шади рассказала Сагеру, как прошли переговоры с наемницей-жрицей.
      - Ну, вот и прекрасно, - ответил Сагер, лениво потягивая вино. - Продолжай в том же духе. Все расходы за нами. Как и стоимость этого ужина, - добавил он.
      Шади почувствовала перемену в его тоне. Он явно не намеревался больше говорить о делах. Но, не дожидаясь продолжения беседы, девушка поднялась и, коротко попрощавшись, покинула помещение таверны.
      Тёмные улицы Аткатлы скрывали множество чудес и кошмаров, так что пожив какое-то время в городе, его обитатели учились не заглядывать в наиболее мрачные закоулки. Полудроу окружали тени, отбрасываемые минаретами и куполообразными башенками, свойственными архитектурному стилю Аткатлы. Из некоторых ромбовидных окошек, прикрытых резными ставнями, падали капли света, но сама улица освещалась плохо. Несколько теней отделились от стены на противоположной стороне дороги и крадучись направились за Шади.
      Хотя полудроу и была погружена в свои мысли, в какой-то момент ее острый слух уловил чужие шаги. Рука машинально скользнула к ножнам - хотя она не была сейчас полностью экипирована, с кинжалом она не расставалась никогда. Девушка замедлила шаг, подпуская преследователей ближе, затем резко развернулась, выхватывая оружие.
      - Кто здесь? - требовательно спросила она, пытаясь разглядеть смутные тени.
      Порыв теплого ветра пронёсся по улице, поднимая лежащий у каменных стен мусор и бросая в лицо Шади её белые волосы. Тени возникли из темноты, и двинулись вперёд – трое мужчин. У одного из них блеснул в руках изогнутый клинок, двое других неподвижно стояли за его спиной.
      Шади откинула волосы с лица, насторожено разглядывая противников. Они медлили нападать, и это ей не слишком нравилось. Простые головорезы нападали без разговоров.
      - Что вам нужно? – продолжила она, еще крепче сжимая кинжал и готовясь к сражению. Трое против одного - не лучший расклад, но и не самый худший. По ее лицу скользнула холодная улыбка. Ничего хорошего этим троим, она не сулила.
      - Девушкам не следует ходить в одиночестве по улицам, - раздался в ответ хриплый голос стоящего впереди мужчины. Лицо его невозможно было разглядеть, по самые глаза он был закутан в какие-то тряпки. - Если у тебя нет хозяина, значит это необходимо исправить.
      - Красотка какая, - причмокнул губами другой бандит и вытащил из-за пояса кинжал и верёвку. - Главное, не повредить кожу. На эльфиек сейчас особенный спрос.
      - Она ещё и дроу, получим сверху двести золотых, если притащим её Данабу.
      Они двинулись вперёд, обходя девушку с трёх сторон.
      Глаза Шади полыхнули пурпуром. Ее кинжал станцевал затейливый танец, повинуясь движению руки и тела. От резкого поворота взметнулись белые локоны, и когда они снова упали на плечи, двое бандитов лежали на земле. Один из них смотрел в темное небо навсегда застывшим взором, по его шее текла кровь. Второй сложился пополам, еще живой, он хрипел и зажимал глубокую рану на животе. Шади стояла чуть поодаль, стискивая уже окровавленный кинжал, питаясь невидимой струйкой энергии, что он передал ей от побежденных противников. Ее улыбка была бы обворожительной, не будь она столь холодной.
      - Так что ты говорил? Не хочешь изменить свое мнение? - медленно сказала она, глядя на оставшегося бандита с ятаганом, который даже не успел среагировать - столь быстрыми были движения полудроу.
      - Идиоты, - проворчал мужчина, отпихивая сапогом хрипящего в предсмертных судорогах напарника. Через секунду он был уже возле Шади, двигаясь не менее быстро, чем она, но захват его руки был намного сильнее, чем у девушки. Он вывернул руки Шади за спиной, вторая рука с ятаганом оказалась возле её горла. - Лучше не трепыхайся, некоторые любят, когда дроу приводят уже со шрамами, это значит, что вас укротили, и проблем будет меньше, - свистящий шёпот, прозвучал у ее уха. Слегка подталкивая Шади, мужчина начал продвигаться в сторону наиболее мрачного закоулка. Внутри наемницы все вскипело.
      - Я не дроу, - прошипела она, изо всех сил ударяя бандита локтем в живот, а сил у нее было немало - сказывались годы тренировок. Девушка вывернулась из ослабевшей руки бандита. Его клинок скользнул возле ее горла и слегка оцарапал кожу, но это была совсем пустяковая рана. Еще одним метким ударом, но уже ногой в пах, она выбила из бандита остатки дыхания. Тот повалился на колени, прикрывая ушибленное место, и тут же взвыл, когда изящный сапожок настойчиво прижал его руку с ятаганом к земле.
      - Во мне достаточно и человеческой крови, чтобы оставить тебя в живых, - холодно сказала она, глядя на бандита сверху вниз, - если ты назовешь, хоть одну весомую причину это сделать.
      - Маленькая дрянь, - прорычал бандит, пытаясь вырвать руку из-под острого каблучка, но лишь простонал от боли. - И кто только позволил вам, бабам, так распускаться? Ты заслуживаешь хорошей порки от своего хозяина.
      - А кто позволил вам, мужикам, считать себя хозяевами над всеми женщинами? - парировала Шади, еще сильнее вдавливая каблук в руку бандита. - Пусть это будет последним уроком в твоей жизни, но запомни - свобода - она дана всем, - и с последним словом кинжал Шади прервал его никчемную жизнь. Бандит захрипел, глядя на девушку безумными глазами, не веря в то, что смерть пришла к нему в столь наглом обличье, и повалился на землю, рядом со своими подельниками, уже лежащими без движения.
      Шади вытерла свое оружие об одежду поверженных противников, возвращая ему первозданный сверкающий вид, затем убрала его в ножны и выпрямилась. Кинжал успел передать ей достаточно энергии, чтобы мелкая царапина на шее зажила. Оставалось лишь вытереть кровь. Полудроу ленивым взглядом скользнула по клинку бандита, но тот не представлял из себя ничего особенного.
      Без приключений она добралась до дома, неспешно приняла ванну, чтобы смыть с себя прикосновения этого варвара, и отправилась спать. Сказалась прошлая бессонная ночь и это небольшое приключение, так что она проспала почти до самого обеда.

*(с) Алиса Техноэльф

0

4

Глава 3
*

      Когда Эвели очнулась от своего забытья, солнце стояло в зените, а мир вокруг выглядел немного иначе. Перелески сменялись ухоженными полями, дорога становилась более проходимой. Вскоре её зоркий глаз разглядел отблеск реки вдали и городские минареты.
      - С добрым утром, спящая лунная красавица! - поприветствовал спутницу колдун и тут же засыпал ее вопросами. - Как спалось? Долго нам еще до города? Соскучился я как-то по цивилизации немного. Хм... Ты ведь бывала тут прежде?
      Эльфийка отбросила упавшие на лицо волосы и слегка улыбнулась. Усталости, как ни бывало. «Умение спать на лошади, словно старый армейский ветеран, мне пригодилось».
      - Нет, не в Гримморе. Только в Аткатле и то проездом - путешествовала на корабле и мы останавливались в порту. Тогда я в последний раз и видела Корина-Змея. Теперь собираюсь его навестить.
      Путники приближались к огромному городу, который располагался на самом берегу реки Аландор. Здесь, в отличие от местности, из которой они прибыли, жизнь бурлила уже на подъезде к самому Гриммору. Многочисленные караваны, добирающиеся по реке до Аткатлы, путешественники, направляющиеся на север. Город, свободный от засилья Воров Теней славился своими чистыми, спокойными улицами, и достаточной демократичностью по отношению к разным расам, а также - отношением к женщинам. Эльфийка направила лошадь к воротам, объезжая играющих прямо на пыльной дороге детей и выводок поросят, которых гнали на продажу в город. Не слишком любивший большое скопление народу Иней перелез с седла Фьерна в его походный мешок и привычно там устроился. Сам колдун скользил взглядом по толпам людей со спокойным выражением лица, по которому было сложно догадаться о его мыслях.
      Въезжая в город, Эвели уже чувствовала на себе взгляды окружающих мужчин. Обычно такие вещи её не беспокоили, но в Амне женщину воспринимали скорее как бессловесное существо, созданное лишь для того, чтобы мужчине было веселее жить, поэтому к особам женского пола, носящим брюки, открытую одежду и распущенные волосы проявлялось особое внимание. В Гримморе часто останавливались группы путешественников, нередко возглавляемые женщинами, так что здесь ещё было довольно терпимо. Но атмосфера всё-таки была более густой, чем в каком-нибудь Невервинтере.
      Эльфийка посмотрела на Фьерна:
      - Ну, вот мы и добрались. Похоже, здесь наши пути расходятся.
      - Я так не думаю… - отозвался Фьерн, что-то высматривавший в толпе. - Мне тоже было бы небезынтересно побеседовать с этим Змеем. Или как его там. А с тобой у меня больше шансов найти его быстро. - Тут он обратил внимание на человека в толпе, с неприязнью смотревшего в их с Эвели сторону. Встретившись с льдистым взглядом колдуна, тот довольно быстро отвел глаза. А Фьерн подумал, что держаться вдвоем, по меньшей мере, надежнее.
      - Зачем тебе Змей, ведь ты человек и тебе ничто здесь не угрожает? Тебя всё это не касается, - немного нервно ответила Эвели, стараясь не выдать взглядом облегчения, вызванного ответом колдуна. Несмотря на теплую погоду, вскоре девушка предпочла накинуть капюшон плаща, чтобы скрыться от взглядов, как алчущих, так и злобных.
      - Я уже говорил, что, похоже, сама судьба закинула меня сюда, так что нелишне разведать обстановку. К тому же вся эта рознь как таковая вызывает у меня отвращение. Она мешает мне общаться с незнакомыми эльфами, а в глазах людей делает предателем, не скажу, что меня слишком волнует мнение других обо мне, просто это затрудняет ведение дел.
      - А вот мне наплевать на здешние проблемы, на всех этих жалких неудачников – эльфов и людей, - жёстко произнесла Эвели. - Я лишь знаю, что мне нужно убраться отсюда подальше, а также... Решить кое-какие свои личные дела. Но для этого, видимо придётся добираться до Аткатлы, а оттуда уже кораблём... Без поддержки кого-нибудь вроде Змея мне вряд ли удастся это сделать в подобной обстановке. Вот почему я и еду к нему, а в здешние проблемы я впутываться не хочу.
      Девушка направила лошадь вниз по улице, ведущей к набережной. Необходимо было отыскать какую-нибудь таверну, перекусить, послушать разговоры. Фьерн лишь хмыкнул и направил своего конька вслед лошади девушки.
      Бард придирчиво рассматривала вывески различных забегаловок. Наконец выбрав одну из них - с глупым названием: "Пьяный пастух", но симпатичными цветами на окнах, она спешилась и привязала лошадь. Подойдя к широкой двери, девушка потянула за кольцо и вошла внутрь. Заведение было заполнено лишь наполовину. Из маленьких цветных окошек падали лучи закатного солнца, освещая просторную комнату с множеством деревянных столов. Выбрав стол поближе к стойке, Эвели направилась к нему.
      На всем пути до кабака Фьерн то и дело ловил на себе, но в особенности на эльфийке любопытные взгляды. Войдя в таверну, он осмотрелся, привычным движением откинул за спину полу плаща, и присев за столик расправил рукав своей снежно-белой рубашки. Краем глаза колдун прекрасно видел, что вслед за ними в таверну вошли три мрачных типа.
      - Я умираю, как хочу мяса и свежих овощей, - пробормотала Эвели, откидываясь на стуле и жестом подзывая трактирщика. Хозяин - толстый и лысый человек в переднике приблизился к столу, и, выслушав пожелания эльфийки, обещал принести тушёного мяса с грибами в горшочке, помидоров и кувшин красного вина.
      Фьерн заказал жаркое из крольчатины с картофелем, пшеничного хлеба и холодного пива, а также свежей сметаны для Инея. Ожидая заказ, он посматривал то на спутницу, то на троицу, расположившуюся за самым темным угловым столиком.
      - Ты какой-то напряженный, - тихо заметила Эвели. - Думаешь, они осмелятся сделать нам что-нибудь прямо в трактире? Насколько я поняла, убийцы, о которых все твердят, действуют скрытно.
      Девушке принесли её заказ и глиняный кувшинчик с домашним вином. Эвели с наслаждением выпила целый стакан и налила ещё один. Как давно она не пробовала ничего столь вкусного. Найдя принесенное пиво довольно посредственным, и недостаточно холодным, Фьерн щелкнул по боку кружки ногтем и через пару мгновений она приятно запотела. Иней тем временем с урчанием принялся за сметану.
      - Прямо здесь, может быть и нет, - ответил колдун отпивая пиво, - но они мне абсолютно не нравятся.
      - По-моему ты зря переживаешь, - беззаботно откликнулась Эвели, допивая второй стакан вина. - Я здесь не единственная эльфийка и на мне свет клином не сошёлся. А если кто и пристанет, то, скорее всего обычные бандиты, коих в любом городе навалом. Хотя здесь вроде бы Воры Теней пытаются обеспечить охрану путешественникам.
      - Я не переживаю, - сказал колдун, прожевав и проглотив кусочек мяса, - просто не хочу внезапных каверз от потенциальных врагов. К тому же в этой таверне ты сейчас единственная эльфийка. Я прекрасно знаю, что постоять за себя ты можешь, но, тем не менее, они мне не нравятся.
      Бард промолчала и принялась за еду. Вино на голодный желудок ударило в голову, но она не придала этому значения, наслаждаясь превосходным мясом с грибами. К концу ужина вино было допито, и она раздумывала, не заказать ли ещё кувшин. Кажется, в последний раз ей удалось, как следует выпить лишь в гостях у крылатых эльфов, несколько месяцев назад. После этого расслабиться не давали ни на минуту. Слегка помрачнев, Эвели вспомнила своих недавних спутников и мысленно пожелала никого из них больше никогда не встречать. Девушка думала, что будет сильно скучать по Ардалиону, но теперь ее больше беспокоило собственное выживание. После всего, что между ними было, он все так же ставил власть и силу выше всяких прочих вещей. Наверное, драконы все же бесконечно далеки в своих эмоциях от эльфов или людей и глупо было подходить к нему с обычной меркой. Это не страшно - она никогда не страдала по мужчинам слишком долго. Впереди ждали приключения и целая жизнь, если только ей удастся справиться с огнем, пробудившимся в ее крови.
      Фьерн заметил, что Эвели помрачнела, правда её лицо слегка зарумянилось от выпитого вина, но решил, ни о чем её не спрашивать. Не спеша, отдавая должное вполне приличному ужину, колдун завершил трапезу и заказал себе еще пива. Подозрительная троица оставалась на местах.
      - Я вот думаю, - протянула эльфийка, - брать ли комнату в этом трактире? В принципе, мне нужно найти Змея, но пока не соображу каким образом. Не спрашивать же о нём на улице? – Вдруг она сменила тему, насмешливо глядя на Фьерна. - Странно, при первом знакомстве ты не показался мне таким серьёзным.
      - Хм... Я, знаешь ли, переменчивый. При первой нашей встрече я вполне контролировал ситуацию, но здесь... Я ощущаю себя среди врагов и предпочитаю держать с ними ухо востро. Хотя возможно, я немного не выспался.
      - О да, переменчивый, не то слово. Знаешь, сначала я подумала, что ты один из тех мужчин, которые только и могут, что в тавернах обдуривать местное население, - улыбнулась эльфийка. - Но позже, увидев твою магию, особенно в отношении того ночного гостя... Ну, я переменила своё мнение.
      - Польщен, Эвели. Кстати, тогда в таверне я просто решил испытать удачу. Хм… и она искусно посмеялась надо мной. А с людьми иногда стоит быть жестким, тем более, что нас бы они растерзали не задумываясь. Каждой ситуации - своя магия. А ты ведь тоже могущественней, чем кажешься, - Фьерн чуть улыбнулся, но развивать тему не стал, давая понять, что не посягает на секреты барда.
      - Ну, только не обижайся на меня, - эльфийка насмешливо сверкнула глазами. - А ты ещё и хорошо воспитан - не суёшься с вопросами обо мне и моей жизни. Хотя может быть тебе просто не интересно, - рассмеялась она.
      - О, я ни капли не обижаюсь, бесполезное занятие. Первое впечатление часто бывает обманчивым, - колдун повел плечом. - Что же до твоей истории - попытки влезть в чужую душу легко превращают друзей во врагов. Захочешь - расскажешь, а навязываться с вопросами я не хочу.
      Трактирщик подошёл забрать пустую посуду и поинтересовался, не нужна ли гостям комната, пытаясь убедить их сказками о том, как замечательно в его таверне расположены номера, и какой вид из них открывается. Эвели тихо вздохнула и прервала его тираду, пообещав, что если им понадобится комната - они непременно буду иметь в виду "Пьяного пастуха".
      - Послушайте, милый хозяин, - улыбнулась девушка, - а вы случайно не знаете такого человека - Корин-Змей его зовут...
      Она сделала паузу, ожидая реакции мужчины. А Фьерн тем временем с невозмутимым лицом наблюдал как за трактирщиком, так и за троицей в углу. Мужчины оживленно, если не сказать бурно, совещались. Однако один из них, видимо командир вдруг нахмурился, замер, что-то прорычал и все снова перешли на шепот, уткнув носы в кружки с элем.
      Трактирщик сделал большие глаза и фыркнул:
      - Да кто ж его не знает! Это же хозяин "Колыбели Шантии" - гостиницы в западном районе. Но вы к нему не ходите, он такие цены заломил, что не каждому по карману будет! И за что! Подумаешь, мебель из сумеречного дерева!
      Трактирщик продолжал ворчать, а Эвели многозначительно посмотрела на Фьерна и кивнула головой в сторону двери.
      - Что ж, уважаемый, мы будем иметь это ввиду, - Фьерн сложил на столике монеты. - А кормят у вас вполне даже отлично.
      Подобрав с пола Инея, который поев начал играть с лепестком луковой шелухи, колдун посадил котенка на плечо и встал из-за стола.
      - Как галантно... ты платишь за ужин, - усмехнулась эльфийка, направляясь к двери. – Что ж, все оказалось даже проще, чем я думала.
      На улице уже смеркалось, лошади, наевшиеся овса, были готовы к небольшой прогулке. Эвели отметила, что Гриммор довольно красивый город, особенно набережная - широкая река, в которой отражались трепещущие огни фонарей, приветливо плескалась у берега.
      Удаляясь от "Пастуха" Фьерн снова заметил хвост, уж больно один из типов был приметным, хотя профессиональными шпионами они явно не были. Продвижение в западную часть города проходило довольно спокойно, народу на улицах было немного, а те, что встречались возле набережной в основном походили на путешественников из самых разных краев.
      Когда Эвели увидала "Колыбель Шантии" она сначала удивилась, а затем рассмеялась, настолько это место не подходило Корину, каким она его помнила. Изящно расписанная вывеска раскачивалась под порывами теплого ветра. Из длинных прямоугольных окон, украшенных витиеватой решёткой лился мягкий зеленоватый свет. Девушка слезла с лошади и посмотрела на Фьерна:
      - Ну что скажешь?
      - Пожалуй, что у твоего Змея есть стиль. Или, что ему хватает ума на то, что бы слушать того, у кого он есть. Ибо внимание здание привлекает, а посетитель с худым кошельком вряд ли сюда сунется.
      «У моего Змея», - эльфийка хмыкнула и привязала лошадь к резной ограде. Толкнув дверь, которая беззвучно и мягко открылась, девушка шагнула внутрь гостиницы. Раздался мелодичный звон - над дверью закачался серебряный колокольчик. В гостинице было тихо, пол - натёртый до блеска - устилали ковры, а мебель, в том числе резная стойка, была целиком выполнена из сумеречного дерева - баснословные деньги. За стойкой стоял одетый в нечто вроде камзола мужчина с лихо закрученными чёрными усиками. Окинув парочку с ног до головы внимательным взглядом, он резким и пронзительным голосом выкрикнул:
      - Мест нет!
      Эвели покачала головой, приближаясь к стойке. Очаровательно улыбнувшись, эльфийка положила тонкую руку на полированное дерево столешницы и постучала ногтем, словно вбивая каждое слово в несчастный предмет мебели:
      - Передай Корину-Змею, что его хочет видеть Русалочка.
      Фьерн, изучавший дорогущее убранство заведения, при словах Эвели тут же вспомнил её оговорку, когда она называла ему свое имя. «Значит бард Русалочка. Похоже на прозвище». С некоторым удовлетворением колдун заметил, что давешний хвост не осмелился сунуться сюда вслед за ними.
      Возмущённый портье хотел было уже выставить наглую девицу вон, но что-то в её взгляде остановило его. Сделав кислую мину, он буркнул себе под нос и скрылся за бархатной портьерой. Эвели, отошла от стойки и стала прохаживаться по холлу, рассматривая своё отражение в огромных зеркалах. Несомненно, она всё также хороша, только вид какой-то малость измождённый.
      «Надо получше питаться и побольше отдыхать. И беречь нервы. Все болезни от них», - девушка пощипала себя за щеки и улыбнулась своему отражению.
      Колдун тем временем раскинул по холлу чары, долженствовавшие сообщить ему о наличии магии в "Колыбели". Небрежно опершись плечом о дверной косяк, он тщательно изучал залу. Довольно скоро помимо неплохого охранного набора на двери и окнах, Фьерн обнаружил пару заклинаний слежения и осторожно накинул на них "вуаль", что помешала бы наблюдателю опознать их с Эвели.
      Заметив, что Фьерн что-то наколдовывает, эльфийка приблизилась к нему:
      - Смотри, аккуратнее, а не то Совет Шести загребёт в свою темницу, за нелегальное применение магии. И меня заодно с тобой.
      - Они все равно не смогут понять, что я делал, - ответил колдун очень тихо, - в случае чего отмажусь, мол мигрень заговаривал.
      Не в пример мрачному настроению десятиминутной давности, Фьерн задорно подмигнул Эвели. Удивившись такой перемене в настроении колдуна, эльфийка неуверенно улыбнулась в ответ, но сказать ничего не успела - вернулся консьерж, и хмуро зыркнув на парочку пробурчал, что они могут пройти прямо по коридору, до конца и там налево.
      Удовлетворённо кивнув, Эвели поманила колдуна и направилась из холла в коридор. Проходя мимо высоких, резных дверей, они уловили тонкий аромат еды, видимо где-то рядом была кухня. Остановившись у двустворчатой двери бард, без стука, вошла внутрь.
      - Русалочка!
      Раздался громогласный рёв, и эльфийка оказалась в объятиях огромного человека, походившего на берсерка, но одетого по последней моде.
      - А я думал, что Джосселя кто-то пытался обмануть!
      Эвели рассмеялась, рассматривая Корина-Змея - могучего мужчину, лет сорока, с русыми кучерявыми волосами, густой бородой, и светлыми зелёными глазами. Фьерн отступил в сторону, наблюдая за бурной встречей старых знакомых, незаметно магически прощупывая помещение. Лишь из привычки разумеется. Присев на подлокотник дорогого кресла, колдун рассматривал богато обставленную комнату и хозяина, размышляя о его роли в провокациях. Корин наконец опустил Эвели на пол и слегка отодвинул - рассматривая с головы до ног.
      - Дьявол, а ты совсем не изменилась, - наконец покачал он кучерявой головой, с восхищением рассматривая девушку.
      - Да, зато ты постарел, - лукаво улыбнувшись, ответила эльфийка.
      - Ну, милая, Русалочка, двадцать лет прошло как-никак, - усмехнулся Змей в ответ.
      Он отпустил девушку и уселся в огромное, словно специально вырезанное для него кресло из сумеречного дерева. Эльфийка опустилась в кресло, на подлокотнике которого устроился колдун и, продолжая улыбаться во весь рот, заметила:
      - Пожалуйста, называй меня Эвели. Я больше не использую то прозвище.
      Огромный человек усмехнулся:
      - Хорошо, моя королева. Чем же я удостоился такой чести - ты вернулась. Неужели решила всё-таки принять моё предложение и выйти за меня замуж?
      Эвели расхохоталась:
      - За двадцать лет так и не смог подыскать себе жену, Корин? Ты же знаешь меня... - она послала ему загадочный взгляд.
      - Да я помню. Ты говорила, что никогда не свяжешь свою судьбу с человеком, - откровенно произнёс великан, и, бросив взгляд на Фьерна, добавил, с усмешкой, - но, кажется, с тех пор ты изменила своё мнение.
      Фьерн слегка улыбнулся Корину, чуть приподняв изогнутую черную бровь, хотя в глазах его оставался холодок. Впрочем, многие знакомые колдуна искренне считали, что этот холодок никогда не пропадает из глаз Фьерна, даже в те редкие моменты, когда он совершенно беззаботен. Самого же колдуна если и интересовало чье-то мнение по этому поводу, то только одного человека, но спросить, когда была возможность, он не успел.
      - Случаются разные обстоятельства, - заметил Фьерн, - а пути дорог Фаэруна неисповедимы. Все ищут выгоду для себя и стремятся достичь своих целей. Так или иначе.
      - Кстати, познакомьтесь, это Фьерн, а это Корин-Змей, о котором мы так много слышали, - спохватилась эльфийка.
      После взаимных приветствий, великан позвал прислугу, и налил своим гостям выпить местного приторно-сладкого вина. Эвели тем временем рассказала вкратце историю встречи с наёмниками Змея. Корин покачал головой:
      - Вот значит как... Прости, малышка, вот уж не думал, что именно ты попадёшься на их пути. Вот ведь судьба.
      Наблюдая за игрой отраженных огоньков свечей в гранях хрустального бокала, Фьерн внимал хозяину заведения.
      - Что вам известно обо всех этих нападениях, и что сподвигло вас, человека вполне… - он окинул взглядом обстановку комнаты, - здравомыслящего и практичного, ввязаться в эту игру в провокации?
      Взгляд больших и обманчиво добрых глаз Корина слетел с лица Эвели и замер на Фьерне:
      - Видишь ли, я не первый год живу на свете, и подобные провокации встречаю не впервые. Когда я ещё не обосновался в Амне, подобные стычки на Побережье Мечей вспыхивали то тут, то там, с разной периодичностью. Обычно ответный удар помогал и таким образом всё затихало... С тех пор, как я обосновался в Гримморе, лишь в последние несколько лет, убили столько человеческих женщин и в том числе - наложниц богатых и известных людей, что поначалу я даже опешил. Это было бы слишком даже для Элдрет Велуутра.
      Эвели вздрогнула. Мысли крутились у неё в голове, но впервые имя Организации было произнесено вслух. Фьерн спокойно смотрел в глаза Корину:
      - А не логичнее было бы выследить убийц? Поймав их хотя бы на приманку. Применить магию, в конце концов. Выйти на организаторов и уничтожить эту змею?
      - Если бы это было так просто! Ты думаешь, мы не пытались? - Корин разгневано посмотрел на колдуна. - Все эти убийства так ловко обставлены, что кроме трупов никаких улик. В любом случае это наша забота, а не твоя. - Мужчина посмотрел на Эвели: - Вы, наверное, устали с дороги, оставайтесь здесь сколько захотите. У меня лучшая гостиница в городе. Мест, правда, маловато, но для вас найдём. Тишину и покой я вам гарантирую. Сюда никто не сунется и вам ничего не угрожает.
      Эльфийка кивнула:
      - Спасибо, Корин. Мне нужно будет поговорить с тобой еще об одном деле, но это тогда уже позже. Я с удовольствием посплю сегодня в нормальной постели.
      Гнев Змея не смутил Фьерна, но развивать тему сейчас, похоже было не время. Однако какое-то чувство подсказывало колдуну, что он на верном пути. Они, несомненно, пытались... Но Фьерн рискнул бы попытать удачи там, где не повезло амнцам. Допив вино, он поблагодарил Корина за гостеприимство.
      Эвели пожелала Змею приятной ночи и вышла из комнаты. Пребывая в задумчивости, девушка медленно пошла по коридору. Сколько же ещё дорог предстояло пройти. Приключения, это, конечно хорошо, но и немного отдыха не повредит. Завтра она узнает у Корина как лучше и быстрее ей убраться из Амна, а также... посоветуется по поводу своих бессонных ночей. Тут она усмехнулась, представив, какой совет он может ей поначалу дать.
      Фьерн надеялся, что в этом комфортабельном заведении их не потревожат, однако и на авось не рассчитывал, к тому же он прекрасно помнил типов, что следили за ними. Догнав Эвели, он наклонился к ее уху.
      - Не сочтешь бестактностью, если перед сном я навещу тебя... - он выдержал небольшую двусмысленную паузу, но продолжил прежде, чем на него обрушился возможный праведный гнев, - хочу оставить тебе пару небольших охранных чар. Из чистой предосторожности.
      Все еще пребывая в своих мыслях, эльфийка рассеянно посмотрела в холодные глаза колдуна, но затем, уловив смысл его слов, кивнула:
      - Конечно. Я уже видела твоё колдовство в действии и... Я, пожалуй, тебе доверяю больше, чем заверениям Корина о безопасности гостиницы.
      Недовольный консьерж выдал им ключи от комнат, расположенных на втором этаже. Оказавшись в своей комнате, эльфийка прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной, тихо вздыхая. Она устала гораздо сильнее, чем думала. Но усталость была скорее моральной, чем физической. Эвели окинула комнату взглядом - такая же изысканная, как и остальные помещения гостиницы. Всё, что необходимо самому привередливому постояльцу - широкий, искусно разукрашенный камин, резная кушетка, кресла, чудесный ковёр на полу, цветные светильники на стенах и... большая и мягкая кровать, покрытая белоснежным шёлковым покрывалом.
      С недавних пор, Эвели предпочитала не пользоваться драконьей силой, поэтому чтобы разжечь огонь в камине, она позвала слугу, попросив его набрать горячей воды для фарфоровой ванны, стоявшей за ширмой. После водных процедур, девушка переоделась в шёлковый светло-серый халат, найденный в резном шкафу, затем вытащила из небольшого шкафчика изящный графин. Открыв пробку и понюхав напиток, Эвели с удивлением обнаружила выдержанное эльфийское вино. Да уж, Корин ублажал гостей как мог. Поставив вино на маленький столик у камина, она выпила один бокал. Затем подошла к высокому зеркалу в красивейшей позолоченной раме и принялась расчёсывать влажные после мытья длинные волосы, ожидая, когда колдун соизволит наложить свои супер защитные чары.
      - Надо же, как спутались, - с досадой прошептала эльфийка, пытаясь расчесать непослушные локоны.
      Зайдя в отведенную ему комнату, Фьерн в первую очередь осмотрел запоры на двери и окнах, оценил целостность и надежность рам. Затем проверил помещение на наличие каверзных потайных дверей. Только после этого он опустил походный мешок на стул, положил копье у кровати и сбросил плащ на спинку стула.
      Видимо почувствовав, что Фьерн не нашел неприятных сюрпризов, Иней выбрался из мешка с вещами и принялся сам обследовать комнату. Мимоходом Фьерна посетила мысль, что неплохо бы было воспользоваться здешней баней, коли таковая имеется, несколько дней напряженной скачки и для него не прошли бесследно.
      Спустя какое-то время в дверь Эвели негромко постучали. Дождавшись приглашения, Фьерн вошел в апартаменты эльфийки. Его длинные волосы были заметно влажными, от чего свежая белая рубашка также местами подмокла, но Фьерна это, похоже, не волновало. Заметив Эвели, что серый цвет ей идет, чародей принялся за дело. Иней, с одним мокрым ухом вертелся у Фьерна в ногах. Начал колдун с того же осмотра, что провел в своих покоях.
      Эвели отложила расчёску и, подобрав Инея на руки, уселась на кушетку у камина, наблюдая за действиями мужчины. Почёсывая котёнка за ухом, она хотел было задать вопрос, но затем передумала, не желая смущать колдуна и отвлекать от работы.
      Завершив осмотр дверей, стен и окон, Фьерн не нашел объектов для тревоги, что его несказанно порадовало, и подойдя к кровати стал прикидывать, как лучше наложить чары. Наконец он остановил свой выбор на паре простых, но эффективных заклинаний. Фьерн встал, прикрыл глаза и замысловато сплел пальцы, с губ сорвался неразборчивый шепот. Тут же ладони колдуна осветились белым, а в комнате на миг стало холоднее. На полу замерцал широкий рунический круг. Фьерн развел руки, и сияние исчезло, но невидимый защитный круг остался там, где проявился. Затем колдун сделал несколько замысловатых пассов правой рукой и поднял её высоко к потолку, на ладони у него мелькнул кусочек льда, который поплыл по воздуху вверх и обернулся мерцающим символом над кроватью Эвели.
      - Ну вот, так, пожалуй, лучше, - улыбнулся Фьерн, завершив чародейство.
      - Спасибо тебе, - тепло улыбнулась серебряная эльфийка, согретая вином, пламенем в камине и котёнком на коленях. Она похлопала рукой по кушетке, рядом с собой. - Садись, выпей немного вина, что любезный хозяин предоставил нам.
      - Беззастенчиво опустошаешь запасы гостеприимного хозяина, - пошутил Фьерн, присаживаясь на кушетку. Мужчина втянул аромат напитка и только после этого сделал глоток. - А вино надо сказать, весьма недурственное.
      - Первое правило барда – никогда не стесняйся, - слегка улыбнулась эльфийка, отставляя свой бокал на столик и положив руку на спинку кушетки. - Я привыкла к хорошей жизни и мои знакомые мужчины это знают. - Девушка помолчала, глядя на огонь, пылающий в камине, затем тихо спросила: - А ты ведь тоже не из бедной семьи, как мне кажется, не так ли, Фьерн?
      - В принципе да, - ответил колдун. - Мой отец был волшебником. Довольно могущественным, весьма тщеславным и предпочитающим, что бы все его желания исполнялись. Власть, деньги, статус в обществе все это он получал довольно легко.
      Эвели горько усмехнулась, рассеяно поглаживая лежащего у неё на коленях Инея:
      - Да, родственники зачастую сильно влияют на наши судьбы... А кровь - самый сильный ингредиент в семейных отношениях. От крови невозможно сбежать... - она помолчала немного, глядя на огонь, пылающий в камине. В её больших зрачках отражался блеск пламени и постепенно девушка словно впала в транс. Она почувствовала себя плохо, словно жидкий огонь прошёлся по её венам. Эльфийка резко отвернулась и прикрыла глаза, рукой потерев висок. Но легче не становилось – жар, словно наполнял её изнутри, стремясь вырваться наружу в облике алой драконицы.
      Фьерн хотел было ответить на замечание Эвели, но почувствовал, что с собеседницей что-то происходит. На колдуна повеяло жаром, и стало заметно, что девушке от происходящего нехорошо.
      - Что с тобой? - спросил человек, заглядывая эльфийке в глаза, и беря за руку холодными пальцами.
      Снедаемая изнутри жаром, к которому примешивалась невыносимая боль, девушка сжала его ладонь. Перед её глазами, словно плясали огненные пятна. Невозможно было сосредоточиться на том, чтобы взять под контроль эмоции, как бывало раньше. Сколько это продолжалось, она не могла определить. Но холод, словно исходящий из пальцев колдуна, казалось, проник ей под кожу, и дышать стало легче, жар постепенно отступал, а вскоре вернулось нормальное зрение. Почувствовав облегчение, эльфийка всхлипнула и подняла руку, чтобы незаметно вытереть, выступившие на глазах слёзы. Другой рукой Эвели по-прежнему сжимала пальцы Фьерна, боясь, что как только их холод исчезнет - вернётся огненная боль.
      Фьерн не отпускал горячей руки девушки, казалось, её ладонь была способна обжечь по-настоящему. В голове колдуна возникло воспоминание о сгоревших останках разбойника, напавшего на них. И у Фьерна сложились кое-какие догадки, но это следовало оставить на потом. Тихо прошептав над Эвели заклинание, сделавшее воздух заметно холоднее он накрыл её руку и другой ладонью, пробормотав что-то успокаивающее. Эвели подняла глаза на колдуна - теперь они снова были спокойными и безмятежными, глубокого синего цвета, словно полночное море. Она молчала, не зная, что сказать. В комнате воцарилась тишина, лишь слегка шумел огонь в камине, отбрасывая на их лица золотисто-оранжевые всполохи. Иней давно уже убежал и где-то спрятался.
      - Отступило? - спросил Фьерн девушку, встревожено глядя ей в лицо. Его глаза сейчас были непривычного прозрачно-серого цвета. - Тебе принести чего-нибудь? Может выпить налить? - ему подумалось, что после такого жара она, должно быть, испытывает жажду.
      - Кажется да, - прошептала эльфийка, затем посмотрела вниз на их крепко сжатые руки. - Думаю, я могла бы выпить целый колодец.
      Фьерн кивнул, убрал правую руку с её ладони и, налив бокал прохладного вина, передал его Эвели.
      - Вот держи. Скажи, м-м-м, можно вопрос?
      Тем временем Иней вылез из-под кровати, куда сбежал и по очереди боднул ноги колдуна и эльфийки. Девушка сделала несколько больших глотков, блаженно впитывая каждую каплю вина. С невыразимым чувством облегчения от того, что всё закончилось, она готова была обнять весь мир и ответить на любые вопросы. Эвели кивнула.
      - Подобные... всполохи, это с тобой в первые, или случалось и раньше? - голос Фьерна звучал довольно встревожено. - Ведь это драконья кровь? Не так ли? Я слышал, о бардах, принявших Знание, но легенды молчат о подробностях.
      Эвели покачала бокалом, вглядываясь в бордовую винную глубину. Подумав о том, что дальше скрывать это от колдуна не имеет особого смысла, она ответила:
      - Ты проницательный. Это действительно драконья кровь. Кровь алого дракона. По-настоящему она пробудилась не так давно, и мне казалось, что я без проблем управляю ею... Но с некоторых пор, стали происходить странные вещи... Мне... всё труднее становится контролировать её. Это пугает меня, пугают кошмарные сны, которые она приносит. Настолько плохо, как только что мне пока не бывало, и если бы не ты, я не знаю, что могло бы случиться.
      Услышав ответ, Фьерн ненадолго задумался.
      - Насколько мне известно, кровь алого дракона сама по себе очень сильна. И, похоже, опасна... Ты пытаешься обуздать её, отказаться от этой могучей силы... а она не желает затухать... и пробивается сама... Тревожно. Ты искала книги, свитки, где бы рассказывалось, как потушить это пламя?
      - У меня не было времени, это началось не так давно. Да и не с кем было посоветоваться... - Она помолчала немного. - Теперь ты боишься меня?
      Фьерн изумленно выгнул брови.
      - Хм... А оно на то похоже, что я боюсь тебя? - несколько удивленно спросил он. - Да и с чего бы вдруг... И что ты теперь намерена с этим делать? Ведь если оно повторится, то может и усилиться.
      Глаза Эвели вспыхнули, и она бросила на мужчину загадочный взгляд. Потом улыбнулась:
      - Да нет, на страх не похоже, раз ты до сих пор сжимаешь мою руку. Просто хотелось убедиться... А что я намерена делать? Если честно, то я впервые в жизни не знаю, как быть дальше.
      - Мне кажется... нужно искать... Возможно, найдется тот, кто уже прошел по подобному пути до тебя. Сумел совладать с огнем. Уверен, это будет непросто. А если легенды умалчивают об этом... Надо будет искать свой путь.
      - Примерно так я и думала, - вздохнула Эвели. - Только что это за путь и где найти того, кто прошёл по подобному пути или хотя бы знает что-то... Но в любом случае, тебе есть о чём беспокоиться - алые драконы кровожадны и опасны. Если мне не удастся справиться с зовом крови, лучше, чтобы поблизости тебя не было.
      - Если рядом с тобой никого не будет, то этот огонь может поглотить тебя, не оставив даже пепла, - ответил колдун. - Что же касается меня... У меня есть свои способы защиты от огня.
      - Это так, - согласилась эльфийка, но тут же, пристально глядя на человека, добавила: - Хотя я всё равно не пойму, почему тебя должно это беспокоить. Мы знакомы без году неделя. Сейчас я могу наконец обдумать всё произошедшее, и никак не нахожу причин твоей заботливости. Что же ты скрываешь?
      Фьерн пожал плечами:
      - Наверное, я в некотором роде расположен к бардам.
      Высказывать свои мысли относительно организации Велуутра он пока не хотел, собираясь наблюдать и собирать всю доступную информацию. Нынешняя напряженная ситуация здорово осложняла ему дело. Впрочем, и Эвели он сейчас не солгал, ибо, в самом деле, испытывал к труженикам лиры некоторую приязнь.
      Поняв, что ничего от него не добьётся, Эвели отпустила руку колдуна и слегка отодвинулась. Бард принялась молча пить вино, размышляя о сказанном и не сказанном. Странные у них сложились отношения - вроде и не друзья, и не враги, случайно встретившиеся путники, которых, по идее, ничего не держит вместе, но и разойтись никак не получается. Эльфийка всегда пыталась держаться подальше от людей, с тех пор, как один из них ей крепко насолил. Конечно, приходилось общаться, ведь профессия барда - развлекать народ, да и людей развелось на свете приличное количество, никуда от них не деться. Но долго путешествовать вместе не приходилось, и она тщательно избегала таких моментов. Теперь вот он к ней прилепился, и никак не уходит, хотя импу понятно, что это не просто так. Барды ему нравятся, ну да как же. Хотя и Фьерн, при правильном подходе, может сослужить службу - во-первых, с мужчиной в компании в этой стране безопаснее, во-вторых - его ледяная магия весьма полезна.
      Фьерн видел, что Эвели погрузилась в свои мысли. Похоже, она его подозревала, что ж, он не мог её винить, а открыться пока готов не был. Колдун перевел взгляд на Инея, который жевал оставленный у кровати пушистый тапок эльфийки.
      Время летело незаметно, но вскоре вино было допито и огонь в камине почти потух. Вздрогнув от звука лопнувшего в огне полена, Эвели вырвалась из своих мыслей и воспоминаний, будто только осознав, что она не одна. Бард посмотрела на колдуна, чей резкий профиль вырисовывался в полумраке, а холодные глаза слегка светились, отражая последние искорки огня.
      - Ты надумал остаться здесь на всю ночь? - пошутила девушка.
      Колдун, который также уплыл куда-то в невеселые размышления, обернулся к эльфийке. «Да уж, засиделся я».
      - Хм, время действительно бежит, и, наверное, я тебе уже начал докучать, - он легко поднялся на ноги и поставил бокал, который до сих пор держал в руках на столик. - Что ж, спасибо за вино и спокойных снов. Иней, - позвал Фьерн котенка, - оставь гостиничный инвентарь, если от него что-то осталось и пошли.
      Котенок нехотя вынул зубы из тапка и напоследок провел спинкой по ноге Эвели. Эльфийка невольно улыбнулась, почувствовав тёплую шёрстку Инея возле своей ноги, и рассеяно провела пальцами по его шкурке. Когда Фьерн ушёл, Эвели подошла к окну и выглянула на улицу. Снаружи было очень темно, как бывает только в тёплых странах. Она видела отблески реки и отражающиеся в ней фонарики, раскачивающиеся на ветру. Улица была пустынна, но девушка почувствовала на себе чей-то взгляд. Всматриваясь в темноту, она уловила молниеносное движение, но кто это или что это - так и не разобрала. Наглухо закрыв шторы, эльфийка разделась и легла в постель. Эвели думала, что не уснёт быстро, но ошиблась и провалилась в глубокий сон, проспав до полудня.
      Вернувшись в свою комнату, Фьерн в первую очередь проверил запоры на окнах - все было спокойно. Кто то, пожалуй, мог бы счесть его параноиком, но жизненный опыт подсказывал колдуну, что в этих проверках есть смысл. Наморозив охранных чар, он ненадолго погрузился в медитацию, позволявшую очистить мысли, и только после этого улегся спать, положив кинжал под подушку.

0

5

**

      Ранним утром под дверь Халлиры подсунули записку - эльфийские руны, на мраморной бумаге. В записке Хейден извинялся за то, что не может увидеться с ней лично, но в дальнейшем обязательно восполнит этот пробел и просил девушку о встрече у подножия Небесного Пика - живописного горного хребта, в дне пути от Аткатлы.
      Быстро собрав все необходимое, звездная эльфийка оседлала коня и отправилась в путь. Раньше ей не доводилось бывать в этом месте, и она ориентировалась по карте, которую приложил к письму Хейден. На следующие сутки, остановившись лишь для короткого сна в степной местности, Халлира почти добралась до места назначения. Спешившись, девушка спокойно ожидала встречи, как вдруг за ее спиной раздался отчаянный крик. Из-за ближайшего холма вылетел юноша, в его карих глазах плескался страх, а всклокоченные волосы имели странный зеленоватый оттенок, хотя он, несомненно, принадлежал к человеческой расе. Звездная эльфийка прикинула, что по человеческим меркам, он на несколько лет моложе ее. На парне был необычный наряд, состоящий из белых штанов, изящно вышитых сапог, бордового жилета, магических с виду наручей, и очень странного воротника из настоящей лисы, обмотанного вокруг шеи. За спиной – магический посох.
      - Подождите! Помогите мне! - крикнул он, подбегая к девушке. - Умоляю! - Парень схватил Халлиру за руку, в глазах его читался неприкрытый ужас.
      - В чем дело? - настороженно спросила эльфийка, слегка поморщившись от боли, когда его пальцы сжали кожу руки. - О какой помощи вы говорите?
      Человек, подрагивая от страха, продолжал держаться за Халлиру.
      - Эти сумасшедшие сектанты... Они хотят меня убить! - Парень начал глубоко заглатывать воздух, словно сейчас упадет в обморок, то ли от страха, то ли от бессилия. - Они называют себя... - В ближайших кустах раздался шорох, парень с ужасом обернулся, но обнаружил, что это птица взлетела с ветвей дерева. - Они называют себя, - он заглянул в глаза эльфийки. - Элдрет Велуутра.
      «Элдрет Велуутра... Значит, они где-то рядом. Хейден все-таки привел их. Хотелось бы только знать - чтобы представить меня им или заманить в ловушку». Халлире хотелось верить, что ее ночной спектакль удался, но нельзя было исключать и другой возможности.
      - Где они? - эльфийка внимательно посмотрела на парня. - И почему преследуют вас?
      Юноша уставился на Халлиру.
      - Что? Зачем они вам? Они же бесчеловечны! - его голос вибрировал, а тело тряслось от страха. - Они хотели убить меня только потому, что я человек! Убить! Вы понимаете? Это настоящие сектанты! - Парень еще крепче вцепился в руку девушки. - Нам нужно уходить, - прошептал он. - Они уже близко.
      «Интересно, что бы ты сказал, если бы узнал, что я и сама собираюсь влиться в ряды этих сектантов... Не по-настоящему, но все же, если прикажут тебя убить...»
      - Нет, - девушка покачала головой. - Мне они ничего не сделают, их действия направлены против людей, но не эльфов. Я останусь, а вам нужно уйти, пока они не пришли сюда. Найдите безопасное место и успокойтесь.
      Хотя Халлира и не горела особым желанием встречаться с Хейденом и его приятелями, но задание есть задание - раз она взялась за него, она его выполнит.
      - Я не могу уйти пешком, - заявил парень, дрожащим голосом. - Я боюсь, что они меня нагонят... - Парень тяжело вздохнул, пытаясь успокоиться.- Скажите, почему вы хотите увидеть их? Или... - глаза паренька расширились от ужаса. - Вы тоже одна из них?! - Взвинченный и трясущийся от страха человек достал свой посох. - Я не смог убить десяток эльфов... Но тебя одну! - рука, держащая посох, потрясывалась.
      - Вряд ли у тебя получится убить меня, - заметила Халлира, но на всякий случай положила руку на эфес рапиры. Неожиданные препятствия в виде испуганных парней никак не входили в ее планы, но настроение у нее было на удивление миролюбивое, поэтому эльфийка не хотела ни с кем драться. Разве что ей не оставят выбора. - Я не собираюсь причинять тебе зла, если ты меня сам к этому не вынудишь. И я не одна из них... Пока что.
      Девушка прислушалась, пытаясь различить звук шагов, цокот копыт или какой-либо другой признак близкого присутствия адептов Элдрет Велуутра, но вокруг все было спокойно.
      - Хм, - парень немного напрягся, страх полностью исчез с его лица. - Пока? Значит, ты собираешься присоединиться к ним? Не так ли? Или мне показалось?
      Волшебник, поигрывал посохом, перебрасывая его из одной ладони в другую.
      - Возможно, - туманно ответила Халлира. Она не собиралась откровенничать с абсолютно незнакомым ей парнем. - А почему тебя это волнует? - эльфийка насмешливо прищурилась. - Я же сказала, что не хочу с тобой драться - так уходи, пока цел, и дело с концом. Думаю, Элдрет Велуутра скоро действительно будут здесь.
      Парень рассмеялся, и от этого смеха потянуло могильным холодком.
      - Знаешь, можно смело поставить галочку напротив пунктика "Чрезмерное человеколюбие" или, я думаю, можно и напротив "Повышенное великодушие", - улыбка волшебника стала презрительной. - Я думал, что ты решишь завершить то, что так и не закончили мои... хм... преследователи! - Произнеся последнее слово, парень снова рассмеялся. - Ты еще не поняла, что Элдрет Велуутра уже здесь?
      По лицу эльфийки скользнула ответная холодная улыбка, не затронувшая ее серых глаз.
      - Что поделать, сегодня у меня такое настроение, - пожала плечами девушка. - Не хотелось марать руки кровью. Впрочем, настроение у меня меняется быстро, могу и передумать, - губы Халлиры изогнулись в жесткой усмешке. - А Элдрет Велуутра всегда устраивают подобные испытания возможным новобранцам?
      - Ты должна знать, что те, кто меня послал, не любят людей. Очень сильно, - сказал волшебник, убирая посох. - Можно сказать, что для меня сделали исключение, поэтому, впредь не допускай таких оплошностей. - Парень сделал шаг в сторону Халлиры. - А испытания бывают разные... Элдрет Велуутра - это не сборище придурков. У них хорошая фантазия, и с воображением все в порядке. И то, что произошло здесь... Это даже не испытание, а так... разминка.
      - Хороша разминка - отправлять мне навстречу своего представителя под видом насмерть перепуганного парня, - усмехнулась Халлира. В непроницаемых серых глазах блеснул интерес – раньше наемнице не приходилось слышать, чтобы Элдрет Велуутра делала исключения для людей, и ей стало любопытно, что такого необычного в этом парне, чтобы из-за него изменять правилам. Но вслух свои мысли она высказывать не стала. – Теперь, когда разминка закончилась, и я ее провалила, меня ждут испытания? - голос эльфийки был спокойным, но внутренне она напряглась.
      - Именно так, - ответил парень. - Но я не могу тебе о них ничего говорить, ты должна сама со всем справиться. - Волшебник оценивающе осмотрел эльфийку с головы до ног. - Нам нужно отправиться в храм… Как тебя зовут?
      - Халлира, - отозвалась звездная эльфийка. - А как мне называть тебя? В вашей, несомненно, важной организации все называют друг друга какими-нибудь громкими прозвищами или довольствуются именами? - девушка насмешливо фыркнула, убирая руку с эфеса клинка, и беря коня под уздцы. Впрочем, ее внешняя веселость и насмешливость были фарсом, про себя эльфийка размышляла о возможных испытаниях Элдрет Велуутра.
      - Зови меня Мейсоном, или просто Мейсом, - ответил парень. - Подожди, я приведу свою лошадь.
      Волшебник скрылся за деревьями, из-за которых так внезапно появился несколько минут назад и через некоторое время выехал оттуда на гнедой кобыле. Он надменно посмотрел на эльфийку:
      - Мы едем в Шилмисту. И не отставай, я не люблю долго ждать.
      С этими словами он пришпорил лошадь и поехал в обратном направлении, чтобы объехать холмистую местность и выехать на тракт. Наемница только закатила глаза, вскочила в седло и через несколько минут догнала нахального юнца.
      - А кто ты в Элдрет Велуутра, Мейсон? И почему они приняли в свои ряды человека?
      Волшебник, не оборачиваясь, бросил девушке:
      - Я не в их рядах. Я просто с ними, и это разные вещи, я бы хотел, чтобы ты сразу это уяснила.
      Халлира раздраженно нахмурилась. Ей не сильно нравилось, как говорит с ней парень, она привыкла к иному обращению, хотя с другой стороны, ее это забавляло. Такое разнообразие среди наемничьих будней и услужливых взглядов обывателей. Девушка не стала больше задавать вопросов и некоторое время ехала молча, стараясь не отставать. Хотя ее терпения хватило ненадолго, и скоро она уже негромко насвистывала какую-то мелодию.
      - Меня раздражают твои завывания, - вдруг заявил волшебник, когда их лошади в очередной раз поравнялись. - У тебя нет ни голоса, ни слуха, так что лучше ответь на мой вопрос, - Мейсон повернулся к Халлире, - чем тебя так прельщают Элдрет? Скажу честно, они не особо могущественны. - Парень нащупал флягу у себя на поясе и немного отпил из нее воды.
      «Зато у меня есть кинжал, которым стоит тебя лишь немного царапнуть и ты больше не жилец», - мрачно подумала девушка, но вслух этого, разумеется, не сказала.
      - Странно, еще никто не жаловался на мой голос, - сладко улыбнулась эльфийка, но в ее улыбке было больше яда, чем в змеином укусе. - Мне надоели мелкие людишки вроде тебя, и я хочу присоединиться к своим соплеменникам в том, чтобы их приструнить - вот и все.
      Мейс ухмыльнулся и внезапно остановил коня.
      - Мелкие людишки? - на его лице сияла злорадная улыбка. – Ну, отлично. В таком случае проваливай. Никуда я тебя не поведу. Вон бог, вон порог, как говорится. До встречи. - Она думает, что я собачонка, которая должна проводить ее отсюда до ячейки?! Ха, она меня недооценила…», - волшебник скрестил руки на груди, ожидая как поступит девушка.
      «Это должно было меня напугать?», - мысленно фыркнула Халлира. Наемница развернула коня и остановилась прямо перед Мейсоном, насмешливо глядя ему в глаза.
      - Знаешь, я убивала и за меньшее, чем подобное обращение с собой, так что лучше придержи язык, - в голосе эльфийки прозвучал легчайший намек на угрозу, но милая улыбка заставляла усомниться, что он там был. - Счастливо оставаться.
      Объехав парня, Халлира двинулась обратно к Аткатле, снова начав демонстративно насвистывать песенку и размышляя, сможет ли она теперь как-нибудь подобраться к Элдрет Велуутра. Возможно, ей стоило сдержаться, но гордость девушки была уязвлена.
      - Ну-ну, проваливай, - бросил ей вслед Мейсон. - Только беда в том, что тебя никто не примет в Элдрет Велуутра, главное правило - тебя должны пригласить и привести. Шанс всего один. По-другому никак. - На лице волшебника сияла довольная улыбка. - Так что я даю тебе последний шанс извиниться... Понятно?!
      - Не дождешься, - пробормотала эльфийка. - Найду себе другого проводника. Нужно поговорить с Хейденом.
      Халлира слегка пришпорила коня, упрямо тряхнув головой, от чего ее серебристые волосы взметнулись в воздух. Сейчас девушка очень жалела, что в Амне не любят магию и не стоило ею разбрасываться - уж очень хотелось залепить огненным шаром по нагло ухмыляющемуся лицу Мейсона.
      - Не найдешь, - прокричал ей вслед волшебник с издевкой в голосе. - Ты думаешь, что Элдрет будут за тобой бегать? Ха, высокого ты о себе мнения. Что же, удачи, тебе никогда больше туда не попасть! Печально, что ты так... не сдержана.
      Не выдержав, Халлира остановила коня, и мысленно досчитав до трех, медленно обернулась.
      - Я могу быть сдержанной, если мне это нужно, - от улыбки девушки повеяло ощутимым холодом. Слова волшебника ей не понравились - если она и правда не могла попасть в Элдрет Велуутра по-другому, следовало смирить свою гордость. Другое дело, что сделать это было непросто. Решив про себя, что она еще разберется с Мейсоном, но позже, эльфийка через силу выдавила. - Хорошо, я была... неправа. И как мне теперь загладить свою вину?
      - Я даже не знаю, - протянул парень, продолжая улыбаться и рассматривая эльфийку, слегка прищурив карие глаза. - Я могу захотеть слишком многого... Вопрос в том сможешь ли ты это выполнить... Самое забавное, что ты полностью зависишь от меня. Тебе приятно быть беспомощной?
      Глаза Халлиры сузились – в них сейчас пылало опасное серебристое пламя. В такие моменты становилось понятно, что одним из доменов жрицы является огонь. Девушка с усмешкой подумала, что кто-то более впечатлительный, чем Мейсон, уже уносил бы ноги, но волшебник, похоже, был не пробиваем.
      - Я не беспомощна и хватит пытаться вывести меня из себя, или ты об этом пожалеешь, - медовым голоском пропела звездная эльфийка, проигнорировав оценивающий взгляд парня - к таким взглядам она уже давно привыкла.
      - Не груби мне, - ухмыльнулся Мейс. - Это ни к чему хорошему не приведет.
      Парень пришпорил коня и подъехал к наемнице. Неожиданно он положил одну руку ей на бедро.
      - А если будешь хорошо себя вести, я устрою тебе теплый прием. У меня есть связи в Организации.
      - Хорошо себя вести? - насмешливо переспросила Халлира. - Боюсь, я на это не способна и тебе придется с этим смириться, - девушка ухмыльнулась, одновременно сбрасывая руку парня со своей ноги. - Может быть, ты уже отведешь меня к своему руководству, а то оно, наверное, заждалось?
      - Совсем нет, - Мейс мило улыбнулся, приняв невинный вид. - Они наоборот сказали подольше тебя помучить. - Парень резко развернул коня и снова поехал по направлению к Шилмисте. - До храма можно добраться быстро, если знать верную дорогу, - сообщил он. - Всего двое суток. Особо опасные животные в этих землях не обитают. Завтра днем, скорее всего, мы уже проедем степи и выедем к лесу, но только если не мешкать и не делать привалы каждый час. - Волшебник посмотрел на Халлиру: - Ты кто по специальности? Точно не маг, да и на воина не сильно смахиваешь.
      - Ты так говоришь, будто мне нужны привалы каждый час. Я не так слаба, как может показаться на первый взгляд, - возмутилась Халлира. Немного помолчав, она ответила на вопрос волшебника уже более спокойным тоном. - Я жрица. Но не только. Я довольно неплохой ассасин - по крайней мере, мне так говорили.
      - Жрец-ассасин? - переспросил Мейс. - Впервые слышу о столь странном сочетании этих двух ремесел. Если честно, то я и не думал, что ты очень слаба, просто… мне кажется, что за нами кто-то следит. И это уже не Элдрет Велуутра…
      - А я вообще уникальная во всех отношениях, - усмехнулась девушка. Услышав о слежке, она напряглась, внимательнее изучая, заросшие буйной растительностью холмы, через которые пролегала дорога до тракта. Но либо преследователи хорошо маскировались, либо были под заклятьем невидимости, потому что эльфийка ничего особенного не замечала.
      - Кто может следить за нами? А главное, зачем? - негромко спросила Мейса Халлира. - Есть варианты?
      Маг бросал взволнованные взгляды на тени деревьев, казавшиеся сейчас при свете застывшего жаркого солнца, очень четкими.
      - Да, - Мейсон прикрыл глаза. - Только один вопрос... Ты добрый жрец? Ну, то есть поклоняешься доброму божеству?
      Халлира едва не расхохоталась. Кайрика можно было назвать каким угодно богом, но уж никак не добрым.
      - Нет, я не добрый жрец, - ответила эльфийка, расстегивая пряжку на плаще и что-то вытягивая из под складок материи. - Мой бог - Кайрик, Принц Лжи - думаю, ты должен был слыхать о таком. - Снова застегнув короткий плащ, девушка опустила руку, но теперь амулет, висящий у нее на шее, больше не был скрыт от посторонних глаз.
      - Тогда у нас проблемы, - заявил Мейсон. - Это нежить...
      Они проехали очередной крутой поворот, вьющейся словно бледно-желтая, песчаная змея, дороги, и тут лошади в страхе заржали, вставая на дыбы. Медленно, но отнюдь не лениво, с ближайших холмов к волшебнику и жрице двигались несколько скелетов в компании с зомби и одним скелетом-воином, который, по всей видимости, возглавлял отряд. Они окружили путников, все плотнее сжимая кольцо.
      - Жаль, что ты не умеешь разгонять нежить... - прошептал волшебник, пытаясь успокоить лошадь.
      - Да, мои магические умения заключаются в другом, - эльфийка прикусила губу, еле удерживая испуганного коня. - Раньше у меня был другой бог, но, учитывая, что я от него отказалась, вряд ли он ответит на мой зов. - Девушка сжала в руке амулет, лихорадочно размышляя, как обезвредить нежить. - Как думаешь, огонь их остановит? - прошептала Халлира, перебирая в уме известные ей заклинания.
      - Разве что его свечение, - усмехнулся волшебник, наблюдая за тем, как нежить подбирается все ближе. - Кости не горят, я думал, что ты это знаешь. А зомби похожи на холодец на ногах, так что им тоже особо больно не будет... Хотя, можешь попробовать. Я, к сожалению, тоже не умею ничего противоестественного с нежитью делать. Может их убить молниями? Хм, вряд ли поможет…
      Халлира раздраженно сжала губы - даже сейчас Мейсон не мог не указать на ее незнание чего-нибудь.
      - Предпочитаю не иметь дела с нежитью, - прошипела эльфийка. - Поэтому и не знаю.
      Девушка выбросила вперед руку и пробормотала несколько слов - в скелетов полетел мощный огненный шар, не причинив им, однако особого вреда. Чертыхнувшись, Халлира прочитала заклятье Огненной Стены, но и это не стало препятствием для нежити.
      - И что нам делать? - в голосе девушки впервые прозвучало отчаянье.
      - Ну, конечно же, мне придется тебя спасать! - волшебник поднял свои руки, складывая ладони в различные жесты; слова, срывающиеся с его губ, звучали резко и отчетливо. - Получайте!
      Луч света сорвался с ладоней Мейса и, выстрелив вперед, ударил в грудь предводителю скелетов. Раздалось шипение, но с мертвецом ничего не случилось.
      - Магия, - произнес парень. - На них наложена "Защита от энергии", я не знаю, что нам делать...
      - Возможно, нам и не стоит с ними сражаться, - пробормотала жрица, еще крепче сжимая в руке амулет и царапая руку о его острые края - но сейчас эльфийка даже не почувствовала боли, она мысленно взывала к Кайрику, известному своими иллюзиями, прося его о помощи. Когда жрица снова заговорила, с ее губ сорвались странные непонятные слова, а глаза словно заволоклись туманом. Перед Мейсоном и Халлирой заколебалась легкая прозрачная дымка. Девушка на миг прикрыла глаза и потрясла головой, отгоняя наваждение, - дымка рассеялась, но жрица понадеялась, что нежить их не видит. - Поехали быстрее, пока магия действует, - прошептала Халлира, пытаясь заставить коня ехать вперед. Лошадь мага сделала несколько шагов, но стоило ему только приблизиться к одному из скелетов, как тот, поднял свой ржавый меч повыше и наотмашь махнул им, едва не перерубив животному ноги.
      - А мне кажется, что она не то, чтобы подействовала...
      Два скелета, а также их командир бросились на девушку, а двое зомби с еще одним скелетом стали приближаться к Мейсу. Достав свой короткий посох, волшебник размахнулся и снес скелету череп. Нежить дрогнула и рассыпалась на отдельные кости.
      - Хм, с зомби будет сложнее, - вздохнул Мейсон.
      Эльфийка выругалась, соскакивая с коня и выхватывая из ножен рапиру, если ее жреческая магия была бессильна, оставалось положиться на другие свои умения. Несколько быстрых ударов, со свистом разрезавших воздух, и сочленения останков тела - и один из скелетов превратился в кучку костей, осыпавшихся на землю. Второй скелет и их предводитель надвигались на девушку с разных сторон, и вскоре ей пришлось забыть о нападении, уворачиваясь от их атак. Через пару минут и второй скелет оказался разбит на мелкие части, но с главарем проблем было больше - очевидно, какая-то магия скрепляла его кости, делая скелет не таким хрупким. И все же Халлира не оставляла попыток разбить его.
      - Я могу их задержать, - протянул Мейс, отъезжая на своей лошади подальше от Халлиры. - С помощью этого... - В воздухе возникла огромная ладонь, которая мгновенно сбила зомби с ног, придавив к земле мощным ударом. - Но убивать их тебе придется самой...
      Раздался треск, затем шипение, и Мейсон стал наполовину прозрачным, применив чары Смещения на себя и свою лошадь. Эльфийка бросила на Мейсона быстрый подозрительный взгляд.
      - Это что, какое-то испытание Элдрет Велуутра? - недовольно крикнула она, блокируя рапирой атаки главного скелета. Отступив на шаг, Халлира прочитала заклятье Рассеивания магии, не причинившее главарю нежити никакого видимого вреда. Но от следующего удара клинком кости скелета ощутимо дрогнули. Заметив эту перемену, девушка усилила напор.
      - Да, молодец, - ухмыльнулся Мейс. - Это именно испытание номер два... Только если я тебе помог, надо восстановить справедливость...
      Земля дрогнула, когда волшебник стал произносить магические слова. Через пару мгновений, помимо главаря скелетов и двух зомби, на холмах вокруг Халлиры стояли еще три костяных воина и два скелета-лучника.
      - Это испытание Силы. Второе по счету, - сообщил Мейс, отъезжая в сторону.
      - И это, по-твоему, справедливо? - эльфийка стрельнула в сторону волшебника яростным взглядом, поудобнее перехватывая в руке рапиру и обрушивая ее на голову главного скелета, который от удара зачарованного оружия рассыпался на кусочки. - Сила - это не совсем то, на что я привыкла полагаться...
      Девушка наносила быстрые и точные удары, но противников было слишком много - хотя она уменьшила их численность, разбив еще двух скелетов.
      Мейсон рассмеялся.
      - В жизни нет ничего справедливого! А если тебя это не устраивает, уходи. Это тебе нужны Элдрет Велуутра, а не ты им!
      На языке крутилось многое, что Халлира могла бы рассказать Мейсону о нем самом и об Элдрет Велуутра, но эльфийка заставила себя промолчать - в конце концов, ей действительно нужно было попасть в эту проклятую организацию, а если провести ее мог только Мейсон, то нужно было делать все, что он скажет. От этой мысли девушка заскрежетала зубами и прокляла тот день, когда пообещала помочь Гильдии Торговцев.
      Нейтрализовав еще одного мертвяка ударом рапиры по голове, Халлира решила попробовать то, чего никогда прежде не делала. Она и правда не имела раньше дела с нежитью, но слышала, что жрецы Кайрика могут ее контролировать. Решив, что попытка - не пытка, девушка пробормотала заклятье, которое в теории должно было бы заставить мертвецов перейти на ее сторону. Но, учитывая, что она не практиковала подобной магии раньше, Халлира не была уверена в результате.
      - Отличный ход, браво, но я тебя разочарую, призывную нежить подчинить практически нереально, - волшебник с усмешкой сложил руки на груди, ожидая, что предпримет Халлира. - Может быть, еще призвать несколько трупов? Я смотрю, тебе с ними очень весело.
      - Повеселее, чем с тобой, - огрызнулась Халлира, начиная задыхаться от напряжения. Еще одно заклятье - и перед эльфийкой появился громадный волк и бросился на одного из зомби. Следом за ним материализовалась расплывчатая черная тень, поплывшая в сторону второго зомби, повинуясь мысленному приказу девушки. Со скелетами она решила разобраться сама - в первую очередь с лучниками. Хотя до сих пор ни одна стрела не попала в наемницу, так как из мертвяков стрелки были неважные, они здорово отвлекали ее внимание. Движения Халлиры были стремительны и тщательно отточены - не слишком ловкие мертвые лучники не могли как следует прицелиться.
      Мейсон, зевая, наблюдал за происходящим. «Мерзелль меня просто раздражает. Мало того, что заставила нянчить эту эльфийку, так еще и приказала провести испытания... Она думает, что я ее слуга? Мне казалось, что мы все ясно обговорили. Мои услуги в качестве приманки, в обмен на ее знания. И не более того».
      - Ты скоро уже? - спросил волшебник, почесывая затылок.
      «Ничего, сейчас закончу с этими тупицами и примусь за тебя», - злобно подумала девушка. И тут же вздохнула, вспомнив, что волшебник ей нужен. Другое дело, когда она станет полноправным членом Элдрет Велуутра.
      - Подождешь, - пробурчала Халлира, разбив еще одного скелета и поворачиваясь к последнему. Призванный волк и тень уже успели расправиться с зомби и исчезли. Наконец, последний мертвец рассыпался, и эльфийка вбросила рапиру обратно в ножны. - Доволен? - усмехнулась девушка, тяжело дыша и доставая платок из поясной сумки, чтобы вытереть пот с лица и шеи.
      - Ну, наконец, я уже решил, что ты никогда их не убьешь. Думал, что ты слишком... слаба. А ты, оказывается, не такая уж и безнадежная.- Маг заставил лошадь медленно поехать вперед по дороге, не дожидаясь, пока Халлира сумеет отдышаться, напиться воды и поймать своего коня. - Слава Велшаруну, что ты не такая, как большинство эльфов, бездумных тупиц, помешанных на себе.
      Подавив мимолетное желание снова достать рапиру, но в этот раз стукнуть ей не мертвяка, а едущего впереди нахального парня, Халлира заставила коня догнать молодчика.
      - Как тебя только терпят в Элдрет Велуутра? - ядовито протянула девушка. - С таким-то нелестным мнением об эльфах? Мне казалось, что в этой организации как раз и собрались помешанные на себе эльфы. Или я неправа?
      - Ты права, - согласился волшебник. - Я ненавижу Элдрет Велуутра, а они меня. В этом нет ничего необычного, но..., - Мейсон прикрыл глаза, продолжая медленно ехать вперед, - наш союз имеет большое стратегическое значение для них, и практическое для меня. Ничего большего я сказать тебе сейчас не могу.
      - Не хочешь - не говори, - пожала плечами девушка. Она задумчиво посмотрела на Мейсона. - Просто странно... Они не боятся доверять тебе информацию при том, что ты их ненавидишь? Или они не видят этого и считают тебя своим преданным слугой? Но тогда они глупцы...
      Халлира замолчала, подумав, что она не возражала бы, если бы в Элдрет Велуутра были одни глупцы - это существенно облегчило бы ее задание - но что-то ей подсказывало, что это не так.
      - Они знают, что я их не люблю, и отвечают мне взаимностью, но называть их глупцами, - Мейсон ухмыльнулся. - Вот это действительно глупость. Элдрет Велуутра - это неоспоримая сила, с которой следует считаться, если ты не идиот, или не безумец.
      - Есть и другие силы, более могущественные, чем Элдрет Велуутра, - невозмутимо ответила девушка. - Некоторые из них стоят и за мной, поэтому, уж извини, но трястись от страха перед вашей организацией я не буду. Хотя и ее веса я не отрицаю.
      Эльфийка прикрыла глаза. Она чувствовала сильную усталость, боль в мышцах и головокружение, не очень хорошо соображая, что именно говорит. Несмотря на то, что она не собиралась признаваться в этом и самой себе, не говоря уже про Мейсона, недавнее испытание ослабило ее, ведь ей пришлось использовать даже не одно, а сразу несколько заклинаний.
      - Я знаю, - кивнул Мейс, - Элдрет - это далеко не самое могущественное сообщество на территории Фаэруна, но... Если ты сама так не ценишь их, зачем тебе становиться одной из них? - Маг улыбнулся. - Я жду объяснений.
      Эльфийка открыла глаза, мило улыбаясь в ответ, но чертыхаясь про себя.
      - Я хочу присоединиться к ним не для того, чтобы увеличить свое влияние и могущество - мне вполне хватает того, что уже есть, а... скажем так, по личным причинам, о которых я уже говорила, - немного раздраженно ответила Халлира. - Я хочу снова объединиться со своими сородичами - мне надоело жить среди человеческой грубости и нахальства.
      Мейсон рассмеялся:
      - Ну как же. Я тебя насквозь вижу, но это не мое дело, что у тебя с Элдретами... Меня это не касается.
      «Вот и отлично...»
      - Надо же, какой проницательный, - насмешливо протянула Халлира. - Неужели я растеряла все свои навыки обмана? Что-то давно никаких испытаний не было - неужели у Элдрет Велуутра фантазия закончилась?
      - Три минуты для тебя давно? - спросил Мейсон. - Какая же ты не терпеливая. Такое ощущение, что в тебе собраны только лишь отрицательные черты. Скоро мы доберемся до реки. Ты плавать умеешь?
      - Как будто ты белый и пушистый, - ухмыльнулась Халлира, - или отрицательные черты ты замечаешь только у других? Я умею плавать, но не особо люблю это занятие. Надеюсь, плыть придется недолго?
      - Нет, я не белый, и тем более не пушистый, я темный и колючий, но разговор идет не обо мне. Река не большая, но тебе хватит. А если ты замерзнешь, переплывая ее, я смогу тебя согреть, - парень рассмеялся.
      - Тебе когда-нибудь говорили, что ты ужасно наглый? - усмехнулась эльфийка. - Я не знаю насколько хватит моих сил. Бой с твоей нежитью изрядно меня вымотал.
      Про себя девушка понадеялась, что сил хватит на то, чтобы переплыть реку - не сильно хотелось окончательно ослабнуть на середине пути - иллюзий насчет того, что волшебник ей поможет, она не питала.
      Мейсон улыбался.
      - Стоит во всем видеть только плюсы, милая. Быть пессимистом - это не модно в наши дни. Если ты утонешь, я пойму, что ты была слаба. Понимаешь, Элдрет - это не место для слабаков. - Парень рассмеялся, представляя, как девушка будет барахтаться в воде. - Ну а насчет «согреть», ты не против?
      - Я подумаю. Последние любовники, осмелившиеся смеяться надо мной, долго не жили, - эльфийка прищурилась, глядя на Мейсона. Она ненавидела насмешки, но в этом нахальном человечке была какая то странная привлекательность. А у звездной эльфийки давно не было любовника. В последнее время не попадалось никого достаточно интересного. - И хватит называть меня слабой, или я заставлю тебя убедиться в обратном.
      - А почему твои любовники долго не жили? – хихикнул Мейсон. - У них случался инфаркт после того, как они видели тебя обнаженной?
      Халлира резко остановила коня и, обернувшись, направила его обратно к чуть отставшему волшебнику.
      - Знаешь что, мне надоели твои вечные насмешки, - девушка ткнула Мейсона пальцем в грудь, когда их лошади поравнялись. - А мои любовники долго не жили, потому что не смогли меня удовлетворить, как я того хотела, - губы Халлиры изогнулись в хищной усмешке. - Поэтому лучше не рискуй, милый, а то вдруг проснешься с кинжалом в сердце.
      Закончив свою гневную тираду, эльфийка замолчала и, сняв с пояса флягу с вином, сделала большой глоток, чтобы успокоиться.
      - Ну, если они не могли тебя удовлетворить... это другое дело, - волшебник печально опустил голову. - Я же не знал, что ты фригидная... - Парень громко рассмеялся, лукаво глядя на Халлиру.
      - Иди ты к черту! - окончательно вышла из себя эльфийка. В ее глазах пылал такой огонь, что было удивительно, как она еще не загорелась сама и не сожгла все вокруг. - Если тебе дорога твоя жизнь, лучше уезжай. Иначе я покажу тебе огонек, но ты не сможешь никому о нем рассказать, - прошипела Халлира. - Неужели Элдрет Велуутра не могли прислать за мной кого-то другого?
      Волшебник на мгновение задумался.
      - Я думаю, нет, не могли, - ответил Мейсон, неожиданно резко наклоняясь вперед, и обнимая Халлиру за талию, едва не стянув ее с коня. - В ином случае, я бы не смог сделать вот это... - Парень притянул девушку к себе и страстно поцеловал, легонько прикусив ее нижнюю губу.
      Эльфийка на миг замерла, а затем обвила руками шею волшебника, не менее пылко отвечая на его поцелуй. В ней все еще клокотал яростный огонь, норовящий сжечь ее изнутри - Халлира всегда была вспыльчивой, но она давно не злилась так сильно.
      - Я знаю, что тебе просто попадались одни неудачники, - прошептал Мейсон, прерывая поцелуй.
      - Хочешь сказать, ты лучше, чем те, кто попадался у меня на пути? - выдохнула эльфийка, глядя ему в глаза.
      Волшебник взъерошил свои странные волосы, а затем отстранился от девушки, отпихивая ее обратно на коня, и трогаясь с места.
      - Да, именно это я и хочу сказать, - заявил Мейсон, не оборачиваясь. - Только ты вряд ли будешь лучшей в моей жизни, целуешься ты хуже, чем пятнадцатилетние девчонки. - Парень улыбнулся, удерживая себя от хохота.
      Халлира сделала глубокий вдох, надеясь успокоиться, но это не помогло. Сейчас ей казалось, что она могла бы сжечь весь Фаэрун, не прикладывая особых усилий. Хотя в данный момент ей хотелось обратить в кучку пепла только того, чья фигура мерно покачивалась перед ней в седле, едва сдерживая смех.
      - Мерзавец, - прошипела эльфийка. - Я заставлю тебя пожалеть о каждом сказанном тобой слове. Но сперва ты приведешь меня к Элдрет Велуутра.
      - Не злись, я просто пошутил. Ты целуешься вполне сносно.
      - В следующий раз лучше подумай, прежде чем так шутить, - процедила эльфийка. – Прибавь ходу, я хочу быстрее попасть в ваш храм.
      - Не торопи меня, я хочу погулять, насладиться природой... - парень продолжал все так же раздражающе веселиться. – Посмотри, какое красивое небо... Какая травка... А ты со своими Элдрет Велуутра...
      Природа, окружающая двух путешественников и в самом деле заслуживала внимания – под ласковым светом солнца, которое скоро должно было окрасить землю в цвета заката, нежно мерцали островки тимьяна и душистых трав. Экзотические деревья, что-то тихо шептали, проезжающим путникам, обещая блаженное укрытие от солнца в их манящей тени.
      - Хм, странно. Вроде я тебя и не ударила, а у тебя уже в голове помутилось, - ехидно заметила эльфийка. - С чего это ты так окружающим пейзажем заинтересовался?
      - Ну, потому что он намного приятнее, чем ты, - Мейсон громко захохотал. - Все, не злись, я шучу, шучу... Хм, я вот думаю, что будет, если Элдрет тебя отошьют? Ну, то есть скажут, что ты им не подходишь или еще что-то... Что ты будешь делать? У тебя есть запасной план? Или ты собираешься биться до последнего, пока не станешь одной из них?
      - А почему они меня отошьют? Разве им не нужны новобранцы? - эльфийка помолчала, раздумывая. - Пожалуй, последнее. Я сделаю все, чтобы стать одной из Элдрет Велуутра - так просто я не сдамся.
      - Звучит довольно фанатично, - Мейс закатил глаза. - Я бы не стал на твоем месте сильно стараться. На самом деле все, чем ты будешь заниматься там ближайшие лет двести-триста, так это выполнять безумные приказы старших. Может быть, через десяток веков, тебя даже посчитают своей, - парень вздохнул. - Там все слишком... лживо. Сплошная ложь, интриги и обман.
      - Ложь и обман? Думаю, мне подойдет, - хмыкнула Халлира, подумав про себя, что она не собирается тратить и года своей жизни на Элдрет Велуутра, не говоря уже про несколько сотен лет. Все, что ей было нужно, - это проникнуть в Организацию и раздобыть нужную Гильдии Торговцев информацию. А потом она просто уйдет из Элдрет Велуутра и забудет о них. Разумеется, для этого придется сделать так, чтобы сведения о ней, не попали в другие ячейки. Оглянувшись по сторонам, девушка посмотрела на Мейсона. - Мы скоро доберемся до реки? Я бы хотела спешиться и размять ноги.
      - Я же не говорю, что ложь - это плохо, сам не всегда говорю правду, но..., - Мейс улыбнулся. - Ты сама все поймешь со временем. Река далеко, отдыхай, пока есть возможность.

***

      Шади была разбужена грубым стуком в дверь, которая буквально содрогалась от ударов. Громогласный мужской голос прозвучал с другой стороны:
      - Хорош дрыхнуть, дроу! У меня задание, открывай!
      Полудроу вырвали из сладкого сновидения, поэтому ничего удивительного, что настроение у Шади было просто ужасное.
      - Нечего кричать, сейчас открою! - отозвалась она недовольным голосом, вылезая из постели.
      Девушка быстро натянула темно-синюю тунику и черные брюки, с ненавистью глядя на дверь, пытаясь понять кому и что от нее нужно, кое-как пригладила волосы и пошла открывать. На пороге возвышалась громадная фигура - ухмыляющийся полуорк в кожаной броне, с шипастой булавой на поясе. Довольно известный персонаж в Аткатле, открыто работающий на купечество, Кошнак Блейдфист вёл себя так, словно ему подчинялись все тайные и явные организации города.
      - Крохотуля, - прогромыхал полуорк и, отодвинув девушку в сторону, протиснулся в дверь. - Почему ты живёшь в такой дыре? Такая лапочка достойна лучшего! Приходи ко мне вечерком, может быть понравятся мои хоромы, и ты останешься навсегда!
      Шади подняла одну бровь, оглядывая свою комнату - вполне милую и уютную, обставленную очень изысканно - она тратила много времени и денег на предметы декора.
      - Да, да, я уже вижу - голые каменные стены, шкуры зверей вместо ковров и покрывал, грубая деревянная мебель... Нет уж, спасибо, - язвительным тоном ответила Шади, продолжая стоять у двери, всем своим видом показывая, насколько она не рада не званому гостю. - Зачем явился-то? Уж наверняка не только для того, чтобы предложить мне разделить с тобой кров.
      - Да нет, это я просто к слову сказал, - хрюкнул полуорк, усаживаясь в изящное деревянное кресло, жалобно заскрипевшее под его тушей. - А вообще, я мог бы и оскорбиться - у меня, знаешь ли, тоже вкус хороший. Такого тэйского фарфора во всей Аткатле не сыщешь. Не говоря уже о бамбуковой кровати... Ну да ладно, не хочешь - сама виновата. Дело вот в чём... Ты слыхала обо всех этих кражах и убийствах красивых девушек в городе и окрестностях?
      Шади нахмурилась, сложив руки на груди, не меняя, впрочем, своего местоположения.
      - Слышала, - ответила она. - И не только. Меня саму хотели украсть не далее, как вчера, - презрительно наморщив носик, добавила она
      - Серьёзно? - хохотнул Кошнак. – Наверное, веселая была схватка. Расскажи, что ты успела узнать или заметить? Для чего они хотели тебя похитить? И налей мне что-нибудь выпить, будь гостеприимной хозяйкой, крохотуля.
      - Очевидно, хотели продать работорговцам, им не понравилось, что у меня не было хозяина, - с презрением в голосе сказала Шади. - Говорили, на дроу сейчас большой спрос. Обычные бандиты, желающие подработать. Больше им не придется беспокоиться о заработке... А моим гостеприимством пользуются те, кто хотя бы выучил мое имя, - добавила она, не двигаясь с места. Это было довольно дерзко, учитывая то, какой важной фигурой являлся Кошнак. Но у девушки было слишком плохое настроение, чтобы беспокоиться о манерах. - Хочешь выпить - иди в таверну. Могу даже подсказать, где подают лучший эль, - холодно улыбнулась она.
      Против её ожидания, полуорк не рассердился, а лишь ухмыльнулся ещё шире, при этом его глаза навыкате пристально следили за девушкой.
      - Да, всё как я и думал. Тебя собирались похитить обычные работорговцы, а меня же интересует немного другое... Можно даже сказать, что я то как раз и работаю на таких как эти работорговцы.
      Шади напряглась, в ее взгляде полыхнули враждебные искры.
      - Да неужели?.. - протянула она. - Может, все-таки скажешь, что тебе от меня нужно? Или тоже хочешь связать веревкой и уволочь в темный переулок?
      Кошнак поднял здоровенные ручищи ладонями вверх и миролюбиво произнёс:
      - Зачем мне это, великолепная Шади - вот видишь, я помню твоё имя - это слишком грубо даже для меня. Ты, конечно, в курсе, что Амн славится своими гаремами и домами наслаждений, в которые попадают самые избранные, самые лучшие девушки со всех земель Фаэруна. Так вот я в данном случае помогаю своим друзьям, владеющим подобными гаремами - у них пропало несколько особо ценных экземпляров. До сих пор мои расследования не дали результатов, но я получил неплохие отзывы о твоих умениях, да и твоя красота, возможно, поспособствует в данной ситуации.
      - Заняться поиском девушек, чтобы вернуть их в рабство? - Шади покачала головой. - Даже и не знаю. Может, им лучше там, куда они попали, кто знает... Хотя, если просто нужно выяснить, кто этим занимается, то можно попробовать.
      - Боюсь, что в данном случае они предпочли бы рабство, тем более, что в гаремах с ними хорошо обращаются... Нет, они убиты. Причём особым способом - кровавые жертвы, по древним обрядам. Возможно - некромантия. Гаремный мир Аткатлы скоро не сможет это скрывать и воцарится хаос, а это вредит торговле. Я хочу предложить тебе выступить в качестве приманки и разузнать, куда ведут следы убийц. Разумеется, ты будешь в безопасности, мои люди не спустят с тебя глаз, - полуорк выжидательно глядел на Шади.
      - Конечно, эта работа будет хорошо оплачена? - почти утвердительно спросила Шади. - И еще мне интересно, какой расе принадлежали убитые девушки?
      Роль приманки ее не слишком вдохновляла, но работа есть работа, даже если и нужно трудиться на этого типа и работорговцев.
      - Это были самые красивые девушки гаремов - три человеческие девушки, две серебряные эльфийки и одна золотая. Причём эльфиек убили просто кровожадно, но без использования магии.
      Полуорк поднялся с кресла, которое после него годилось только на выброс. Кошнак наклонился к Шади и, дыхнув на неё смрадом, произнёс, понизив голос:
      - Кстати, в данном случае, использование магии заинтересовало Совет Шести. Магия применялась незаконно, и они желают разобраться с тем, кто посмел так обнаглеть. Но это между нами, крохотуля... Я вижу, мы договорились. Готовься, скоро ты станешь одной из гаремных красоток. С удовольствием погляжу на тебя в шальварах и прозрачной кофточке.
      Громко захохотав, полуорк протопал к двери и с шумом выкатился на улицу. Шади с облегчением заперла дверь за полуорком, его присутствие действительно было ей неприятно. Она грустно посмотрела на изуродованное кресло, отодвинула его в уголок, прикрыв покрывалом, - потом разберется. Полудроу быстро умылась и привела себя в порядок, попутно рассмотрев себя в зеркале. Да, можно и в шароварах с прозрачной кофточкой походить, если нужно. Ей нечего было стыдиться. Легкий завтрак, вернее обед, вернул Шади хорошее настроение, и она уже настроилась на интересное приключение.

      Вечером за наемницей прислали яркий паланкин - в таких обычно разъезжали гаремные девушки. Тёмные шёлковые шторы скрывали от любопытных глаз красавиц, путешествующих на базар или в иные места Аткатлы. Двое стражников молча стояли по бокам паланкина, ожидая, пока девушка заберётся внутрь.
      Полудроу особенно тщательно причесалась и уложила волосы, надела одно из своих лучших платьев - то, что особо эффектно подчеркивало ее стройную фигуру. Все равно шаровар и прозрачных кофточек у нее не водилось. Изящно придерживая рукой подол платья, девушка села в паланкин, уже полностью включившись в эту игру.
      Мерно покачиваясь, паланкин плыл по улицам Аткатлы. Сквозь изредка развивающиеся от тёплого ветра занавеси можно был разглядеть, что девушку несли по лучшим кварталам города - резные фонари на улицах сияли мягким светом, золочёные шпили храмов блестели в темноте. Глядя на великолепные здания и мощёные белым камнем с блестящими прожилками, улицы, можно было понять, откуда пошли слухи о том, что мостовые Аткатлы выложены золотом.
      Шади откинулась на мягкие разноцветные подушки и просто наслаждалась поездкой. Ей нечасто приходилось разъезжать по городу на паланкинах.
      "Наверное, этим гаремным девушкам и правда неплохо живется", - подумала она. Да, это рабство, но, возможно, для некоторых это действительно единственный способ обеспечить себе приличное существование.
      Наконец движение прекратилось. Паланкин замер возле великолепных резных ворот. Высокие стены, окружали огромный особняк, столь изящный, что напоминал своими формами распустившуюся лилию. Возле массивных дверей стояли грозного вида стражники – могучие люди в чалмах. Один из охранников Шади, что-то хрипло спросил и, услышав удовлетворительный ответ, открыл ворота. Паланкин занесли внутрь. Этот сад давно уже стал легендой в устах простых амнцев - дивные животные, гуляющие по его зелёным аллеям; лабиринты из экзотических цветов, самых невероятных расцветок; фонтаны, украшенные бело-голубыми изразцами... Сейчас в той части сада, где находилась центральная аллея, было тихо, мирно и безлюдно. Лишь хрупкие фонарики подсвечивали дорогу, и их пламя трепетало на теплом южном ветру.
      Шади осторожно отодвинула занавеску, выглядывая из паланкина. Здесь все было так... изыскано и шикарно. Неожиданно для себя девушка вдруг пожалела, что она здесь - временная гостья. Это место, по крайней мере, на первый взгляд, полностью отвечало ее вкусу и желанию жить красиво. Впрочем, наемница знала, что ее свободолюбие не позволило бы ей наслаждаться гаремной жизнью.
      Возле центрального входа в особняк стояла высокая женщина, лет сорока, с длинными белыми волосами, резкими чертами лица и пронзительными чёрными глазами. Ожидая гостью, женщина обмахивалась красочным веером из тончайших изумрудных перьев. В волосах её сверкали драгоценные камни, а тёмно-фиолетовое платье на вид стоило как породистая лошадь. Увидев, что носильщики приблизились к особняку, женщина спустилась по ступеням и махнула рукой, давая приказ остановиться. Когда паланкин замер вновь, Шади, подобрав длинное платье, с достоинством ступила на землю и с любопытством посмотрела на стоявшую перед ней женщину.
      «Наверняка, она здесь главная, и теперь предстоит подчиняться ее приказам», - подумала девушка. - «Ладно, если уж играть роль, так полностью».
      - Добрый вечер, - негромко сказала она, слегка склонив голову в почтительном поклоне.
      Женщина окинула прибывшую оценивающим взглядом.
      «Смотрит как на товар на базаре», подумала полудроу.
      - Как твоё имя? - спросила блондинка, резким и властным голосом.
      Шади спокойно выдержала оценивающий взгляд женщины, подавив порыв возмущения. Если женщина была тут главной, нужно сразу построить с ней ровные отношения.
      - Шади, мадам, - коротко ответила полудроу.
      Женщина повторила её имя, словно пробуя его звучание на вкус, затем кивнула:
      - Неплохо. Экзотично. Так и оставим. Идём со мной.
      Прежде чем повернуться и войти в здание, женщина отдала несколько приказов носильщикам и стражникам. Один из охранников отправился их сопровождать.
      - Называй меня мадам Харита. По всем вопросам ты будешь советоваться со мной. Сейчас мы идём в купальню, где тебя приведут в порядок. Нельзя, чтобы хозяин видел тебя в таких ужасных тряпках.
      - Да, мадам Харита, - покорно ответила Шади, шагавшая позади женщины, незаметно закатывая глаза. "Ужасные тряпки" были одним из ее любимых платьев, сшитым на заказ у очень хорошего портного, пусть и не лучшего в городе.
      Внутри особняк выглядел еще роскошнее, чем снаружи. Стены и полы блестели, словно натёртые воском, изящные росписи на стенах, гармонировали с фресками на потолках и тончайшими шёлковыми коврами. Убранству этого дома можно было только позавидовать. О чем-то подобном наемница могла лишь мечтать. Мадам Харита вела Шади по коридорам, а телохранитель молча следовал за ними, словно бесшумная тень. Наконец они остановились у резных дверей, за которыми слышался женский смех. Воин с непроницаемым лицом встал у двери, а женщина кивнула головой, пропуская Шади первой. Комната оказалась огромной купальней, стены которой покрывали прекрасные изразцы, на довольно фривольные темы. Все помещение окутывал пар, сладко пахнущий ванилью. Несколько обнажённых девушек купались в большом бассейне у дальней стены, и ещё несколько, находились в руках рабынь, делающих им массаж.
      Шади с наслаждением вдохнула ароматы купальни, скользнула взглядом по рисункам на стенах, с любопытством посмотрела на девушек. Хорошая ванна и всякие косметические процедуры - это она любила, да еще как. Именно благодаря им, ее кожа оставалась мягкой и бархатистой, а волосы - шелковистыми и послушными, даже несмотря на все ее приключения. Хотя Шади уже купалась сегодня, она была не прочь еще раз окунуться в теплую воду. Полудроу вопросительно взглянула на мадам Хариту.
      Женщина приказала ей раздеться. Девушки в купальне, рассматривали новенькую и перешёптывались. Шади пожала плечами и, быстро справившись с застежками, выскользнула из платья. Затем сняла туфельки и нижнее белье. Она совершенно не стеснялась своей наготы. Ее стройное тело было сформировано годами тренировок и правильным питанием, все шрамы тщательно залечены, и кожа была ровной и гладкой, а цвет, доставшийся ей в результате смешения человеческой крови и крови дроу, только придавал особый шарм. Она повела головой, рассыпая белоснежные локоны по плечам, и вновь посмотрела на мадам Хариту, мимоходом ответив на взгляды других девушек.
      Мадам Харита тщательно изучила тело Шади и, поджав губы, вынесла вердикт:
      - Слишком худощава и тренирована. Но цвет кожи и глаз это компенсирует, хозяин должен быть доволен.
      Женщина обернулась к служанкам и отдала им несколько приказов в отношении полудроу - как позаботиться о том, чтобы кожа сияла, во что одеть и как причесать, а затем ушла, сообщив девушке, что комнату ей покажет служанка. Шади проводила взглядом мадам Хариту, затем обернулась к прислужнице.
      - Ну что, сначала купание? - с надеждой спросила она, подходя к краю бассейна.
      По пути полудроу рассматривала других девушек. Все они были очень хороши собой, некоторые - просто писаные красавицы. Она улыбнулась им, приветствуя дружелюбным кивком.
      Несколько часов блаженства – купание и различные приятные процедуры, которые так любят женщины. Если бы сейчас кто-нибудь из подельников Шади увидел наемницу, был бы поражён тем, насколько она расслабилась, словно действительно переквалифицировалась из воина в гаремную девушку. Переодев полудроу в тончайшие шаровары из светло-серебристой ткани и такой же топ, одна из служанок проводила её до комнаты, при этом охранник шёл за ними до самой двери. В комнате с блестящими алебастровыми полами и стенами, но не слишком просторной, служанка показала полудроу шкатулки с украшениями, предлагая выбрать себе что-нибудь по вкусу, а сама принялась заплетать девушке волосы, украшая их маленькими камушками - аметистами.
      - Эти камни чудесно гармонируют с вашими фиолетовыми глазами, миледи, - щебетала служанка.
      Шади рассеянно кивнула, роясь в шкатулках с украшениями. К служанкам она относилась снисходительно, особенно не вслушиваясь в их болтовню, хотя без них наемница вряд ли смогла бы так тщательно привести себя в порядок. Хоть детство у нее было не самым легким, но стоило Шади начать зарабатывать своим воинско-жреческим ремеслом, она сразу полюбила шикарную жизнь и роскошь. Даже в походах она старалась разбавить их суровость красивой заколкой или искусно вышитой подушкой. Сейчас же, играя роль гаремной девушки, она жадно впитывала в себя все это богатство, искренне наслаждаясь им. И пусть над ней будут какие-то хозяева. Это же не навсегда.
      Наконец, девушка выбрала колье. Оно состояло из нескольких тонких серебристых нитей, соединенных вместе, украшенное крупными и мелкими сиреневыми бусинками. Ему в пару нашелся и браслет. Второй выбранный ею браслет был простым и гладким, но прекрасно подчеркивал тонкое запястье девушки.
      Служанка убежала, а чуть позже вернулась с подносом, заставленным изысканной едой и вином. Поставив всё это на маленький расписной столик у кровати, девушка снова скрылась, восхищённо оглядываясь на принарядившуюся полудроу.
      Шади немного покрутилась перед зеркалом, разглядывая себя со всех сторон. Ей нравилось, как она выглядела. Немного экзотично, в этих шароварах и кофточке, но очень даже ничего.
Полудроу присела за столик и осмотрела еду на подносе. Она почти не хотела есть, поэтому обошлась лишь сладким красным фруктом, решив приняться за остальное потом, если поднос не унесут. От вина Шади однозначно отказалась - она не хотела задурманивать голову во время выполнения задания.
      Ближе к ночи в дверь постучали. На пороге стоял невысокий, коренастый мужчина с чёрными как смоль волосами и глубоко посаженными карими глазами. Его одеяние состояло из широких белых шаровар и тёмно-зелёного кафтана, расписанного золотыми цветами. На холёных, но сильных руках сверкали перстни с изумрудами, ещё один изумруд - оправленный в золото, висел на толстой, но очень искусно выкованной цепи на груди.
      - А вот и моя новая покупка, - улыбнулся мужчина, глаза его жадно ощупали девушку, но при этом оставались холодными.
      Шади довольно равнодушно посмотрела на своего "хозяина".
      - Хорошей вам ночи, - приветствовала она, но ее улыбка была такой же холодной, как и взгляд мужчины. Ей ужасно хотелось ехидно спросить: "Как же так, покупали, не глядя?", но она сдержалась.
      Мужчина прошёл в комнату, уселся в кресло, налил себе вина, и отхватил гроздь винограда, продолжая рассматривать девушку.
      - Мое имя Салим, и этот дом принадлежит мне. На самом деле, ты мне не так уж и интересна. Прости, не люблю блондинок. Но дроу у меня в гареме пока что не было, пусть даже ты наполовину и человек. Слух уже пущен по городу. Скоро жди гостей. Во всяком случае, я так предполагаю.
      - Я буду рада гостям, господин, - ответила Шади, слегка склоняя голову в почтительном поклоне, тщательно контролируя свои эмоции. - Будут ли от вас какие-то особые распоряжения?
      «Интересно, что за слух пущен по городу», - думала она. - «Смотрите все! Дроу в гареме великого Салима, пусть даже и наполовину человек?»
      - Только одно, - Салим поднялся и подошёл к девушке. Проведя пальцем по её щеке, он заглянул в фиолетовые глаза: - Постарайся не умереть. Мы должны найти тех ублюдков, что убили лучших моих женщин.
      Жесткость, прозвучавшая в его голосе, отразилась в глазах, и стало ясно, что подобный дом и гарем он заработал отнюдь не праведными методами. Больше ничего не добавив, Салим вышел из комнаты.
Шади проводила мужчину немного растерянным взглядом. От воспоминания о его прикосновении ее слегка передернуло - пальцы были очень холодными и сухими. Она посмотрела на недопитое вино и недоеденный виноград. Пожала плечами - хорошо хоть не надо убираться. Выглянув из комнаты, она позвала служанку, приказав ей унести поднос. Затем девушка опустилась на просторное ложе. Ей немного не хватало любимого кинжала, раз уж ее жизнь была в опасности, но гаремным девушкам явно не полагалось иметь при себе оружие. Впрочем, при должном умении даже заколка могла принести смерть.

0

6

Глава 4
*

      Проснувшись в полумраке наглухо занавешенной шторами комнаты, Эвели поняла, что ей наконец удалось отдохнуть. Неприятные воспоминания о вчерашней боли ещё были свежи, но немного отступили в дальний угол сознания, и девушка решила постараться не думать об этом столько, сколько возможно. Она надела узкие замшевые брюки и сменила рубашку на светло-голубую из нежного шелка, а потом заплела длинные волосы в толстую чёрную косу. Спустившись в столовую, эльфийка обнаружила там несколько обедающих постояльцев и Корина, восседавшего за широким столом в углу. Лучезарно улыбнувшись, Эвели подсела к нему и потребовала чего-нибудь вкусного.
      - Знаешь, Эвели, - проговорил Корин, потягивая эль из кружки и наблюдая за девушкой, которая с удовольствием угощалась апельсиновым шербетом. - Скоро здесь станет очень опасно. Боюсь, даже что-то вроде гражданской войны может быть... Эльфы против людей. Я бы рекомендовал тебе как можно быстрее покинуть Гриммор. Да и вообще Амн.
      Эвели приподняла бровь:
      - Я только приехала, а ты уже хочешь от меня избавиться? Ладно, ладно, шучу, - она слегка улыбнулась, на возмущенные протесты Корина. - Я и сама так же думаю... Чувство такое, что опасность витает в воздухе, скоро настолько всё сгустится, что этот воздух можно будет ножом резать... Ты поможешь мне?
      - Конечно, как я могу не помочь. Особенно после того, как чуть не стал причиной твоей ужасной гибели от рук моих людей, - зелёные глаза Корина, смотрели на девушку с умилением. - Я договорюсь с лучшим капитаном в Гримморе, вас по реке доставят в Аткатлу. Ты ведь не одна поедешь?
      Эльфийка пожала плечами:
      - Скорее всего нет, но точно не знаю. Если бы ты мог договориться побыстрее...
      - Ну не спеши убегать, моя дорогая. Ещё один вечер! Я уже сообщил всем нужным людям, что сегодня у меня в "Колыбели" выступает лучший бард, когда-либо посещавший Амн!
      Парочка за столом рассмеялась, глядя друг на друга и продолжая свой обед.
      Колдун проснулся необычайно поздно для себя, почти в десять, и то, благодаря Инею, который похоже проголодался. Спустившись на кухню, Фьерн раздобыл свежей еды для котенка, и любезно попросил помощницу кухарки соорудить легкий завтрак для него самого. Приемы, которые изредка давал его отец, начисто отбили у Фьерна вкус к пышным трапезам в обществе важных граждан, и перекусить на кухне было для колдуна привычным делом. Покончив с завтраком, он поднялся к себе и попытался осмыслить события последних дней, а также выработать примерный план расследования.
      Тем временем, шустрый белый котенок с разными глазами, убежав от хозяина, проворно карабкался по ограде "Колыбели Шантии". Одним прыжком он оказался на задворках и увидел большую галку, разрывающую что-то в песке. Иней самоуверенно изготовился и прыгнул на птицу, которая взвилась в воздух, и котенок заметил, что на её правой лапе что-то блестит. Птица не улетала далеко и котенок начал преследование. Спустя какое-то время она нырнула в дыру на чердаке заброшенного здания. Иней сунулся было за галкой, но едва он влез на крышу - почувствовал мерзкий запах и услышал громкие крики. Почуяв тягучий дух магии, котенок вздыбил шерстку на спинке и прижал уши. Не долго думая, Иней побежал обратно к гостинице.
      Переговорив с Корином, Эвели немного успокоилась и даже захотела выйти прогуляться, но вспомнив, сколько внимания она привлекала вчера, передумала. Идя по вычурным, покрытым коврами и настенной резьбой коридорам, девушка размышляла, разыскать ли ей Фьерна или лучше оставить его в покое. Впрочем, вопрос разрешился сам, когда молодой колдун появился из-за поворота коридора, выходя ей навстречу.
      - Доброго дня тебе, - поприветствовал Фьерн девушку. - Ночь прошла спокойно?
      - Да, снова спала как сурок, совсем не по-эльфийски, - улыбаясь, кивнула Эвели. - Надеюсь, тебя тоже кошмары не мучили.
      Они медленно пошли по коридору, утопая в мягком малиновом ковре.
      - Корин обещал доставить меня по реке в Аткатлу, ты поедешь со мной?
      - Я пока еще не выяснил здесь всё, что мне хотелось бы, но, видимо, в Алкатлу ехать придется. - После завтрака, он так же успел немного поколдовать с целью получения подсказок в деле Вессалора. – Кстати, ты Инея не видела?
      - Нет, я как раз хотела спросить у тебя, куда ты его дел, - Эвели немного встревожено посмотрела на колдуна. - А что он давно исчез?
      «Раз он не выяснил всё здесь, но собирается со мной в Аткатлу, значит, я действительно важна для каких-то его тайных дел. Ну, дай срок, Фьерн, я всё узнаю».
      - Утром он был накормлен, а потом отправился исследовать гостиницу. Поскольку ему понравилось у тебя, я подумал, может он к тебе завернул. Хм… Наверное, заигрался. Ну, есть захочет - вернётся. Кстати, твой Змей не рассказал тебе больше ничего интересного? - Фьерн пристально посмотрел на Эвели.
      - Так общие предположения... Он чует - скоро начнётся заварушка, и лучше бы мне оказаться подальше отсюда, - она небрежно пожала плечами и усмехнулась. - Сегодня меня попросили выступить здесь для друзей Змея. И кстати, хватит называть его "моим".
      - Ну, а чей же он в таком случае? - хмыкнул колдун. - Не мой точно. Да уж, тут явно пахнет жареным, пой нейтральные песни.
      Он хотел было сказать что-то ещё, но тут на лестнице появился искомый питомец. Эвели обрадовалась, увидав Инея - она всегда любила кошек, а к этому котёнку успела особенно привязаться. Она присела на колени, подзывая зверька, коса упала ей на плечо, достав до самого пола.
      - Да нет, я собиралась спеть несколько патриотических эльфийских гимнов, - ухмыльнулась девушка, протягивая котенку руку.
      Против обычного, Иней лишь ткнулся Эвели лбом в ладонь. Потом обернулся к Фьерну и отбежал немного по коридору, не сводя с колдуна взгляда.
      - Он зовёт тебя куда-то или мне кажется? - эльфийка поднялась с колен и улыбнулась. Этот котёнок был более разумным, чем обычные кошки, с которыми ей доводилось встречаться. На его поведение следовало обращать внимание. Фьерн кивнул и пошёл следом за Инеем. Котенок прибежал в комнату колдуна и принялся пихать лапами древко фьернова копья, стоящего в углу комнаты.
      - Он хочет, чтобы я вооружился, - заметил Фьерн. Колдун накинул плащ и закрепил за спиной, прикрепив так же арбалет. Иней ждал, крутясь на пороге. Когда колдун вооружился, котенок нетерпеливо выбежал в коридор.
      - Подождите меня! - крикнула Эвели и, забежав в соседнюю комнату, захватила свой небольшой эльфийский лук с бесконечными огненными стрелами, а кинжалы на поясе и так были при ней. Фьерн уже отправился за котёнком, и девушка побежала за ними, размышляя, что такое мог увидеть маленький пушистый следопыт.
      А котёнок повёл человека и эльфийку на задний двор, обойдя гостиницу по периметру, причём Иней явно спешил. Колдуну и барду подчас приходилось переходить на бег. Достигнув ограды, котёнок махом сиганул через забор. На удачу колдуна и барда недалеко оказалась перекошенная ржавая, старая калитка, ушедшая одной стороной в землю. Разбив замок холодом, и используя древко копья как рычаг, Фьерн открыл проход. Иней нетерпеливо бегал кругами.
      Наблюдать за котёнком было забавно, но Эвели беспокоилась - что-то странное происходило в этом городе, чему она пока не видела явных объяснений. И не поговоришь со зверьком. Девушка почувствовала, как вспотели ладони, и вытерла их о замшевые штаны. Она последовала за Фьерном в калитку, ведущую на какие-то ветхие задворки - даже странно, что они оказались в таком приличном районе города. Колдун уверенно шёл впереди, и эльфийка старалась не показать, что ей не по себе.
      Здесь было множество давно покинутых зданий, с заколоченными дверями и окнами, кое-где громоздились кучи мусора, в которых то и дело что-то мелькало. Сюда выходили глухие заборы и ограды домов и общественных заведений, по чьим фасадам вряд ли кто-то догадывался, что находится с тыла. А Иней нёсся по кривому проулку, прижав уши к голове. Фьерн и Эвели быстро бежали за ним. Наконец котёнок остановился у заброшенного здания и жалобно замяукал. Да так, что у Эвели защемило сердце. Девушка посмотрела на Фьерна и напряжённо произнесла:
      - Как думаешь, что там может быть? Если что-то опасное... Постарайся не применять очень сильную магию. Мы всё-таки в Амне, а лицензии у нас нет.
      - Хорошо, если там будет что-то опасное, я предпочту героически погибнуть, - мрачно пошутил Фьерн, не спуская глаз с Инея.
      Эвели недовольно покачала головой:
      - Ну не знаю, смерть есть смерть и ничего героического я в ней не вижу. Как поётся в одной песне, которую любят дроу: "Герой не тот, кто погиб, а тот, кто вернулся домой к семье". Живым быть всяко лучше.
      Солнце окрашивало проулок в розово-багряные тона. Всё многоголосье города осталось за их спиной, и вокруг царила оглушительная тишина. Здание, к которому их привел котенок, оказалось двухэтажным, старым особняком. Камень, из которого его когда-то сложили, местами очень сильно рассохся, осыпаясь на землю кучками песчаной крошки. Один из углов дома покрывал разросшийся плющ. Окон с этой стороны не было, только под коньком крыши виднелось узкое чердачное окошко, куда не пролез бы и ребенок. Иней нервничал, а Фьерн ощутил острую ауру негативной энергии.
      - Здесь кто-то балуется некромантией... Или чем-то столь же неприятным - прошептал человек.
      Нахмурившись, колдун направился к углу дома в поисках входа или окна. Эвели озиралась по сторонам, краем глаза наблюдая за действиями Фьерна. На миг ей даже почудился отвратительно-сладковатый трупный запах, столь сильна была негативная магия, витавшая вокруг этого особняка.
      За углом обнаружилось небольшое забранное ржавой решеткой окно, на уровне, превосходящем рост Фьерна где-то на три фута. К нему подходило несколько толстых отростков плюща, тянувшегося к самой крыше, а возле плеча колдуна проходил узкий каменный выступ. Другие пути были отрезаны высокими глухими стенами, так что пришлось вернуться к стене с окном. Подойдя поближе, эльфийка проследила за взглядом Фьерна:
      - Неужели ты хочешь карабкаться по этому полуистлевшему плющу? Он же не выдержит! Может нам лучше убраться отсюда подальше и вызвать стражу? Зачем нам впутываться в неприятности?
      - Может и выдержит, - Фьерн пожал плечами и на пробу поставил ногу в трещину между двумя камнями, из-под подошвы посыпалась каменная крошка, но оставшаяся кладка пока держалась крепко. - Кто знает, сколько у нас уйдет времени на поиск патруля, а караулки поблизости я не приметил.
      Откуда-то из недр здания раздался крик, проникший даже сквозь толстые стены. Иней выгнул спину, зашипел и прижал уши, а Эвели благодаря своему тонкому слуху, смогла различить, что кричит женщина. Эльфийка вздрогнула и поёжилась, обхватив себя руками за плечи.
      - Осторожнее, Фьерн, - прошипела она не сдержавшись, глядя как колдун карабкается наверх. Этот женский крик напомнил девушке о событиях последних дней.
"Неужели они где-то рядом? Что если мы наткнемся на кого-то из Организации... Хотя вряд ли в амнской ячейке что-то знают про Неррелей. Им и без меня врагов хватит".
      Фьерн кивнул и полез дальше, благо тренировок в подобной акробатике у него в свое время было предостаточно. Из-под сапог и пальцев сыпалась пыль и каменная крошка, но пока это не представляло серьезной опасности.
      - Ты не знаешь какой-нибудь песни, или чары, что бы отпереть решетку? - спросил колдун Эвели. Девушка смотрела на него снизу, уперев руки в бёдра. Иней тоже следил за хозяином, сверкая громадными глазами.
      - Если там есть замок, я могу попробовать открыть его, - негромко ответила эльфийка. - Ну а если нет... Могу предложить только огонь.
      Наконец пальцы Фьерна коснулись нижнего края решетки, колдун подтянулся и пристально осмотрел преграду. Замок имелся, небольшой, но, насколько мог судить чародей, действующий.
      - Тут замок, - Фьерн перелез немного в сторону, дабы девушке было удобнее присоединиться к нему. Ухо колдуна уловило скрежет, но откуда он шел, человек понять не смог.
      Без долгих размышлений, Эвели схватилась за плющ и принялась лезть наверх, стараясь не смотреть на землю. Теперь, когда она перестала создавать крылья и вообще делать что-либо связанное с драконьей кровью, к эльфийке вернулся страх высоты. Упираясь мягкими подошвами кожаных сапожков в стену, девушка быстро лезла наверх, хваля саму себя за развитую гибкость и акробатику. Поравнявшись с колдуном, Эвели сделала упор на одну ногу, держась левой рукой за плющ, а правой доставая отмычку из сумки, порадовавшись, что носила с собой множество полезных вещей. Иней проворно забрался по плющу, и замер на уровне карниза, внимательно наблюдая за действиями эльфийки и человека. Замок, как и решетка, был старым и покрытым толстым слоем ржи сверху, однако явно не сломанным.
      - А ты многогранная личность, - заметил Фьерн.
      Эльфийка хмыкнула, начиная орудовать отмычкой:
      - За сто двадцать пять лет чего только не перепробуешь.
      Впрочем, воровкой девушка не была, поэтому получалось у неё плохо. Провозившись некоторое время, Эвели почувствовала, что рука, которой она держалась за ветвь начала уставать. Тогда, чтобы ускорить процесс, бард запела вдохновляющую песенку, дарующую умения в различных сферах деятельности. Дело сразу пошло более споро и после еще нескольких минут возни замок, наконец, поддался с громким недовольным скрежетом. Эльфийка ощутила лёгкую гордость от того, что не забыла навыков работы с отмычкой. Вот и они пригодились. Фьерн снял дужку с одной петли и дернул решетку, та не поддавалась, будучи слишком ржавой. Но с третьей попытки колдуну все-таки удалось ее сдвинуть. Следующим препятствием оказалось стекло с радиальными трещинами от угодившего в него когда-то мелкого камня.
      - Разобьём стекло? - спросила девушка у Фьерна, продолжая практически висеть на толстом стебле растения.
      - Видимо придется. Прислушайся, нет ли кого-нибудь за окном. Ибо шума от падения осколков будет много, - шепот Фьерна прервал очередной душераздирающий вопль.
      - Не знаю, что там за окном, но кто-то там точно есть... И скорее всего она там не одна, - проворчала девушка, придвигаясь к оконному стеклу.
      - Если бы в доме никого не было, мы бы вряд ли туда лезли, - рассудительно заметил Фьерн. Последовали несколько секунд тишины, и бард кивнула:
      - Прямо за окном никого нет. Там, скорее всего пустое помещение.
      Колдун, как мог аккуратно попытался убрать стекло, однако трещины не дали это сделать. К его удаче, в момент падения осколков снова раздался крик.
      - Дьявол, ну что там происходит! - эльфийка хотела подтянуться к окну, но с ужасом почувствовала, как полусухая ветка, не выдержав трения, принялась расползаться. Инстинкт кричал хвататься за Фьерна, но разум удерживал – слишком неустойчивым было положение самого колдуна. Мужчина, вцепившись правой рукой в распахнутую створку решетки, левой схватил за предплечье сползавшую вниз Эвели.
      - Держись, - прошептал он, и почувствовал, что камень под его сапогом двигается. Колдун выдохнул, стараясь не шевелиться больше необходимого. - Цела? Попробуй влезть в окно.
      Эвели изо всех сил упиралась ногами в стену, стараясь мысками зацепиться за крошащийся камень. Ветвь в ее руке угрожающе затрещала, повисая на нескольких волокнах, другой рукой она вцепилась в плечо Фьерна, борясь с паникой. На мгновенье бард прикрыла глаза, собираясь с духом. Затем рискнула отпустить лиану, которая змейкой скользнула вниз и зацепилась левой рукой за подоконник.
      - Молодец, - шептал Фьерн, - давай, еще чуть-чуть...
      Он подбадривал Эвели, опираясь, по сути, только на одну ногу, под другой камень рассыпался, а подходящей щели, в которую можно было поставить ногу, не оказалось. Но колдун старался не двигаться, дабы барду было удобнее карабкаться. Эвели напрягла мышцы - всё-таки не зря она тренировалась у крылатых эльфов, и, подтянувшись влезла в окно. Расслабляться не было времени, нужно было помочь Фьерну. Она лишь успела отметить, что в запылённой, явно давно заброшенной комнате никого не было и, нагнувшись в окно, протянула руку мужчине. Фьерн схватил Эвели за руку, а другую перенес с решетки на подоконник. Едва он это сделал, камень из-под другого его сапога осыпался вниз. Колдун подтянулся и влез в окно. Иней, прыгнул на спину мужчине и вместе с ним оказался в помещении. Увидев, что Фьерн тоже в безопасности, Эвели облегчённо прислонилась к откосу. На мгновение перед глазами барда возникла картинка - как они, словно двое сумасшедших, лезли в заброшенный дом, а затем болтались под окном, словно две обезьяны. На девушку накатил нервный смех, и она закрыла лицо руками, стараясь не шуметь.
      - Что с тобой? - спросил Фьерн, заметив движения эльфийки. Но тут его оборвал снова донесшийся снизу, уже не крик, а хриплый вопль.
      - Ничего... всё... в порядке... - Эвели вытерла выступившие от смеха слёзы, заставив себя прекратить истерику. Им следовало спешить, потому что вопль уж очень походил на предсмертный.
      Окно, через которое они влезли в дом, и на широком подоконнике которого сейчас находились, располагалось очень высоко над полом. В просторной комнате царил полумрак, по углам и потолку в изобилии растянулась отвратительная паутина. Из мебели можно было разглядеть несколько кресел, чье дерево проел червячок, а обивку вместе с чехлами изгрызла моль. По стенам висело несколько картин, изображавших сцены магических поединков. У одной стены стоял массивный стол-бюро, а на противоположной висело накрытое черной тканью зеркало. Все покрывал толстенный слой пыли, а напротив окна располагалась тяжелая дверь мореного дуба с резными панелями.
      Колдун поспешно спрыгнул с подоконника, вместе с Инеем, примостившемся на его плече, и подставил руки, чтобы поймать эльфийку, когда она будет прыгать. Девушка спрыгнула вниз, положив руки на плечи Фьерна. На мгновение их глаза встретились и она улыбнулась:
      - Спасибо.
      - Всегда, пожалуйста, - ответил колдун. На миг его обдало жаром. Но не жаром драконьего пламени, а жаром памяти и чего-то ещё, чему он не нашел объяснения. Сосредоточившись на деле, Фьерн опустил Эвели на пол, удержав на один удар сердца дольше, чем нужно, и направился к двери. В пыли за ним оставались заметные следы. Бард секунду помедлила, глядя в след человеку. Что-то странное произошло в это короткое мгновение - похожее на вспышку. Чувство... или эмоция... Вспомнив, что они находятся в опасной обстановке, эльфийка отбросила посторонние мысли и тихо двинулась за колдуном.
      - Кажется, в этом доме давно никто не бывал, - заметила девушка.
      - Да, - ответил Фьерн, изучая дверь, - похоже, что бы это ни было, оно влезло в заброшенный особняк. Это место выглядит как кабинет, его обстановка когда-то была дорогой.
      Дверь оказалась незапертой, и со скрипом, медленно и туго - Фьерну приходилось прилагать все силы - раскрылась внутрь комнаты. Разбухшие от сырости доски пола не давали двери открыться целиком, оставляя лишь узкую щель. Фьерн с трудом смог пролезть сквозь нее в коридор. Эвели задумчиво рассматривала запылённые картины - с виду очень дорогие и качественные.
      - Странно, что дом не разграбили, - тихо произнесла девушка, подходя к двери и проскальзывая в нее следом за Фьерном. Судя по всему, они находились в мансарде. Пахло пылью, затхлостью и... магией. Фьерн изучил коридор - тот шёл параллельно двери и заворачивал метрах в четырех направо. В коридоре магическое присутствие было много острей.
      - Возможно у этого места особенное прошлое, - ответил Фьерн, - оттого и не разграбили. Надо будет расспросить.
      - Спросим у Корина, когда вернёмся, - прошептала Эвели, тихо идя вперёд по коридору. Оставалось радоваться, что половицы под ногами не скрипели. Пол покрывала толстая, хоть и изрядно побитая молью ковровая дорожка, глушившая шаги двоих "взломщиков". Девушке захотелось добавить: "надеюсь, что вернёмся". Ее сердце быстро забилось, в нехорошем предчувствии.
      Следующий вопль завершился жалобным всхлипом. Теперь, когда на пути у звука не стояли толстые каменные стены, он словно ввинчивался в уши. Бард и колдун прошли по коридору, мимо нескольких дверей, из-за которых не доносилось ни звука. А за поворотом обнаружилась крутая лестница вниз, поворачивающая налево спустя четырнадцать высоких ступеней. Эвели шла и размышляла - какого беса она всё-таки полезла в эти развалины. «Ничем хорошим это не закончится. И Фьерн ещё упёрся так, словно это его мать родная кричала. А почему я полезла помогать колдуну? Потому что не хотелось, чтобы он свернул себе шею. А в итоге, я чуть не свернула шею себе. И чего я так переживаю за какого-то человека с котёнком?..»
      Чем ниже спускались Эвели и Фьерн, тем гуще становилось магическое присутствие, к тому же в ноздри им ударил запах приторных благовоний и чего-то смутно знакомого. Похоже, лестница вела в подвал в недрах здания. Фьерн пока не прибегал ни к охранной, ни к защитной, ни к провидческой магии, потому что, кто бы ни находился внизу, он мог почувствовать сотворение заклинания. За следующим поворотом колдун так резко остановился, что Эвели уткнулась в его крепкую спину. Потирая ушибленный носик, она хотела спросить, в чём дело, но встав на цыпочки и выглянув из-за его плеча, увидела сама. На ступеньках лестницы застыла прозрачная белесая фигура женщины с длинными до пят светлыми волосами и грустными глазами. Призрак. Эльфийка почувствовала, как по коже побежали мурашки, а волосы на затылке зашевелились. Не любила она мертвяков, хоть и выросла в доме некроманта. Девушка вцепилась в руку колдуна и прошептала:
      - Ну, это уже совсем дурной знак.
      «Неужели эти крики издавал призрак? Нет», - пришел к выводу колдун, запах и магическая сила были слишком материальны, к тому же теперь снизу доносился подозрительный шум. Призрачная женщина отплыла в сторону, давая человеку и эльфийке дорогу.
      - Она не причинит нам вреда, - попробовал немного успокоить Эвели Фьерн, и накрыл её ручку своей ладонью, - похоже, печальной красавице и самой не по душе те незваные гости, что затеяли в подвале нечестивый пир. Видишь, она пропускает нас.
      В этот момент снова раздался крик, а в пол под ними словно что-то мощное ударило снизу, заставив эльфийку и человека слегка пошатнуться.
      - Идем... - тихо сказал Фьерн, потянув девушку дальше. Иней держался рядом, то слегка впереди, то отставая немного.
      - Не знаю, почему ты так уверен, что она нам не опасна, - пробормотала Эвели, спеша за тащившем её колдуном. Ей давно уже не было настолько не по себе, как в этом печальном доме, но крепкая, прохладная рука Фьерна вселяла немного уверенности. - И почему тебя так тянет в самое пекло?
      Богатое воображение рисовало барду адские бездны и когда ступени под ними внезапно содрогнулись, она представила, что в подвале увидит пылающие огнём земли одного из кругов Преисподней. Возможно, там она встретит кого-нибудь из своих приятелей - чернокнижника или мёртвого дракона.
      - Не знаю. Может, потому что противоположности притягиваются. Огонь и лёд... и всё такое. Держись. Я не думаю, что там прямая дорога в Проклятые Круги, - колдун словно прочитал ее мысли, - иначе власти уже бы подняли всю округу.
      Эвели задумалась над его словами - огонь и лёд... Противоположности. Забавно, она никогда об этом не думала. До сих пор её саму тянуло только к огню. Да, так получалось, что в её жизни преимущественно были огонь и смерть.
      Лестница завершилась неширокой площадкой. Путь вперед был перекрыт большой и тяжелой дубовой дверью. Негативная энергия вокруг эльфийки и человека была почти осязаема. Тут до Фьерна дошло, в чем была разница - не некромантия, а, трансмутация! Эта школа так же включала в себя обращение с негативной энергией, но она была другой природы. Из-за двери раздавалось заунывное пение, сдавленные крики, хрипы и стоны. Эльфийка достала из-за спины короткий лук и вопросительно посмотрела на Фьерна. Колдун начал шептать заклинания, и девушка ощутила, что воздух вокруг похолодел и заискрил синеватыми звездами, голову эльфийки на миг словно сковал тугой обруч, но потом неудобство исчезло.
      - Напой что-нибудь, что могло бы нас защитить, - попросил колдун девушку.
      Ощущая приятное холодное покалывание по всему телу, бард поняла, что у неё всё это время был небольшой жар, который теперь спал. Облегчённо вздохнув, она прошептала несколько древних слов - видимого ничего не произошло, но эльфийка ощутила прилив сил. После этого, Эвели тихо пропела песнь Железной Кожи. На большее она пойти не решилась, чтобы не привлекать внимание тех, кто мог находиться за дверью. Фьерн благодарно кивнул Эвели, ощущая, как кровь быстрее побежала по венам. Последним заклинанием, что он наложил на них обоих, стало Призрачный Образ, однако из-под пальцев Фьерна он вышел слегка измененным.
      Против ожидания, дверь отворилась без скрипа, явив затемненное нутро особняка, освещенное несколькими факелами и чадящими жаровнями. Приторный дурманный дым шел от кадильницы, что сжимали руки невысокой стройной фигуры, облаченной в темное одеяние с капюшоном. Размахивая кадилом, она шла по кругу и пела, воздев вверх свободную руку. Ей вторило еще несколько фигур, расположенных по краевым знакам начертанной в центре необычной фигуры, явно не пентаграммы. Фьерн не узнал эту схему. Начертано было смесью походившей на воск, табак, соль и… кровь. В этом не оставалось сомнений. Внутри фигуры находились четверо человеческих женщин, облаченных лишь в путы, кляпы и кровоточащие раны. Эвели выглядывала из-за плеча Фьерна, с отвращением рассматривая картину в комнате. Такой вид магии был ей не знаком. «Некромантия? Скорее что-то другое. Ну, зачем мы сюда полезли?» - в очередной раз мелькнула мысль в голове у барда.
      - Предлагаю разделаться с ними побыстрее. Я колдую Ледяную Бурю, ну и ты что-нибудь масштабное. Выживших добиваем стрелами, кинжалами и копьями, - деловито прошептала лунная эльфийка, и сморщила нос - запах, исходящий из кадила, был невыносим. Несколько клубов дыма, плывущего по комнате, проплыли перед лицом девушки, сложившись на долю секунды в вопящие лица, так что она невольно отшатнулась.
      - Масштабное может повредить пленницам, - прошептал колдун, считая по головам. «Пятеро. И девица. Кого-то надо недодушить и допросить». Благодаря полумраку и заклинаниям Фьерн и Эвели пока оставались незамеченными. - Вот что… Попробуй зачаровать их... оглушить разом... или что-то подобное. А я попробую их снять.
      Ладонь колдуна, заведенная за спину, зажглась белым сиянием. Эльфийка пожала плечами - как хочет. Хотя ей было непонятно, зачем так уж заботиться о пленницах. Самим бы живыми выбраться. Она, конечно, может прочесть заклинание очарования или спеть песенку. Да только если эти личности в балахонах эльфы - это не сработает. Бард запела Песню Затуманивания Разума. Её голос вознёсся под своды подвала, и эхо подхватило его, усиливая. Фьерн каким-то образом уловил недовольство эльфийки, но то, что она не стала сейчас спорить, говорило о том, что в тяжелых ситуациях бард ведет себя адекватно. Услышав песню Эвели, все участники происходящего повернулись к ней, под капюшонами не было видно лиц, но некоторые явно поддались чарам. Девица с кадилом, завопила:
      - Взять их!
      Она тут же получила ледяной удар в грудь, сбивший ее с ног. Падая, она выронила кадило, и оттуда просыпались угли. Всю комнату заволокло концентрированным дымом и, похоже, что-то начало тлеть. Один из подручных девицы в балахоне, схватился за свиток, а другой, из тех, что не подверглись чарам - за волшебную палочку. Дальнего Фьерн таким же ледяным ударом вморозил в стену, а на ближнего - со свитком - бросился, выхватив из-за пояса кинжал. Сейчас были важны проворство и скорость.
      Эвели улыбнулась, заканчивая песню, увидев, как девица отлетела на несколько метров. Стрела легла на тетиву, эльфийка затаила дыхание, прицеливаясь и с лёгким звоном, та сорвалась огненной полосой, угодив в живот одному из противников. Стараясь не терять времени, девушка выхватила следующую стрелу. Азарт боя захватил её, как бывало прежде, и глаза загорелись внутренним пламенем.
      Кинжал Фьерна пропорол свиток недоучки, и рассек парню руку вместе с рукавом от локтя до запястья. Не церемонясь, колдун пнул его коленом в пах, заставив согнуться, и всадил кинжал в основание черепа. Враг умер прежде, чем коснулся пола.
      Одна из стрел Эвели поразила зачарованного адепта в глаз, даровав ему быструю смерть, другая угодила противнику в грудь, и отскочила, звякнув по скрытому под хламидой доспеху. Широкоплечий мужчина, на голову выше Фьерна двинулся на Эвели. Чертыхнувшись, эльфийка спрятала лук за спину и выхватила кинжалы. Мерзкий дым заволок комнату, и дышать стало практически нечем. Перед Эвели возникла фигура, которую она с трудом различала сквозь клубы дыма. Кашляя, девушка, попыталась рукой разогнать дым перед лицом. Поняв, что это бесполезно, она сделала несколько молниеносных движений, кинжалы блеснули у неё в руках и устремились к венам противника. Похоже, враг Эвели оказался опытным воином. Выхватив из складок хламиды два коротких меча, он парировал атаки барда и пробовал перейти в контратаку.       Фьерн тем временем прикончил типа, примороженного к стене. Похоже, тот решил испытать Безмолвное Развеивание Магии.
      Поняв, что противник ей достался серьёзный и отступать, теряя инициативу ни в коем случае нельзя, Эвели усилила напор. Хоть враг и неплохо сражался, но девушку обучал один из лучших бойцов крылатых эльфов. Она практически танцевала, совершая молниеносные движения и нанося уколы и рваные, довольно глубокие раны, сквозь плохо защищавшую руки мужчины робу. А дым валил сильнее и сильнее, и становилось все труднее разглядеть окружающее. Как Фьерн не пытался он не видел уже в метре от себя, к тому же стало трудно дышать.
      «Что за дрянь они туда напихали?!», - наугад он пустил небольшую ледяную воронку, туда, где как ему казалось рассыпались "внутренности" кадила. Тем временем один из клинков врага Эвели прошелся по бедру девушки, правда, без видимого эффекта - магическая защита не позволила поранить барда, тут же один из кинжалов эльфийки поймал мужчину на противоходе в наклоне, что позволило Эвели перерезать ему глотку. Она отпихнула ногой мертвое тело и, вглядываясь в клубы дыма, пыталась понять, что происходит и где находятся оставшиеся враги. Эльфийка тихо стала передвигаться к тому месту, где в последний раз видела колдуна.
      - Фьерн! - тихо позвала девушка, медленно идя по комнате.
      - Я здесь, - отозвался колдун, откуда-то слева. - Ещё один живой остался. Зачарованный. Где-то справа от двери.
      Сам Фьерн сейчас искал оглушённую девицу, уронившую кадило. Пленницы жалобно стонали и надсадно кашляли сквозь кляпы, извиваясь на полу. Фьерн обо что-то споткнулся. Это оказалась рукоять плети многохвостки с металлическими звёздочками на концах.
      Эвели вернулась к двери, пытаясь найти зачарованного мужчину. Неожиданно он возник за её спиной и попытался нанести удар. Скользнув по полу, девушка развернулась и резко воткнула кинжал ему в шею, потом выдернула обратно, вызвав обильный поток крови.       - Мерзавец, думал поймать меня, - покачала головой эльфийка и направилась в сторону лежащих пленниц.
      Фьерн подобрал плеть и сунул её за ремень. Поиски колдуна так же увенчались успехом. Обмотав руки женщины цепью от кадила и заткнув ей рот оторванным капюшоном, человек поволок её к едва заметной двери, прикрытой занавесом. А к дыму, тем временем примешался сильный дух палёной ткани. Занялась портьера на одной из стен, перекрывая доступ к двери, через которую Фьерн и Эвели проникли в помещение.
      Проходя мимо колдуна, волочащего девицу, эльфийка усмехнулась:
      - Мне нравится, как ты обращаешься с женщинами.
      Продолжая смеяться, Эвели склонилась над пленницами и кинжалом перерезала их путы. Выпрямившись, девушка окинула их презрительным взглядом:
      - Вставайте, если не хотите сгореть здесь заживо. И живо на выход.
      Не дожидаясь ответа, она заспешила к двери, закрывая лицо плащом и кашляя. Пленницы, не смотря на опасность, едва могли двигаться. Помянув Проклятые Круги, Фьерн наложил на себя защиту от огня, и вернулся к девицам, поднимая их на ноги. На тех, которые вновь падали на колени, он колдовал Подчинение, и они хромали к выходу, подобно зомби, следуя за Эвели.
      Комната уже пылала, колдун быстро огляделся и содрал хламиды с ближайших трупов. Подхватив пленницу в балахоне, колдун направился за женщинами. Девица начала приходить в себя, и что-то замычала.
      Тем временем, перед Эвели, вышедшей на очередной лестничный пролет, возник печальный призрак, тонкие руки пытались объяснить что-то барду. Немного раздражённая поведением женщин, которые, вместо того, чтобы помочь самим себе, жеманились и закатывали глаза, эльфийка фыркнула, но всё же помогла идти самой раненой.
      - Смотри, призрак появился. Кажется, она зовёт нас куда-то. Надеюсь, укажет более короткий путь из этого подвала. - Дым валил уже чёрными клубами. Сам огонь не очень пугал эльфийку, в отличие от перспективы задохнуться.
      - Я тоже надеюсь... - прохрипел Фьерн. Иней у колдуна на рюкзаке тихо мяукнул. Призрак указывала на запылённую ростовую картину, покрытую многолетним слоем пыли, расположенную парой пролётов выше. Женщины почти ее достигли, связанный трофей пытался брыкаться и таращить на Фьерна ненавидящие глаза.
      Чувствуя, как горло сжимается от боли, лунная эльфийка кашляя, взметнулась вверх по лестнице и принялась разглядывать картину, ощупывая стену возле неё. Ни один из кирпичей не поддавался. Наконец, чуть наклонив картину в сторону и надавив на неё, Эвели хрипло вскрикнула от радости - стена бесшумно отъехала в сторону, открыв узкий проход, из которого пахнуло затхлым, сырым, но прохладным воздухом. Впихнув туда по очереди женщин, которые покачиваясь принялись пробираться по коридорчику, Эвели дождалась, пока Фьерн затащит пленницу наверх и зайдя последней в проход оглянулась – огонь с ревом пожирал трупы, оставшиеся в комнате.
      Едва они все вошли в тоннель, стена вернулась на место, надёжно замаскировав вход, а заодно и серьёзно преградив путь дыму, хотя тоненькие струйки все же просачивались сквозь камни. Коридор пока шёл горизонтально, слегка заворачивая влево. Фьерн почувствовал, что связанная перестала брыкаться и слегка расслабился. Эвели отлично видела в темноте, чего нельзя было сказать о спасённых. Женщины шли впереди на ощупь, постоянно спотыкаясь. Лунная эльфийка наконец перестала кашлять.
      - Надеюсь, голос не пострадал, мне ведь ещё петь сегодня, - произнесла она, идя следом за Фьерном. Девушка попыталась представить, сколько времени прошло с тех пор как они влезли в окно, и потерялась в догадках. Корина ждёт большой сюрприз, когда они вернутся с целым табуном женщин.
      - Думаю, не пострадал, - хрипло отозвался Фьерн и прокашлялся. Он вдохнул довольно много дыма, к тому же необходимость поддерживать заклинание доминирования выматывала его. - Мы не так долго находились в дыму, хвала богам.
      На развилке за углом женщины организованно повернули налево. Приглядевшись, Фьерн при помощи Темновиденья сумел различить мелькнувшего призрака.
      Эвели не понравилась усталость, прозвучавшая в голосе колдуна и она, дотронувшись до его плеча, спросила:
      - Ты в порядке? Если ты ранен, я могу тебя подлечить.
      - Благодарю, Эвели, но я не ранен. Просто чуть-чуть устал... Это пройдёт... - Поудобнее перехватив пленную, он прибавил шагу. Судя по дуновению свежего ветерка, они приближались к выходу. Коридор, похоже, был специально предназначен для побегов - иногда попадались небольшие смотровые глазки, сквозь которые задувал ветерок.
      "Интересно, кто эта призрачная женщина", - задумалась эльфийка. Ей стало грустно, когда она представила каково это - быть бестелесным призраком, вечно плачущим в стенах заброшенного дома.
      Призрачная хозяйка вывела их на лестницу с облупившимися ступенями, затянутыми мхом, выводящую в вертикальную округлую шахту. Оттуда ощутимо тянуло свежим воздухом. Посмотрев наверх, Эвели покачала головой:
      - Боюсь, придётся мне потратить свои целительные силы на этих куриц. Иначе нам никогда не затащить их наверх. Ты бы разобрался пока с этой гадиной, - она кивнула на пленницу. Подойдя к стоящим у стены женщинам, эльфийка принялась читать заклинания исцеления. Чтобы лучше сосредоточиться, она слегка прикрыла глаза. Взвалив связанную девицу на плечи, благо она не отличалась могучим сложением, Фьерн полез по лестнице вверх. На довольно приличной высоте обнаружилась каменная плита с шифром. Колдун довольно быстро разгадал загадку, и проход открылся, выведя человека в зал весь залитый цветным светом, проходящим сквозь витражное окно. Это оказалась запустелая молельня храма. Фьерн опознал в витраже Глаза Огмы.
      Закончив с лечением, Эвели и сама вдруг ощутила усталость. Женщины уже пришли в себя и испуганно переговаривались. Прикрикнув на них, девушка наколдовала для женщин светящийся шарик, чтобы им было проще забраться по лестнице. Оказавшись в зале, бард присвистнула:
      - Ничего себе, где мы оказались.
      Лунная эльфийка выглядела растрёпанной и уставшей. Она заправила выбившиеся пряди чёрных волос за уши и прошлась по залу. Свет, падавший ей на лицо, осветил несколько пятнышек сажи на нежных щеках.
      - Мне всё более интересна история покинутого нами дома, - заметил Фьерн, раздавая спасённым женщинам, прихваченные с убитых хламиды. На всех не хватило, поэтому пришлось резать и обматываться. Пленная девица, оказавшаяся лунной эльфийкой хмуро смотрела на своих захватчиков, сидя на пыльном полу. У Фьерна половина лица была в саже, а под глазами залегли тени. Некогда белоснежная рубашка не подлежала восстановлению. Он устало добавил: - Почти выбрались.
      - Меня дом тоже заинтересовал, - кивнула эльфийка. Девушка почувствовала, что-то вроде симпатии к призраку женщины и ей захотелось узнать, кем та являлась при жизни. Подойдя к колдуну, бард рассмеялась: - Ты похож на трубочиста, - и достав из кармана брюк чистый платок, протянула мужчине. Увидев круги усталости у него под глазами, она испытала неожиданное чувство жалости и с трудом подавила желание самой вытереть его щеку. "Как всё это странно".
      - Да уж, длительное отмачивание в ванне мне бы не повредило... - улыбнулся Фьерн, принимая платок. - Спасибо. - И не дав Эвели опомниться, лёгким движением смахнул пятнышки сажи с лица девушки.
      Слегка растерявшись, эльфийка рассмеялась, доставая зеркальце:
      - Ой, я и сама выгляжу не лучше!
      Женщины, толпившиеся у стены, подошли поближе и принялись расспрашивать, что произошло, нестройно благодаря за спасение. Лишь пленная лунная эльфийка, злобно сверлила глазами на парочку и вероятно мечтала о том, чтобы взгляды могли убивать. Одна из спасённых оказалась невестой важной шишки в городском суде, да и остальные были далеко не безродными бродяжками.
      Выбравшись из храма, компания очутилась на городской окраине, отданной под парк, давно не видавший руки садовника. Девушки тараторили наперебой, обещая награды и великие почести. Но обращались они к Фьерну, а Эвели даже не поблагодарили за лечение. Впрочем, эльфийка не особо удивилась - это же Амн, здесь к мужчинам иное отношение.
      - Смотри-ка, Фьерн, как удачно сложилось - дочка посла, дочка советника. Может подберёшь себе жену и останешься в Амне? - ехидно спросила эльфийка, услышав очередной поток благодарностей и восхвалений талантов колдуна. Мечтая о горячей воде и душистом травяном мыле, девушка отметила, что времени прошло не так много, как ей казалось.
      Фьерн практически не вслушивался в болтовню спасённых женщин, заметно раздраженный их поведением. Недолго думая, он велел им отправляться по домам, сообщив, что за их семьями теперь должок. Эльфийка с усмешкой смотрела на разочарованные лица уходящих женщин, которые уже оправились от испуга и мечтали о продолжении приключений в компании симпатичного незнакомца.
       Вскоре с колдуном и Эвели осталась лишь их пленница. Иней деловито ходил по парку. На его шёрстке тоже виднелись пятнышки сажи. Бард присела на большой, заросший мхом валун и, взяв котёнка на руки, принялась отряхивать его шерстку. Хоть она и понимала, что котенок прекрасно почистится сам, всё же его урчание приятно успокаивало. Иней беззаботно развалился у Эвели на коленях. Наступила тишина, нарушаемая лишь вечерним пением птиц.
      - Что мы будем с ней делать? - наконец поинтересовалась эльфийка и тут же удивилась. Как-то так получилось, что в их неожиданно сложившейся команде основные решения принимал колдун, хоть и жил на свете вдвое меньше, чем девушка. Но Эвели почему то казалось, что он старше.
      - Допросить её надо. Для этого и тащили. Иначе... - он красноречиво провёл ребром ладони по горлу и нахмурился. - И возиться нечего. Только, опасная она.
      - Мы тоже опасные, - беззаботно откликнулась эльфийка и подмигнула колдуну. - Давай, вытащи кляп, но следи за ней, чтобы не успела ничего выкинуть.
      Смеркалось и Эвели ужасно хотелось поскорее выпытать сведения у пойманной эльфийки, не особо стесняясь в средствах. Ведь в гостинице их ждала прекрасная купальня, а затем вечер в окружении гостей Корина. Фьерн покачал головой, внимательно глядя на пленницу. Вид у неё был, несмотря на незавидное положение, уверенный и даже вызывающий. Колдун подозревал, что стоит ему вынуть кляп, как девица сразу выкинет какую-нибудь гадость. Очень и очень неприятную. Что ж она его вынуждает. Встав в нескольких шагах напротив пленницы, Фьерн направил на неё ладони и запел заклинание глубоким низким баритоном, хотя еще не совсем оправился от хрипа. По рукам колдуна прошли заряды силы, и пленница упала ничком, быстро, однако, придя в сознание. Фьерн подошел к ней и бесцеремонно выдернул кляп, она что-то прокричала и... ничего не произошло. На лице девицы непонимание стремительно сменялось ужасом, зрачки бледно-серых глаз расширились.
      - Что ты со мной сделал? Проклятый! - прошипела пленница.
      Эвели одобрительно наблюдала за происходящим, отметив про себя, что у человеческого колдуна весьма приятный голос. «Интересно, к какому семейству она принадлежит? Вряд ли к благородной ветви. Но даже если и так, она меня вряд ли знает…». Иней спрыгнул с её колен и встал перед пленницей, зашипев и взъерошив шёрстку, словно защищая хозяина.
      - Ничего особенного, это обратимо, - холодно ответил Фьерн эльфийке. - Но не тобой. - Колдун применил заклинание, когда-то использованное против него отцом. Оно не давало чародею возможности творить магию, без эффектов немоты или паралича. Фьерн тогда смог освободиться лишь благодаря силе воле и тому, что, в отличие от волшебников, его колдовской талант к магии был врожденным. - Так что потрудись рассказать, что за цирк вы устроили в том подвале и зачем. Зачем нужен был тот фарс с фальшивым кругом? На кого ты работаешь?
      Бард отмалчивалась, стараясь не привлекать внимания к своей персоне. Если эта девица из их компании - может она что-то и слышала о преступлениях Эвели Неррель, но Фьерну знать об этом было совсем не обязательно. Пока что Эвели довольно смутно представляла себе, что могло связать эту девушку с тем отребьем, что они перебили в особняке. И что за ритуалы они там проводили.
      Похоже, что заклинание выбило почву из под ног пленницы. Её взгляд стал загнанным, затравленным, но при этом оставался вызывающе злобным. Руки эльфийки были надежно связаны железной цепью, но даже умей она творить безмолвные заклинания - это не помогло бы. Фьерн делал вид, что он никуда не торопится, и будет продолжать допрос сколько сочтет нужным, хотя чувствовал себя сильно вымотанным. Если заклинания льда, даже самые мощные давались ему без труда, то чары связываний различных форм высасывали ментальные силы.
      - Ничего я тебе не скажу, - процедила девушка, - ты меня все равно убьешь! И тебе за меня отомстят! Да! Ты! Грязный человечишка! А ты, - она сверкнула глазами в сторону Эвели, - позор для своей расы! Якшаться с презренными людишками! Ты либо предательница, либо дура, раз позволяешь ему столько! Их можно только использовать! Да! Против них же самих! Мусор под ногами высшей расы!
      "Ого", - промелькнуло в голове барда. - «Я не ошиблась - пленница действительно из их приспешников».
      Эвели поднялась с камня и подошла к разъяренной эльфийке.
      - А с чего ты взяла, что я его не использую? - тихим, вкрадчивым голосом, промурлыкала бард. - Насколько я помню, среди твоих помощников были люди. Значит, ты доверила им участие в серьёзном ритуале? И что в итоге? Ритуал провалился. Следовательно, дура - ты.
      Девушка надеялась, что разозлённая пленница, выболтает что-нибудь лишнее. Иного способа заставить её говорить, Эвели не видела. И вообще она поразилась, узнав, что они используют людей. Насколько ей было известно, таковое строго запрещалось. Либо за последние годы многое изменилось. Пленница, похоже, была значительно моложе барда.
      - Ха! Ритуал, - она едва не сплюнула, - показуха! Для них - потому что люди любят яркие обертки! Ведутся, только пальчиком помани! Красивая мордашка, таинственность, должная атмосфера... Жаль, мало кто из нас это понимает.
      Фьерн внимательно слушал. Как он и предполагал, ритуал был фарсом, эльфийка разыгрывала представление для тех, кого собрала там.
      - Так зачем всё это изначально? Ну, захотела ты убить этих девиц - так убила бы, - пожала плечами Эвели. - Зачем людям этот ритуал? Чтобы они пускали страшные слухи? - Девушка недоумевала - либо она совсем потеряла нить поведения Организации, либо в здешней ячейке происходило что-то необычное.
      - Те, кого вы убили ушли бы оттуда и стали убивать! - шипела пленница. – Так же, как им показала я. Сеять страх, ужас, панику! Они травят эльфов! Ублюдки... А убийцы живут рядом с ними! Ха! Они настолько самовлюбленны, что считают, что могут приблизиться к нам! Глупцы! Рабы! Жаль, что эти методы не признаны всеми! Но они куда эффективней! И ты сама не рискуешь ничем!
      В голову Фьерна закралось смутное подозрение. «Похоже, она использовала что-то недозволенное... Но ведь об этом должны были знать».
      - На кого ты работаешь? - повторил колдун свой недавний вопрос. Да, план пленницы был практичен и не лишен оригинальности, пожалуй, будь бы Фьерн на её месте, изобрел бы что-то... столь же небанальное. Колдун не испытывал гнева, глядя на пленницу, её откровенная ненависть и презрение его не задевали потому что она была ему никем.
      Эвели покачала головой - ей были чужды подобные мысли, за столько лет жизни бок о бок, она терпимо относилась к обществу людей. Ну, живут себе и живут. Порой даже приносят пользу. Обычно, за счёт своей короткой жизни, излишне поспешны и эмоциональны. Кстати, Фьерн в этом роде являл собой приятное исключение. Эльфийка привыкла жить в своё удовольствие, и не понимала фанатизма, с которым многие из её сородичей проживали свои долгие жизни, пытаясь добиться невозможного - истребить род людской. Даже более того - это казалось Эвели глупым и нецелесообразным, ведь люди привнесли в этот мир нечто... подвижное, хаотичное. Что ей самой очень импонировало. Уж они-то знали толк в удовольствиях и умели наслаждаться своей короткой, человеческой жизнью. Ей нечего было сказать пленнице, хоть та и была её сородичем, но кроме этого их ничего не связывало.
      - Мне не нужен хозяин! Я служу только себе! - истерично закричала пленница. - Да будут прокляты люди, лишившие мою расу гордости! Смерть! - В этот момент она вскочила с травы, на которой сидела и бросилась на Фьерна. Колдун отступил на шаг в сторону, женщина споткнулась, не найдя цели и полетела в кусты, приземлившись она издала короткий вскрик. Посмотрев что с ней, Фьерн обнаружил, что эльфийка мертва. Падая, она сильно ударилась виском об острый край камня, когда-то отброшенного сюда с дорожки.
      - Какая идиотка. Смерть столь же нелепая, как и она сама, - фыркнула Эвели, презрительно глядя на мёртвую. - Не понимаю я этих фанатиков. Зря только тащили её, так и не узнали ничего интересного. Оставим труп здесь, пусть местные власти позаботятся о похоронах. Пойдём, Корин уже, наверное, заждался. - Эльфийка направилась в ту сторону, где по её мнению располагался выход из парка.
      - Да, она действительно не слишком разумна, хотя в изрядной доли оригинальности я бы ей не отказал, - произнёс Фьерн, обыскивая труп. В кошельке помимо нескольких монет нашёлся золотой медальон - стрела в круге из ветви. Причём колечко, в которое продевалась цепочка, было сломано, будто кулон сорвали. Быстрым шагом колдун нагнал Эвели и показал ей находку.
      - Это то, что я думаю?
      - Я понятия не имею, о чём ты думаешь, - резко ответила лунная эльфийка, продолжая идти вперед. Ей не хотелось поднимать эту тему. Всё о чём она мечтала, заключалось в завтрашнем отплытии на корабле, нанятом Корином. Этот город оказался опаснее, чем она поначалу решила, и теперь Эвели надеялась затеряться среди миллиона гостей Аткатлы, а затем уплыть домой. «Вот только что мне теперь считать домом?»
      - Её вышвырнули из Элдрет Велуутра, - твёрдо сказал Фьерн, подавляя раздражение, вызванное резким тоном Эвели. - За то, что она применяла непризнанные методы. Вот, что я думаю.
      - Ах, вот как! - Эвели резко остановилась и яростно сверкнула глазами на мужчину. - А что ты вообще знаешь об Элдрет Велуутра? Каким образом к тебе проникла информация о них? Может ты тоже один из их новых агентов, поэтому и следуешь за мной?!
      - Я человек, красавица, - притворно мягким тоном произнес колдун, спокойно встречая взгляд эльфийки. - Неужели среди прочего ты считаешь, что я мог бы повестись на уловки, подобные этим. Конечно, оно не лишено оригинальности, но годится лишь для наивных подростков, едва вылезших из-под маменькиного подола, - в голосе Фьерна зазвучали стальные нотки. Иней, встревоженный громкими резкими интонациями, насторожился, и прянул за человека. - Каким образом попала информация - ну изволь. Мой друг попал к ним в немилость, от того и знаю.
      Его черные брови сошлись на переносице, выдавая сдерживаемый гнев, не столько на Эвели, сколько на ситуацию, что он оставил по ту сторону портала. Бард несколько секунд молча вглядывалась в лицо колдуна, ощущая как сильно он рассердился. Девушка перевела взгляд за его плечо:
      - Пойми, Фьерн, я много лет делала всё для того, чтобы избегать встречи с ними. А теперь оказалась в очень опасной близости. Я понимаю, что для тебя видимо важно узнать об Элдрет и их планах, но мои инстинкты кричат, что мне нужно убираться отсюда как можно быстрее. Ты, вероятно, догадался, что я могу сыграть роль приманки и тем самым привести тебя к ним...
      Фьерн задумался.
      - Если у тебя с ними разлад, они найдут тебя. Тут или в Аткатле. Не имеет значения. И эта буря, что здесь разыгралась, она неспроста, - лицо Фьерна оставалось хмурым, но голос немного смягчился, в нём прозвучала усталость.
      - Пойдём, - девушка потянула его к выходу из парка, на ходу продолжая разговор. - Если я буду осторожна, и сама не полезу, то может и не найдут. Я быстро покину Гриммор, потом также быстро - Аткатлу. Я привыкла к путешествиям.
      Фьерн подсадил Инея на плечо, и они направились к «Колыбели Шантии», стремясь поскорее добраться до гостиницы и смыть с себя сажу и усталость. Эвели не убедила колдуна. Вессалор также всячески избегал встреч с Организацией, однако нашли, добрались. Уж неведомо как. Хоть и знали его под другим именем. Хоть и был тот предельно осторожен. Нашли, когда никто не ждал.
      Добравшись до гостиницы, колдун и бард были пойманы встревоженным Корином, который охая и ахая выслушал их рассказ. Зелёные глаза мужчины цепко следили за девушкой, оглядывая с головы до ног, и после рассказа он отправил её отдыхать, напомнив о вечернем выступлении.
      - Ты должна поразить моих гостей. Среди них много важных людей, и есть такие, которые тебе пригодятся, - он многозначительно подмигнул эльфийке.

      Колдуну было любопытно послушать выступление барда, поэтому он поспешил привести себя в порядок. Фьерн встретил Эвели в коридоре, ведущем в зал гостиницы. Мужчина был гладко выбрит, а его длинные черные волосы, аккуратно собраны зачарованной заколкой. Новая шёлковая рубашка сияла белизной. Было сложно предположить, что каких-то пару часов назад, он сражался среди крови и дымной гари. Только тёмные круги под глазами выдавали недавнее магическое напряжение. Иней жмурился, восседая на плече колдуна.
      Лунная эльфийка переоделась в длинное синее платье с серебристой вышивкой по глубокому вырезу и вдоль подола, подчёркивающее её роскошную фигуру. Чисто вымытые волосы блестящей волной струились по плечам, поддерживаемые лишь серебряным венчиком тончайшего плетения. В ушах блестели маленькие серебряные серьги с сапфирами, и несколько серебряных браслетов звенели на тонких запястьях. Её кожа сияла белизной, а щёки после бани слегка зарумянились. В руках Эвели держала изящную мандолину. Бард улыбнулась колдуну и, взяв его под руку, вошла в зал.
      - Прекрасно выглядишь, - сказал Фьерн, окинув Эвели пристальным взглядом - от мысков туфелек до макушки. Она тихо рассмеялась - такого серебряного смеха он от неё до сих пор не слышал. С тех пор как они познакомились, опасности одна за другой возникали на их пути, и сил хватало лишь на усмешку. Теперь становилось ясно - вот любимая стихия для Эвели Неррель - развлечение, веселье, обожание толпы.
      - Спасибо, ты тоже очарователен.
      Фьерн ответил Эвели мягкой улыбкой, которая делала его резковатое лицо моложе, хотя обычно колдун казался несколько старше своих лет.
      В зале пылал камин - больше для создания уюта, чем тепла, так как окна были раскрыты настежь и свежий речной воздух доносился с пристани. Кубки и кувшины мерцали в пламени свечей, гости - все мужчины - расположились в роскошных креслах из сумеречного дерева или стояли у столиков, закусывая и выпивая. Принарядившийся Корин вышел навстречу Фьерну и Эвели, представляя их гостям, как своих близких друзей, а затем предложил барду и колдуну попробовать закуски. Атмосфера вокруг была непринуждённой и праздничной.
      Колдун выбрал стол у окна, с видом на пристань, где в сиянии фонарей, покачивались несколько привязанных лодок. Слуга принёс вина на выбор и изысканные закуски. Эвели успела съесть лишь пару кусочков сыра и выпить бокал вина, как появился Корин и сказав, что украдёт её ненадолго, повёл девушку познакомить с какими-то своими приятелями. Пообщавшись с ними некоторое время, Эвели почувствовала скуку. Она бросила взгляд на стол за которым в одиночестве сидел Фьерн и, мысленно пожелала оказаться там же. Несмотря на его некоторую холодность, как в прямом, так и в переносном смысле, общаться с колдуном было куда интереснее, чем с этими разряженными вертопрахами. Корин наклонился к девушке и прошептал ей на ухо, незаметно показывая на одного из гостей:
      - Обрати внимание, это Салах. Один из мудрейших людей Аткатлы. Думаю, он может подсказать тебе кое-что по поводу твоей проблемы. Спросишь у него, во время плаванья по реке. Салах тоже направляется в Аткатлу.
      Эвели посмотрела на мужчину, которого указал Корин. Тот сидел в затемнённом углу комнаты, окутанный сладковатым дымом кальяна. На вид Салаху можно было дать лет семьдесят. Он был одет в изящный и вероятно очень дорогой кафтан изумрудного цвета и такую же феску. Худое лицо казалось ещё тоньше за счёт жидкой седой бородки, растущей на кончике подбородка и заплетённой в косички. Эвели успела рассказать Корину о своих проблемах с драконьей кровью, и тот постарался найти для неё человека, который может помочь.
      «Хорошо всё-таки, когда старые друзья тебя не забывают», - девушка благодарно улыбнулась Змею и чмокнула его в щёку:
      - Спасибо. Я очень рада, что удалось встретить тебя снова. Твоя помощь неоценима.
      - Рад услужить прекрасной даме, - усмехнулся мужчина.
      Из-за кромки бокала сухого вина Фьерн наблюдал за Эвели и Корином. Колдун отметил человека, на которого были устремлены взгляды девушки и Змея. «Хм... Её Змея...», - Фьерн вспомнил негодование барда, когда он говорил так. Со своего места колдун не мог толком разглядеть старика в углу, но запах кальянного дыма шёл именно оттуда. Усы Инея защекотали человеку щёку, и он протянул котёнку кусочек копчёной рыбы. Сделав неторопливый глоток вина, колдун перевёл взгляд с шепчущейся парочки на остальных гостей. - «Интересно, родичи спасённых девиц тоже среди них?..»
      В этот вечер Эвели превзошла саму себя. Девушка, сидевшая у камина и игравшая на изящном инструменте, со стороны казалась одновременно и ангелом, и суккубом, меняясь с каждой песней. Во время исполнения одной песни, слушателей, окутывал нежный и лиричный голос невинности, в следующей же звучала томность и страстность порока. Бард наслаждалась моментом, и словно бы погрузилась в свой собственный мир, которого была в последнее время лишена. Но на самом деле, она вполне отдавала себе отчёт в происходящем, и, не прекращая петь, наблюдала за зрителями. Среди взглядов полных восхищения и желания, она чувствовала напряжённый и изучающий взгляд человечка, которого Корин назвал Салахом.
      Фьерн так же наблюдал за поющей Эвели. Но он сосредоточился на её голосе, на том, как она пела. Воплощение и передача эмоций, сила страсти. Сюжет отходил на второй план, образ обольстительной женщины расплывался. Оставалась только песня. К концу выступления колдун даже прикрыл глаза.

В тихой полночи звёзды мерцают порой -
Вниз струится их ласковый свет.
Набегает на берег волна за волной,
На камнях оставляя свой след.

В нашем доме тепло. И доносит с реки
Ветерок соловьиную трель.
Словно пёрышко, сны твои будут легки -
Пахнет розой и мятой постель.

Я коснусь твоих шёлковых, тёмных волос...
Заклинанья полынью горчат.
Это счастье - для нас! Всё чудесно сбылось,
И не будет дороги назад!

Ворожу при луне на воде и цветах,
Заклинаю на звёздную зернь,
Чтоб растаяли горечь, обиды и страх.
Наша сила от века. Поверь!

Спи, мой рыцарь! Дрожит тишина за окном,
Пряхи судьбы людские плетут.
Дремлет сад над рекой, дремлет мирно наш дом,
Не тревожа застывших минут.*

      Как только стихли аплодисменты, девушка пробралась к столику Фьерна и налив себе вина с удовольствием выпила. Потом посмотрела на колдуна:
      - Ты закрывал глаза, тебе не понравилось?
      - Отнюдь, - на лице Фьерна была спокойная улыбка, - я восхищён. Ибо твой голос рисует узор той Песни, что рождает Силу. Не нужно зрение, чтоб ощутить это, ибо она погружает в себя целиком, - он долил вина в её бокал.
      Девушка довольно улыбнулась, и на краткий миг показалась похожей на Инея, наевшегося вкусной сметаны.
      - Интересно... Обычно мне говорят что-то банальное. Спасибо. - Эльфийка снова принялась за вино, рассеянно окидывая взглядом комнату и гостей Корина. Затем попросила: - Расскажи мне про своего друга. Он ведь тоже бард, да?
      - Да. Вессалор. Он солнечный эльф. Мы странствуем вместе около семи лет. В его песне тоже есть сила, но она другая. У меня нет для этого слов... Его песни, они лёгкие, но жгут и взрывают... Это смех и это вызов... Он не может не лезть на рожон…
      Эвели пристально наблюдала за колдуном, покачивая бокалом с вином.
      - И он задел интересы Организации? Обычно так и бывает... Они не слишком жалуют такой тип характера, барды часто находятся в компании людей, - кивнула девушка. - Что с ним случилось, расскажешь?
      - Я толком сам не понял, что произошло. Он говорил, что это прошлое восстало из могилы. Давнее прошлое. И он теперь у них в руках. Они добрались до него через астральный портал и заточили в ловушку. Но слишком много неясного... Там все сложно. Он не в их темнице, но пленник. Потому мы и обратились к этой кутерьме с порталами провидения.
      - И портал вывел тебя в местность, в которой вскоре появилась я, - девушка многозначительно приподняла бровь. - Наверняка это не просто совпадение. Всё в мире взаимосвязано, а судьба сплетает линии жизни в определенные узоры, - она задумалась и устремила взгляд в темноту окна, вспоминая свою долгую - по человеческим меркам - жизнь.
      - Ну да, я тоже так подумал, а ты - "приманка", да "приманка", - колдун подмигнул Эвели и отпил вина. Иней уже сполз с его плеча на стол и дремал, лёжа на спине и растопырив все четыре лапы. Девушка рассмеялась, поглаживая пальцем котёнка по животику.
      - Жизнь научила меня никому не доверять. Особенно мужчинам. И особенно людям, - она улыбнулась, смягчая смысл своих слов, не желая обидеть колдуна.
      - Что такое доверие? Щит в чужой руке и двулезвийный клинок. И то и другое ты вручаешь кому-то. Угадаешь - у тебя будет и защита и оружие. Прогадаешь - получишь страшный удар. Но если все же угадаешь... - колдун чуть улыбнулся, не закончив мысль. - Хм... А скажи, пожалуйста, чем тебя так привлек тот старик?- сменил тему Фьерн, указав на темный угол источающий дым кальяна.
      Девушка посмотрела в сторону Салаха. Отсюда его было плохо видно, лишь клубы сладковатого дыма выдавали, что старик по-прежнему сидит там.
      - Корин нашёл его для меня. Сказал, что важная шишка в Аткатле и мудрейший человек. Он может что-нибудь подсказать мне насчёт проблем с кровью дракона.
      - Хорошо бы, если так...- задумчиво сказал Фьерн. Он вспомнил ту волну жара, что окутала Эвели, когда сила вырывалась наружу. В какой-то момент колдуну показалось, что она испепелит его, но он устоял и смог применить магию на благо. «А окружающие мужчины, похоже, не слишком рады, что за столиком с героиней вечера сижу именно я». Фьерн знал, что производит странное впечатление. Вроде бродяга, а держится как благородный, одежда простая и одновременно щегольская, подчеркнутый стиль и нарочито простое оружие. Интересно, что бы подумали эти заносчивые снобы, не знающие, как на него смотреть, узнай они, чей он сын. Ведь отречения не было. Маррун... не то что бы вымышленное, но всего лишь часть. Но большинство, как обычно, не догадывалось сложить два и два. Фьерна это всегда забавляло.
      Через некоторое время к ним подошёл Корин и широко улыбнулся эльфийке:
      - Ты просто ошеломила, милая. Эх, как жаль, что я уже не молод... - он глянул на Фьерна и добавил: - Завидую тебе парень, и желаю не упустить её, как я когда-то... - Мужчина задумчиво умолк, словно предаваясь воспоминаниям.
      - Я никого не держу рядом с собой против его воли, - сказал Фьерн со странным выражением лица - слишком путали пронзительно-холодные глаза. - Кстати, если не секрет... Как произошла ваша встреча? - он перевел взгляд с Корина на эльфийку и обратно.
      Эвели скрыла улыбку за бокалом вина, услышав слова Змея. Он, значит, решил, что она всё-таки нарушила своё обещание не связываться с людьми.
      - Много лет назад я путешествовала с группой искателей приключений. Там и познакомились. Чуть позже группа развалилась, а Корин, по заданию Воров Теней вернулся в Амн, и здесь наши пути разошлись, - ответила девушка.
      - Ясно. Возможно, мне когда-нибудь доведется послушать о ваших совместных приключениях, - лицо колдуна было непроницаемо.
      Тем временем над городом расстелилась глубокая бархатная ночь, мерцавшая с небес холодными льдинками звезд. Объевшийся Иней уже не просто дремал, а откровенно дрых.
      Корин очнулся от воспоминаний и посмотрел на Эвели:
      - Корабль отправляется завтра в полдень, я прикажу, чтобы вам собрали всё необходимое в дорогу. Жаль расставаться, но я отдаю вас в надёжные руки. Абени Чёрный, превосходный капитан. Доставит быстро и с комфортом.
      Посидев еще немного, и поболтав с Корином, Эвели встала из-за стола, и, поблагодарив хозяина и его гостей за чудесный вечер, попрощалась со всеми, сказав, что пришла пора отдохнуть. Девушка и правда сильно устала и была очень рада, что отплытие назначено на полдень. Поднимаясь наверх, в свою комнату, она раздумывала о том, куда именно направится в Аткатле. Фьерн вызвался проводить Эвели до покоев, справедливо подозревая, что кто-то из новоявленных горячих поклонников её таланта, возможно, захочет познакомиться с бардом поближе. Человек и эльфийка расстались в коридоре.       Войдя к себе, Фьерн сбросил сапоги и повалился на застеленную кровать. Не смотря на усталость, спать не хотелось, в мозгу роилось множество вопросов.
      Вымотанная до предела эльфийка крепко спала в своей комнате, пока солнечный луч не пробежался по её фарфоровому лицу. Слегка поморщившись и прикрыв глаза от света, Эвели перевернулась на другой бок и коснулась чего-то тёплого. Приоткрыв один синий глаз, девушка с удивлением обнаружила спящего под боком Инея.
      - Что, пришёл погреться? - пробормотала Эвели, снова погружаясь в сон. Котенок тряхнул ушами, услышав слова девушки, почесал шею задней лапой и перевернулся на другой бок.

0

7

**

      Путешествие Халлиры и Мейсона проходило в тишине и спокойствии, если не считать вялой грызни между ними из-за издевательских подколов молодого волшебника. После короткой ночевки в придорожном трактире, оставив позади деревеньки и засеянные пшеницей поля, они пересекли степь и подъехали к густому лесу, экзотическая растительность которого представляла собой необыкновенное зрелище. Изумрудные лианы, оплетающие кривые стволы деревьев, огромные корни которых прятались в гигантских папоротниках, украшали крупные цветы всевозможных расцветок. В зарослях на разные голоса кричали, пели и плакали птицы. Ярко-желтая бабочка села на плечо звездной эльфийки, заставив ее замереть от восторга, рассматривая крылатую красавицу.
      Мейсон показал жрице скрытую магией тропу, ведущую в лесную чащу. Она должна была привести их к реке, за которой находился храм-база Элдрет Велуутра. Проезжая по тропе, жрица, несмотря на красоту леса, чувствовала себя неуютно. Хотя до сих пор им не встретилось никаких неприятностей, порой девушке казалось, что она ощущает отвратительный запах мертвечины, пробивающийся сквозь привычные ароматы леса. Наемница хмурилась, и ее серые глаза цепко выхватывали малейшие движения в траве, кустах и ветвях деревьев.
      Оказавшись у реки, чьи бурые воды стремительно проносили мимо человека и эльфийки подхваченные потоком огромные ветви и листья, путники спешились.
      - Река очень глубокая, - сказал Мейсон. – Ты должна ее пересечь не по мосту. Так что не утони.
      Волшебник махнул рукой в воздухе, шепча заклинание и создавая ледяной мост. Переведя по нему лошадей, Мейс хлопнул в ладони, и конструкция эффектно разбилась на мелкие частицы, тут же подхваченные рекой.
      «С чего он взял, что я собираюсь плыть?», - усмехнувшись, эльфийка прошептала заклинание и сделала несколько пассов руками. На короткий миг тело Халлиры засветилось холодным светом, но иллюзия быстро развеялась. Подойдя к кромке воды, девушка невозмутимо шагнула вперед. Вместо того, чтобы погрузиться в воду, эльфийка просто пошла по ней, словно и не сходила с твердой земли. Халлира холодно усмехнулась - хождение по воде было одним из жреческих заклинаний, владение которым она оттачивала годами. Оказавшись на другом берегу, она посмотрела на волшебника:
      - Идем дальше?
      - Нет, не идем, - отрезал парень. Дернув рукой, Мейсон отбросил девушку силовой волной такой мощности, что она перелетела на другой берег.
      - Ты должна плыть, - прохрипел он таким голосом, будто разом утратил большую часть сил.
      Халлира раздраженно скрестила руки на груди и вперила злобный взгляд в волшебника.
      - А если я не хочу плыть? Запасной одежды у меня нет, и я не горю желанием простудиться, - процедила девушка.
      - Значит тебе дорога в Элдрет Велуутра заказана! - крикнул Мейсон. - Плыви, если хочешь добиться своей цели. - Волшебник провел рукой и что-то прошептал, вода в реке стала нагреваться и закипать. - Теперь ты точно не простудишься, - маг ухмыльнулся. - Только не сварись.
      Плюнув на все, Халлира сняла сапоги и плащ, убрав их в заплечную сумку, зашла в воду и поплыла. То, что вода сильно нагрелась, ее не волновало и практически не оказывало никакого эффекта на жрицу, у которой одним из доменов был огонь.
      - А, видимо, тебе в водичке не горячо? Хм, а я так хотел повеселиться, наблюдая за тобой... - парень рассмеялся. - Лови от меня сюрприз... - С ладони Мейсона сорвался небольшой электрический разряд, ударивший в воду.
      «Я повеселюсь, когда окажусь на том берегу!», - мысленно прорычала плывущая наемница, слишком сосредоточенная борьбой с сильным течением, чтобы говорить вслух. На левой руке тускло блеснуло кольцо, не так давно купленное девушкой в одной из лавок Аткатлы - ничего особенного, но оно давало защиту от электричества. Поэтому эльфийка почувствовала только легкий дискомфорт, но не более того.
      - Убить меня решил? - крикнула она Мейсону, поплыв быстрее.
      Мейсон нахмурился:
      - Что-то ты слишком неуязвима. Огонь тебя не берет, электричество тоже... А холод?
      Волшебник склонился к реке, резко понижая температуру воды. Раздался гулкий треск, вода медленно превращалась в лед. Халлира вздрогнула и попыталась прибавить скорости, но холод сковывал, замедляя ее движения. Она сжала зубы - использовать магию в воде было очень неудобно, но сейчас, когда от этого зависела ее жизнь, выхода не было. Над самой поверхностью воды пролетел огненный шар, снова превращая лед в воду, пусть и холодную.
      Маг с улыбкой наблюдал за происходящим:
      - М-м-м, ты такая трудолюбивая, все сделаешь, чтобы добиться своего...
      Халлира промолчала, продолжая плыть. Еще несколько огненных шаров расчистили ей путь, и через какое-то время эльфийка уже выходила из воды, слегка подрагивая на ветру, - насквозь промокшая одежда плохо способствовала согреванию. Что-то недовольно пробурчав, девушка вытащила из сумки плащ и сапоги, прошептав несколько слов. От одежды повалил пар, мгновенно высушивая ее.
      - Надеюсь, ты не станешь снова перебрасывать меня на тот берег? - проворчала Халлира.
      - Нет, пожалуй, не стану, - Мейсон ехидно улыбнулся, а затем повернулся к девушке спиной, вскакивая на лошадь, - не отставай.
      Волшебник поехал по неширокой тропе, ведущей в лесную чащу.
      - Хм, интересно, что ты скажешь, если я раскрою тебе маленькую тайну? - Мейсон не оборачивался, но по голосу было слышно, как ему весело. - То, что ты плыла через реку - это не испытание, это просто я решил немного повеселиться.
      - Почему-то меня это не удивляет, - холодно ответила Халлира, оседлавшая своего конька и ехавшая следом. Голова немного кружилась от недавнего бултыхания в ледяной воде и перед глазами все плыло. Девушка тряхнула волосами, заставляя себя сфокусировать взгляд на едущем впереди волшебнике и не отставать от него. - Нам еще долго?
      - Почти на месте, - хмыкнул парень и потянулся, отчаянно зевая. Несмотря на то, что он хорохорился перед Халлирой, применение магии выматывало его так же как и других волшебников.
      Чем ближе они приближались к таинственному «храму», а, следовательно, и к ячейке Элдрет Велуутра, тем мрачнее становилась Халлира. С удивлением она поняла, что даже немного нервничает, чего с ней давно не случалось.
      - Послушай, - девушка посмотрела на Мейсона. - Ты даже приблизительно не знаешь, какие испытания могут для меня приготовить Элдреты?
      - Ни приблизительно, ни отдаленно, - заверил ее Мейсон. - Это меня, если честно, не касается. Наш главарь довольно своеобразная особа, она может устроить все, что взбредет в ее эльфийский мозг.
      «Плохо...», - наемница ненавидела неизвестность, которая угнетала ее больше, чем все сложности и препятствия вместе взятые. Она почувствовала бы себя гораздо более уверенно, если бы знала, что ее ждет, даже если это что-то трудновыполнимое.
      - Тогда остается только добраться до этой вашей тайной ячейки, - хмуро сказала Халлира. - И побыстрее, а то я смотрю, ты устал от моего общества, - девушка ехидно покосилась на Мейсона.
      Волшебник криво улыбнулся.
      - Нет, я не устал, просто... - Мейсон глубо вздохнул, - ты странная, Халлира, я не могу понять, что я о тебе думаю. С одной стороны ты, вроде бы, не похожа на это стадо баранов, ну я имею в виду эльфов, но... Я даже не знаю. Ты слишком глупа и наивна.
      - Глупа и наивна? - эльфийка усмехнулась и внимательно посмотрела на волшебника. - Такой меня еще не называли. А почему ты меня такой считаешь? Всегда интересно узнать, что о тебе думают другие. Жаль, что обычно они говорят это только за спиной, но ты говоришь прямо, и мне это нравится. Но все-таки - почему?
      - Я не знаю, мне так кажется. Ты слишком простая для меня, нет никакой загадки, никакой интриги, - волшебник пожал плечами. - Я сначала подумал, что ты мне нравишься, но на самом деле ты не смогла заинтересовать меня по-настоящему.
      - Я и не пыталась, - безразлично ответила Халлира. - Кажется, я уже говорила, что предпочитаю не связываться с мужчинами. По крайней мере, дольше, чем на одну ночь. Ты не исключение.
      Эльфийка продолжала ехать, оглядываясь по сторонам и слегка щурясь на солнце. Неожиданно она подумала, что хочет, чтобы день сменился ночью - захотелось увидеть звезды и снова испытать странное чувство, будто находишься одновременно в двух, абсолютно не похожих друг на друга мирах.
      - Ну, милая, не будь так категорична, - на лице Мейсона сияла надменная улыбка. - Кто знает, может быть, ты связалась со мной на две ночи, а не на одну! Или на десяток ночей. Кто знает, может быть, ты не найдешь себе любвеобильного эльфика в Элдрет Веллутра.
      - Я туда не за этим еду, - отозвалась эльфийка. Слова волшебника оставили какой-то неприятный осадок на душе, но Халлира не собиралась в этом признаваться, в том числе и самой себе.
      - Твои проблемы, я упрашивать не стану, - на лице Мейсона осталась самодовольная ухмылка. – Но если передумаешь, то стоит просто попросить. - Парень погрузился в раздумья. Его уже не волновала Халлира и отношения с ней, его заботило лишь то, что Мерзелль назовет ему имя некроманта, который может стать его учителем, когда он благополучно доставит Халлиру в ячейку.
      Тем временем, тропа вывела путешественников на широкую поляну. Деревья здесь росли полукругом, обступая прекрасный эльфийский храм, архитектура которого показалась жрице знакомой. Впрочем, храм явно был заброшен уже не одно десятилетие, и новые обитатели не слишком хорошо заботились о нем.
      - Кореллон... - медленно протянула Халлира, рассматривая храм своего бывшего бога. Ей показалось, что в здешнем лесу строение, несмотря на свои изящные формы, было неуместным, словно вмешательство человека в природу, а ведь именно это так ненавидели Элдрет Велуутра. - Любопытно...
      Девушка попыталась привести в порядок мысли, чтобы быть готовой к тому, что может ожидать ее внутри храма, но сейчас привычно избавиться от довольно противоречивых чувств оказалось сложнее. С одной стороны, эльфийка почувствовала облегчение от того, что наконец-то добралась до пункта назначения, но с другой стороны, она с удивлением ощутила некоторое сожаление, что путешествие так быстро закончилось. Халлира слегка нахмурилась, но решительно отмела любые лишние мысли - сейчас следовало думать о другом.
      Мейсон спешился и, заведя лошадь под специально оборудованный навес, не дожидаясь эльфийку, направился к входу. Жрица последовала его примеру, настороженно осматриваясь вокруг. Ее удивляло отсутствие видимой охраны и вообще каких-либо признаков жизни. Снова вернулось то мерзкое чувство, что щекотало ей нервы, когда они только въехали в лес.
      Войдя в двери храма, Халлира очутилась в просторном помещении, выполняющем, судя по всему роль гостевого холла. Свет закатного солнца проникал сквозь огромный полупрозрачный купол, в котором некогда цветные стекла были заменены на мутно-серые. В зале царил дух запустения и печали, как бывает в храмах, в которых давно никто не совершал молитву. Какая-то тень выскользнула из-за ближайшей колонны и направилась к Мейсону. Это была темноглазая лунная эльфийка в одеянии монаха. Она кивнула парню, узнав его, и окинула Халлиру изучающим взглядом.
      Волшебник с невозмутимым видом обратился к незнакомке:
      - Где Мерзелль?
      - Как и всегда, у себя, - ответила та, снова отступая в тень.
      - Хм, отлично. Думаю, она будет очень рада, что я привез эльфийку, - Мейсон бросил на Халлиру взгляд. - Не отставай.
      Затем он направился к лестнице в дальнем конце обширного зала, ведущей на второй этаж. Халлира, заинтересованно рассматривавшая внутреннюю обстановку храма, прервала это занятие и направилась следом за Мейсоном. Пары минут, потраченных на то, чтобы подняться на второй этаж, хватило, чтобы эльфийка успокоилась, и на ее лице появилась привычная маска невозмутимости и бесстрастности. По выражению лица девушки невозможно было угадать эмоции, и только в глубине стальных серых глаз появился блеск, говоривший о том, что происходящее ей не безразлично.
      Мейсон, провел девушку по коридорам, в которых им не встретилось ни души, и остановился перед крепкой дубовой дверью. Волшебник трижды постучал в нее и молча застыл в ожидании. Через несколько мгновений дверь отворилась. На пороге стояла чрезвычайно худая солнечная эльфийка с впалым, болезненным лицом бледная кожа которого, напомнила наемнице старинный мрамор.
      - Мейсон, - протянула женщина. - Ты привел ее... Что же, проходите.
      Эльфийка отошла в сторону, пропуская их в комнату. Халлира вошла в кабинет и, окинув его быстрым взглядом, отметившим высокое стрельчатое окно, темный дубовый стол, несколько стульев и камин без единого украшения, посмотрела на эльфийку. Она прикидывала в уме, как ей следует себя вести, но пока не могла сделать никаких выводов об этой женщине.
      - Приветствую вас, - девушка слегка склонила голову, ровно настолько, чтобы показать почтение, и снова подняла ее, глядя эльфийке в глаза.
      Женщина многозначительно посмотрела на Мейсона:
      - Будь добр, прогуляйся.
      Волшебник кивнул и подмигнул Халлире:
      - Не скучай без меня!
      С этими словами он покинул комнату, оставив эльфиек наедине. Халлира проводила Мейсона взглядом, подумав, что предпочла бы, чтобы он остался - в обществе эльфийки она чувствовала себя не очень уверено, но виду не подала.
      - Времени у нас мало, поэтому я приступлю сразу к делу. Хейден рассказал о тебе и посчитал, что ты можешь быть нам полезна. Я также навела кое-какие справки, и пока у меня нет поводов усомниться в твоих… взглядах, - начала эльфийка, так и не представившись. Она села на жесткий дубовый стул, глядя на девушку запавшими глазами. - Сначала я думала, что ты пройдешь все стандартные для нашей ячейки проверки, но как я уже сказала – времени у нас крайне мало. Я должна рассказать тебе о нашей предводительнице. Не удивляйся, мне нужен кто-то, кто еще с ней не встречался. Ее зовут Мерзелль, это очень старая эльфийка, самомнение которой раздуто еще сильнее, чем ее вены. Она отличается чрезвычайной жестокостью, и в силу возраста, ее разум слегка… помутился. Ее многие начинают опасаться, поскольку в отличие от мозгов, магические силы она не утратила. Я считаю, что во главе ячейки должен стоять некто более могущественный, чем старая маразматичка, ты так не думаешь? Наверняка, ты уже заметила, в каких условиях мы здесь существуем. Это неприемлемо для благородной организации, для эльфов, которых и так в Амне не слишком уважают. А ее методы в последние годы несколько раз чуть было не привели к нам местную стражу.
      - Думаю, что ваша предводительница заслужила право быть главной, иначе ее бы не выбрали, не так ли? - осторожно, взвешивая каждое слово, отозвалась Халлира. - Вряд ли ее власть держится исключительно на страхе.
      - Ее никто не выбирал, - отрезала эльфийка. - Эта Мерзелль просто напросто слишком долго протирала койку бывшего главы ячейки. Проблема в том, что если мы все ее прикончим, то нашу ячейку быстро сотрут с лица Фаэруна. Или ты считаешь, что секс - это достаточный повод для уважения? - она посмотрела на Халлиру. - Только ответь честно. Мы не любим здесь тех, кто облизывает задницу начальству.
      - Нет, не считаю, - пожала плечами Халлира. - Но если без нее ваша организация быстро развалится, то она видится мне как меньшее зло, - девушка усмехнулась. - Ведь для Элдрет Велуутра лучше потерпеть не самого милого руководителя, чем быть уничтоженной. Вы так не считаете? А выслуживаться я ни перед кем не собираюсь, в первую очередь я работаю на себя, а не на других.
      - Печально, что ты так говоришь. Тебе придется работать на других, если ты хочешь стать одной из нас, вот только как ты будешь работать... Это совсем другое дело, - женщина тяжело вздохнула. - Сначала я хотела отвести тебя к Мерзелль, но теперь решила, что пока не стоит. Считай, что ты принята в ячейку, только пока условно. Официально ты еще не одна из нас, так что тайные пароли и явки тебе знать не положено.
      - Хорошо, - кивнула девушка. - Что мне делать сейчас? Я могу вернуться в Аткатлу или у вас уже есть для меня какие-нибудь задания? - про себя жрица подумала, что неплохо хотя бы на несколько дней оказаться вновь в Аткатле, найти Шади и сказать ей, что выполнение задания продвигается. Но, все же, теперь она не была свободна в своих действиях, и делать ей нужно было то, что скажет эта эльфийка.
      - Ты пока что свободна, - протянула женщина. - Мейсон отправится с тобой, чтобы присматривать и помогать. Ах, да, и помни, что в любой момент мы можем тебя вызвать для вступительного испытания. Я бы посоветовала тебе к нему подготовиться. Мерзелль не любит, когда не оправдывают ее ожидания. – Эльфийка указала на дверь. - Если у тебя нет вопросов, то до встречи. И держи рот на замке о том, о чем мы говорили, я слежу за тобой.
      Халлира слегка нахмурилась - ей не очень понравилась перспектива быть объектом наблюдения, но стоило помалкивать, учитывая, что ее положение в Элдрет Велуутра было весьма шатким. Не став даже спрашивать, в чем будет состоять вступительное испытание, девушка попрощалась с эльфийкой и вышла из комнаты.
      Мейсон встретил Халлиру прямо у двери.
      - Ну как она тебе? - спросил волшебник и рассмеялся. - Понравилась? Мне она кажется такой милой! Что она тебе сказала?
      - Да уж, она очень милая, - ухмыльнулась Халлира. - Она сказала, что я принята в Элдрет Велуутра, так сказать, на испытательный срок. Пока я могу делать все, что хочу, поэтому я собираюсь вернуться в Аткатлу. Я так понимаю, ты поедешь со мной?
      Мейсон пожал плечами.
      - Конечно, должен же кто-то за тобой смотреть, чтобы ты ничего не натворила! - волшебник тяжело вздохнул, а затем резко перевел тему. - Она представилась?
      - Нет, - ответила Халлира. - Она мне только про вашу маразматичную руководительницу рассказывала и спрашивала мое мнение по этому поводу.
      Волшебник ухмыльнулся:
      - Ну-ну, вполне в ее стиле.
      Эльфийка немного помолчала, а потом, не удержавшись, фыркнула:
      - Значит, будешь присматривать за мной, а то вдруг я что-то не то сделаю? Придется тебе еще потерпеть мое общество.
      Мейсон вопросительно посмотрел на Халлиру, а затем и сам рассмеялся.
      - Скорее тебе мое, - его смех звучал непривычно звонко, не так, как всегда.
      - Значит, будем терпеть общество друг друга, - улыбнулась эльфийка, направляясь обратно к лестнице на первый этаж. Сейчас, когда ее пусть и не окончательно, но приняли в Элдрет Велуутра, и первая часть задания была выполнена, она почувствовала облегчение. Немного помолчав и подумав, девушка хитро посмотрела на Мейсона: - Скажи, эта эльфийка, с которой я говорила... она ведь и есть глава ячейки, правда?
      - Нет, это ее... сестра, - хмыкнув ответил волшебник. - Впрочем, это долго объяснять, потом сама все поймешь. Ну, или увидишь, если особо не повезет. Однажды я... в общем, не буду портить тебе удовольствие.- Маг обогнал Халлиру, и свернул в противоположном от лестницы направлении. - Я вижу, ты спешишь в Аткатлу, но сначала мы перекусим и немного отдохнем здесь. Я не слишком люблю этот лес по ночам.

*(с) Гайдукова Л.А. "Колыбельная рыцарю"

0

8

Глава 5
*

      Фьерн был на ногах, почти с самого рассвета. Сложно сказать, что его побудило на этот шаг, но он подбил одного из вышибал Корина устроить небольшую тренировку с копьями на заднем дворе и теперь оттуда доносился ритмичный стук и громкие голоса.
      После завтрака Эвели собрала все свои вещи и вышла на задний двор. Прислонившись плечом к дверному косяку, девушка принялась наблюдать за тренировкой. Через некоторое время, она поняла, что засмотрелась не столько на битву, сколько на Фьерна. Колдун оказался на удивление ловким и крепким для представителя своей профессии. Приказав себе не забивать голову глупостями, которые могут принести ей лишние проблемы и переживания, Эвели уселась на ступеньках, ожидая, когда подойдёт время отправляться на реку. День выдался солнечным и жарким, и бард уже предвкушала приятный бриз и прохладный блеск воды за бортом.
      - Как спалось, спящая красавица? – окликнул погруженную в свои мысли Эвели, тихо подошедший колдун. Он смотрел на девушку, опираясь на свое копье, к которому была привязана его рубаха. На шее Фьерна висело полотенце, после умывания на его плечах и волосах поблескивали капельки воды. Эвели вздрогнула и, подняв голову, посмотрела на колдуна. Скользнув взглядом по его обнажённому торсу и влажным волосам, обрамляющим серьёзное и мужественное лицо, эльфийка почувствовала, как пересохло у неё в горле.
      "О нет, ну только не это...". Откашлявшись, девушка ответила:
      - Отлично, твой кот составил мне компанию.
      - Так вот, куда убежал, проказник, - ухмыльнулся колдун, - ну вы нашли друг друга, он у меня тоже допоздна поспать любит, и всегда недоволен, если я его сонного тревожу. Зато попробуй, заспись сам и не дай ему поесть вовремя... настоящий катаклизм устроит. Слишком усердствовала в пении вчера? - спросил Фьерн, нахмурившись, когда Эвели закашлялась. - Береги себя.
      - Видимо это последствия дыма, - не моргнув глазом, ответила эльфийка и поднялась со ступеней. - Нам уже пора отправляться, если ты всё-таки плывёшь со мной. Так что одевайся и пойдём. - Эвели развернулась и вошла в гостиницу, где в малом зале её поджидал Корин.
      - Уже собралась? - спросил великан и вместе с ней вышел на улицу. Лошади, украденные Фьерном и Эвели, дожидались своих седоков. - Поедете на пристань, до корабля "Звезда Аткатлы". Корабль небольшой, это всё-таки река, но очень надёжный.
      Вскоре к ним присоединился Фьерн - уже в полном снаряжении, при плаще, копье, дорожной торбе, арбалете на боку и Инее на плече. Конек, застоявшийся в стойле бил копытом о мостовую, предвкушая скорую прогулку, пусть даже и недолгую. Эвели снова накинула капюшон, чтобы не бросаться в глаза прохожим. Дорога до пирса оказалась спокойной и короткой, такой же, как и прощание с Корином - без долгих объятий и слов, простое пожелание счастливого пути.
      Кораблик был действительно небольшим, но ярко раскрашенным. Команда выглядела вполне прилично, а темнокожий, высокий человек по имени Абени Чёрный, поприветствовал их, пожав руку Фьерну и поцеловав запястье Эвели. Лошадей провели на борт , и тут капитан был вынужден извиниться, сообщив, что корабль укомплектован и у него только одна свободная каюта, но с двумя гамаками. Эвели с ужасом представила, каково это - спать несколько ночей в гамаке, но пришлось согласиться. Иней, всю дорогу сидевший у Фьерна на плече, по восшествии на борт, проворно влез в торбу. Кот не слишком любил чужих людей, да и корабль, скачущий на волнах, не казался котенку надежным. Колдуна гамаки ничуть не смутили, правда, лично он придумал бы что-то, чтоб предоставить девушке отдельное помещение. Впрочем, со своим уставом на чужой корабль лезть не следовало. В каюте колдун положил торбу на тот из гамаков, что был ближе к стене, решив, что Эвели захочется понаблюдать за видом из оконца.
      - Вот мы и на корабле, - бард прошлась по небольшой комнатке, в которой пахло деревом и речным илом. Гамак не вызвал у неё восторгов, но зато вид на реку открывался приятный. Она повернулась к колдуну: - Ты уже решил, что будешь делать в Аткатле?
      - Если честно, я пока об этом не думал, - Фьерн вытянулся в гамаке, закинув руки за голову и скрестив ноги в лодыжках. - Надо посетить библиотеки, архивы... поговорить с бардами и мудрецами... Даже не знаю, с какого конца за все это браться.
      Эвели вздохнула – ей было известно и того меньше, учитывая, что колдун не рассказал подробностей своего дела. Но она точно была уверена, что связываться с Элдрет Велуутра не намерена. «А ещё нужно пообщаться с этим Салахом, интересно, в какой каюте его разместили».
      Когда корабль отплыл, девушка решила прогуляться по палубе. Свежий ветер бросал в лицо её чёрные волосы, и почему то хотелось улыбаться, глядя на широкую реку, обрамлённую живописными берегами. Чернокожий капитан помахал ей рукой, но подходить не стал. Эльфийка уселась у левого борта и принялась тихо перебирать струны мандолины, наслаждаясь теплом, солнцем и свободой.
      Фьерн же, оставшись в компании одного Инея, который, впрочем, довольно быстро куда-то испарился - видимо, отправился исследовать корабельные трюмы - решил немного помедитировать. Размеренный шум волн за бортом и несильная качка вполне располагали к этому занятию. К тому же ментальные упражнения позволяли колдуну быстрее восстанавливать свои магические силы.
      Прошло несколько дней, и кораблик уверенно приближался к Аткатле, пейзажи вокруг изменились, воздух заметно потеплел, на берегах реки можно было разглядеть экзотические деревья, блестевшие глянцевыми зелёными листьями или склонявшие тонкие ветви, под тяжестью ярких цветов с дурманящим ароматом. Вскоре уже все пассажиры стремились найти тенёк на палубе, потому что в каютах было нечем дышать.
      В одну из таких душных ночей, у Эвели снова случился приступ. С вечера всё вроде было нормально, хотя небольшой жар она испытывала, но постаралась не обращать внимания, как много раз до того. Чувствуя себя немного разбитой, девушка рано легла спать и тут же провалилась в тяжёлый сон - как в кому. Позже она не могла припомнить, что конкретно ей снилось – во сне были драконы, раздирающие свои жертвы, много крови и страха. Мерещилось, будто она бредёт по древней крепости, одетая лишь в тонкое платье, босые ноги ступают по ледяному каменному полу, но холода почти не чувствуется - изнутри её сжигает жар. Сквозь сон, девушка прижала руку к вспотевшему лбу и тихо застонала. Несмотря на фарфоровый цвет лица, лихорадочный румянец проступил сквозь тонкую кожу.
      Фьерн услышал стон эльфийки и моментально проснулся. Колдун долгое время пытался бороться с жарой и духотой с помощью магии, но без особого толка. Если температуру в конкретном небольшом пространстве он еще мог понизить, то против духоты ничего не помогало. В итоге Фьерн бросил это занятие, ибо оно лишь напрягало без особой пользы. Так что тревожный стон эльфийки разбудил его моментально. По тому, в каком жару она была, Фьерн сразу понял, что с ней происходит. К тому же он помнил это ощущение древней драконьей силы. Бормоча слова заклинания ледяной ауры, быстро распространившейся вокруг них, Фьерн принялся будить Эвели, несильно тряхнув за плечи. Ладони колдуна обожгло, едва он коснулся кожи эльфийки, но к счастью она сразу проснулась - неизвестно, что стало этому причиной, возможно, аура холода, или личная внутренняя сила человека. Глаза Эвели полыхнули огнем, но он быстро исчез, не найдя рядом с девушкой отклика - ни малейшего пламени, даже огонька свечи. Эльфийка снова потеряла сознание, но теперь это был обычный сон, тело боролось с высокой температурой.
      Фьерн чувствовал, что это не жар болезни, а жар магии обрушивался сейчас на хрупкую девушку, а такой не по зубам никакому лекарству. Колдун осторожно взял Эвели на руки, и вместе с ней устроился на полу, прислонившись спиной к корабельной переборке. Открытые участки её кожи обжигали человека, словно передержанный на солнце металл, но Фьерн старался не замечать этого. Эльфийка должна была одолеть этот жар сама, но он был в состоянии хоть чуть-чуть ей помочь, и потому звенящая аура вокруг них не ослабевала. Температура постепенно спадала и дыхание девушки выравнивалось.
Ей снился лабиринт, полный огненного пламени, сквозь которое необходимо было идти в поисках выхода. В какой-то момент это казалось невозможным и невыносимым, но вдруг под ногами возникла ледяная дорожка, несущая блаженную прохладу. Дорожка не таяла, даже когда огонь подбирался совсем близко. Сколько она шла по ней - часы, дни или годы?.. Наконец, показался выход из замка. Эвели очнулась и открыла глаза, теперь у неё была небольшая температура и эльфийку бил озноб.
      - Тебе получше? - спросил Фьерн. - Этой ночью огонь был сильнее... чем тогда. - Потом что-то сообразив, он протянул руку и, стянув с гамака покрывало, укутал плечи девушки. Однако, Фьерн не мог не отметить, что кожа эльфийки матово мерцает в слабом звёздном свете, попадавшем из оконца. Эвели закусила губу и поёжилась.
      - Снова повторяется, только теперь ещё тяжелее, - наконец тихо ответила эльфийка. - Днём обязательно навещу этого Салаха, хватит уже его слуге говорить мне, что старикашка очень занят. -
Казалось, её совсем не удивило и не смутило нахождение в руках мужчины. Напротив, она устроилась поудобнее, и, положив голову ему на плечо, сонно прошептала: - Кажется, будто я вправду бежала по этому лабиринту. Сил совсем не осталось... Я подремлю немного до рассвета...
      - Хорошо, - тихо сказал Фьерн. - Ночью легче дышится, ночь даёт силы... Спи, красавица, и пусть ничто больше не тревожит твой сон, - он мягко отвёл с её лица прядь иссиня-чёрных волос. Его слова звучали как заклятие... Завет... Негромкий, глубокий голос походил на ветер или рокот волн. Его растрёпанные со сна волосы переплелись с волосами Эвели, и теперь сложно было понять, где чьи. А корабль плавно покачивался на волнах, ожидая утра.
      Эльфийка действительно спокойно проспала до рассвета и чувствовала себя значительно лучше. Переодевшись и приведя себя в порядок, она сидела за маленьким столиком с чашкой чая и булкой, макая её в мёд.
      - Я поймала этого маленького карлика - слугу старика Салаха. Когда я перестала его трясти, он пообещал поговорить со своим хозяином и сообщить мне как можно скорее его решение, - говорила девушка Фьерну.
      Нежный свет утреннего солнца заливал каюту, словно стирая память о тяжкой ночи. Фьерн сидел, откинувшись на спинку стула и вытянув ноги, изредка отщипывая виноград от большой ветки в фарфоровой вазе. Сейчас на нем была легкая белая туника без рукавов и тонкие брюки.
      - Если он опять начнет увиливать, - сказал колдун, - то думаю, будет иметь смысл игнорировать этого карапуза и, пойдя на некоторую бестактность, явиться к господину мудрецу лично. И, если ты не против, я бы хотел присутствовать при вашей беседе.
      Эвели кивнула, продолжая свой завтрак. Но этим планам не суждено было сбыться. Через некоторое время раздался стук в дверь и на пороге возник карлик-слуга. Он объявил, что господин Салах готов принять эльфийскую госпожу, но только её. Эвели поняла, что это окончательное решение и, пообещав колдуну, что всё ему расскажет, поднялась из-за стола. Когда девушка проходила мимо Фьерна, колдун незаметно вложил что-то в ее ладонь. На ощупь это было похоже на кусочек льдинки, только гладкий и не тающий в руке. Бард сжала предмет в ладони, но не рассмотрела как следует.
      Следуя за карликом она очутилась в каюте старика и с завистью поняла, что того-то принимали как короля. Каюта была в три раза больше, чем у них с Фьерном, роскошно обставленная, завешенная тонкими, шелковыми коврами. Старик сидел в глубоком кресле, как и в прошлый раз, куря кальян. Когда девушка вошла, он поднялся и слегка поклонился, цепким взглядом охватив серебряную эльфийку с ног до головы. Пригласив Эвели в кресло, напротив своего, он приказал слуге подать чай и сладости. Таким же властным тоном, он попросил эльфийку поведать ему свою проблему, о которой ему намекнул Корин.
      Эвели начала рассказ, неторопливо отпивая принесённый карликом чай и всё это время, старик пристально наблюдал за девушкой, сквозь клубы сладковатого дыма. Когда бард закончила свою историю, он некоторое время молчал. Эвели ожидала вопросов, рассуждений, но вместо этого началось нечто странное. У эльфийки всё поплыло перед глазами. Сначала она решила, что дело в дыме. Бард неловко поднялась со своего кресла и попыталась сделать несколько шагов. Пол перед глазами поплыл, и Эвели схватилась за спинку кресла.
      - Что... что вы сделали? - выдохнула эльфийка.
      Старик молча захихикал, продолжая курить, а Эвели потеряла сознание, падая в услужливо подставленные руки карлика.
      Фьерн тем временем обнаружил, что дверь в их каюту заперта. Причём не только на замок, но и с помощью магии. Он был не настолько глуп, чтобы пытаться подслушать разговор мудреца и эльфийки, да и сказать по правде, специалистом по этой части молодой колдун не был. Однако льдинка, что он дал барду начала таять, и это значило, что с Эвели не все в порядке. Обнаружив, что дверь запечатана, Фьерн порядком разозлился, но вовсе не удивился, и сосредоточился на снятии запирающего заклинания. Впрочем, вскоре дверь открылась сама, и в каюту вошёл капитан Абени, оставив за дверью двоих помощников. Капитан примирительно поднял руки ладонями вверх.
      - Друг мой, не горячись и удели мне несколько минут на объяснения, - в чёрных глазах капитана промелькнуло нечто вроде сожаления. - Я не люблю подобные вещи, но не мог отказать Салаху - он имеет очень большую власть в Аткатле.
      Брови Фьерна сошлись на переносице, а глаза сверкнули сталью.
      - В чем ты не смог ему отказать? Что этот высохший сухарь сделал с девушкой? - колдун говорил негромко, нарочито мягко, однако за этим тоном скрывалась ледяная ярость и готовность разметать всех на пути.
      Абени, хоть и тоже был мужчина не промах, слегка попятился, уловив затаённый гнев в голосе колдуна. Потом капитан вспомнил об охране и взял себя в руки.
      - Господин Салах самый знаменитый сводник Аткатлы. Он служит непосредственно господину Салиму, владельцу самых крупных магазинов и игорных домов города, а также... самого большого гарема. Мы уже добрались до Аткатлы, и теперь эльфийка займёт почётное место среди женщин его гарема. Поверь мне, несмотря на страшные слухи о нём самом, Салим хорошо обращается со своими женщинами, и она ни в чём не будет нуждаться. Как я понял из разговора Змея и Салаха - она ценный экземпляр и её будут беречь.
      - Этот старый сморчок еще здесь? - тем же тоном спросил Фьерн. - Если её здесь нет, в твоих интересах сказать мне правду о её местонахождении, капитан. Эта женщина нужна мне самому, и я не собираюсь терпеть вмешательства в мои дела кого бы то ни было. - Мысленно Фьерн уже прикидывал расстановку сил и незаметно наполнял ладонь магией.
      - Нет, он покинул корабль, и у тебя нет возможности до них добраться, - Абени пристально смотрел на колдуна. - Змей сказал, что это не твоя женщина и проблем быть не должно. Если он не соврал, то послушайся моего совета - оставь её Салиму. Ты тоже человек, а мы должны помогать друг другу. Поэтому я по-хорошему тебя предупреждаю - против Салима ты ничего не сможешь сделать. Найти себе новую эльфийку в Аткатле не сложно, я даже подскажу тебе пару мест, где выбор получше.
      - Ты не понял, капитан, мне не нужна куртизанка, какой бы расы она ни была, мне нужна Эвели Неррель, а для чего - это уже моя забота. Последний раз. Прошу, - от Фьерна ощутимо повеяло холодом, - сказать мне, куда утащили женщину.
      - Ну что ж, это твоё дело, если хочешь лезть в петлю - лезь, - покачал головой Абени, пытаясь не показать, насколько ему не по себе от холодного взгляда колдуна. - Тут и гадать нечего - её везут или уже отвезли в дом Салима. Это самый богатый особняк во всей Аткатле. Он в центральном районе, но тебе дорогу до него кто угодно укажет.
      - Благодарю, капитан. Ты спас свой корабль и возможно свою жизнь. Честно, мне не хотелось убивать тебя.
      Колдун быстро собрал вещи и оружие Эвели в ее магическую сумку, подхватил плащ и рюкзак, и ровным широким шагом направился к пристани, ни разу не оглянувшись. Единственное о чем он молил сейчас свою богиню - это о том, чтобы Эвели не лишилась льдинки. Настроившись, он ощутил её биение... Фьерн не знал Аткатлы, иначе решился бы на телепортацию, но потом он вспомнил, что у него нет лицензии на применение колдовства, и это в любом случае могло грозить серьезными неприятностями. Фьерн несся кратчайшим путем, а на нем оказался многоцветный полнолюдный базар. Колдуна это не волновало, он разрезал людское море подобно острому носу драккара, но из-за легких, почти незаметных чар отвода глаз, за его спиной то и дело вспыхивали перебранки и потасовки. Вскоре до Фьерна дошло, что он все равно не успеет. Девушка, скорее всего уже была внутри, что усложняло колдуну задачу.
      Искомый особняк было видно издалека, и Фьерн остановился на некотором расстоянии в тени раскидистого дерева. Громада смотрелась очень изящно... и надежно для того, кто был внутри. Роскошь не слишком впечатляла Фьерна, он пытался придумать, что предпринять. Было понятно, что это не заброшенный дом на задворках и по плющу в него не влезть. Колдун смотрел на здание, на стражу, и прокручивал в мозгу варианты.
      «Зачем я вообще во все это ввязываюсь», - подумал Фьерн, какое-то время спустя, наблюдая за сменой караула при воротах. Прохожие могли видеть, что на бортике фонтана сидит созерцатель и, отрешившись от мирских дум, сливается своим духом с окружающим миром. Правда, лица созерцателя никто запомнить не мог. Был? Был. А каков из себя? Да вроде темный. А может седой. Его облик легко выветривался из памяти с помощью легких искажающих чар. Что ж, местечко было вполне подходящее, вот только думы у Фьерна Марруна были далеко не возвышенными. Эвели была сейчас его единственной ниточкой, ведущей к Организации. Пусть она и сказала "нет", Фьерн не терял надежды добиться от неё чего-либо по этому вопросу. Пусть пока отказывалась помогать, но информация у неё была. К тому же, она когда-то прищемила Велуутра хвост, что вполне могло иметь свои последствия сейчас. Так что терять эту ниточку Фьерну было никак нельзя. Другой вопрос, с какого конца за предстоящее дело взяться. Самый логичный вариант – выкупить - быстро отправился в мусор, не продаст. Колдун был уверен в этом. Фьерн мог бы достать нужную сумму, коли таковая была бы названа, но... не продаст. Слишком редкий "экземпляр". Оставался вариант выкрасть. Но опять же как? Переместившись на иной уровень зрения, Фьерн обнаружил, что особняк дрожит от напитывавшей его магии, по большей части охранного типа. Ему туда соваться было бы верным самоубийством. А соответствующих навыков он не имел.

**

      В роскошных алебастровых покоях двое склонились над лежащей на кушетке девушкой.
      - Ты не поверишь, Харита, что мне удалось заполучить в Гримморе. Ты только посмотри, какой экземпляр - чудесные волосы, кожа, а фигура...
      На лице высокой беловолосой женщины возникло необычное для него выражение - удовлетворение и даже нечто напоминающее улыбку.
      - Тебе действительно повезло, Салах. Такой красавицы у нас не было с тех пор, как Стеллу убили... Салим очень по ней горевал, - женщина склонилась над спящей девушкой, внимательно рассматривая и не находя изъянов. Затем она повернулась к старику: - Ты что, напоил её опиумом?
      - Да, мне пришлось, - прошелестел Салах.
      - Зачем же? - спросила женщина, удивлённо рассматривая девушку. - Раньше ты с ними не церемонился.
      - Она необычная даже для эльфийки, - хихикая, словно вспоминая весёлую шутку, возразил старик. - В ней драконья кровь, причём в разбуженном состоянии. С этой девушкой нужно быть очень осторожными.
      Мадам Харита снова взглянула на мирное лицо спящей и прищёлкнула языком:
      - Да, такого экземпляра у нас ещё не бывало. Салим будет в восторге, и ты не останешься без благодарности, мой старый друг.
      Женщина вызвала слуг, приказав им отнести девушку в особенную комнату - опутанную охранными чарами, столь мощными, что они смогут подавить кровь дракона в эльфийке.
      Очнувшись в незнакомом помещении, Эвели почувствовала дикую головную боль. Перед глазами все плыло, мысли разбегались, и она пыталась словно из кусочков мозаики сложить целую картинку - ночь, полная огня и боли, разговор с Фьерном, затем разговор со стариком... "У-у-у, мерзкий старикашка», - эльфийка стиснула кулачки и ощутила как что-то кольнуло ладонь. Поднеся руку к глазам, она увидела, что это камешек - крохотный, словно частичка ногтя, похожий на алмаз. Вспомнилось, как колдун сунул ей в руку ледышку. Теперь она растаяла и вот, значит, что в ней было. Жаль, не ясно для чего она предназначалась.
      Девушка осмотрелась - она лежала на широкой и низкой кровати, покрытой яркими шёлковыми покрывалами. Комната с высокими потолками, узкие окошки с цветными стёклышками распахнуты, и пьянящие ароматы цветов проникают внутрь. «Салах меня похитил... но... это значит, что Змей меня предал. Почему?». Ответ мог быть любым, может это ревность, может злость на то, что она когда-то его покинула, а может просто деловая хватка...
      Дверь в комнату распахнулась и вошла высокая беловолосая женщина. Эвели быстро сунула камешек в рот, ожидая, что у неё могут отнять все вещи. Познакомившись с мадам Харитой поближе, Эвели поняла, что они явно не подружатся. Женщина раздела лунную эльфийку и осмотрела её тело, довольно прищурившись. После чего отправила барда в купальню, смежную с комнатой, в которой та проснулась. В изящной бане стоял густой пар, сквозь который можно было разглядеть расписные изразцы, изображающие русалок и цветы в южном стиле. В купальне, ей прислуживали две служанки, от которых Эвели так и не смогла добиться внятной информации - чей же это дом и чего ей ожидать дальше. Девушку переодели в тонкие голубые шаровары, на низком поясе которых звенел небольшой ряд золотистых бусинок, и короткую серебряную кофточку, без рукавов, не оставляющую простор воображению. Мадам Харита удовлетворённо разглядывала эльфийку, с таким самодовольным видом, словно та была целиком творением её рук.
      - Ты ведь бард, а значит, умеешь петь и танцевать, покажи, - приказала она. Эвели насмешливо выгнула бровь и не сдвинулась с места - с чего та взяла, что кто-то может приказывать ей. - Если ты не станцуешь, - спокойно заметила женщина, - я прикажу сломать тебе ноги.
      Глядя в жестокие глаза женщины, эльфийка ей поверила. Она прошлась по комнате, покачивая бёдрами и грудью, прихлопывая ладонями. Медленно повела плечами, перебрасывая длинные чёрные волосы с одного плеча к другому - это была одна из разновидностей танцев, популярных в этом регионе. Мадам Харита осталась довольна и приказала слугам накормить Эвели. После чего девушке снова дали опий и она впала в беспамятство.
      Немного позже бард очнулась на кровати и теперь лежала, устремив равнодушный взгляд в потолок. Её мысли блуждали где-то в неведомых далях. Опиумная настойка, которую её заставляли пить, не давала эльфийке прийти в себя до конца. Какие-то люди порой появлялись в комнате, и она слышала обрывки разговоров: "как жаль, что хозяин отлучился на пару дней, ну ничего, скоро он поспешит обратно, как только гонец сообщит ему о покупке", "а ты слышала, что они собираются купить полудроу..." Все эти фразы ничего не значили для девушки, когда она пыталась собраться с мыслями. Она попыталась использовать драконью магию, но кровь не отзывалась на зов, а цветные линии, украшающие стены и потолок комнаты начинали светиться нестерпимым блеском. Так что лунная эльфийка продолжала лежать, разглядывая узоры на потолке или время от времени засыпая.

***

      Спустя несколько дней в Аткатле повсюду шептали о новом диве - что в доме старого звездочета объявилась чудо-сказительница, читающая судьбу по звездам, снимающая порчу, но лучше всего умеющая рассказывать такие сказания, что заслушаешься. И, конечно, это новость не миновала роскошное обиталище Салима.
      Фьерн отчаянно зевал, вчитываясь в страницы старой книги легенд, перед глазами плыло, но он заставлял себя читать дальше. Права на ошибку в рискованном плане у колдуна не было. Однако новости обнадеживали, похоже, скоро цель сама впустит охотника в свое убежище.
      Наконец все было готово. В комнате царил полумрак, и лишь несколько свечей едва-едва освещали небольшое помещение, все пространство которого заполнял голос. Три человека в одеждах из самых дорогих тканей, с драгоценностями везде, где только возможно, внимали ему. Если поначалу они пытались разглядывать Сказительницу, искать какой-то скрытый смысл, то сейчас им было не до того. Перед ними разворачивалась древняя сага, история предательства и мести. И в ней они видели предсказание для себя, узнавали повороты своих собственных судеб, прозревали рок. Наклонив голову, она обхватила себя руками за плечи и шепотом, который каждому ложился не на слух, а сразу на сердце, рассказывала как они умрут: до последней кровинки, до последней косточки и каждый слышал свое. Стальные глаза смотрели на каждого и сквозь каждого. Сейчас это казалось жутким. Последнее слово... свет гаснет... тишина...
      - Идите... и помните...

****

      - Салим очень огорчён тем, что вынужден задержаться, но постарается поспешить, - мадам Харита постукивала длинным ногтем по столешнице из оникса.
      Её собеседник - а им был ни кто иной, как Салах, кивнул:
      - Тогда у нас есть время, чтобы заполучить эту чудо-сказительницу, о которой говорит весь город. Эльфийка с драконьей кровью, умеющая петь и танцевать, и Сказительница... Таких даров ему никто ещё не подносил, дорогая Харита.
      Женщина скупо улыбнулась.
      Эвели уже который день жила по одному и тому же расписанию - приведение себя в порядок, что занимало немного времени, лёгкий завтрак, пение и танцы для мадам Хариты, которая проводила строгий отбор того, что девушка исполнит для своего господина, и снова опий. Лишь во время танца Эвели становилась снова собой, её тело было отдано движениям, а мысли могли лихорадочно работать, до новой порции опия. Она пыталась придумать возможность покинуть дом, но пока её не выпускали даже в сад. Эльфийка порой вспоминала Фьерна, но старалась гнать от себя мысли подальше, она понимала, что колдун, скорее всего, уже отправился дальше в своих поисках помощи для друга. И она не винила его за это - их ничего не связывало, кроме странных совпадений.

*****

      Салах объявился в доме женщины, о которой ходили столь дивные слухи и со всей изысканной вежливостью, данной ему от природы, пригласил её в дом «одного из самых богатых, влиятельных и мудрых людей Аткатлы». Женщина, закутанная по самые глаза в тёмные покрывала, отвечала ему учтиво и прохладно, но всё-таки приняла приглашение. Старик ликовал - никогда ещё ему не удавалось провести столько удачных дел за один сезон.
      А Фьерн, под столь искусно наведенной личиной, что даже распознать магию - тонкие нити заклинания Преображения - не говоря уже о разоблачении обмана, можно было только, если точно знать, что и где искать, бесстрастно смотрел на Салаха из-под своего наряда "Сказительницы". Колдун мысленно представлял, какие казни можно было бы применить к старому сморчку. Долгие и мучительные.
      Паланкин, в котором их спешили доставить в особняк-крепость, несло четверо шустрых, дюжих носильщиков. Колдун полулежал на шелковых подушках, ожидая прибытия. Внешне он, вернее "она" - Сказительница, казалась невозмутимой и равнодушной.

******

      На обратном пути в Аткатлу, Мейсон и Халлира остановились в одном из придорожных питейных заведений. Волшебник знал, что таверна «Плоская стопа» - один из немногих перевалочных пунктов для членов их ячейки, но раньше ему не доводилось в ней останавливаться, и с трактирщиком он знаком не был. Парень объяснил Халлире, что в основном он проводил свободное время за изучением некромантии, и крайне редко выбирался в город, пользуясь телепортом, находящимся в храме. Но так как Халлире пока еще не доверяли, доступ к телепорту им был закрыт. Трактир на вид был не слишком презентабельным, что в прочем следовало из нелепого названия.
      - Надеюсь, здесь нас хотя бы прилично накормят, - звездная эльфийка занималась своей лошадью, пристраивая ее в полуразваленной конюшне.
      - А у тебя деньги есть, чтобы тебя накормили? - волшебник пожал плечами. - Мне показалось вчера, что они у тебя выпали на берегу реки... - Мейсон хихикнул, поправляя свой посох.
      - Найду, - процедила эльфийка. Мешочка с золотом, который раньше висел у нее на поясе, действительно не было - видимо, она потеряла его, переплывая реку, но в подкладке плаща был вшит тайный карман, в котором Халлира всегда носила немного денег. Впрочем, волшебнику об этом знать было необязательно. - В крайнем случае, за сытный ужин убью какого-нибудь врага хозяина таверны. Услуги ассасина всегда востребованы, - усмехнулась девушка.
      Мейсон скривился:
      - Надо думать шире, милая моя, куда выгоднее было бы убить самого хозяина трактира. Это более надежный результат.
      - Можно и так, - Халлира не сдержала ухмылки. - Но тогда придется самой готовить и подавать на стол, поэтому остановимся на моем варианте.
      Мейсон эффектным пинком распахнул дверь трактира, и оглядел полупустое, замусоренное помещение. Пара пьянчуг, сидящая в углу, у погасшего очага, повернула головы в сторону вошедших, окидывая их мутными взорами. За стойкой никого не было.
      - Где тут трактирщик? – выкрикнул волшебник, проходя вперед и брезгливо перешагивая через подозрительные пятна на старой соломе, устилавшей пол.
      - Это я, - ответил толстый мужик с залысинами, вылезающий из-под стойки. - Меня зовут Прайм, или просто старина Прайм. Можно даже "эй ты".
      - Все понятно, эй ты, - ухмыльнулся Мейсон. - Напоите эту девушку. И согрейте. Любыми способами. - Он указал на стоявшую рядом эльфийку.
      - А еще можете накормить и песню спеть, - хмыкнула Халлира, подумав, что в таком жарком климате она не замерзнет. Но все-таки любимого ею огня в камине не хватало. Жрица прошла к одному из столов, и не обращая внимания на грязную поверхность лавки, спокойно села в ожидании старины Прайма. В своих путешествиях, ей доводилось останавливаться и в более отвратительных заведениях.
Мейсон сел напротив Халлиры.
      - Вам чего? - спросил трактирщик, подходя к ним. - Хотите тушеного мяса ящера? Или, может быть, собачьи потроха в лимонном соке?
      Волшебник почувствовал, что его сейчас вырвет.
      - Мне не надо эту дрянь, - заявил он. - Просто принесите сок. Яблочный.
      - Какая гадость, - поморщилась эльфийка, слушая трактирщика. - Я лучше обойдусь совсем без ужина, чем буду это есть. Ну, хоть грог у вас в наличии имеется? Желательно, погорячее. - Девушка откинулась на стуле, устраиваясь поудобнее.
      Трактирщик почесал затылок.
      - Грог? Это чёй-то такое, а? Есть пиво, - мужик широко улыбнулся.
      Мейсон опустил голову и закатил глаза.
      - Придурок, - прошептал он.
      - Пива не надо, - холодно улыбнулась трактирщику Халлира. - Тогда тоже лучше сок. Любой. - «Занесло же... Это же надо, не знать, что такое грог». - Я надеюсь, у вас хоть съемные комнаты есть? - поинтересовалась девушка.
      - Есть, - трактирщик удалился на пару минут, а затем вернулся с двумя стаканами яблочного сока. - Потом подойдете к моей стойке, там про комнату и обсудим.
      Через некоторое время они поднялись на второй этаж, отдав Прайму баснословные деньги за остановку в такой халупе. В принципе, они могли бы поехать и дальше, остановившись на привал где-нибудь по дороге, но Мейсон не хотел лишний раз рисковать, учитывая большое количество случаев убийств эльфиек разозленным местным населением.
      Пожелав Мейсону спокойной ночи, наемница скрылась в своей комнате. Оглядев ее обстановку, Халлира решила, что не все так плохо – кроме широкой кровати, здесь был еще небольшой столик и мягкое кресло. Сбросив плащ и отстегнув ножны с рапирой и кинжалами, девушка подтащила кресло поближе к окну и уютно устроилась в нем. Жрица расслабилась, глядя на звезды - ночь была ее любимым временем, а вид темного неба, освещенного луной, всегда действовал на нее успокаивающе. В такие моменты она вспоминала о своем родном Силдеюре, который никогда не любила, пока жила там, но теперь, после стольких лет, проведенных в Фаэруне, ее порой охватывала ностальгия. Хотя все же Халлира нисколько не жалела, что покинула Силдеюр.
      Волшебник, оказавшись у себя, глубоко вздохнул. За последние дни он довольно сильно вымотался. Больше всего его волновала некромантия. Контролировать сразу полдюжины нежити было слишком сложно, голова чуть ли не разрывалась на части. «Что за чушь? Почему требуется столько усилий, чтобы манипулировать трупами? Почему эта старая дура не может мне ничего толком объяснить?». Погруженный в свои невеселые думы, парень скинул сапоги и завалился в постель, заставляя себя расслабиться и побыстрее уснуть.

      Халлира проснулась с первыми лучами солнца. Недовольно поморщившись - она так и не смогла избавиться от этой своей привычки просыпаться, как только звезды исчезают с неба - эльфийка поднялась и привела себя в порядок. К досаде девушки зеркала в комнате не оказалось, но она и так была уверена, что хорошо выглядит. Прихватив ножны с оружием, валяющиеся на полу, и плащ из кресла, Халлира спустилась вниз. В главном зале было тихо и сумрачно, но она услыхала, как старина Прайм гремит посудой на кухне. Через некоторое время появился Мейсон.
      - Доброе утро, - он улыбнулся девушке. - Как спалось?
      - Неплохо, - в ответ улыбнулась Халлира, рассеянно накручивая на палец прядь волос. - Хоть и недолго, но отдохнуть успела. Позавтракаем и продолжим путь?
      Волшебник кивнул и громко крикнул, подзывая трактирщика:
      - Завтрак нам, и без всяких внутренностей!
      - Извините, - неловко переваливаясь, к ним подошел Прайм. - Помогите мне, пожалуйста... Моя дочь, Корнифелла, забрела в пещеру, что недалеко отсюда. А в пещере обитают различные чудовища, я их боюсь. Помогите, пожалуйста... Награда ждет вас прямо в пещере, говорят, там спрятан Череп Кайрика, так в легендах кличут амулет, обладающий могущественной потусторонней силой.
      Халлира внимательно посмотрела на трактирщика, даже не пытаясь скрыть интерес, загоревшийся у нее в глазах. «Череп Кайрика... Вот ведь ирония судьбы...»
      - А что за чудовища живут в этой пещере, куда сдуру забрела ваша дочь? - протянула эльфийка. Но тут же с сомнением посмотрела на Мейсона. - Хотя в любом случае, у нас, наверно, нет времени бродить по пещерам.
      Волшебник тоже вздрогнул, услышав слова трактирщика. «Что-что? Могущественная потусторонняя сила? Интересно, интересно...»
      - А я покуда знаю? - трактирщик тупо посмотрел на девушку. - Просто оттуда частенько доносятся страшные вопли. Воистину страшные.
      - Ну, - Мейсон вздохнул, - думаю, что пару минут для вашей дочери мы выделим.
      - Думаешь, за пару минут мы сумеем расправиться с множеством неизвестных монстров? - хмыкнула Халлира. - Хотя можно попробовать. Но, я надеюсь, для начала нам все-таки подадут съедобный завтрак, а то, боюсь, мне не хватит сил драться с кем-либо.
      - Конечно, - кивнул трактирщик. - Я принесу вам булочки и сок из плодов апельсинового дерева. За счет заведения.
      - Надо же, у него, оказывается, и нормальная еда есть, - пробормотала девушка. - Как по-твоему, нам стоит влезать в эту сомнительную историю с его дочерью? И что это за Череп Кайрика? Мне не приходилось слыхать о подобном амулете. Хоть он и носит имя моего бога.
      - Мне кажется, что этот амулет не обязательно имеет отношение к твоему божку. Может быть это просто легенда, но все-таки, ее стоит проверить, - маг пожал плечами. - Лично мне такая вещица совсем не помешает. Да, к тому же, может и дочка у трактирщика ничего. Если амулета не окажется, возьму оплату натурой.
      Трактирщик принес четыре булочки и два стакана сока, а затем снова удалился.
      - Да пожалуйста, - ухмыльнулась девушка. - Ты забирай себе дочку, а мне и амулета хватит. Даже если он и не имеет никакого отношения к моему божку, - Халлира подмигнула волшебнику, сделав глоток сока и откусив небольшой кусочек булочки. Решив, что выпечка довольно неплоха, эльфийка откусила еще кусок. - В любом случае, сперва придется с монстрами разобраться, а это может оказаться не так просто сделать.
      - Нет, - усмехнулся маг и скрестил руки на груди. - Мне тоже нужен амулет. Вдруг девчонка окажется уродкой, или толстухой? Как прикажешь его делить?
      - Давай сначала его добудем, а потом разберемся, - пожала плечами Халлира. - А то вдруг монстры окажутся слишком сильными и нас сожрут? Тогда и делить ничего не придется, - хихикнула эльфийка, которую, похоже, забавляла сложившаяся ситуация. Доев одну булочку, она принялась за вторую, запивая ее соком.
      Маг, прикончив свой завтрак, поднялся из-за стола.
      - Доедай быстрее, мне надоело сидеть без дела. А амулет - это довольно хороший стимул, - волшебник, не оборачиваясь, направился к выходу из трактира.
      Слегка улыбнувшись, Халлира неторопливо доела свой завтрак и бросила вслед магу:
      - Ну и куда ты собрался? Где именно находится пещера?
      - Ха, у меня совсем это вылетело из головы, иди, спроси у трактирщика, - нахально ответил Мейсон и облокотился о стену.
      «Почему все вечно должна делать я?», - скрыв мимолетное раздражение за улыбкой, Халлира подошла к трактирщику, усердно оттирающему со стойки какое-то пятно.
      - Вы сказали, что пещера находится неподалеку, а где именно? Может, вы проводите нас до нее или хотя бы расскажете, куда идти?
      - Конечно, нет, я вас не провожу, - ответил трактирщик. - А пещеру вы быстро найдете. Отсюда около сотни метров в сторону Аткатлы, там будет овраг, а за ним лес. Езжайте до дуба, покрытого мхом. Пещера в небольшой скале прямо за деревом, - трактирщик глуповато улыбнулся. - И поспешите, моей дочурки нет уже три недели...
      - Три недели?! Не удивлюсь, если она уже мертва... - ухмыльнулся Мейсон.
      - Не знаю, какой смысл нам искать его дочь, пропавшую три недели назад, но если в этой пещере действительно спрятан Череп Кайрика, то стоит туда наведаться, - тихо заметила Халлира, выходя из таверны.
      Проехав в указанном трактирщиком направлении, жрица и волшебник и в самом деле обнаружили огромный дуб, совсем не типичный для этой местности. Обычно такие дубы обожали дриады Сумеречного Леса, в котором Халлире довелось побывать и, спускаясь с коня, эльфийка задумалась о том, что может таиться в пещере.
      - У нас есть какой-то план, или мы просто завалимся в пещеру и начнем убивать там все, что шевелится?
      Мейсон ухмыльнулся:
      - План именно такой, завалимся в пещеру и начнем убивать все, что шевелится. Кто пойдет первым?
      - Я так понимаю, что я, - пробормотала эльфийка. Сделав глубокий вдох, Халлира шагнула в темноту. Девушке понадобилось несколько секунд, чтобы после яркого солнца глаза привыкли к полумраку, но все-таки в темноте звездная эльфийка видела не очень хорошо. Халлира прошептала несколько слов, и в воздухе появился небольшой шар света, немного разогнавший мрак и позволивший Халлире осмотреться. Эта пещера мало чем отличалась от раннее виденных девушкой, что ее немного успокоило, но все же эльфийка чувствовала себя очень неуютно. Маг топтался за спиной Халлиры, тяжело вздыхая.
      - Может все-таки, осветишь пещеру? Ты же, вроде бы мастерица света. И можно побыстрее? В темноте я чувствую себя... не очень!
      Халлира поджала губы, но усилила заклинание - теперь шар стал гораздо крупнее, и пещеру залил достаточно яркий, но словно призрачный свет.
      - Если хочешь - можешь пойти вперед, - предложила Мейсону эльфийка. - Я же лучше не буду спешить. Вдруг здесь есть ловушки или еще какие-нибудь неприятные сюрпризы.
      Мейсон рассмеялся.
      - Сама и иди вперед, если тебе оторвет руку или ногу, жалко не будет, а вот я не хочу становиться калекой, - голос волшебника был словно пропитан ядом. Возможно, он и не хотел обидеть девушку, но язык его не слушался. - И еще кое-что, если увидим нежить или кого еще, сыграй роль приманки, чтобы я их быстро уничтожил. Я специально повторил с утра чары Полярного Луча и Какофонического Взрыва.
      - Не собираюсь я быть приманкой, - фыркнула Халлира, подумав про себя, что если ее жизни будет грозить серьезная опасность, она просто исчезнет. Разумеется, придется помочь себе магией, но после нескольких часов отдыха заклинания не должны были представлять для нее сложность. По крайней мере, несколько первых. Эльфийка слабо махнула рукой и, повинуясь ее приказу, шар света поплыл вперед, освещая дорогу.
      - Странно, - протянул волшебник, двигаясь следом за жрицей. - Ни единой живой души. И не единой мертвой... Я бы почувствовал. Или у меня паранойя...
      - Если здесь никого нет, то, может, уйдем? - Халлира огляделась по сторонам и прислушалась, пытаясь различить какой-нибудь шум, но в пещере стояла неестественная тишина. - Или попробуем найти Череп Кайрика, если он здесь есть?
      - Давай дойдем до конца пещеры, а там посмотрим, - протянул Мейсон. Волшебник зевнул, ему становилось откровенно скучно идти по однообразному коридору. - Уж труп трактирщиковой дочки, хотя бы найдем... Сомневаюсь, что тут может быть Череп Кайрика.
      Халлира покосилась на зевающего волшебника, насмешливо приподняв бровь - лично ее совершенно не расстраивало отсутствие каких-либо монстров.
      - Ну и зачем нам тело дочери трактирщика? - поинтересовалась эльфийка. - Вряд ли он нам за него что-то заплатит. Или ты такой благородный, что бесплатно доставишь ему труп его безвременно почившей дочурки? - девушка рассмеялась.
      Мейсон посмотрел на Халлиру, а затем тоже рассмеялся.
      - Не собираюсь я его никуда доставлять, мы даже в трактир не станем возвращаться, просто мне было бы интересно взглянуть на нее, - ответил Мейс. - Не важно какую - живую или мертвую...
      Халлира пожала плечами, шагая дальше. Ее все больше начинало нервировать отсутствие хоть каких-то препятствий, в виде ли монстров или чего-то другого. Идя следом за светящимся шаром, девушка на всякий случай прикидывала в уме заклинания, которые сможет использовать, если возникнет необходимость.
      Волшебник немного прищурился. Свет начал резать глаза, но магу не хотелось, чтобы в пещере стало темнее, или чтобы Халлира заставила светящийся шар исчезнуть. По крайней мере, можно было точно сказать, что здесь не прячется разбойничья шайка, так как никаких удобств для человеческой жизни нет.
      - Допустим, то, что здесь нет никаких чудищ - это еще ладно, но меня больше удивляет то, что пещера абсолютно линейна, - волшебник почесал затылок. - Ты заметила? Ни одной развилки... Больше похоже на тоннель.
      А пещера, тем временем уходила все глубже под землю, воздух становился все более тяжелым и сырым.
      - Озеро, - протянул Мейсон. - Пахнет влагой, значит, скоро мы набредем на подземное озеро...
      Халлира кивнула, соглашаясь со словами волшебника.
      - Надеюсь, это не ловушка, - пробормотала эльфийка, вспомнив слова трактирщика о воплях, доносившихся из пещеры. Сейчас же здесь царила абсолютная тишина, казавшаяся слишком неестественной. Девушка почувствовала, как у нее закружилась голова - казалось, стены пещеры давили на нее, но Халлира только тряхнула головой, отгоняя наваждение. Наконец, впереди показался первый поворот.
Волшебник свернул за угол, и увидел, как пещера плавно опускается под воду.
      - Черт, - рявкнул он. - Затопленный коридор. Самое неприятное, что мы не знаем насколько он далеко затоплен, а я не умею дышать под водой. Да и заклинания подходящие не знаю. Идеи?
      - Идей нет. Разве что повернуть назад, - отозвалась эльфийка, рассматривая неожиданное препятствие в виде воды. - Но почему-то мне кажется, что ты не согласишься на такой вариант. - Халлире и самой не хотелось останавливаться на половине пути, но она не могла придумать, как им пройти дальше.
      - Конечно нет, - странно глухим голосом произнес волшебник и, набрав побольше воздуха, нырнул в воду. Преодолев подземный коридор, который оказался совсем не длинным, Мейсон вышел на сушу.
Зал был невероятно красив, от стен лился зеленоватый свет, а под ногами, вместо песка лежала изумрудная крошка.
      - Добро пожаловать в мою обитель, - протянул очаровательный мужской голос. - Я Эйфрелл, высший вампир.
      Халлира, нырнувшая и выбравшаяся на сушу следом за парнем, вздрогнула, услышав вкрадчивый голос. Сказанное ей совсем не понравилось - до встречи с волшебником эльфийка дела с нежитью не имела, не говоря уже о высших вампирах, хотя слышать о них приходилось. И того немногого, что она о них знала, с головой хватало, чтобы понять, что они влипли. Впрочем, внешне девушка оставалась образцом бесстрастности, хотя внутренне напряглась, раздумывая, как бы побыстрее сбежать из этой пещеры.
      - Высший вампир? - волшебник усмехнулся, чувствуя странную пустоту в голове, но стараясь не подавать вида. - А можно поинтересоваться, Эйфрелл, какого черта вы торчите в этой затопленной пещере? Вам, должно быть, нечем питаться?
      Вампир широко улыбнулся, обнажив свои острые, как бритвы клыки. Его длинные черные волосы падали на плечи, а впалое лицо явно показывало, что Эйфрелл очень голоден.
      - Крови мне достаточно. Мой милый друг из трактира "Плоская стопа" присылает мне вот таких вот дурачков за то, что я потом отдаю ему ваши органы. А он готовит из них вкуснейшие блюда... Вы не знали, что в Аткатле в последнее время процветает культ каннибалов? Они называют себя "Друзья Человечества", - высший вампир рассмеялся. - Хотя, - он посмотрел на Халлиру. - От эльфиек они тоже не отказываются, как, впрочем, и я...
      Девушка немного побледнела, слушая вампира, и чертыхнулась - все-таки это действительно оказалась ловушка. На ее губах промелькнула усмешка, когда она представила, что сделает с трактирщиком, но тут же исчезла - сперва следовало отсюда выбраться.
      - Если ты надумал выпить мою кровь, лучше откажись от этой идеи, а то я тебе клыки быстро обломаю, - холодно процедила Халлира. Она чувствовала себя не слишком уверенно, но не стоило показывать это монстру.
      Высший вампир рассмеялся.
      - Я очень сомневаюсь, милая моя, - Эйфрелл вытянул руку вперед. - Ты знаешь, что мы, древние из своего рода, настоящие мастера гипноза?! Даже эльфийская ментальная защита не помогает...
      Мейсон сделал пару шагов в сторону вампира.
      - Послушай меня, кровосос, я бы не советовал тебе лезть к нам, - маг боролся с пустотой в голове, стараясь говорить уверенно и громко. - Я знаю чего боятся такие как ты, и мне не составит труда...
      - Замолчи! - вампир дернул рукой и волшебника словно парализовало. - Человеческий мозг... Слишком уязвим перед чарами Очарования. Но я, что-то отвлекся... Эльфийка, позабавимся?
      - Ты не сможешь меня загипнотизировать, - не слишком уверенно сказала Халлира, отступая на шаг. Ее взгляд переметнулся на зачарованного Мейсона и снова остановился на вампире. - Твои игры со мной не пройдут, - эльфийка сжала в руке амулет, раздумывая, не попытаться ли воззвать к Кайрику.
      Вампир начал приближаться к Халлире.
      - На расстоянии не смогу, согласен, у тебя сильная защита, но..., - Эйфрелл рассмеялся, - но стоит мне дотронуться до твоей кожи, как я сразу овладею твоим сознанием!
      - Тогда вопрос в том, чтобы не дать тебе до меня дотронуться, не так ли? - эльфийка отступила еще на шаг, следя за каждым движением вампира и пытаясь придумать, как ей выпутаться из этой опасной ситуации с наименьшими потерями для себя. Но в голову упорно ничего не шло.
      Вампир громко рассмеялся.
      - Я думаю, что стоит захлопнуть ловушку, хорошо? - Эйфрелл развел руками, заставляя воду, ведущую в тоннель наливаться ядом. Изумрудные стены стали блестеть еще сильнее. - Чувствуешь недомогание? Это мощная темная магия. Она вытягивает твою энергию и полностью лишает тебя возможности телепортироваться или еще как-либо улизнуть отсюда. Ты в ловушке. Выхода нет, есть только я, ты и твоя кровь… - Эйфрелл неожиданно исчез, и вдруг возник рядом с эльфийкой, схватив девушку за запястье. - Ты чувствуешь страх, скажи?
      - Нет, не чувствую, - прошипела Халлира, попытавшись выдернуть руку, но вампир держал крепко. - Глупец. Ты меня здесь не удержишь - если я захочу, я смогу отсюда исчезнуть, и дело вовсе не в телепортации. - У девушки немного закружилась голова, но чувствовала она себя неплохо. - С какой стати я должна чувствовать недомогание из-за темной магии? Если ты еще не понял, я жрица не самого доброго и светлого бога.
      - Тьма, которую несут боги - это совсем иное, нежели наша тьма, тьма мертвых. И рассеять ее очень сложно, поверь мне, - Эйфрелл прикоснулся губами к шее Халлиры. – М-м-м, какой чудесный запах, я даже представить не могу, как вкусна твоя кровь...
      Эльфийка замерла на миг - голос вампира очаровывал, обволакивал ее, призывал прекратить сопротивление - и она с горечью подумала, что слухи о воздействии на сознание, которое оказывают высшие вампиры, правдивы. Но все-таки где-то в глубине разума голос продолжал кричать ей, чтобы она не сдавалась. Мотнув головой, Халлира оттолкнула Эйфрелла и поспешно отскочила в сторону, вытянув перед собой руку - на ладони начал формироваться огненный шар.
      Глаза вампира резко расширились.
      - Плохая идея, - прохрипел он и бросился вперед, чтобы немедленно ее укусить.
      Сдавленно вскрикнув, эльфийка шарахнулась в сторону. Огненный шар исчез, не успев сформироваться до конца, но девушка тут же начала читать новое заклинание. В вампира полетело сразу несколько файерболов, а Халлира торопливо прочитала еще одно заклятье, отгородившее ее от Эйфрелла огненной стеной. Кожа вампира вспыхнула, как тонкая ткань.
      - Ах ты дрянь! - прохрипел он, пытаясь исцелить свои раны. - Я тебя уничтожу…
      Отдавая все силы на регенерацию, Эйфрелл потерял контроль над заклинанием, сковавшим Мейсона.
      - Я думал, ты более осведомлена, - протянул волшебник, приходя в себя. - Вампиров убивают светом...
      Тонкий золотистый луч ударил из пальца волшебника в грудь высшего вампира, прожигая его насквозь.
      - Огонь тоже пришелся весьма кстати, - хмыкнула Халлира, с удовольствием наблюдая за корчащимся вампиром. - И я уже тебе говорила, что абсолютно не разбираюсь в нежити, так что можешь не тыкать мне этим каждый раз, - фыркнула эльфийка, избавляясь от огненной стены перед собой.
      - Все равно ты молодец, - ухмыльнулся Мейсон, глядя на Эйфрелла, который схватился за дыру в груди.
      - Я вам отомщу, твари... Клянусь! - рявкнул тот. Изумрудный свет, заполняющий пещеру, в мгновение ока рассеялся, и вампир исчез в клубах дыма.
      - Отлично, просто замечательно! - крикнул Мейс. - Зря потратили время.
      - А не надо было покупаться на дочку трактирщика, - хмыкнула жрица, глядя туда, где еще недавно был вампир, чья угроза страшной мести ее позабавила. Затем в глазах девушки загорелся хищный огонек. - Кстати, раз мы не особо спешим, думаю, стоит нанести ему визит вежливости.
      Мейсон расплылся в улыбке.
      - Времени у нас хоть отбавляй, - волшебник усмехнулся. - И ты не поверишь, но я подумал о том же самом. Надо хорошенько проучить этого жирного ублюдка. - Парень направился к затопленному тоннелю.
      - Вот и отлично, - ухмыльнулась девушка, снова ныряя не в самую теплую воду. Выбравшись с другой стороны, она заметила. - Нам повезло, что пещера без всяких поворотов - дорогу обратно искать не придется. - Халлира замолчала, прикидывая в уме, как именно можно расправиться с трактирщиком, а заодно и с самой таверной. Воображение нарисовало ей множество красочных картин.
      Когда они выбрались наружу, парень глубоко вздохнул:
      - Наконец-то нормальный воздух, а не эта мерзкая сырость... Как думаешь, мне лучше сжечь трактирщика заживо? Или просто отрубим ему руки?
      - Или сначала отрубить ему руки, а потом сжечь заживо? - кровожадно усмехнулась эльфийка. - Не знаю, делай с ним, что хочешь. Главное, чтобы он не умер слишком быстро. А я займусь таверной - думаю, одного огненного шара хватит, чтобы устроить небольшой фейерверк.
      Волшебник улыбнулся, взбираясь в седло и понукая лошадь, двигаться в обратном направлении:
      - В таком случае, я использую мою самую любимую школу магии. Знаешь, какие муки может доставить некромантия?
      - Нет, но, думаю, ты мне сейчас это покажешь на примере трактирщика, - отозвалась Халлира. Девушка быстро согрелась и обсохла под теплыми лучами амнского солнца и теперь с нетерпением ждала предстоящей расправы. Наконец, впереди показался знакомый трактир, и эльфийка пришпорила коня. - Сначала трактирщик, потом таверна.
      Спрыгнув с лошади, и не тратя времени на то, чтобы ее привязать, Мейсон рванул к зданию. Распахнув дверь, волшебник вошел внутрь.
      - Эта паршивая забегаловка будет уничтожена через несколько минут, так что если кому-то дорога жизнь - выметайтесь.
      - Что? - глаза трактирщика, стоявшего возле стола, занятого группой дворфов, распахнулись. - Вы живы? Но Эйфрелл...
      Мейсон, с размаха заехал кулаком в челюсть трактирщика, от удара мужчина пошатнулся и упал на деревянный пол.
      - Развлечемся? - на лице Мейсона застыла гримаса ненависти и наслаждения одновременно. - Решил загнать нас в ловушку? Думал, что мы бараны? Единственный баран здесь - это ты! - Волшебник сжал ладонь в кулак, наблюдая, как медленно лопается кожа на руках трактирщика, как бордовая кровь стекает на пол, как толстяк извивается от боли. Эльфийка, вошедшая в трактир следом за Мейсоном, заворожено наблюдала за действием его заклятья.
      - Впечатляет, - сказала девушка, не сводя горящего взора с трактирщика. - Это и есть некромантия? Забавно... Возможно, зря я не обратила внимания на эту область магии раньше. - Халлира проследила взглядом за поспешно рванувшими из таверны постояльцами и улыбнулась. - Теперь можно поджечь таверну? - она вопросительно посмотрела на парня.
      Мейсон замотал головой.
      - Это подождет, я только начал со стариной Праймом, не так ли? - рассмеялся парень. Трактирщик издал истошный вопль, а Мейсон, совершив пас рукой, прикоснулся указательным пальцем к его животу. Пару секунд ничего не происходило, но затем трактирщик снова закричал, его живот завибрировал, а затем лопнул, вываливая полчища червей, разных размеров и толщины.
      - Заражение, - протянул маг. - Одно из моих любимых заклинаний... Самое могущественное из того, что я знаю из этой школы...
      - А ты жестокий, - хмыкнула Халлира, отходя подальше от червей, но так, чтобы можно было по-прежнему хорошо видеть происходящее. - Любопытное заклинание, хотя и немного противное. А таверну буду поджигать я.
      - Мне все равно! - Рявкнул Мейсон. Его полностью поглотил процесс издевательства над трактирщиком, который уже сорвал голос и не мог даже кричать. - Пойми, это не жестокость... Это необходимость!
      Волшебник прошептал еще одно заклинание некромантии, и из глаз толстяка потекли кровавые слезы.
      - Прошу…, - прошептал он.
      Мейсон резко ударил его ногой по лицу, а затем, добил молнией, поджигая одежду и испепеляя кожу. Трактирщик дергался в агонии, когда Мейс отвернулся от него и направился к выходу из заведения.
      - Теперь сжигай все, что хочешь.
      - Насчет жестокости, это был не упрек, - заметила Халлира, направляясь к выходу, но сперва хорошенько пнув трактирщика - правда, тому уже было все равно. Оказавшись на улице, эльфийка бросила оценивающий взгляд на таверну и презрительно скривила губы.
      - Никакой техники безопасности, - усмехнулась девушка, выбрасывая небольшой огненный шар. Крыша здания занялась быстро, и скоро уже вся таверна пылала как факел.
      - Красиво, - оценил волшебник, глядя как обваливаются стены. - Пусть мы не получили ничего кроме морального удовлетворения, но мне и этого достаточно. Ты помнишь, какое у него было лицо, когда ему живот черви прогрызли? - на лице Мейсона сияла улыбка. Волшебник взял эльфийку за руку. - Ты не против? У меня просто настроение хорошее.
      - Оно у тебя всегда хорошее, когда ты кого-то убиваешь с особой жестокостью? - слегка улыбнулась Халлира, не став высвобождать руку. Она с удовольствием наблюдала за тем, как горит таверна, превращаясь из внушительного здания в пепелище. Когда от былого трактира не осталось и следа, эльфийка остановила заклинание, не желая, чтобы пожар распространился на ближайшие деревья. Девушка перевела взгляд на довольного Мейсона. - Что теперь? Продолжим путь в Аткатлу?
      - Конечно, в Аткатлу, куда же еще? - Мейсон выпустил ее руку, подбирая поводья лошади, которую напугал огонь, и она лишь чудом не сбежала. - А настроение у меня переменчивое, просто мне доставляет удовольствие не то, что происходит, когда я применяю некромантию, а сама некромантия... Это как наркотик, самая странная из школ магии.
      - Насчет наркотика я тебя понимаю. На меня так действует огненная магия, уж не знаю, почему, - хихикнула девушка, устраиваясь на своей лошади и с удовольствием отпивая вина из фляги.
      Они отправились в путь по пустынной дороге – все посетители таверны разъехались или разбежались подальше от магического эпицентра.
      - У каждого свои предпочтения, - заявил Мейсон. - Я считаю Воплощение слишком примитивной школой магии, только разрушение и никакой фантазии. Безусловно, я использую огненные шары, молнии и прочее, но удовольствия никакого. Иллюзия вполне интересна, но слишком слаба, Вызов - это не по мне... Ясновидение мне совершенно не дается, а остальные школы... Я не вижу в них крайней необходимости. А вот Некромантия - это самая сложная и загадочная магическая ветвь, - волшебник тяжело вздохнул. - Она дается только избранным и я, пока, изучил ее очень плохо. Не было хорошего учителя.
      - Мне вполне хватает разрушения, - ухмыльнулась эльфийка. - Иногда можно прибегнуть к иллюзиям, изредка к вызову. Все остальное слишком скучно, к тому же я не волшебница, поэтому в этих школах я особо и не разбираюсь. Но некромантия довольно интересна... - девушка помолчала, а потом вопросительно посмотрела на Мейсона. - А почему ты не можешь найти хорошего учителя? Разве в Элдрет Велуутра нет некромантов?
      - Есть, - отрезал волшебник. - Но эта старая дура может дать мне лишь среднюю базу. Она знает какого-то эльфа, способного обучить самым мощным эпическим чарам некромантии. Но не говорит мне его имя.
      - А ты не пытался поискать другого учителя? В той же Аткатле? - спросила эльфийка. - Мне казалось, что некромантов не так мало, хотя сама я с ними дела не имела. Но даже в Пламени Темного Солнца можно найти жрецов, увлекающихся некромантией. Неужели такая проблема найти знатока?
      - Некромантов немало, хотя они себя не афишируют, - ответил волшебник. - Но многие забросили свое дело, потому что она часто осуждается. Да и пользы, грубо говоря, от некромантии в мирной жизни никакой, а боевых некромантов практически не найти, да и они скорее попытаются убить меня, нежели учить.
      Остаток пути до Аткатлы прошел без интересных происшествий, и даже Мейсон странно притих, не пытаясь больше подкалывать жрицу. Возможно, выпустив пар на несчастного трактирщика, парень слегка успокоился, а может, ему было приятно, что девушка разделила с ним сладкий привкус мести, и он решил больше не доставать Халлиру. Наемница время от времени бросала задумчивые взгляды на молодого волшебника, пытаясь понять, что же на самом деле происходит у него в голове.

0

9

Глава 6

*

      В этот день всё было иначе - слуги без устали бегали по дворцу, выполняя многочисленные распоряжения, девушки возбуждённо перешёптывались - хозяин вернулся. Эвели вытряхнули из полусна-полузабытья и принялись причёсывать и наряжать. Девушка безразлично смотрела на себя в зеркало, пока вокруг суетились служанки, завивая ей волосы и украшая их перламутровыми бусинками. Затем ее, словно безвольную куклу, подняли на ноги, и надели на эльфийку тончайшее серебристое платье, сквозь которое просвечивала её матовая белоснежная кожа. На предплечье надели браслет, в виде змейки, глазки которой были сделаны из крошечных перламутровых пластинок. Мадам Харита явилась за девушкой, и повела её в зал, в котором уже дожидался Салим. В роскошных покоях был организован приём для гостей, что привез с собой хозяин.
      Мягкие бархатные сапоги Сказительницы ступали совершенно бесшумно по мраморным полам обиталища Салима. Плавная статная походка создавала впечатление, что она не идет, а парит над полом. Несмотря на свободные одеяния, скользившие за таинственной фигурой по натертому до зеркального блеска мрамору пола, было видно, что она высока - выше, чем южане считали необходимым для женщины - и стройна сложением. В складках одеяний то там, то тут мелькали ни то украшения, ни то амулеты. Открытыми для окружающих оставались только глаза, под черными бровями, да изредка в широких длинных рукавах можно было заметить мелькание длинных белых пальцев.
      Эвели привели в зал, где среди подушек на невысоком парапете устроился разряженный в пух и прах Салим, а рядом - его не менее нарядные гости. Кальянный дым окутывал помещение, слуги сновали с подносами, наполненными изысканной едой и напитками. Когда в зале появилась эльфийка, огни потухли, лишь несколько жаровен осталось гореть, освещая небольшое пространство перед сидящими. Это был сигнал к действию, и словно послушная марионетка, Эвели подняла руки над головой. Зазвучала музыка, и в глазах девушки промелькнуло узнавание, на краткий миг они ожили... Метнув на толпу из-под ресниц летучий взгляд ярко-подведённых, синих, горячих глаз, девушка сбросила туфельки, и вдруг затрепетав с головы до ног, выгнулась и запрокинула голову, тягучая судорога прошла по всему её телу и бард завертелась в самом женственном танце, который только могли создать живые существа.
      Танец серебряной эльфийки волновал, и не только воображение: под своей личиной Фьерн чувствовал, как кровь начинает стремительно ускорять свой бег по венам, а удары сердца становятся чаще. Впрочем, это было под маской, а видимость... Сказительница наблюдала. Она отвергла мундштук кальяна и тающие в руках приторные сладости. Серо-голубые глаза разглядывали Эвели, стремясь поймать её взгляд, но не получалось. Вскоре у колдуна стали формироваться догадки.
      Под звенящее крещендо, Эвели замерла, тяжело дыша после нескольких минут великолепного танца, нашедшего отклик в сердце каждого сидящего в зале. Салим сорвал с себя золотые цепи, украшенные драгоценными камнями, и бросил их под ноги эльфийки. Девушка безучастно посмотрела на него, затем поклонилась и по знаку мадам Хариты, удалилась, подобрав ожерелье. Женщина усадила Эвели на подушки, и приказала подать ей вина и фруктов. Эльфийка нехотя поела, растерянно осматривая зал, словно не до конца понимая, где находится. Она почувствовала чей-то внимательный взгляд и увидела закутанную в покрывала фигуру. На миг их взгляды скрестились, а потом разошлись. Подмешанное в вино зелье, вновь уносило Эвели в опиумные дали.
      Когда Фьерн наконец сумел поймать её взгляд, то едва не заскрипел зубами под своими покрывалами. «Опий. Они накачивают её наркотиком и скорее всего не выпускают из комнаты-темницы, куда мне даже под маскировкой ход заказан. Нужно срочно что-то придумать».
      В невидимом мешке за его спиной шевельнулся Иней, под прикрытием хозяина, котенок нырнул в гору легких подушек и куда-то скрылся. Праздник продолжался, и через некоторое время мадам Харита приказала отвести Эвели в её комнату. Салиму предстояло гулять всю ночь, и он сообщил Харите, что займётся прекрасной эльфийкой завтра. Так что девушке следовало как следует отдохнуть. А хозяину дома ещё предстояло чудесное и таинственное представление от приглашённой гостьи.
      Сказительница проследила взглядом за удалявшейся под надежным конвоем эльфийкой, после чего поднялась, почтительно наклонила голову перед хозяином, выпрямилась и чуть сощурившись, сделала два резких жеста. Один означал: «только трое», другой: «остальные – вон». А Иней, тем временем, прячась от чьих либо глаз, следовал за Эвели по коридорам дворца.
      Гости Салима удалились по его приказу. Мужчина оглядывал Сказительницу заинтересованным взглядом. Он наслушался слухов, и теперь ему было интересно - насколько они правдивы. Следующим жестом рассказчица попросила затушить свет жаровен, оставив лишь две свечи. Когда все было сделано она, встала так, что свет оказался за ее спиной, выводя четкий силуэт и начала медленно подходить к сидящему на возвышении Салиму. Сказительница плавно покачивалась при ходьбе, а её покрывала прозрачно мерцали там, где их просвечивал свет свечей. А потом появился голос... тихий шепот, раздающийся у самого уха, так что, кажется, будто ощущаешь потустороннее дыхание.
      Хозяин дома и два его самых близких советника были заворожены словами Сказительницы, в полумраке им казалось, что перед ними проносятся события прошлого, они видят героев своего народа, видят козни и предателей, поражения и победы и снова происходило узнавание. Это нельзя было пересказать в дальнейшем, ибо оно рождалось лишь раз - свое для каждого.
      Салим считал себя искушённым человеком, он многое повидал в жизни, во многом участвовал. Но даже его поразили речи Сказительницы, чей ровный голос и холодные глаза, казалось, гипнотизировали хозяина дома. Про себя он уже решил, что попросит её задержаться подольше, отведёт ей одни из лучших покоев, и пригласит правителей Аткатлы, чтобы похвалиться своей гостьей.
      Доставив девушку в комнату, конвой удалился. Оставшись в одиночестве, эльфийка сжала руками раскалывающуюся от боли голову. Дым, вино, страх - всё это терзало её уже несколько дней. Никогда раньше она не ощущала себя настолько беспомощной, настолько в ловушке. Эвели подошла к окну, выглядывая наружу - дурманящий аромат цветов из сада не принёс облегчения, ветра тоже не было, царила страшная духота.
      Коридор был освещен пузатыми масляными лампами. Свет отражался во всех блестящих поверхностях, которых тут было в избытке, но Иней, тем не менее успешно избегал чьих либо глаз. Наконец он нашел витую ограду-решетку, за которой раскинулся пышный, ухоженный сад, насыщенный приторными, тяжелыми ароматами цветов. Их пыльца витала в воздухе, от чего он казался застывшим, густым. Шустрый котенок пересек сад и прыгнул на окно комнаты, высматривая ту, кого искал.
      Увидев, что тени на полу изменились, Эвели, лежавшая на кровати, вздрогнула и посмотрела на окно. Какое-то существо сидело на подоконнике - маленький, пушистый силуэт.
      "Котёнок", - подумала девушка, вспоминая Инея, к которому успела привязаться. Может ей позволят оставить себе хотя бы котёнка.
      - Кис, кис, кис, - позвала эльфийка, протягивая руку к окну и постукивая пальцами по одеялу.
      Котенок, внимательно изучая обстановку, прыгнул в комнату к Эвели, и тщательно принюхался, распушив длинные усы. Зверьку явно что-то не нравилось. Несомненно, его заинтересовали постукивающие пальцы, и он хотел было направиться к ним, но сделал это только после того, как тщательно осмотрел комнатку. Тогда уже он принялся с удовольствием играть с Эвели. Когда котёнок вышел на полосу льющегося из окна света, Эвели поразилась - это был Иней. Второго такого белого, с разными глазами найти было трудно. Сразу возник вопрос - каким образом он здесь оказался и главное - где его хозяин. Погладив котёнка по шёрстке, Эвели тихо произнесла, заглядывая ему в глаза:
      - Надеюсь с твоим хозяином всё в порядке? Почему ты бросил его?
      Девушка вздохнула, прекрасно понимая, что ответа всё равно не услышит. Иней внимательно прислушался к словам эльфийки, протянул мордочку, тыкаясь холодным носом девушке в лицо.
      А Фьерн, тем временем продолжал свой спектакль. Он еще не сделал для Салима особенное, личное предсказание. Сегодня колдун и не собирался, ему требовалось провести еще какое-то время в доме. Поэтому Сказительница пока хранила свои тайны. Закончив Сказание, Фьерн потушил свечи. Тем временем, вернули свет, и выпровоженных гостей. Сказительница поклонилась хозяину, не более, чем того требовал этикет и вскоре удалилась в отведенные для нее роскошные покои.
      Через некоторое время, Фьерн сидел в предоставленных ему роскошных покоях, выгнав последнюю назойливую служанку. Колдун уже проверил апартаменты на предмет магического наблюдения, разумеется обнаружив чары, но не такие, что могли причинить ему беспокойство, ибо их восприимчивость в полумраке была слишком плохой, а в покоях горела лишь пара свечей. Отцепив с лица покрывало, колдун, наконец смог перекусить, проверив принесенную снедь и вино на яд и наркотики, которых там для разнообразия не оказалось. Иней пока еще не вернулся, но Фьерн уже прикидывал, что следовало сделать. Было понятно, что Салим не согласится отдать Эвели, что ему не предложи. Выкрасть её не представлялось возможным. Оставалось только... Колдун раскрыл ладонь, в которой сжимал миниатюрный флакон, словно предвидя заранее, он сделал эликсир накануне.

      Эвели не заметила как уснула, убаюканная мирным урчанием котёнка, лежащего под боком. Мадам Харита решила дать эльфийке выспаться после вчерашнего представления. Девушке необходимо было выглядеть свежей и отдохнувшей, когда Салим потребует её к себе.
      Проснувшись в комнате, залитой ярким солнечным светом, Эвели не обнаружила Инея и с грустью подумала - уж не приснилось ли ей это.
      Фьерн, вновь в полной маскировке сидел посреди апартаментов на толстом ковре и медитировал. По крайней мере выглядел он именно так, а голове колдуна одна за другой выстраивались мысли и постепенно оформлялись все стадии плана. Когда Иней под утро вернулся, дав котенку перекусить, Фьерн повесил ему на шею цепочку, с висящим на ней золотисто-зеленым флакончиком. Иней муркнул и побежал по уже знакомой дороге.
      Томясь в своей комнате, бард с ужасом ожидала вечера. Несколько раз она пыталась призвать драконью кровь, уже не боясь, что может погибнуть из-за неё. Линии на стенах вспыхивали, и на Эвели наваливалась усталость, глаза начинали слипаться.
      В середине дня, она услышала лёгкое царапание и шорох за окном. К её радости это снова был Иней. Эвели взяла котёнка на руки и обнаружила странный флакончик, которого ещё вчера точно не было. Множество мыслей пронеслось в голове эльфийки, но глядя в умные глаза котёнка, она всё-таки приняла решение. Что бы это ни было, хуже, чем такая жизнь ничего не могло быть. И потом, всегда ведь остаётся надежда... надежда, сжимающая горло и заставляющая сердце учащённо биться. Эвели приказала себе успокоиться и осторожно сняла цепочку с котёнка. Открыв пробку флакончика девушка почувствовала резкий сладковатый запах, от которого закружилась голова. Быстро, чтобы не передумать, эльфийка выпила содержимое флакончика. Вкус был странным... как будто свежую ключевую воду смешали с пеплом. Зелье действовало быстро - через несколько секунд, Эвели потеряла сознание и упала замертво. Её сердце не билось.
      Иней несколько раз ткнулся носом в руку девушки, подобрал пустую склянку и незаметно вернулся к Фьерну. Глядя на опустевший флакон на ладони, колдун облегченно выдохнул - пока получалось. Где расположен склеп он уже знал. По щелчку его пальцев флакон рассыпался в пыль.

**

      В отличие от Эвели, для Шади пребывание в гареме запомнилось как один из лучших моментов отдыха в ее жизни. Учитывая, что Салим ее не беспокоил, девушка была предоставлена самой себе, а также чутким рукам служанок, массажисток и парикмахеров. Те дни, что она провела в доме Салима, в ожидании своих возможных похитителей, были наполнены ленивым ничегонеделаньем – она прогуливалась по саду, купалась в прохладном бассейне вместе с другими девушками, свободными от внимания хозяина, наслаждалась изысканными блюдами лучших поваров Аткатлы. Тем не менее, разум наемницы оставался все таким же ясным, и она чутко реагировала на любые возможные признаки опасности.
      Каждый раз, отправляясь в постель, полудроу долго не могла заснуть, прислушиваясь к шорохам за окном и дверью ее маленькой, изящной комнатки. Вот и сегодня, Шади спала очень беспокойно, то и дело просыпаясь. Рука сжимала импровизированное оружие - две самые тонкие палочки для волос, которые она смогла найти в шкатулках. Конечно, полудроу понимала, что для выполнения плана ей придется притвориться беспомощной, но все же наличие хоть такой защиты немного успокаивало.
      В очередной раз проснувшись, Шади встала с постели и подошла к окну. Ее белые волосы, тщательно расплетенные перед сном, свободными волнами лежали на плечах, мерцая в лунном свете. Она задумчиво перебрала локоны и воткнула палочки для волос в прическу - на всякий случай. Кто знает, что может принести ночь.

      В кромешной темноте одного из коридоров дома Салима раздался тихий хрип. А в следующее мгновение - шорох опускаемого на пол тела. Будто из ниоткуда в коридоре возникла фигура, сматывающая проволочную удавку. А на полу у ног убийцы лежала мертвая жертва.
      - Дилетант, - в мягком голосе убийцы не было и следа эмоций. Хмыкнув, он оттащил тело стражника в ближайшую задрапированную портьерой нишу, внимательно осмотрел тайник на предмет надёжности, а в следующее мгновение уже растворился в тенях. И лишь еле-слышные шаги прозвучали в направлении ближайшей лестницы, ведущей наверх. На следующем этаже, лёгкая тень мелькнула и тут же пропала в слабом мерцании светильника. Тусклый отблеск - и охранник осел, поддерживаемый сломавшей ему шею рукой. Убийца, практически незаметный в полумраке, аккуратно оттащил труп в сторону и устроил за роскошным вазоном, стоящим в нише на постаменте. А у двери что-то блеснуло - потёк масла на дверной петле. В следующий миг дверь ненадолго приоткрылась и тут же неслышно закрылась вновь. Скупое освещение прятало стены в тенях. Еле слышный шелест достиг роскошного ложа, укрытого за тяжёлым пологом. Рука, больше похожая на тень, отодвинула ткань в сторону. В руке, облачённой в перчатку, блеснула тонкая металлическая игла. Миг - и она понеслась вниз, целя в плечо лежащей на ложе.
      Шади без сна лежала в постели. Вдруг ее острый слух уловил шорох в комнате. Она внутренне собралась. Когда же перед ней появилась неясная фигура и девушка увидела блеск на каком-то предмете в чужой руке, она в мгновение ока оказалась на ногах, напряженно вглядываясь в незнакомца. То, что ее собираются похитить, не вызывало сомнение. Но кровь воина в ней не давала сдаться без боя.
      Рука со спицей замерла в воздухе, когда он заметил, что девушка проснулась. Серый Кот окинул жертву оценивающим и... слегка презрительным взглядом. Для него - чистокровного эльфа - такие были... как мусор. Ничтожества. Смесь дроу и людей... презренных отродий! На мгновение лицо эльфа потеряло своё обычное мягкое выражение и сквозь его черты проступило нечто демоническое. Да и как может быть по-другому с тем, кто побывал за гранью жизни и вернулся мстить людям.
      - Ну что? Сама пойдёшь, или тебя погнать пинками? Выбирай! - В жёлтых глазах хищника была лишь ненависть и презрение.
      Шади внимательно всмотрелась в незнакомца. Это был привлекательный лунный эльф, со светло-серыми волосами и желтыми, кошачьими глазами. Его взгляд... Девушка сразу почувствовала себя мелкой ничтожной букашкой, и это ей совсем не понравилось. Она улыбнулась, вложив в улыбку столько льда, что им можно было охладить бочку эля. Наемница понимала, что ей нужно сдаться и быть похищенной, но это настолько противоречило ее характеру, что она не решалась ни молча последовать за похитителем, ни дать ему достойный отпор.
      - Откуда такой интерес к моей персоне, - наконец, проговорила она, - что за мной послали столь внушительного охотника? - Говоря это, она сделала несколько почти незаметных движений, принимая такую позу, чтобы было удобно и отпрыгнуть, и напасть.
      Губы Аннэля презрительно изогнулись, а глаза застлала тьма:
      - Заткнись, полукровка. Медленно вытяни ладони вперед и не делай ни одного лишнего движения. Если что - ты пожалеешь о том, что намереваешься сделать. Сильно пожалеешь, мразь!
      Сказал - как выплюнул. Сплошное презрение в голосе. И - ненависть. В одну секунду в голове Шади пронесся целый ворох мыслей. Она многое могла сказать этому выскочке, этому... самодовольному чванливому лицемеру. Но она прикусила язычок и, бросив на похитителя исполненный ненависти взгляд, выполнила его приказ.
      В руках у Серого Кота появился тонкий шёлковый шнур, который он накинул на запястья добычи и резко стянул. Сделав ещё несколько оборотов, он тщательно завязал шнур и, проведя по нему рукой, что-то буркнул шёпотом, отчего шнур стал единым - все узлы исчезли.
      - А теперь иди! И только попробуй закричать, мразь! Прирежу без жалости!
      Привязав к шнуру, обмотанному вокруг запястий добычи, ещё один, он пустил девушку вперёд, приставив кинжал к шее. Шади невольно поморщилась - слишком уж сильно врезался шнур в запястья. Но с ее губ не слетело ни звука. Конечно, ощущать себя безропотной жертвой было не слишком приятно. Уж лучше пусть тащат бессознательное тело, но после яростной схватки за свою свободу. А так... Шади тихо вздохнула, стараясь не делать лишних движений, чтобы не порезаться об острый кинжал, и зашагала вперед.
      Аннэль вытолкнул свою жертву в коридор, замер и прислушался. Откуда-то доносились звуки музыки, какие-то хлопки и непонятный шум. Но Серого Кота это не очень заинтересовало - он на задании. Хотя любопытно было взглянуть на происходящее.
      - Налево! – убийца рывком развернул свою жертву подталкивая ее по проходу в сторону звуков музыки. Похоже, сегодня здесь был какой-то праздник - очень уж разгулялись. «Уж не хозяин ли вернулся?»
      Шади остановилась, как и ее похититель, и прислушалась. Звуки музыки, голоса, смех. Наверняка в таком доме все приемы тоже были великолепными. На минутку ей захотелось попасть туда, пусть и в образе гаремной девушки. Но тычок Серого Кота заставил полудроу вернуться в реальность, и она зашагала дальше. Одно радовало - кажется, они шли в сторону звуков.
      Серый Кот прижал пленницу к статуе, стоявшей в одной из ниш, и несколькими петлями шнура примотал к каменному постаменту. Что-то шепнул - и шнур в свою очередь стал цельным. Убедившись, что всё в порядке, он развернул статую к стене, тем самым спрятав добычу от чужих глаз, и осторожно подошёл к двери, откуда доносилась музыка. Заглянул... и злобно оскалился. Перед глазами этих проклятых короткоживущих танцевала эльфийка... чистокровная!
      Шади пару раз дернулась, пытаясь освободиться, но шнур только еще больнее врезался в тело, и она оставила попытки. Все, что она могла, - это смотреть в стену и надеяться, что похититель скоро вернется. Ужасно хотелось закричать, позвать на помощь, но наемница сдержалась. Перспектива умереть сейчас ее не слишком прельщала.
      Со злобой покосившись в сторону комнаты, Серый Кот вспомнил, что у него дело и мешкать было нельзя. Вероятно скоро кто-нибудь наткнется на трупы, оставленные Котом по пути в комнату полудроу. Вернувшись к жертве, он отвязал её от статуи и повёл дальше. Шади вздохнула. То привяжут, то отвяжут... Но она дала себе слово молчать и делать все, что велит ее похититель... по крайней мере, пока. Убийца осторожно выглянул за угол, чтобы удостовериться - всё чисто. Звуки в доме стихали. Похоже было, что все наконец ложились спать. И стража возвращалась на свои посты, поэтому следовало поторопиться. Стражник, что по знакомству помог Коту миновать дверь с охранными чарами, сейчас лежал мертвым в своей караулке, и Аннэль бросил на него лишь короткий, равнодушный взгляд, подходя к одной из дверей ведущих наружу. Прежде чем распахнуть её, он обернулся к пленнице:
      - Слушай меня... Говорю ещё раз - веди себя смирно, иначе пострадают другие. А ты будешь мучиться, очень мучиться, обещаю. Ты слишком бросаешься в глаза, - и с этими словами накинул девушке на плечи свой красивый, темно-сиреневый плащ. Ведь после того, как девушку подняли из кровати, она так и осталась в одной лёгкой ночной сорочке. Сам эльф броню не носил, ограничиваясь легким зачарованным камзолом, и ожерельем из Мацтики, позволяющим отводить от владельца стрелы и дающим возможность общаться с животными.
      - Да поняла я, поняла, буду молчать, просто идти, куда скажешь, - раздраженно ответила Шади. Хотя плащ, конечно, был хорошей идеей, пусть даже и из иных соображений, чем не дать ей замерзнуть. Впрочем, отсутствие обуви он никак не компенсировал, и девушке оставалось только понадеяться, что дорога будет не слишком неприятной для босых ног.
      Серый Кот некоторое время вел пленницу по темным городским улицам. Ноги Шади ощущали тепло нагретого за день камня мостовой. Вскоре он опустил капюшон плаща ей на лицо, чтобы добыча не видела дорогу, и примерно через полчаса постучал в какую-то дверь, явно используя тайный код. Им открыли, а потом створка хлопнула по косяку так, что ещё долго звенело в ушах. Наконец Аннэль ввёл полудроу в комнату и сдёрнул с неё плащ. Убрал с запястий пленницы шнур (тот соскользнул, как будто и не был завязан). Комната оказалась небольшой, с белеными стенами, как во многих домах Аткатлы и с узким окошком под потолком, сквозь которое не пролезла бы и чистокровная эльфийка. В комнате из мебели имелся небольшой шкафчик, табурет и кровать.
      - Вот твоё обиталище на некоторое время. Располагайся. - Мужчина вышел, хлопнув дверью.
      Шади помотала головой, пытаясь избавиться от звона в ушах, растерла затекшие запястья и оглядела комнату. "Что ж, для темницы не так уж и плохо", - подумала она. Девушка с любопытством заглянула в шкафчик. К своему удовольствию она обнаружила там два платья и пару туфель. Шади выбрала темно-розовое платье длиною до щиколоток с неглубоким вырезом и короткими рукавами. Совсем простое, без украшений, но оно было очень приятным на ощупь. Было видно, что платье - не новое, но чистое, местами потертое, с несколькими пятнами на юбке. Не то, к чему она привыкла, но все же в нем было лучше, чем в тонкой ночной сорочке. Да и туфли пришлись почти впору. Спать ей не хотелось, и она подвинула табурет к стене, устроилась на нем, подняв одно колено, и уставилась в одну точку. Уж что-то, а ждать она умела.

      Серый Кот Аннэль сидел в кресле у камина, вертя в руках пустой бокал. Ещё один, наполненный, стоял на столике рядом. В жёлтых глазах, смотрящих на пламя, застыло задумчивое выражение. Внезапно в коридоре раздался какой-то звук. Кот вздрогнул, и задумчивость мигом сменилась тревогой.
      Дверь резко распахнулась, будто ее пнули ногой. В дверном проеме стояла солнечная эльфийка. Ее нежная, теплая как солнце красота, могла бы заворожить, если бы не кровожадное выражение в зеленых, словно весенняя листва глазах. Она еще не отошла от охоты и на ее лице играла хищная улыбка.
      - Ты как всегда в своем репертуаре, Аннэль! Все хочешь покорить меня своей утонченностью! Прибереги ее для глупеньких неопытных девочек! - Андуне вошла в комнату, захлопнув за собой дверь. На столик упали две окровавленные тушки кроликов, расплескав стоящее в бокале вино. На поверхности стола заблестели черно-красные капли. Какие из них были кровью, а какие - вином, не смог бы различить даже тот, кто видел ночью, как днем.
      Серый Кот зевнул, лениво глядя на девушку:
      - Зато ты как обычно похожа на рашеменского варвара. Спасибо за кроликов.
      Элегантно взяв одну из тушек со столика, он мигом выступившими клыками принялся аккуратно рвать свежее мясо на части. И никто из посторонних, знакомых с ним, не узнал бы в нём обычно изящного, мягкого и смирного, а иногда даже и немного жеманного эльфа.
      - Ах, извините, извините! Неужели моему принципиальному другу не хочется узнать о том, что мне удалось сегодня разнюхать? - Андуне вытерла сапоги о лежащий на полу коврик прекрасной эльфийской работы. Она резко развернулась и уставилась на окровавленный подбородок лунного эльфа.
      Серый Кот облизнулся, слизав кровь с подбородка.
      - Спасибо за мясцо! А то самому всё недосуг поохотиться! Да и... на людей мне нравится охотиться больше, ты же знаешь! В следующий раз, прошу, добудь что-нибудь побольше, - он взялся за второго кролика.
      - Я тут ему пищу добываю, а он вином балуется! - Эльфийка прошлась по комнате и пнула неудачно подвернувшийся под ногу табурет. Тот, громыхая, укатился в угол. - Знаешь, что я сегодня слышала в кабаке? Так вот, в гарем привезли лунную эльфийку. Ещё болтали про Сказительницу, но я не совсем поняла.
      Кот хмыкнул.
      - Я видел её... эту привезённую. Она танцевала. Я бы освободил её от плена, но... не до этого было. Да, кстати... - вспомнил он о чём-то, - я привёл пленницу, как заказывали. Любопытный экземплярчик. Сходи, отнеси ей поесть. Думаю, тебе будет интересно на неё... взглянуть.
      - Ты видел лунную эльфийку? Она… Я поняла по описанию, что она похожа на… Эвели Неррель, - Андуне задумчиво смотрела в огонь какое-то время, потом встрепенулась.- Ладно, пойду взгляну на этот, как ты говоришь, "экземплярчик". Где она?
      Серый Кот резко развернулся к собеседнице. Глаза его сощурились, а губа приподнялась, обнажая клык.
      - На Эвели Неррель? Нет, этого не может быть, я бы заметил! Хотя, если учесть, сколько времени прошло с тех пор, когда я видел её в последний раз... Она уже взрослая. Так что мог и не узнать... Если это она - её нужно схватить! - Лицо эльфа было бледным, лишь глаза яростно горели. - А пленница - в комнате для содержания... неудобных гостей.
      Андуне вышла в коридор и остановилась перед тяжелой дубовой дверью, отпирая ее ключом. На табурете, в квадратном пятне света сидела полудроу и щурила глаза.
      - Это же дроу, черт меня подери! Я убью ее! - От вопля в коридоре зазвенели оконные стекла, а бутылка вина, стоящая на столике рядом с Серым Котом, подпрыгнула и заходила ходуном.
      Аннэль оказался в помещении в два прыжка. Его стальная рука перехватила занесённую для удара руку солнечной эльфийки.
      - Успокойся! Она слишком важна! Сначала нужно её доставить... - он осёкся, заметив, что пленница его слушает, - куда следует. А потом... потом, может, тебе и удастся с ней пообщаться. И она не дроу, а наполовину человек! Так что общаться с ней мы будем вместе! Идём! - Держа за локоть дёргающуюся напарницу, он вывел её из комнаты, запер дверь и убрал ключ подальше.
      Когда дверь вновь захлопнулась, Шади поднялась и подошла к ней, прислушиваясь. Но слов было не разобрать. Шади обхватила себя за плечи. Это место ее угнетало. Она не хотела ни есть, ни спать. И девушка вновь устроилась на табурете у стены. Он был все-таки поудобнее, чем холодный пол.

      Андуне сидела в темном углу и остервенело начищала доспех. С Аннэлем она не разговаривала уже целый час. Изредка из угла доносилось глухое бормотание и приглушенные ругательства. Наконец, голос солнечной эльфийки нарушил застывшую в комнате тишину.
      - И чем же для нас так важна эта полукровка, что ты не дал мне ее задушить?! Так как она наполовину дроу, мне бы хватило всего лишь отрезанной от нее половины. И куда мы теперь потащим нашу пленницу? Ты оглох, Аннэль? Я с тобой говорю. А, ты весь в мечтах и поэтому меня не слышишь? Уж не успел ли ты влюбиться в эту девчонку, пока таскал ее с собой? И все-таки ты зря удержал меня, - Андуне повернулась к Серому Коту и на щеке ее что-то сверкнуло - возможно, это была слеза, а может быть искорка, вылетевшая из камина и почившая в бархатной полумгле.
      Аннэль подошёл к эльфийке и присел рядом с ней. Лицо его было странное - и грустное, и злое одновременно:
      - Ты думаешь, если бы она не была нужна, она была бы ещё жива? Ты ненавидишь дроу... и я подозреваю, почему. Но дроу ты видишь не очень часто. Подумай... каково мне быть среди людей и сдерживать себя? Целые сутки... круглый год... год за годом! Их собратья, когда то убили всю мою семью, включая меня. Но я вернулся - мстить! Благодаря главе нашей ячейки, Торринару. Потому я и состою в Организации, что мои планы - это её планы! И я не остановлюсь, пока они не претворятся в жизнь! Однажды смерть меня не удержала. И не остановит никогда! - Замолчав на мгновение, чтобы перевести дыхание, он закончил: - И я обещаю тебе... как только эта... станет не нужна, она окажется в наших руках!
      - Надеюсь, Аннэль, что это случится очень скоро, - эльфийка тяжело вздохнула и опустила плечи. - Извини, что сорвалась, - добавила она нарочито сухим и немного сдавленым голосом. - И, пожалуйста, налей мне вина.
      Аннэль сжал ладошку девушки в своей:
      - Ничего. Случается. Да, это будет скоро. По возможности.
      Достав из стенного шкафчика новую бутылку вина и чистый бокал, Аннэль налил себе и девушке. Через некоторое время со стороны двери раздался звук скребущихся когтей. Андуне поставила пустой бокал на столик, подошла к двери и открыла ее. В комнату крадучись вошла большая серебристая рысь. Она вскользь потерлась о ногу хозяйки и прошла в дальний угол, где улеглась на пол, свернувшись калачиком. Через минуту солнечная эльфийка тоже спала, зарывшись щекой в пушистую шерсть своей мохнатой подруги. Теперь она вылядела просто как слабая женщина или даже как беззащитный ребенок.
      Серый Кот некоторое время с умиление смотрел на эту мирную и такую уютную картину. И поймал себя на том, что больше любуется не грациозным зверем, а хрупкой эльфийкой. Поморщившись, он встал и, подняв на руки напарницу, унёс в предназначенную для неё комнату. Потом туда же отнёс рысь. Сам он не нуждался в обычном отдыхе после того, как стал личем.

      Андуне проснулась от того, что ей было трудно дышать. Поперек ее тела лежала рысь - почему-то именно так, крест-накрест, Серый Кот сложил их на кровати. Аннэль обожал загадки. Эльфийка сдвинула с себя рысь, отдышалась, встала с кровати, расправила складки на помятой одежде, поправила сапоги и затем отправилась в гостиную. Серый Кот сидел в кресле перед камином. В левой руке эльфа был полный бокал вина (две пустые бутылки стояли под столиком, а одна - наполовину полная - на столике), а в правой он держал очередной нож для метания. В стене уже торчало пять штук, а ещё с десяток лежали рядом. Стоило эльфийке показаться на пороге, как он, не поворачивая головы, выдал:
      - А вот и рассвет - и Солнце встало! - и метнул в стену очередной нож.
      - Доброе утро, - Андуне вошла в комнату. - Ну, так что? Когда мы потащим эту полудроу? Или ты передумал? – ее глаза хищно сверкнули.
      Аннэль отсалютовал эльфийке бокалом:
      - Когда? Как только ты будешь готова. Мне выдали новый пароль от телепорта в башне неподалеку. Так что с конвоем проблем не будет.
      Андуне лениво зевнула и потянулась. Потом медленно подошла к столику, взяла бутылку, повертела в руках, как будто первый раз в жизни видит подобный предмет. Резко сделала несколько глотков прямо из горлышка, схватила один из ножей, метнула в стену, так что он сбил два из пяти, воткнутых лунным эльфом.
      - Я готова.
      Хмыкнув, Кот махом допил остатки вина из бокала и собрал все ножи на перевязь. Сходив в комнату за оружием и плащом, он раздал приказы слугам и вернулся к Андуне.
      - Прошу тебя - не сорвись! Ещё успеется. У меня для тебя есть небольшой сюрприз. Но скажу лишь тогда, когда задание будет исполнено. Пойдём за пленницей.
      Эльфийка, успевшая к этому времени сбегать за своим снаряжением, свистнула рысь и пошла вслед за Котом к комнате с полудроу.
      - Ладно, пока я буду хорошей, как зверь, желающий получить гостинец. Но приручить меня этим ты не сможешь. И, все-таки, что это за сюрприз? Расскажи!
- Ну уж нет! - Кот игриво погрозил девушке пальцем. - Потом. Это - потом. А сейчас нас ждёт работа - доставить эту к главе местной ячейки. Не знаю точно, зачем она ему понадобилась.
      Эльф отпер дверь и отворил её, шагнув в комнату к пленнице, схватив ее и выкручивая ей руки за спину.
      - Так ты собираешься вести ее несвязанной, - Андуне усмехнулась в кулак. - Хи-хи, Кот, ты теряешь былую хватку. Неужели, через сотню лет у меня будет такой же склероз, - солнечная эльфийка подперла бок рукой и посмотрела на сидящую полудроу. - А я бы даже не прочь оставить ее у нас прислугой, я бы играла с ней каждый день! - лицо Андуне на минуту стало как у капризной девочки. - Ну давай оставим ее у себя!
      Полукровка зло и презрительно смотрела на солнечную эльфийку из полумрака комнаты. Андуне это очень понравилось. Андуне радовало, когда другие девушки завидовали ее красоте. Аннэль приобнял напарницу за плечи:
      - Оставить у себя? Мысль неплохая, но... её ждут! Кстати, помнишь, я говорил про сюрприз? Он тебе очень понравится! Мы вдвоём сможем развлечься на полную катушку! Сначала доставим эту... красотку... куда следует!
      Эльфийка плавно выскользнула из объятий и игриво захихикала.
      - Аннэль, видно у тебя вино из головы не выветрелось! Приставай вон к той полукровке. Она не сможет ответить тебе пощечиной, а я - смогу!
      Серый Кот мягко улыбнулся:
      - Смотри у меня! А то и правда стану к ней приставать... всё-таки она не совсем человек...
      Связав пленной руки, затолкав в рот кляп и накинув на неё плащ, он вывел полукровку из дома в бархатную темноту ночи. Приобняв ее за плечи - для маскировки - он зашагал вниз по улице. За все это время Шади не сказала ни слова, стараясь не слушать эльфийку. Такие, как эти эльфы, вызывали у нее даже не ненависть, скорее жалость. Быть ослепленным "чистотой" своей крови, не замечая достоинств других живых существ - как же это сужало видение мира. Она невольно поморщилась, когда тугие путы вновь врезались в ее нежную кожу. А прикосновение Аннэля было холодным, как дуновение зимнего ветра в жаркий летний полдень. Шади кинула на него быстрый взгляд, в ее фиолетовых глазах мигнул красный огонек, но он тут же погас, и девушка, опустив голову, зашагала туда, куда ее вели. Внутренне наемница собралась - возможно, скоро ей понадобится вся ее сила.
      Андуне фыркнула и пошла с другой стороны от пленницы, то и дело бросая на неё свирепые взгляды, и сдерживая себя изо всех сил, чтобы не сказать очередную гадость. Много лет назад кто-то сказал ей (она уже не помнила кто именно), что её нрав и поведение очень мало, а точнее совсем не соответствуют эльфийским, а скорее подходят старому боцману. Кажется, только теперь она поняла почему.
      Внезапно раздался оглушительный свист, похоже, усиленный магически. Дорогу троим перегородили несколько субъектов в плащах с накинутыми капюшонами. Не было нужды оборачиваться, Кот и так знал, что за их спинами улица тоже перегорожена такими же подозрительными типами.
      - Эй, ты! - По голосу явно можно было узнать отродье человека. - Куда и кого ты ведёшь? Отвечай! - А несколько других направили арбалеты на Андуне. - А то мы малость разукрасим твою подружку!
      - О боги!.. Как это знакомо, - Андуне обратила к небесам скучающий взгляд. - Я могла бы сказать, что первая вас "разукрашу", но, во-первых, это прозвучит банально, а во-вторых, при ваших-то рожах... Короче несколько фингалов сделают вас действительно гораздо красивее.
      Оказаться в пылу битвы со связанными руками - не самая лучшая перспектва. Из-под капюшона плаща Шади рассматривала нападающих. "Обычные головорезы? На людей Кошнака вроде не похожи. Да те и не стали бы нападать так рано, ведь еще не ясно, куда именно направляются эти двое". Наемница осторожно подвигала руками, проверяя, насколько туги веревки, и сможет ли она из них выбраться. Судя по всему, нет. Впрочем, и со связанными руками полудроу была опасным врагом.
      Незнакомцы скинули капюшоны. Бледная кожа, изуродованные лица, горящие красным глаза... нежить. А главарь по виду походил на вампира. Высшего вампира.
      Легким движением руки Андуне выхватила из ножен саблю. Плащ эльфийки полетел в лицо одному из врагов, и на мгновение лишил его зрения. "Сорванный Вереск" очертил в воздухе полукруг. Зеленоватый ветер, в который превратилась сабля, отрубил руку одному из арбалетчиков. Тот даже не пискнул, наблюдая, как кисть его руки, сжимающая арбалет, падает на мостовую. Мгновение спустя упырь выхватил запрятанный под плащем стилет и сделал выпад вперед. Но солнечной эльфийки на этом месте уже не было.
      - Не меня ли ищешь, родной? - эльфийка смотрела на мертвяка сверху, сидя, как акробатка, на столбе чугунной лавочной вывески. Стрела еще одного арбалетчика вонзилась в то место, где только что сидела Андуне. Когда озирающийся разбойник задрал голову вверх, то в последний миг своей жизни увидел прекрасную женскую ножку в окованном железом сапоге. Раздался оглушающий рык, и еще двое арбалетчиков покатились на землю - один из них хрипел вторым ртом, проделанным на горле, другой извивался на мостовой, прижимая руки к разорванной груди. Мгновение спустя Маэг прыгнула вслед за хозяйкой вверх навстречу черепичным крышам и небу.
      Вампир, стоящий справа от главаря, неожиданно ринулся в воздух. Чёрные перепончатые крылья давали ему возможность искусно двигаться в воздухе и делали весьма опасным противником. Выпустив когти и оскалив зубы, он ринулся на эльфийку. Другой вампир рванул к рыси. Его глаза блестели в ожидании схватки - и пира.
      Главарь кинулся к Аннэлю. В руке у Высшего Вампира плясал клинок. Серый Кот с ужасом узнал Чёрное Солнце Смерти, проклятый некромагический артефакт невероятной мощи. Он высасывал душу и усиливал своего владельца, ибо подчинял жертву хозяину. Но важно было другое - проклятая сабля также подчиняла себе хозяина, требуя новой крови и новые души. Выхватив клинок, эльф ринулся навстречу противнику. Даже держа меч обеими руками, ему с трудом удалось отвести от своей шеи Чёрное Солнце, находящееся в руках высшего вампира. Злобного и голодного.
      "Нежить!". С ней у Шади были особые счеты. С ее губ сорвалось несколько слов, и от жрицы разошлась волною божественная энергия, оглушая и заставляя некоторых из нападающих замереть на месте на несколько мгновений. Наемница увернулась от атаки особо прыткого вампира и, немыслимо изогнувшись, послала в него луч палящего света.
      - Развяжи меня! - крикнула она эльфу. - Так я буду гораздо эффективней!
      Отпихнув подлетевшего к ней вампира, Андуне приладила огненную стрелу к прозрачной тетиве своего лука из вечного хрусталя и выстрелила упырю вдогонку. Стрела догнала нежить, прожигая в ней дыру, словно огонь, поглощающий листок бумаги. Вампир упал с крыши на мостовую и там дотлел. Рысь и второй кровосос катались по крыше, ссыпая вниз обломки черепицы. Андуне никак не могла прицелиться - она боялась попасть в Маэг. Минуту спустя эльфийка была уже возле них. Один оглушительный удар отделил вампира от рыси, и тот пополз вниз. Огненная стрела воткнулась вампиру в лоб и завершила его падение. Третья стрела эльфийки полетела в главного вампира, но отлетела от его плаща рикошетом - прямо туда, где были Андуне и Маэг. Стрела врезалась в крышу, поднимая за собой ворох черепицы. Рысь и девушку разбросало в разные стороны и они попадали на мостовую.
      Вампир с огромной скоростью и силой орудовал Чёрным Солнцем, тесня Аннэля к стене. У того не было ни единого мгновения, чтобы перевести дух. Чуть было не пропустив особо коварный удар, эльф получил такой пинок в грудь, что отлетел и шмякнулся о стену ближайшего здания. Высший вампир завыл. И на его зов в ночном небе появилось несколько крылатых теней. Шесть фигур опустились на мостовую. Серый Кот вскочил и попытался полоснуть отвлёкшегося главаря поперёк спины. Но тот увернулся и подставил под очередной удар эльфа свой проклятый клинок. Меч Аннэля, верный ему до конца, разлетелся на несколько осколков, а в руке эльфа осталась простая рукоять.
      Шади сражалась с весьма крупным скелетом, вряд ли принадлежавшим когда-то человеку, напавшим со спины и душившим жрицу.
      - Нет, нет... - хрипела Шади, извиваясь в хватке скелета. Путы, связывающие ее руки, все глубже врезались в кожу, оставляя кровавые следы. Но, все же, призвав божественную мощь, она смогла произнести еще одно заклинание - Молот Богов. С небес ударила мощная волна энергии, нанося вред всей нежити, ослепля, оглушая. Но более всего досталось огромному скелету, душившему полудроу, и он рассыпался в прах. Тяжело дыша, Шади оглядела поле боя и вновь принялась сражаться с веревкой, закусывая губу от боли. О, этот эльф умел затягивать узлы.
      Один из вампиров, приземлившись рядом с лежащей на мостовой Андуне, наклонился к девушке, выпуская клыки. В его красных глазах пылала жажда крови. Андуне подняла голову, слегка застонав и вампиру хватило этого мгновения, чтобы навалиться на эльфийку. Она уже чувствовала его смрадное дыхание на своём лице, как вдруг мерзкая тварь взвыла и ослабила хватку. Девушка мгновенно перекатилась в сторону и встала на ноги. Маэг! Она вцепилась вампиру в спину.
      «Глупая кошка! Тебе же с ним не справиться!», - Андуне выхватила саблю и бросилась на врага. Внезапно раздался дикий вой и на землю рядом с ней спикировал ещё один вампир. Преградив эльфийке дорогу, он выхватил меч и бросился в бой. Андуне ловко увернулась и полоснула вампира мечом, отрубив ему половину крыла. Вампир неровно взлетел и тут же свалился обратно. Солнечная эльфийка, воспользовавшись моментом, отсекла ему второе крыло, чуть ли не под корень. Вампир взвыл и тут же на глазах стал изменяться. Он стал обростать шерстью, его конечности удлиннились - перед солнечной эльфийкой стояла большая человекообразная летучая мышь. Вампир, еще и оборотень - такого Андуне раньше не видала. Тварь прыгнула и одним ударом отбросила эльфийку к соседнему зданию.
      "Где же Маэг?", - следопытка поискала глазами рысь. Та лежала вся израненная недалеко от мертвого вампира. - "Отдыхай, ты это заслужила". Упырь-оборотень прыгнул снова - его лапа приземлилась совсем рядом с лицом эльфийки. Один из когтей чиркнул Андуне по щеке. Бусина крови вылетела из раны и упорхнула восвояси.
      - Ты мне дорого заплатишь даже за эту каплю! - Андуне прокатилась у монстра под ногами, молниеносно развернулась и вонзила саблю ему в спину. Тварь рванулась изо всех сил и отпрыгнула в сторону, унося в своей спине застрявший "Сорванный вереск". Эльфийка плюнула от досады - она оставалась полностью безоружной. Упырь немедля возобновил атаку, повергнув еле стоящую на ногах эльфийку на землю. Обе руки Андуне были прижаты лапами твари, над ее лицом возникла мерзкая зубастая харя. Из пасти стекала вонючая слюна. Но вампир-оборотень почему-то мешкал. "Ах, да!" - Андуне посмотрела на пряжку плаща - четырехконечную звезду из серебра. - "Так вот чего ты испугался!". Эльфийка резко выгнула спину и подалась вперед грудью. Острый конец серебряной звезды впился в глаз твари. Упырь жутко взвыл и на глазах рассыпался в прах, который ветер тут же разметал по мостовой. Но бой еще не был закончен. Андуне посмотрела вперед. Там, на связанную пленницу бежал зомби - в его руке поблескивал кинжал. Недолго думая, выхватив из пепла свою саблю, солнечная эльфийка рванула к ним, прямо на бегущего зомби. Что заставило ее это сделать? Она не понимала сама.
      Почти ослепленный божественной силой, мертвяк промахнулся в первый раз, хоть и напал неожиданно. Но следующий удар Шади встретила подготовленной, подняв руки таким образом, что удар острого клинка пришелся на веревку, разрубив ее пополам, задев при этом и руку. Она была свободна! Наемница откатилась в сторону, готовя очередное заклинание, но на ее противника уже напала солнечная эльфийка, окончив его загробное существование. Шади подняла руку, и с ее пальцев сорвался еще один мощный поток света, устремившийся в главаря нежити.
      - Аннэль, эта... пленница освободилась! - Андуне поднялась с мостовой, потирая ушибленное колено.
      Главный вампир принял свет, ударивший в его сторону, на клинок. Сабля, замерцав, радостно впитала в себя всю божественную энергию заклятия. Воспользовавшись тем, что главарь отвлёкся, Серый Кот его атаковал, причём довольно оригинально - метнул пять ножей, несущих на себе заряд светлой магии, очень мощный. Вампир всё так же отбил их саблей, разбив на куски. А его клинок, впитывая свет, светлел сам. Он даже стал слабо светиться. Кот, которому явно пришла в голову какая-то мысль, метнул в вампира своё последнее освящённое оружие - кинжал. От удара о Чёрное Солнце кинжал тоже разлетелся осколками, но дело было сделано - клинок впитал в себя ещё одну порцию святой магии и запылал. Вампир слишком поздно понял свою ошибку. Правда, он всё равно попытался отбросить клинок, но безуспешно. в следующее мгновение он стал уже кучкой праха. Серый Кот поднял с мостовой саблю, которая теперь ярко светилась. И не только собственным светом - из-за крыш домов показалось солнце. Наступал рассвет.
      - Аннэль, черт возьми, она же сбежит! - Эльфийка было рванулась в сторону пленницы, но тут же скривилась от резкой боли в ноге. "Этого ещё не хватало! Наверное, подвернула ногу, когда прыгала с крыши". Зажав в ладони один из амулетов, следопытка попыталась сосредоточиться и прочитать заклинание исцеления.
      Глаза Кота, казалось, светились. Глядя прямо на встающее солнце, он поднял клинок вверх, направляя прямо в центр светящегося круга. Почудилось, будто от светила протянулись лучи, впившиеся в самое острие меча. Через несколько секунд всё прошло. Опустив меч в ножны (как ни странно, они оказались как раз по размеру новому клинку), он внимательно посмотрел на полудроу:
      - Ты же не сбежишь, верно? Я думаю, тебе очень хочется жить... Поэтому не вздумай что-либо выкинуть, пока я буду вязать тебе руки!
      Кинув быстрый взгляд на Аннэля, Шади потерла запястья. По левому струилась кровь - след от клинка, разрезавшего ее путы.
      - Дай мне хотя бы исцелить рану, - сказала она.
      Аннэль слегка ухмыльнулся:
      - Это можно. Андуне, нам нужно уходить, пока не появилась стража с расспросами. У меня есть лицензия на использование магии, и раз никто из Шести не явился, значит и у того, кто прислал нежить она тоже была.
      Он связал Шади руки, пока Андуне приводила в порядок себя и свою рысь. Через пару минут они скрылись в ближайшей подворотне, быстро, но тихо следуя по улице с наглухо закрытыми ставнями – так в Аткатле часто боролись с жарой.
      "А эта девчонка неплохо сражалась!", - солнечная эльфийка поймала себя на мысли, что она уже не так злится на полукровку. - "Наверное, я устала! Вот и думается всякая ерунда!" Андуне тряхнула головой, продолжая идти за Котом и пленницей.
      Вскоре они достигли скромного с виду домика неподалёку от одних из врат города. Кот постучал в небольшое окошко какой-то сложной комбинацией. Их впустили и проводили к комнате с порталом, ведущим в логово местной ячейки Элдрет Велуутра. Аннэль заставил обеих девушек встать в круг на полу. Этот круг был выложен из дощечек другого цвета и породы, чем весь остальной пол. Вошёл эльф, впустивший их в дом. Убедившись, что все на месте, он что-то прошептал и взмахнул руками. Миг - и все трое оказались в другом помещении - явно каком-то каменном подземелье.
      - Ну вот, мы и на месте!

***

      Халлира была очень рада вновь оказаться в Аткатле, жрица никогда особенно не любила вылазки на природу. Не имея следопытских навыков, она всегда чувствовала свою уязвимость в лесах, зато городская жизнь наполняла прислужницу бога интриг и обмана радостью, давая возможность своими действиями служить Кайрику в полную силу. Наемница и молодой волшебник приехали в город уже под вечер, стремясь к ночи оказаться за относительно надежными городскими стенами. После длительного молчания, Мейсон, наконец заявил:
      - Аткатла собственной персоной. - Его голос звучал немного утомленно. Парень не очень любил этот город, редко выбираясь из храма Кореллона.
      - Мне нужно успокоить Торрена - моего наставника по ордену Пламени Темного Солнца, - сказала Халлира, указывая Мейсону нужное направление. - Зная его, не удивлюсь, если он уже всю Аткатлу на уши поставил, разыскивая меня - я ведь никому ничего не сказала, когда уходила на встречу. Мне и так придется ему долго объяснять, где я пропадала несколько дней. А у тебя есть какие-то планы? - Девушка вздохнула. Разумеется, вернуться в город ей нужно было не столько по этой причине, но Мейсону она больше ничего сказать не могла. Тем более, что в этот раз она даже не солгала, сказав о своем желании наведаться в Аткатлу. Просто сказала не всю правду.
      - Какие у меня могут быть планы, если мне сказали не отходить от тебя ни на шаг? Мой единственный план - ты, - волшебник в тон ей тяжело вздохнул. Он не любил работать няней, но выхода не было.
      - Если тебе что-то нужно в городе, то не обязательно отказываться от этого. А чтобы не нарушать приказ вашей руководительницы, я пойду с тобой, - пожала плечами эльфийка. - Тогда получится, что это я не буду отходить от тебя ни на шаг, но суть не поменяется.
      Халлира вела их по многочисленным извилистым улочкам и переулкам, но минут через десять остановила коня перед внушительным зданием. Дом, занимаемый орденом Пламени Темного Солнца был огромным роскошным особняком, впрочем, без каких-либо указаний на то, что находится внутри - адепты Кайрика предпочитали не афишировать свое месторасположение. Въехав в распахнувшиеся перед ней ворота и поманив Мейсона за собой, эльфийка спешилась, затем подошла к массивной входной двери и, глубоко вздохнув, трижды постучала в нее.
      - Небольшое предупреждение, - ожидая ответа, девушка повернулась к волшебнику. - Не отставай от меня, когда мы окажемся внутри, и нигде не останавливайся. Чужаков здесь очень не любят, но пока ты со мной, ты в безопасности.
      За дверью послышались шаги, и она медленно открылась. Еще раз вздохнув и готовясь к длительному объяснению с Торреном, Халлира прошла в холл. Мейсон кивнул и последовал за девушкой. Новая роль молчаливого сторожа ему не очень нравилась, но спорить с прихотью Мерзелль совсем не хотелось. Нет, он не боялся эту полоумную старуху, просто на кону стояло слишком много, а Мейс, закаленный временем, проведенным в Элдрет Велуутра, знал, что такие ставки не разменивают задаром. «Мда, отлично. И что я дальше буду делать? Нянчить детишек?», - маг тяжело вздохнул.
      В холле кроме привратника никого не оказалось, и Халлира проследовала к лестнице, ведущей на второй этаж, не оглядываясь, решив, что волшебник последует за ней. Пройдя в конец узкого неярко освещенного коридора, эльфийка остановилась перед одной из дверей и, постучав, вошла в комнату, оказавшуюся просторным кабинетом, обставленным дорогой мебелью. Сидящий за столом эльф, изучающий какие-то бумаги, поднял глаза на вошедшую девушку и, отбросив документы, вскочил с места.
      - Халлира, наконец-то! - Эльфийка еще ничего не успела понять, как оказалась в крепких объятиях мужчины, который, тем не менее, тут же отпустил ее, сурово нахмурив брови. - Где тебя носило? Я уже собирался отправить кого-нибудь на поиски... - взгляд немолодого эльфа остановился на маге. - А это кто?
      - Торрен, мне нужно было уехать на несколько дней, и предупредить я не успела. Извини, что заставила волноваться, - девушка говорила быстро, чтобы Торрен не успел задать новых вопросов, - а по его лицу было заметно, что он очень хочет это сделать. - Это Мейсон. Он... мой знакомый. - Заметив, что ее слова не сильно убедили эльфа, Халлира бросила еще один взгляд на Мейсона, но в этот раз в нем читалась просьба о помощи.
      Мейсон рассмеялся, услышав слова Халлиры.
      - Ну, зачем же ты приуменьшаешь наши с тобой отношения? - Волшебник оценивающе осмотрел мужчину с головы до ног. - Я ее любовник. А вот мое имя она назвала верно. Я Мейсон.
      - Любовник? - Торрен в свою очередь смерил оценивающим взглядом Мейсона и перевел его на девушку, приподняв брови. Халлира не отвела глаз, решив, что такая ложь не потребует дополнительных объяснений, и эльф понимающе хмыкнул. - Ну-ну, очередной кратковременный партнер. Не пройдет и пары дней, как...
      - Хватит, - эльфийка оттащила Торрена в сторону и начала что-то ему объяснять, причем довольно пылко - лицо Халлиры отражало малейшую перемену эмоций - в разговоре со старым другом она отбросила привычную маску. Через несколько минут девушка кивнула на какие-то слова эльфа и вернулась к Мейсону.
      - Пойдем, - Халлира направилась к выходу, не оглядываясь. Уже в коридоре она посмотрела на волшебника. - Мы на несколько дней задержимся в Пламени Темного Солнца - разумеется, если меня не призовет Мерзелль для испытания. Сейчас уже поздно, я устала и иду спать. Торрен сказал, что одна из комнат пустует, и ты можешь в ней расположиться. - Завернув за угол длинного коридора, эльфийка остановилась перед массивной дубовой дверью. - Вот твоя комната. Если тебе что-нибудь понадобится, моя спальня - через две двери, - Халлира немного помедлила и, неожиданно шагнув к парню, обвила его шею руками и крепко поцеловала. Но тут же отстранилась и, обогнув Мейсона, скрылась у себя.
      Волшебник немного опешил, когда на его губах снова оказался вкус губ Халлиры. Эта эльфика была необычной, а точнее странной. С одной стороны волшебник не видел в ней ничего такого, что показалось бы ему привлекательным или завораживающим. Да, Халлира была красива, но красотой отличались многие эльфы. Однако, присутствовало в ней что-то привычное, то, что было в нем самом. Та толика зла, которая лишена чрезмерного насилия и бездумных злодеяний. Обычное зло, которое он привык творить, которое есть сам он. Расположившись в своей комнате, даже не взглянув на ее обстановку, Мейсон присел на кровать и устало спрятал лицо в ладонях.
      Оказавшись у себя, эльфийка с наслаждением приняла ванну и переоделась в шелковую ночную сорочку, больше похожую на вечерний наряд - но что поделать, к роскоши Халлира была неравнодушна. Приняв от тихо постучавшей в дверь служанки поднос с ужином, звездная эльфийка слегка перекусила, размышляя о событиях последних дней. Сразу ложиться спать жрица не стала, а пройдя через всю комнату, открыла неприметную дверь, и вышла на небольшой балкончик. Сейчас ее любимые звезды светили ярко, как никогда, и некоторое время наемница просто стояла, любуясь ночным небом и вдыхая свежий воздух. Но вскоре Халлира вернулась в комнату и, удобно устроившись на своей мягкой кровати - не чета той, что была в трактире "Плоская стопа", погрузилась в сон-медитацию.

0

10

Глава 7
*

      Когда Эвели обнаружили, по гарему словно пронёсся порыв ветра, несущий с собой испуганные крики воронья. Громче всех вопила мадам Харита. Мало того, что похитили новенькую полудроу, да так, что никто ничего не успел заметить, кроме нескольких стражников, которые уже ни о чем не могли рассказать, так ещё и отравили лунную эльфийку. Мадам Харита была просто убита горем. Она уже предвкушала, какой славы добьётся при помощи талантов и красоты Эвели. Даже Салим почтил присутствием комнату мёртвой и досадливо поморщившись - лучше бы он оставил Сказительницу на сегодня, а эльфийку взял бы сразу к себе - приказал похоронить девушку в одном из огромных, внушительных склепов, находящихся недалеко от поместья, в живописных садах на берегу реки. Пообещав всё оплатить, Салим положил руку на плечо убитой горем мадам Хариты и вышел прочь.
      После его ухода, женщина принялась за организацию похорон, злости и ярости её не было предела, и многие слуги ещё ни один день вспоминали эти ужасные минуты. Эвели одели в изящное платье - то, которое она должна была надеть для вечерней встречи с Салимом. Платье цвета слоновой кости, собранное под грудью, с украшенными серебром бретельками. Маленькие атласные туфельки и хрустальный кулон-слезка довершили наряд покойной. Салим любил пышность во всём и не скупился даже на похороны "своих" женщин. Эльфийка лежала в гробу, словно живая, лишь длинные ресницы отбрасывали тень на матовые щёки и точеные нежные губы были бледнее обычного. Шелковые темные локоны волнами обрамляли её лицо, словно чёрная рамка прекрасную картину. Мадам Харита налюбовавшись напоследок, приказала засыпать покойную лепестками роз, которые как раз пышно цвели в эту пору.
      Действие зелья следовало обратить не позднее чем через сутки. Фьерн надеялся, что Салим откажется выслушать предсказание, но нет. Сказительница выразила Салиму сдержанные сожаления об утрате столь красивой и талантливой девушки, которая несомненно стала бы жемчужиной его коллекции и начала свое выступление. Салим получил предсказание - идеально спаянное с легендой и его прошлым, но вряд ли оно вызвало у него радость. Позже пришло осознание, но сейчас им овладевал только трепет священнодейства, наложенный на досаду и злость. После выступления Сказительница покинула особняк, сказав, что её тяготит дух погибшей наложницы.
      Смерть, пронёсшаяся над особняком, который ещё вчера кипел весельем, заставила погасить огни раньше обычного и выставить двойную стражу у женских покоев. В городе эти новости обсуждались почти во всякой таверне, завсегдатаи хватались за любой интересный факт и тщательно его обмусоливали. А в склепе на берегу реки, царила полная тишина, лишь свечи, горящие в подсвечниках и ещё не успевшие истаять, медленно роняли свои восковые слёзы. Два стражника у дверей склепа явно чувствовали себя неуютно. Слишком темна была нынешняя безлунная ночь, слишком пронзительны порывы теплого сухого ветра, слишком насыщена и тяжела смесь аромата роз и запаха воска. Старший отлучился ненадолго - он всегда отходил в это время - не молод все таки. Но эта "обычность" его молодого напарника не успокаивала и когда что-то зашуршало и заскрежетало в задней части склепа у него едва волосы дыбом не встали. Помявшись некоторое время, сторож отправился проверять подозрительный шум, озираясь вокруг.
      «Растяпа», - подумал Фьерн, - «ну, тем лучше...». Раздался короткий вскрик. Ловушка сработала. Всего лишь несколько неверных камней, но жив останется. А до возвращения старика у колдуна есть еще время. Но, несмотря на то, что этого времени у него было не слишком много, Фьерн невольно залюбовался лежащей в гробу эльфийкой - настолько она была хороша, и настолько сказочными были "декорации". Склонившись над гробом, колдун осторожно раскрыл губы Эвели, и влил ей в рот немного алой жидкости из прозрачного флакона. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем... Да, сердце ожило, но тело забыло как дышать. Недолго думая, Фьерн глотнул воздуха, накрыл губами рот эльфийки и передал ей глоток воздуха.
      Судорожно пытаясь вдохнуть, Эвели наконец ощутила приток воздуха и закашлялась. Резко сев и разметав покрывавшие ее розовые лепестки, девушка поражённо рассматривала помещение, свечи, гроб. Память постепенно возвращалась, и, увидев Фьерна, она обняла колдуна, уткнувшись лбом ему в плечо. Эльфийка тихо заплакала.
      - Это было ужасно, мне снилось, словно я умерла, но всё ещё живу, как будто меня хоронят, а я не могу крикнуть, сказать, что ещё жива... И дыхания нет, и сердце не бьется...
      Фьерн прижал Эвели к себе, тихо раскачивая, как маленького ребенка.
      - Тише... Все хорошо, ты жива, - он погладил её по шелковистым черным волосам, стараясь успокоить. - Прости, но у меня не было выбора, а я не мог оставить тебя там.
      - Да я знаю, - сквозь слёзы усмехнулась эльфийка, - я же твоя единственная ниточка к Организации. Теперь я в долгу перед тобой, и постараюсь помочь, правда пока не знаю как. Но мы что-нибудь придумаем... - Эвели смотрела на пламя свечи, постепенно успокаиваясь, глубокий голос колдуна возвращал ей решимость и самообладание.
      - Хорошо, - ответил Фьерн. - Обязательно придумаем. А сейчас нужно уходить пока стража не спохватилась. Не хочу, что бы меня поймали и за все совершенное порвали конями, - он саркастически хмыкнул и помог Эвели вылезти из гроба. Невольно его взгляд задержался на губах девушки, которые оказались такими нежными. Эльфийка стряхнула с себя лепестки роз, и подняв голову, поймала взгляд колдуна. Чуть улыбнувшись, Эвели шагнула к нему, и, обвив шею мужчины руками, быстро поцеловала Фьерна в губы. Отстранившись, она заметила:
      - Это на удачу. А теперь бежим отсюда, пока меня не приняли за призрак или ожившую ведьму.
      - Теперь я уверен, что нам повезет… - кивнув, Фьерн накинул Эвели на плечи захваченный с собой темный плащ. Прозрачное платье цвета слоновой кости было слишком заметным, и слишком тонким.
      Выходили человек и эльфийка через главный вход, старший стражник еще не вернулся. Далее их путь лежал через ухоженный парк, где в изобилии благоухали цветы, а ночные птицы выводили свои прекрасные песни. До тайного убежища звездочета, не того, где выступала Сказительница, а другого - небольшого домишки в бедном квартале, Фьерн вел Эвели около полутора часов. Пока они пробирались по городу, эльфийка вдыхала воздух свободы - запахи специй, моря и экзотических растений. С ужасом думалось ей, что если бы не помощь колдуна, она могла лишиться этого навсегда, ведь друзей, которые могли бы помочь, у барда не было.
      - Что это за старик, о котором ты говорил? - спросила девушка, когда впереди показался дом звездочёта. - Я думала, в Амне у тебя нет знакомых.
      - Это так. Мне повезло, что за короткий срок я сумел добыть достаточно золота. Этот Звездочет сам в глубоких долгах и крепко засел на дне, но мне удалось его найти. Иней помог. А там - дело техники. Отсидимся пару дней или пока не закончится переполох и будем решать, что делать дальше. Нужно купить лошадей, тех я продал, они были слишком приметны.
      Наконец они оказались в относительной безопасности. Изнутри домик был куда лучше и удобнее, чем снаружи: две комнаты, одну из которых занимал хозяин, кухня, чердак (оборудованный под кабинет), подсобка, купальня и подвал.
      Оказавшись внутри дома, Эвели сразу почувствовала расположение к неизвестному старику - дом был опрятным и уютным, намного более привлекательным, чем роскошные покои гарема, напоминающие золотую клетку. Девушка скинула капюшон плаща, осматриваясь. Простая тёмная мебель приятно гармонировала с плетёными на южный манер тростниковыми циновками. Одна из дверей приоткрылась и оттуда высунулась голова, обрамлённая короткой белой бородой и всклокоченными волосами.
      - Прошу вас не шуметь, молодые люди, - укоризненно заметил старик. - Ешьте, пейте, отдыхайте, только не шумите, у меня очень много работы.
      Дверь захлопнулась, они вошли в соседнюю комнату и Эвели улыбнулась Фьерну:
      - Забавный старикан, мне нравится. А где же наш герой - Иней?
      Герой выскользнул из-под единственной кровати и подбежав к Эвели, заурчав, потерся спинкой о её ноги.
      - Вот и он, - Фьерн посмотрел на питомца и пошел убирать с одного из стульев одеяния Сказительницы, раскиданные там в беспорядке. Под кучей покрывал обнаружилась мандолина Эвели. Держа котёнка на руках, бард прошлась по комнате.
      - Моя мандолина цела! Я уже не надеялась её увидеть, - девушка снова благодарно улыбнулась колдуну. - Как ловко ты всё придумал. Судя по этим тряпкам - ты и был Сказительницей, которая сидела на приёме у Салима. Я ещё удивилась, что она меня рассматривала. В тебе пропал актёр.
      - Просто немного импровизации, кое-что из трюков Вессалора и много-много мелкой магии - для фигуры, для голоса... - мягко ответил колдун Эвели, убирая экипировку. – Я забрал с корабля все твои вещи.
      Девушка взяла в руки инструмент, начав перебирать струны. Как обычно, звуки эльфийской мелодии успокаивали, приносили отдохновение уставшим мыслям и телу. В комнате было темно, лишь слабо теплился огонек свечи, стоявшей на столе. Эвели прикрыла глаза, ощущая покой и уют, которого так давно не испытывала.
      - А Змей предал меня, - неожиданно заметила девушка, не открывая глаз.
      - Продал, красавица. Элементарно продал, - спокойно отозвался Фьерн. - Хотя, возможно, он считал это "тонкой" местью, за то, что ты не осталась с ним. Капитан сказал мне так: "Змей говорил, что это не твоя женщина, и тут проблем не будет". Хотя, я подозреваю, что деньги Салима сыграли не последнюю роль.
      - Да, возможно, - девушка посмотрела прямо в глаза колдуна. - Люди всегда и во всём ищут выгоду. Наверное, это оттого, что ваша жизнь скоротечна, и вы стремитесь получить от неё как можно больше всего и сразу. - Она отложила инструмент и встала с кровати: - Ты, наверное, очень устал за эти дни и ночи. Это я спала целыми сутками. Ложись, отдохни.
      - Я тоже хочу добиться своей цели, - колдун спокойно встретил взгляд Эвели, - и я не слишком разборчив в средствах. Я усну, а ты будешь хранить мой сон, - он подмигнул ей, снова резко меняясь в настроении.
      Эвели предпочла дальше не продолжать эту тему, возможно когда-нибудь потом у них будет настрой поговорить по душам. Если всё само не придёт к логическому завершению.
      Фьерн действительно устал, роль Сказительницы его порядком вымотала. Скинув сапоги и сложив на стуле плащ, рубаху и пояс, колдун вытянулся на противоположном краю кровати. Прислушиваясь к тихому дыханию Фьерна, эльфийка сидела, откинувшись на подушку и укрыв одеялом ноги. Девушка смотрела на медленно тающее пламя свечи, прокручивая в голове события последних недель. Всё складывалось очень странно, прошлое, от которого она так долго бежала, неожиданно поглотило её и вновь пыталось вернуть себе добычу. Эвели посмотрела на лежащего с закрытыми глазами человека, раздумывая, настолько ли она благодарна ему, что готова снова скрестить свой путь с Элдрет Велуутра. Однажды она уже пострадала из-за того, что помогла человеку, и это изменило всю её жизнь. Иней свернулся клубочком на плече Фьерна, уткнув нос в хвост. Колдун дремал, закинув руку за голову, иногда резко поворачивая голову, то в одну сторону, то в другую и беззвучно бормотал что-то.
      Беспокойный сон мужчины наполнил сердце эльфийки нежностью, которую ей не удалось похоронить, как она ни старалась. Вспоминая как Фьерн помогал ей во время приступов "драконьей лихорадки", девушка не удержалась и, протянув руку, погладила его по тёмным волосам. Прикосновение эльфийки вырвало Фьерна из тяжелого сна. Однако, даже открыв глаза, он похоже не совсем соображал, в какой реальности находится. Протянув руку, он слегка коснулся щеки Эвели - на лице человека появилась какая-то странная улыбка.
      "Что ты такое делаешь, Эвели Неррель!", - внутренний голос словно разорвал девушку на части. - "Опять решила наступить на те же грабли?". Эльфийка отдёрнула руку от волос человека, но не отстранилась и прошептала:
      - Извини, я не хотела тебя будить. Спи дальше...
      - Все хорошо, - ответил колдун, убирая руку от лица девушки, и приподнимаясь на локтях. - Спасибо, что вытащила из дурного сна. - За окном уже занимался рассвет, и небо на востоке заметно порозовело.
      - Что тебе снилось? - спросила эльфийка, с удивлением замечая, что провела в раздумьях всю ночь, но не чувствуя усталости. Иней недовольный тем, что человек проснулся, перебрался к ней под бок.
      - Что-то непонятное, - колдун сел напротив Эвели, привычно скрестив ноги и выпрямив спину, - это было похоже на... клетку, но не для тела, а для души. Она большая, но она... не пускала мысли за свои пределы. И от этого было, прямо скажу, не очень хорошо... - качнув головой, он убрал с лица выбившиеся из заколки волосы.
      Девушка подняла голову, посмотрев на колдуна, потом покачала головой:
      - Действительно странный сон, я не улавливаю его значения... Возможно это реакция на ситуацию с твоим другом. Надеюсь, ты всё же немного отдохнул. Хотя пока нам спешить некуда. В городе, скорее всего суета и этот день можно спокойно отдыхать.
      Эвели лежала на кровати, подперев одну щёку рукой, а второй рукой гладила котёнка. Она так и была в гаремном платье, одна бретелька которого соскользнула с плеча, отчего вырез казался ещё глубже. В комнате царил предрассветный полумрак, окутывая её лёгкой туманной дымкой. Фьерн хотел сказать что-то, но невольно засмотрелся на лежащую рядом с ним эльфийку. Взгляд скользнул по девушке с ног, до макушки и вернулся к лицу. В потемневших глазах колдуна, с расширившимися зрачками сейчас столь ясно проявилось восхищение, что не заметить это было невозможно. Взгляды колдуна и барда пересеклись и на секунды, показавшиеся им вечностью, в комнате воцарилась тишина. Эльфийке казалось, что в этой гробовой тишине слышно как лихорадочно бьётся её сердце. Не слушая больше, что кричал ей разум, девушка протянула Фьерну руки, раскрывая объятия. Колдун склонился над Эвели, сплетая свои пальцы с пальцами девушки, и поцеловал её горячие нежные губы, сперва осторожно, потом все более глубоко и настойчиво. Самоконтроль колдуна рассыпался на мелкие осколки.
      Ее сердце забилось быстрее, хотя и так казалось, что ещё чуть-чуть и оно выскочит из груди, а все лишние мысли испарились. Притянув к себе колдуна ещё ближе, девушка, рукой не переплетённой с его пальцами, провела по обнажённой спине мужчины, чувствуя как под гладкой кожей напрягаются мышцы. Затем ее пальчики зарылись в густые волосы на затылке Фьерна, вызвав в нем дрожь удовольствия. Забытый всеми Иней, мяукнул, придавленный их телами и обиженно соскочил с кровати, отбежав к двери. Не открывая глаз, эльфийка засмеялась сквозь поцелуй.
      Прикосновения девушки обжигали, пробуждая во Фьерне тот огонь, который вне стихий и магии, который зажигается только в крови. Дыхание человека стало частым, прерывистым: он целовал губы Эвели, щеки, веки, всё лицо, шею, плечи и снова губы, словно хотел испить её всю. Эльфийка таяла в его руках, словно они поменялись местами и это она стала льдом попавшим в огненный плен. Она уже не помнила, когда в последний раз чувствовала себя такой беззащитной и покорившейся мужчине, но ей это безумно нравилось. Девушка целовала колдуна в ответ, наслаждаясь прикосновениями его сильных рук и требовательных губ. Услышав треск платья, она поспешила стянуть тонкую ткань. Фьерн помог ей выпутаться из складок платья, на секунду отстранившись, чтобы полюбоваться девушкой.
      - Восхитительная… - теперь тонкая ткань больше не препятствовала, и он уже мог целовать её всю. Лицо, руки, плечи, грудь - его губы скользили по её матовой мерцающей коже. Фьерн пил огонь Эвели и никак не мог напиться им, только шептал: «Пламя…».
      Утренний свет, проникающий сквозь тонкие занавески, освещал тела любовников, сплетённые в жарких объятиях, играя на капельках пота, выступивших на коже. В наслаждении закрывая глаза, мерцающие золотыми искорками на синем, Эвели впивалась ногтями в спину колдуна, обхватывала его стройными ногами, шепча его имя, которое теперь казалось ей самым важным на свете. Пламя захлестывало Фьерна с головой, и никак не могло насытить, пока ему не показалось, что оно поглотило его сознание целиком, перетягивая тело как струну, заставляя задыхаться, из последних остатков воздуха складывая имя Эвели.       Когда все вокруг рассыпалось и Фьерн, наконец, смог вздохнуть, он крепко прижал к себе девушку и поцеловал. Мыслей не было и его это его даже радовало. Эвели ласково ответила на поцелуй, прижимаясь к мужчине, и чувствуя себя на седьмом небе от счастья. Эльфийка сама поражалась, сколько эмоций одним разом возникли в ней, нарастая, словно снежная лавина. Тёплый ветер, всколыхнул занавеску, принося запахи морской соли и цветов, остужая молодые разгорячённые тела и освежая мысли. Сейчас мир казался эльфийке необыкновенным и радостным местом, в котором все тревоги отошли на второй план. Улыбаясь, Эвели прислушивалась к стуку сердца, обнимавшего её человека.
      Фьерн наслажался ощущением её кожи, шелковистостью и ароматом волос. Он не мог припомнить, что бы когда-то прежде испытывал нечто подобное, настолько отдавался страсти, полностью, без оглядки. Тщательно пестуемый годами самоконтроль разлетелся от первых же прикосновений этой девушки, это должно было тревожить, но сейчас почему-то не имело значения. Ни одна мысль не задерживалась настолько, чтобы помешать Фьерну наслаждаться этим редким моментом расслабленности и покоя.

**

      Чтобы не вызвать лишних подозрений и разговоров, Халлира несколько дней посвятила Торрену, выполняя некоторые из его поручений. Мейсон практически ни на минуту не оставлял девушку одну, порой весьма сильно ее нервируя. Отделаться от волшебника хотя бы ненадолго у жрицы не получилось. Пытаясь сообразить как именно ей передать сообщение для Шади, она не придумала ничего лучше, чем зайти в таверну и поговорить с трактирщиком.
      Таверна располагалась недалеко от дома ордена и они не стали брать лошадей. Поскольку Халлира просыпалась очень рано, на улицах практически никого не было. Мейсон плохо выспался и хмуро шагал на пару шагов впереди Халлиры, спрятав руки в карманы. Небо уже становилось светлым, солнце первыми лучами скользило по небосводу.
      - Хм, наверное, мы слишком рано вышли... - волшебник поджал губы. «В любом случае, я не мог больше терпеть святость этого ордена. Пусть и негативную святость, насыщенную злобой и ложью. Все равно, не люблю все эти богомольства и преклонения».
      - Радуешься, что вырвался на волю? - ехидно посмотрела на Мейсона эльфийка и хихикнула. - Похоже, мой орден не пришелся тебе по вкусу.
      Мейсон поморщился.
      - Да уж, я не в восторге от вашего ордена, я вообще все эти божественные дела не очень жалую, - признался волшебник. - Но у вас намного лучше, чем в храмах, скажем, Латандера или Тира.
      - Да уж, я думаю, - презрительно передернула плечом Халлира. - А чем тебе не угодили боги и их последователи? Ты же и сам, наверно, кому-нибудь поклоняешься?
      - Я не поклоняюсь, я просто следую за Велшаруном, - Мейсон посмотрел на Халлиру. - Никаких поклонений... Так, чисто профессиональный интерес.
      - Если ты думаешь, что я слепо подчиняюсь всем приказам Кайрика и его адептов, то ты ошибаешься. Я просто выбрала наиболее удобную для себя веру. Принц Лжи идеально подошел на роль моего покровителя, - сказала Халлира после нескольких минут молчания. Солнечные лучи играли на золотисто-белых камнях мостовой, заставляя девушку слегка щурить глаза.
      - Хватит оправдываться, - одернул ее Мейсон. - Это вера - оковы. Ты все равно будешь одной из многих. Просто слепо верить и служить, пока не падешь жертвой, среди таких же больных фанатиков, - волшебник поправил лисью шкуру, повязанную вместо шарфа. - Я не люблю жрецов, но ты сильно отличаешься от большинства. И твой дурацкий Кайрик тут не причем.
      - Я не оправдываюсь, - машинально ответила Халлира и с любопытством посмотрела на Мейсона. - И чем же я так сильно отличаюсь от других жрецов? Ты меня заинтриговал.
      - Ну, точно не своей красотой или фигурой, - маг пожал плечами. - Так то, ничего особенного… - Мейсон рассмеялся, глядя на Халлиру краем глаза. - А если серьезно, то ты, просто, не такая дура, как остальные. Ты, хотя бы, способна поддержать тему беседы, а не без конца болтать о своем тупом божке. М-м-м, и еще кое-что. Почему Кайрик? Особой злобы за тобой я не замечаю, обычно, жрецы злых богов не так милы и добры, как ты.
      - Наверно, просто потому что орден Кайрика мне первым попался. Моим единственным желанием в то время было сменить покровителя, Кореллон мне, честно говоря, никогда не нравился. А насчет моей злобы, точнее ее отсутствия... Я могу быть жестокой - с врагами. А не со всеми, кто встречается у меня на пути. А вот и моя любимая таверна, - жрица старалась не обращать внимания на внезапно вернувшуюся агрессию волшебника.
      Мейсон поднял глаза, читая надпись на вывеске.
      - "Дары моря"? Хуже названия не придумать! - маг толкнул ногой входную дверь. - Не особо я люблю морепродукты. Волшебник вошел внутрь, хмуро осматриваясь. Обстановка была довольно милой и уютной, большой главный зал поражал размерами, что особенно ощущалось в столь раннее время – столы были пусты, трактирщика или официанток тоже не наблюдалось. - Безвкусица, - протянул, парень, разглядывая чучела рыб на стенах. - Просто кошмар.
      Халлира закатила глаза и села за ближайший стол, решив, что сначала она поест, а потом выберет момент и незаметно поговорит с трактирщиком.
      - В любом случае, надеюсь, что здесь есть что-нибудь не морское... - начал Мейсон, подходя к ее столу.
      - Только морское, - ответила щуплая девушка, вышедшая из-за двери за барной стойкой. - Я Хила, дочь хозяина этого заведения. Но я его часто подменяю. Наша таверна может предоставить вам огромный выбор блюд из рыб.
      - А кроме рыбы что-нибудь есть? - Мейсон окинул взглядом фигурку девушки.
      - Таверна называется "Дары моря", дурачок, у нас есть только рыбные блюда...
      Маг нахмурился и подошел к стойке за которой стояла Хила.
      - Слушай меня, - прошипел он. - Я может быть молод, и не кажусь таким уж страшным, но дам тебе хороший совет, не стоит строить из себя самую крутую, понятно? Ты никто. Так что тащи свою мерзкую жрачку и замолкни.
      Девушка смотрела на волшебника, не в силах пошевелиться от испуга.
      - Ну вот, запугал бедную девушку, - насмешливо хмыкнула эльфийка. - С таким успехом она сейчас вообще сбежит, а мы не позавтракаем, - Халлира поднялась из-за столика и, подойдя к стойке, положила руку на плечо Мейсону, посмотрев на испуганную дочь трактирщика. - Принеси нам поесть чего-нибудь. И желательно, чтобы от этого чего-нибудь не несло морем на несколько миль, - фыркнув, эльфийка потянула парня за столик.
      Девушка еще несколько секунд смотрела то на Мейсона, то на Халлиру, а затем резко развернулась и побежала на кухню.
      - А что тебя не устраивает? - волшебник бросил взгляд на ладонь, которую эльфийка положила ему на руку. - Я думал, что ты менее лояльна к тупым дурам, которые заигрывают с первым встречным. - Маг резко направился к столу, оставив эльфийку позади.
      - Я просто хочу, чтобы нам принесли завтрак, - пожала плечами Халлира. - Почему ты злишься?
      Девушка вернулась за столик, сняв по пути плащ - на улице с утра было прохладно, но в зале царила непривычная духота, словно здесь никогда не проветривали. Маг посмотрел на Халлиру.
      - Может быть, я злюсь потому что ты все время одергиваешь меня и ищешь какие-то недостатки? - волшебник откинулся на спинку стула. - Если бы не приказ Мерзелль, я бы уже давным-давно занимался тем, чем хочу и с кем хочу. И уж точно это не имело бы ничего общего с тобой, - Мейсон уставился в пол.
      - Во-первых, я не ищу в тебе недостатки, зачем мне это? Во-вторых, если тебе так нестерпимо выполнять это задание, брось его. Ты не из тех, кто слепо следует приказам, боясь что-то сделать не так. Вот и пошли эту дуру Мерзелль и отправляйся куда хочешь, если я тебе так неприятна, - все это девушка выпалила на одном дыхании и, наконец, замолчав, отвела взгляд в сторону, постукивая пальцами по столу в ожидании завтрака. Мейсон рассмеялся.
      - Бросить? И упустить то, к чему я шел все это время, пока нянчился с тобой и все, что делал ранее... Нет уж, хотя, от тебя хорошего совета и не дождаться, - маг покосился в сторону стойки. - Зачем тебе искать во мне недостатки? А откуда я знаю? Но ты меня слишком часто чем-нибудь попрекаешь! Разве это не так?
      - Нет, не так! - огрызнулась Халлира. - Это еще нужно разобраться, кто кого чаще попрекает. Или, скажешь, я недостаточно от тебя наслушалась за то недолгое время, что мы знакомы? - эльфийка тоже посмотрела в сторону стойки. - Да где эта проклятая Хила с нашим завтраком? - взорвалась девушка. Настроение испортилось окончательно.
      - Не ори на меня! - воскликнул Мейсон, поднимаясь из-за стола. - Я говорил тебе только правду, а не просто глупые замечания! Ты ведешь себя, как тупая овечка! Совсем не думаешь своей головой, если бы не я, ты бы давным-давно пропала!
      - Знаешь, я как-то прожила больше ста лет, не будучи знакомой с тобой, и, поверь, спокойно прожила бы и дальше, - в голосе эльфийки звякнула сталь. Оставив ее слова без комментариев, волшебник направился на кухню, а через мгновение вернулся в зал.
      - Тупая дура... - прохрипел маг. - Ее там нет... - На улице раздался какой-то стук, а затем звон металла. - Стража... - прошептал Мейс. - Эта дрянь вызвала стражу!
      Услышав шум за окном и слова волшебника, жрица чертыхнулась, быстро поднявшись со стула и потянувшись за рапирой.
      - А теперь еще скажи, что мое замечание было глупым, - прошипела девушка, отступая в дальний конец зала и не сводя взгляд с входной двери.
      - Конечно же, глупым, - отрезал Мейсон. - Не надо было мне мешать!
      Маг вскинул руки, начиная читать заклинание. Деревянный пол треснул – из трещины показалась полусгнившая рука, затем еще несколько. Через пару мгновений у входа стояли три живых мертвеца. Дверь с грохотом распахнулась, и в зал вбежали пятеро стражников. Один из них, при виде нежити, вздрогнул, взвизгнул и упал в обморок. Четверо других крепче сжали мечи.
      - Чтобы ты ее вообще убил? - парировала Халлира, окинув оценивающим взглядом появившихся стражников. Немного поколебавшись, девушка отправила рапиру обратно в ножны и сняла с пояса один из кинжалов. Клинок резко разрезал воздух и вонзился в горло одного из мужчин, а рядом с эльфийкой начала формироваться расплывчатая черная тень. Мейсон облокотился о стол, наблюдая как его мертвецы и живая Халлира отбиваются от стражников.
      - Вы там только сильно не увлекайтесь, - волшебник зевнул. - Нам теперь другую таверну искать!
      Халлира наградила Мейсона испепеляющим взглядом и сняла с пояса еще один кинжал, тускло отливавший зеленым. Рискнувший приблизиться к ней стражник, немедленно получил удар в бок и начал заваливаться на пол, хрипя. Его рана скорее напоминала царапину, но проникнувший в нее яд действовал быстро, и скоро стражников стало на одного меньше. Тень поплыла к очередному противнику и поглотила его. Тихий крик - и на пол упало безжизненное тело. Девушка повернулась к последнему стражнику, который явно понял, что он влип. Мейсон ухмылялся.
      - Ну, давай, прикончи его, - заявил маг, уничтожая созданных им трупов.
      Пожав плечами, Халлира одним точно выверенным движением перерезала стражнику, с глупым видом сжимающему меч, горло. Хмыкнув, девушка повесила кинжал обратно на пояс и пошла подобрать второй клинок. Тень, в которой отпала надобность, просто растаяла в воздухе.
      - И что теперь? - хмуро спросила эльфийка. - Тебе не кажется, что после этого побоища за нами начнет гоняться вся стража Аткатлы?
      Похоже волшебнику и жрице было не суждено поесть в этот день. Как только Халлира произнесла последнюю фразу воздух перед ними замерцал и возникли три фигуры одетые в балахоны. Одна из них выступила вперёд и раздражённо заговорила.
      - В последнее время в нашем городе творится просто невообразимое! И теперь мы знаем, кто в этом повинен! Вы заплатите за всё, что вы тут устроили!
      Трое магов воздели руки и громко прокричали несколько слов, после которых Халлиру и Мейсона оплела паутина магии, причём с такой силой, что они не в силах сделать вдох, потеряли сознание. А когда очнулись - оказались в тюрьме Аткатлы, которая совершенно не славилась гостеприимством и снисхождением к чародеям. Их камера была большой и вмещала в себя ещё несколько магов, причём по виду некоторых - явно безумных.

***

      Вокруг стоял запах сырости и плесени, напоминающий о могилах и склепах. Андуне ненавидела этот влажный липкий воздух, поэтому старалась дышать ртом.
      - Что теперь? - спросила эльфийка у Серого Кота и сбила щелчком паука, упавшего ей на плечо.
      - Теперь найдем местного руководителя, сдадим добычу и начнем разбираться, что к чему.
      В присутствии Шади Кот не стал упоминать о том, что их специально направили в амнскую ячейку, чтобы разобраться со странными делишками, которые тут творились в последние годы. Впрочем, Андуне никогда особенно и не интересовалась подробностями их заданий, оставляя более мудреные элементы работы на Элдрет Велуутра Аннэлю.
      При слове "добыча" Шади кинула на Кота холодный презрительный взгляд, но потом сразу отвернулась и принялась рассматривать дальнюю стену, гадая, штабом чего является это неприветливое место. Андуне взяла эльфа за руку и увлекла на пару шагов в сторону.
      - Аннэль, помнишь, что ты мне говорил? - быстро зашептала она.- Ты говорил, когда она станет не нужна, её отдадут нам. Это точно? Я не оставляю в живых ни одного дроу, который встречается у меня на пути! - Оглянувшись на Шади, она добавила: - Пусть даже это только наполовину дроу!
      Серый Кот наклонился к напарнице.
      - Да. Я надеюсь... У меня возникают сомнения по поводу того, зачем она нужна тут. Раньше я об этом не задумывался, но сейчас... Нам нужно быть настороже!
      - Тогда давай как можно скорее отведём её к кому следует! - Не дожидаясь ответа, Андуне зашагала вперед по сырому каменному коридору.
      - А отвести её следует в камеру до тех пор, пока она не понадобится, - раздалось из полумрака и перед эльфами предстал их собрат в темном монашьем кимоно. Сказав, что сегодня его смена охранять портал, мужчина отправил своего помощника с пленницей в казематы, и указал новоприбывшим куда им следует направиться с отчетом. Из подвала вел коридор, освещённый масляными лампами. В одно из ответвлений этого коридора сопроводил Шади охранник. Там располагалось несколько дверей. Эльф открыл одну из них:
      - Сюда!
      Втолкнув пленницу в камеру и аккуратно сняв у неё с шеи волшебный шнур, он захлопнул дверь. Шади слегка пошатнулась от толчка, которым сопроводил ее эльф, но устояла, и когда дверь захлопнулась, она невольно потерла место, где была веревка. Полудроу обошла камеру, гадая, что ее ждет дальше. Она была полна сил и готова бороться за свою жизнь, если придется. Хотя, ведь полуорк обещал, что за ней будут следить. Оставалось надеяться, что ее "охранники" где-то неподалеку.

****

      Аннэль и Андуне еще не бывали в этом храме. Прибыв в Аткатлу, напарники получили направление на несколько заданий, одним из которых было похищение Шади. Торринар – эльф-лич, управляющий их ячейкой далеко за морем в Холмах Серого Плаща, посчитал, что необходимо наладить контакт с местным главой, от которого давно не появлялось сообщений.
      По дороге Серый Кот решил заглянуть к знакомому эльфу Амьбреону, который являлся их связным в городе, а теперь должен был вернуться в храм. Амьбреон происходил из древнего эльфийского рода, про который говорили, что он уходит корнями в седую древность. Из него произошло немало великих магов и властных королей. И лишили его род власти... люди. Он состоял в Организации уже давно и ему пророчили место главы ячейки.
      - Приветствую, дружище! - заглянул Аннэль в кабинет Амьбреона. Беловолосый и черноглазый эльф поднял глаза от лежащих на столе документов, и на лице его на миг сверкнула улыбка.
      - Баа... Кто пришёл! Мои новые друзья! Ну, как очередное задание? Кого убили и в каком количестве?
      Кот на мгновение замер на пороге, в упор разглядывая эльфа. Тот выглядел неважно: под глазами мешки, около губ - жёсткие складки, а на лбу собрались морщины.
      - Убили? Одного лишнего. Он нарушил кодекс и считал, что это сойдёт ему с рук. А вообще моё задание было не убить - а доставить сюда. Пленницу из гарема. Живой и невредимой. Уж не знаю, зачем она понадобилась.
      Андуне вошла в кабинет вслед за Серым Котом, но осталась стоять у двери, прислонившись к стене, и скрестив руки на груди. Пропустив мимо ушей любезности, которыми обменивались эльфы, она уже начала скучать, но, при упоминании о пленнице, оживилась.
      - Так-так, - пробормотала эльфийка себе под нос, - кажется здесь становится интересно.
      Амьбреон слегка нахмурился, глядя на вошедшую эльфийку. Многозначительно взглянув на Кота, он высоко поднял брови, в ответ на что Аннэль дёрнул уголками губ и моргнул попеременно обоими глазами, правым и левым. Ухмыльнувшись, Кот обратился к девушке:
      - Уж кого-кого, а Амьбреона ты знаешь.
      - Знаю, поэтому и не удивляюсь такому "радушному" приёму, - Андуне криво усмехнулась, - но и в коридоре ждать тоже не собираюсь. Кстати, мы торопимся, ты не забыл?
      - Да, ты права. Извини, дружище, нам нужно идти. Нас ждёт начальник.
      Как только тяжелая дверь кабинета глухо захлопнулась, Андуне обратилась к Коту:
      - Я думала, ты собираешься узнать у него, зачем нужна эта полудроу. Разве нет?
      Кот не слушал девушку. Лицо его из радостного стало злым и напряжённым.
      - Не до этого сейчас. Если мои подозрения истинны... - он замолчал и зашагал дальше по коридору. Андуне ненавидела, когда её игнорировали. И тем более, когда от неё что-то скрывали. Она забежала вперёд и преградила эльфу дорогу.
      - Послушай меня, Аннэль, - прошипела она, уперев руки в боки, - мы работаем вместе, так что будь добр, выкладывай всё как есть!
      Аннэль пожал плечами:
      - Ладно. Как хочешь. Расскажу. Ты, может быть, слышала о странных привычках местного начальства? Так вот, Амьбреон кое-что мне рассказывал. Если это правда, то... думаю, наша пленница понадобилась для каких-то экспериментов. И что вся нынешняя кутерьма - неспроста. Глава использует нас для своих планов. И кое-что ещё... ты, я думаю, слышала, что люди организовали ответные убийства наших соплеменников? Так вот, есть подозрение, что глава и с этим связан.
      Эльфийка широко раскрыла глаза и присвистнула:
      - Да чтоб мне провалиться через... - Андуне не договорила своё любимое ругательство, увлеченная какой-то новой мыслью. Некоторое время она шла молча, задумчиво покусывая кончик тонкой золотой прядки волос. Это означало крайнюю степень сосредоточенности. Наконец девушка пожала плечами, и, обращаясь куда-то в пустоту, проговорила: - Ну и ладно... Если эксперимент её прикончит, мне же меньше работы.
      Аннэль кивнул и стал подниматься по лестнице. Этажом выше, пройдя по коридору, они очутились перед дверью, ведущей в кабинет главы. Кот постучал, не дожидаясь приглашения заглянул внутрь и остолбенел. Вместо ожидаемого им главы – лунного эльфа, в кабинете оказалась старуха дроу. За свою наглость Аннэль поплатился мощным магическим ударом в грудь, который отбросил его к дальней стене коридора. Перед Андуне появился невысокий лесной эльф в чёрном балахоне, с силой захлопнувший за собой дверь. Уставившись на девушку серыми, почти прозрачными глазами, он прошипел:
      - Госпожа Мерзелль сегодня не в духе, а этот идиот ещё смеет вламываться в её покои. Вам повезло, что у неё было для вас задание, иначе... - он не договорил, и, сложив руки на груди, приказным тоном продолжил. - Ваше задание - вернуться в Аткатлу и разыскать новенькую – звездную эльфийку Халлиру, она с этим человеческим прихвостнем - Мейсоном. Приведите их сюда. У госпожи подозрения на её счёт, к тому же девушка на стадии проверки. Разумеется о подозрениях ни слова. Всё.
      Эльф повернулся и удалился обратно в кабинет. Глаза Аннэля, обычно жёлтые, как у тигра, теперь казались красными. В руке его дрожал метательный нож, а одна губа приподнялась, обнажая довольно длинный клык. Казалось, он сейчас сорвётся - и не поздоровится этой Мерзель и её подручному. Увидев, что её приятель вот-вот наделает глупостей, Андуне ринулась к нему. Мягко, но крепко она схватила руку эльфа, сжимающую нож.
      - Если тебя прельщает перспектива стать безвольным зомби, или ещё кем похуже, то вперёд, попробуй прикончить её сейчас! Лично мне плевать, делай что хочешь, но я не собираюсь одна выполнять задание, которое нам поручили выполнять вдвоём!
      - Ты видела кто эта Мерзелль?! – Серый Кот смотрел на девушку, удивляясь ее спокойствию. Потом он понял, что она просто не успела ничего заметить. – Это же дроу!
      - Что?! – глаза Андуне расширились, и она рванулась было к двери, но теперь уже Аннэль крепко держал следопытку за руку, проклиная свой длинный язык.
      - Стой! Не сейчас! Не здесь! – он потащил вырывающуюся девушку прочь от кабинета, до боли сжимая сильными пальцами ее запястье, так что наверняка останутся больные синяки. Завернув за ближайший угол, он развернулся и схватив Андуне за плечи, прижал ее к стене, ловя яростный взгляд эльфийки. – Ты ничего не поняла? В этой ячейке главой был мужчина, лунный эльф. Я забыл его имя, но не суть… А теперь это женщина дроу по имени Мерзелль. Мы должны сделать вид, будто все в порядке. Возможно, они принадлежат к подпольному течению Элдрет, ратующему за присоединение дроу к нам, к чистокровным эльфам!
      - Никогда! – громко воскликнула Андуне, пихая Кота в грудь, как будто это была его идея.
      - Тихо, глупая! Мы будем делать вид, что ничего необычного не происходит. А сами пошлем весточку Торринару. Ты слышала еще интересную вещь? Нам поручили найти звездную эльфийку – большую редкость в этих краях - и человека. Они вербуют людей здесь. И проводят странные эксперименты на полудроу. Не знаю, в чем их безумная цель, но она явно выбивается из целей Организации. Поэтому не глупи и успокойся. Нам пора выполнять задание.
      До Андуне наконец дошло что-то помимо слова «дроу». Она высвободилась из рук лунного эльфа и глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.
      - Да, давай поскорее отсюда уберёмся. Мне даже неважно куда, лишь бы подальше, - Андуне огляделась вокруг и поморщилась. - Уходить будем тем же путем, каким пришли?
      Аннэль кивнул, и они отправились вниз, вновь спускаясь в подвал к порталу.

0

11

Глава 8
*

      Бард и колдун провели в постели полдня, изредка наведываясь на кухню за едой. Старик не появлялся из своей комнаты, и Эвели казалось, что они с Фьерном вдвоём в этом тихом и мирном домике. Сейчас эльфийка, с растрёпанными волосами, но весьма довольным выражением на лице, сидела на кровати, завернувшись в простыню и поедая маленькие пирожки, начиненные острым фаршем - национальным блюдом Амна. Возможно, денег у старика и не было, но в продуктах он себе явно не отказывал.
      - Надеюсь, мы не помешали старику своими криками, - лукаво поглядывая на Фьерна, заметила девушка.
      - Думаю, в его комнате по желанию выставляется защита от посторонних звуков, - задумчиво закусив губу, ответил Фьерн, - либо что-то подобное.
      Колдун, решивший не утруждать себя одеждой, чистил какой-то местный фрукт с толстой кожей и сочной кисло-сладкой мякотью. Фьерн успел ополоснуться и его волосы, до сих пор не высохшие, лежали влажными прядями отброшенные за спину. Иней спал на упавшем на пол платье Эвели, словно заявив на него права. Продолжая улыбаться, девушка рассматривала серьёзное лицо колдуна, словно вспоминая о чём-то.
      - Когда я увидела тебя впервые, не подозревала, что всё этим закончится, - наконец сказала она, доедая пирожок и потянувшись за открытой бутылкой вина, стоявшей рядом с кроватью.
      - Да-а? - протянул Фьерн, и в его глазах сверкнуло лукавство. - Ну-ка, расскажи. Хм... Хотя я помню, как ты меня едва не отшила, - ухмыльнулся колдун, - взбалмошного, нахального шулера, - он отправил в рот дольку фрукта, и прожевав продолжил, - впрочем, я тоже не знал, куда нас приведет столь... неординарно начавшееся путешествие.
      Эвели налила вино в два стакана и отпила из одного, протягивая второй Фьерну. Эльфийка не могла разобраться в своих чувствах - такого с ней не было уже очень давно. Сердце сладко сжималось от одного присутствия колдуна, а его прикосновения... Это не было похоже на простое влечение, к симпатичному мужчине, которое она испытывала не раз. Испугавшись, куда могут привести её мысли, она сделала очередной большой глоток вина.
      - Скажи, Фьерн, а что тебе нравится в жизни? Что тебе интересно? До сих пор мы лишь преследовали конкретные цели, а на досуг времени совсем не оставалось, - сменила тему эльфийка, и, почувствовав, что становится жарко, вытащила одну ножку из-под одеяла, положив её сверху и подставляя дующему в окно ветерку.
      - По жизни... Ну... Пожалуй, ты меня озадачила... Но если смотреть широко... Мне нравится странствовать, узнавать что-то новое, постигать... По натуре я авантюрист. Причем сознательно выбрал этот путь... вернее... - движение Эвели не укрылось от его глаз и Фьерн ощутил, как по телу прокатилась горячая волна. Он не мог припомнить за собой такой впечатлительности, разве что совсем в юности, но оно было совершенно иначе. И с той поры он стал куда сдержаннее во всех смыслах. По крайней мере считал так, до этой ночи. Почувствовав, что забыл, о чем говорит, он был вынужден восстанавливать цепочку разговора. - Так вот, выбрал сознательно, но не без воли обстоятельств, впрочем, впоследствии я ни разу не жалел о своем выборе.
      - Мы с тобой похожи в этом. Я тоже считаю, что нет ничего интереснее путешествий, каких-то открытий... Наверное, потому у меня до сих пор нет своего дома. Нигде не случалось задержаться подолгу, хотя недавно я считала, что получится.
      - Дом… Наверное это то место, куда хочется возвращаться. Где тебя кто-то и что-то ждет, - подумав немного, сказал Фьерн. - Но откуда ты вновь уйдешь, потому что не можешь иначе. Дверь должна быть открыта, иначе дом превратится в тюрьму.
      - Абсолютно верно, - Эвели удивлённо кивнула, ведь колдун будто бы прочитал её собственные мысли. - И так считают большинство лунных эльфов, поэтому мы часто путешествуем, в отличие от остальных наших родичей... Ты веришь в судьбу? - вдруг спросила она, отставляя стакан и с интересом глядя на Фьерна.
      Колдун ненадолго задумался.
      - Наверное, все-таки верю. В конце концов, без воли судьбы я не оказался бы здесь, - вновь отпивая вино, он смотрел на Эвели поверх кромки стакана. - Но, не имея своей воли, на судьбу надеяться нельзя. Нужно знать - чего хочешь.
      - Мне казалось, я хочу одного достичь, а другого избежать. В итоге всё равно, что-то меняется так или иначе, - девушка задумчиво встретила взгляд колдуна. - Но сейчас, по крайней мере, я очень рада, что наши порталы оказались поблизости друг от друга.
      Улыбнувшись, Эвели потянулась к Фьерну за поцелуем. Колдун отставил недопитый стакан и нежно приник к ее губам, запустив пальцы в густые длинные волосы эльфийки, и обняв за точеную талию другой рукой. Иней проснулся было, открыл один глаз, недовольно фыркнул и снова уткнул нос в кончик пушистого хвоста.
      Поздним вечером, на кухне, куда девушка зашла за едой для ужина, она столкнулась со стариком-хозяином. Поздоровавшись и поблагодарив его за гостеприимство, бард принялась набирать еду на поднос. Повернувшись, чтобы выйти, она увидела, что старик так и стоит в дверях, уставившись на неё, словно увидел какое-то чудо. Пробормотав что-то про "драконов" и "нужно скорее проверить", старик бросился с кухни в свою комнату. Удивлённо посмотрев ему в след, Эвели отнесла поднос к себе и поставила его на столик, продолжая раздумывать, что бы это могло означать.
      Фьерн, для разнообразия решил немного помедитировать, что ему сейчас давалось с большим трудом, так как отрешиться от насущных мыслей никак не получалось. Услышав, как вошла Эвели, колдун открыл глаза, сразу заметив ее сосредоточенно-задумчивое выражение лица.
      - Что-то случилось?
      Эвели покачала головой, подходя к окну и вглядываясь в южную ночь.
      - Нет, всё в порядке. Но старик этот немного странный. Нужно будет потом поговорить с ним. Ты сказал, он вроде звездочёт, может, прочтёт мою судьбу по звёздам...
      - Скажем так, - Фьерн поднялся с кровати, - он считается звездочетом, но он не только предсказатель, - колдун подошел к Эвели со спины и обнял эльфийку. - Он немного маг, причем, его заклинания довольно необычны. Но еще он несомненно ученый. Когда я говорил с ним, в его кабинете, там были целые залежи раритетной макулатуры, и несколько довольно любопытных предметов.
      Эльфийка прислонилась к Фьерну, чувствуя себя необыкновенно уютно в его руках. Лёгкий ветерок шевелил волосы девушки, и она прикрыла глаза, думая о том, что было сказано. «Узнать судьбу... может лучше и не знать её совсем, тогда возможно будет не так уж больно... Жить мгновениями, как делают это люди... Нужно постараться отложить все проблемы, требующие решений на завтра".
      Эвели повернулась и покрыла шею колдуна лёгкими поцелуями. Фьерн откинул голову назад, прикрыв глаза, его ладони скользнули по её рукам и плечам, зарылись в густые, благоухающие свежестью волосы. Эта невесомая, словно свежий бриз ласка подействовала на него как искра. Прошептав что-то, колдун увлек Эвели к постели, и растянулся на смятых покрывалах на спине, так, что девушка оказалась сверху. Эвели склонилась над ним и её мягкие волосы, завесой скрыли целующуюся парочку. Впереди была ещё одна ночь отдыха, и эльфийке хотелось насладиться каждым мгновением, вспоминая их потом, когда каждый пойдёт свои путём. Если доживут, конечно. Пламя почти догоревшей свечи отбрасывало танцующие тени на стены комнаты - грациозная женская фигура в крепких мужских руках.
Горячий шепот, страстные вскрики, чувственные стоны звучали до самого утра, когда, наконец насытившиеся друг другом - на эту ночь - Фьерн и Эвели заснули, сплетенные в объятиях. Эти дни были для них передышкой. Скоро, совсем скоро предстояло вернуться в мир полный проблем и задач, требующих решений, встать на дорогу, с которой не будет возврата. Но сейчас эти мысли казались кощунством, под косыми лучами лунного света падавшего в окно и игравшего на переплетенных черных волосах.
      Проснувшись на следующее утро в объятиях колдуна, Эвели перевернулась на другой бок, оказавшись к нему лицом. Некоторое время она лежала так, рассматривая каждую чёрточку, любуясь его человеческой внешностью, которая всегда притягивала ее больше эльфийской. Почувствовав, как защемило сердце, девушка на секунду прикрыла глаза.
      - Доброе утро, красавица, - тихо прошептал Фьерн, просыпаясь. Синие глаза Эвели оказались совсем рядом, и колдун поцеловал изящно очерченную бровь девушки. - Ну что, какие планы на сегодня? Очередной день блаженного безделья, - предположил человек, потягиваясь, - или таки сходим на базар, чтобы пополнить наши запасы?
      Эвели улыбнулась, заправляя одну выбившуюся прядь за острое ушко и потягиваясь. Она прижалась ближе к мужчине, обвивая его шею руками и заглядывая в его глаза - обычно колючие голубые, но в последнее время всё чаще темнеющие до лилового, особенно когда он смотрел на неё.
      - Я с удовольствием провела бы здесь вечность, но боюсь, это невозможно. Придётся посетить местный рынок.
      Говоря так, девушка радовалась, ведь редкая женщина не любит побродить по магазинам, а уж бард - тем более от них без ума. Фьерн мягко улыбаясь, любовался лицом Эвели, поглаживая девушку по гибкой спинке.
      - М-м-м, тогда надо вставать, а то самые "вкусности" без нас раскупят, - он подмигнул эльфийке. - А нам еще надо перекусить и как это не прискорбно - одеться.
      В противовес событиям последних дней, сборы и завтрак были полны радости и веселья, как это часто бывает, когда двое находят общество друг друга самым важным и приятным на свете. Эвели решила сменить брюки с рубашкой на платье, поскольку в Аткатле стояла сильная жара. Она достала из сумки несколько вещей, спросив у колдуна, в чем бы он хотел ее видеть. Фьерн окинул обнаженную еще девушку внимательным взглядом с головы до ног, и широко улыбнулся:
      - Так ты мне особенно нравишься.
      - Тебе придется смириться с тем, что я не могу ходить в таком виде, - хмыкнула бард, задумчиво рассматривая свои наряды.
      Фьерну всегда был близок довольно строгий, сдержанный стиль в одежде, однако он сомневался, что это подойдет эмоциональной эльфийке. К тому же, колдун не слишком хорошо разбирался в дамских нарядах, не то, что Вессалор.
      - Может быть это… - он потянул что-то из темно-синего струящегося шелка с едва заметной золотой нитью, ловящей солнечные блики. Это оказалось платьем с тугим корсажем, воротником-шарфом, легкой юбкой и резными рукавами, открывающими плечи. Эвели надела наряд, подчеркнувший все прелести её фигуры, туфельки из гарема сменили мягкие сапожки из лёгкой серой замши, как раз подходящие к местному климату и в тоже время удобные. На платье надевался широкий пояс, прошитый едва заметной золотистой ниткой, к которому очень удобно крепились ножны с кинжалами. Девушка выбрала также и тонкий плащ - серый - в тон к сапогам, скрывающий при необходимости лицо.
      - По-моему очень неплохо, - сказал Фьерн. - Впрочем, такой красавице всё к лицу. - Он подошел к Эвели, откинул полу её плаща и поцеловал оголенное плечико.
      Выйдя из дома парочка отправилась на базар. Рынок Аткатлы, именовавшийся Домом Ваукин был поистине гигантским местом, поэтому Фьерн и Эвели могли спокойно затеряться в его толпе, наслаждаясь совместной прогулкой. Этот базар славился тем, что на нём можно было купить практически всё, что угодно. Разумеется - за свою цену. Дом Ваукин был построен в виде овальной площади, окружённой пятидесятифутовыми ступенчатыми стенами, и состоял из четырёх высоких этажей. Нелегальные товары, однако, было приобрести сложновато - постоянные патрули прочёсывали весь рынок – но возможно.
Человек и эльфийка лавировали в море толпы, останавливаясь то у одного лотка, то у другого. Они рассматривали оружие, амулеты, великолепные ткани, привезенные сюда из самых разных мест Фаэруна. В лавке алхимика, Фьерн приобрел несколько необходимых для его чар ингридиентов. У травника, Эвели нашла некоторые редкие, растущие только в Амне, растения. Зачарованные вещицы не поразили их воображение настолько, чтобы захотелось что-то купить, и они медленно шли вдоль торговых рядов.
      - Расскажи мне, чем примечательна Аткатла, - попросил Фьерн барда.
      - Я вообще-то была здесь двадцать лет назад, - усмехнулась эльфийка, беря колдуна под руку и двигаясь сквозь толпу. - И то с Корином... - она осеклась и немного помолчала. - Они проходили мимо богатых прилавков, с разложенными на них прекрасными украшениями, изящной работы. Эльфийка невольно дотронулась до мочки уха и вдруг поняла, что её любимые серебряные серьги остались в гареме. - Если рынок тебя больше не интересует... - она задумалась, - ну от богатых кварталов лучше держаться подальше, там можно встретить кого-нибудь из гарема. Но я знаю, что в районе доков есть "Лунный Зал" - это вроде "Лунной Маски" в Невервинтере, если ты знаешь такую. Когда-то там подавали неплохую еду и показывали представления.
      Фьерн обратил внимание на жест Эвели и пробежал глазами по рядам драгоценностей, на глаза ему попались вытянутые капельки лунных камней в серебре. Остановив эльфийку, колдун указал на пару и предложил примерить. Вокруг были и более дорогие металлы и камни, но эти приглянулись ему оригинальной тонкой работой - профили серебряных полумесяцев над камнями словно лукаво улыбались и подмигивали. Эвели надела серьги и её глаза заискрились, словно лунный камень почувствовал в девушке свою истинную хозяйку. Серьги удивительно шли эльфийке, подчёркивая нежный овал её лица. Девушка молча смотрела на Фьерна, чувствуя, что ей неожиданно трудно стало подобрать слова. За долгую жизнь, ей дарили множество различных драгоценностей, но именно внимание этого человека показалось ей более дорогим, чем горы самоцветов. Это напугало ее. Проглотив ком, вставший в горле, она сказала:
      - Лунный камень... Его с давних пор используют для привлечения любви. Камень не только привлекает любовь, но и пробуждает это высокое чувство в своем владельце. Лунный камень, часто является талисманом бардов и художников. Он раскрывает их таланты, дарит вдохновение, побуждает к творческим порывам. Лунные эльфы считают его талисманом Эревана-Хамелеона.
      На лице Фьерна на какой-то миг застыло выражение недоуменного узнавания.
      - А ведь и верно, - в своё время колдун изучал магические свойства камней, но на тот момент, он вовсе не держал их в голове. - Правда я не думал об этом, просто мне показалось, что они тебе пойдут. И, пожалуй, я не ошибся, они тебе определенно к лицу.
      Расплатившись, они еще какое-то время побродили по базару, после чего Фьерн предложил вернуться в дом звездочета. Правда перед самым уж выходом он спохватился и прикупил себе пару рубах про запас. Вернувшись в дом, они совместно решили, что уже очень поздно и не стоит мешать старику своими вопросами, лучше оставить их назавтра и уже на свежую голову во всём разобраться. Таким образом, они подарили себе ещё немного свободного времени. Свободного от забот, тревог и печалей. Времени, которое они могли разделить вдвоём.
      В эту ночь Эвели тонула не просто в волнах наслаждения, она тонула в глазах колдуна, словно в холодном омуте, осознавая, что сердце её больше ей не принадлежит. Жар пламени растапливал заледеневшее когда-то сердце Фьерна, но было уже поздно пытаться что-то с этим делать, да он и не хотел. Вкусив пламени, он уже не мог насытиться им, вновь и вновь с головой бросаясь в эту бурю чувств. Колдун не знал, чем его приворожила эльфийка, да и признавался себе, что и не хотел бы знать. Это уже не имело значения рядом с той страстью и нежностью, что растопили его кровь.
      Проснувшись на следующий день, бард почувствовала грусть - отдых закончился, впереди было много дел, длинный путь ожидал их у порога домика звездочёта. Девушка лежала в постели, заложив одну руку под голову и глядя в потолок на солнечные зайчики, отражающиеся от стаканов, стоящих на столе. Она прислушивалась к дыханию спящего рядом мужчины, ловя последние минуты спокойного отдыха

**

      - Черт… - прохрипел Мейсон, трогая свой затылок. Очнувшись, он обнаружил, что у него очень болит голова. - О, замечательно... - ладонь, которой маг прикоснулся к затылку, была испачкана в алой крови. - Дурацкий город! Ненавижу Аткатлу!
      Халлира слегка потрясла головой, пытаясь понять, где она - мысли были весьма сумбурными.
      - Не стоит говорить об этом так громко здесь, - заметила девушка, подозрительно покосившись на магов и на всякий случай, отодвинувшись от них подальше. Заметив кровь на руке парня, она нахмурилась. - Что с тобой? Ты ранен?
      Мейсон бросил на Халлиру злобный взгляд.
      - А не заметно? Если у меня из головы течет кровь, значит я, наверное, ранен! - Волшебник попытался подняться на ноги, но понял, что левую ногу он как-то умудрился подвернуть. - Черт!
      - Сиди спокойно. Все равно вряд ли мы сможем сейчас что-нибудь сделать, - вздохнула Халлира. В ее глазах промелькнуло странное беспокойное выражение, но тут же исчезло, и прекрасное лицо девушки ожесточилось. - О чем говорили эти в балахонах прежде чем нас схватить? Что они собрались на нас повесить?
      Мейсон поджал губы.
      - Магия в Аткатле вне закона, - процедил волшебник. - Я совсем забыл об этом! Давно не получал лицензию... - Парень прислонился к стене. - Так что отчасти, это моя вина, что мы здесь оказались.
      - Отчасти? - хмыкнула девушка. У Халлиры, как у практикующей жрицы и члена ордена, расположенного почти в сердце Аткатлы, лицензия на магию была. Но не на убийство стражников, конечно. «С этим Мейсоном я словно слетела с катушек, совсем забыла про осторожность». Посмотрев на волшебника, она подсела ближе к нему и осторожно пробежала пальцами по его волосам, ощупывая рану.
      - Очень болит? Кажется, ничего серьезного...
      - Болит очень, - заявил маг. - Но терпимо. Там, кажется, всего лишь царапина. - Волшебник замолчал и покосился на одного из магов, направляющегося в их сторону.
      - Кто вы? - спросил худой старый маг в розоватой мантии. - Представьтесь...
      - С какой стати мы должны вам представляться? - Халлира удивленно вскинула брови, глядя на мага. Эльфийка прислонилась к стене, скрестив руки на груди и подумав, что скорее станет доброй жрицей, чем еще хоть раз проявит о ком-то заботу. Скользнув взглядом по старику, Халлира недобро прищурилась - ей совершенно не хотелось заводить разговоры с каким-то полоумным магом в тюрьме Аткатлы.
      - Потому что я королева этой башни, - объявил маг, глядя на Халлиру. Его светлые, зеленоватые глаза поблескивали изумрудным цветом, а на лице застыла доброжелательная улыбка. - Меня зовут Валентина.
      - О, боги, - протянул Мейсон, и тихо зашипел. Голова нещадно болела. - Дьяволы...
      - Ну-ну, просто великолепно, - процедила эльфийка. - Мы в тюрьме, да еще и в окружении сумасшедших. Жизнь прекрасна, - Халлира фыркнула и, откинув голову, прикрыла глаза, чтобы не видеть ни самой камеры, ни других заключенных. Мейсон тоже прикрыл глаза, прикидываясь спящим.
      - Хм, вы так и не представились, - заметил волшебник в розовой мантии. - Я думаю, что мы могли бы стать хорошими подружками! - Взор сумасшедшего мага был направлен на Халлиру, на его лице сияла улыбка, а глаза горели.
      - Сомневаюсь, - не открывая глаз, буркнула Халлира. - Я совершенно не нуждаюсь в подружках, поэтому давайте вы просто отстанете от меня?
      Девушка вздохнула, неожиданно подумав, что сказал бы Торрен, если бы узнал, где она сейчас находится. Раньше она была осторожнее и умудрялась не ввязываться в подобные ситуации. Эльфийка только досадливо поморщилась. Мейсон рассмеялся, услышав слова Халлиры, а вот волшебник в розовой мантии крайне возмутился.
      - Извините сударыня, но если вы гостите в моей башне, вам придется представиться! И к слову, я же еще сама не назвала свое имя... Я... - начал маг.
      - Да-да, Валентина, - отрезал Мейсон, тяжело вздыхая.
      - Значит, назвала! - обрадовался маг. - Я все забываю, все!
      - Хорошо-хорошо, меня зовут Халлира. Теперь вы довольны? - вздохнула девушка. - И почему вы именно ко мне пристали, вам других заключенных мало? - Эльфийка фыркнула - ситуация, в которой она оказалась, на миг показалась ей даже забавной, но Халлира тут же помрачнела, раздумывая, как им выбраться из тюрьмы. Волшебник в розовых одеждах улыбнулся.
      - Ну, разве не видно, что все мои гости заняты? Я собираюсь провести здесь какой-нибудь фуршет, только продукты никак не могут завести, а соленая каша из отвратительной крупы никуда не годна! - "Валентина" замотала головой. - Ах, да, очень приятно с вами познокомиться. А как вас зовут, юноша?
      - Мейсон, - отрезал маг, чувствуя, что хотя кровь из раны на затылке уже перестала течь, головная боль не уменьшилась.
      - Какая жалость, - Халлира сокрушенно покачала головой. - Значит, и здесь мы поесть не сможем, - саркастически заметила девушка, раздраженно закатив глаза. - Я лучше подремлю, чем буду слушать эти бредни, - закрыв глаза, эльфийка попыталась отрешиться от всего, что ее окружало и помедитировать.
      Мейсон посмотрел на мага, потом на Халлиру. «О, боги! Кажется, я попал не в тюрьму, а в сумасшедший дом!»
      - Замечательная идея, - волшебник прикрыл глаза и понял, что проваливается в болезненный сон.
      Отдых Мейсона и Халлиры был недолгим. Полоумный старик затеял свару с одним из своих приятелей, и они решили пустить в ход магию. Раздался треск и грохот, камера содрогнулась, приняв на себя магический удар. Прибежал толстый лысый охранник, но увидев, что это всего лишь балуются заключённые, расхохотался и удалился.
      Мейсон громко выругался:
      - Черт! Валентина, твою мать! Ты совсем придурок, что ли?
      - Я всего лишь решила повздорить, - заявил псих в розовой мантии.
      Молодой волшебник сжал кулаки, еле сдерживая себя:
      - Больше так не делай.
      - Надо отсюда как-то выбираться, - заявила Халлира, которая тоже ощутила неприятные последствия магического удара. - Или я не ручаюсь за жизнь этого чокнутого, - эльфийка бросила злой взгляд на мага в розовой мантии.
      - Убей его, - равнодушно отозвался Мейсон. - Мне-то что. Я терпеть не могу психов, я вообще ненавижу всех, кто мне мешает! - Волшебник прикрыл глаза. - Нас все равно посадили, так что очередное убийство ничего не изменит.
      - Вот и убей его сам, - хмыкнула Халлира. - Устройте здесь магическую дуэль - может, это хоть немного развеет скуку этого места.
      - Я просто подожду, пока голова пройдет. А потом попробую надавить на охранника, чтобы дать знать своим… коллегам о нашей проблеме, - волшебник зевнул. - Я всю ночь не спал.
      - И чего ты собираешься ждать? Может, Торрен и смог бы вытащить нас отсюда, если бы он, по крайней мере, знал, где я. А так пройдет еще много времени, прежде чем кто-то сможет нам помочь. - От нечего делать эльфийка наколдовала файербол и начала подбрасывать его в руке. Искра от огненного шара Халлиры отлетела в сторону и попала прямо на розовую мантию "Валентины". Старик страшно заверещал и принялся сбивать искру с тонкой ткани. Тут оживились остальные волшебники и принялись голосить, что было мочи. Один из них, швырнул в Мейсона грязной шляпой, а другой окутал Халлиру облаком, которое воняло болотом. Юный маг поднялся на ноги, глядя на толпу заключенных.
      - Вы за это поплатитесь... - Мейсон вскинул руки и начал произносить заклинание Заражения. Эта магия помогала заразить жертву любой болезнью, причем многие из них были очень тяжелыми или смертельными. Маг знал, что на этих заключенных могли возникнуть гнойники и опухоли, их могло начать рвать или лихорадить. - Сейчас будет красиво, - рассмеялся волшебник, обращаясь к Халлире.
      - Значит, все-таки повеселимся? - хихикнула эльфийка, пытаясь разогнать окружившее ее зловонное облако. - Хотя я, пожалуй, пока просто понаблюдаю, а то еще сожгу всю тюрьму, - Халлира отошла немного в сторону, внимательно следя за происходящим.
      Всё, что Мейсон ожидал - он получил, старикам действительно стало очень плохо, многих вырвало и естественно приятнее обстановка в камере от этого не стала. Тут из самого тёмного угла поднялась фигура, которую до этого никто не замечал - тэйский волшебник, с татуировками на лысой голове. Видимо он долго терпел глупости и сумасшествие стариков, но появление новой парочки в этом дурдоме окончательно вывело его из себя. В два шага, он пересёк камеру и схватил Халлиру за руки, выворачивая их так, что от боли ей было невозможно пошевелиться, при этом он молча произносил заклинание, способное превратить Мейса в лепёшку. Парень видел по глазам мага, что тот задумал, и у него оставалась лишь пара секунд на то, чтобы определить, что это за заклинание и контратаковать либо защищаться.
      Халлира вскрикнула от боли и попыталась вырваться, но маг держал ее слишком крепко, а малейшее движение причиняло жуткую боль в вывернутых запястьях, поэтому эльфийка беспомощно замерла, расширившимися глазами глядя на Мейса и искренне жалея, что в своем положении не может воспользоваться магией.
      - Черт, - буркнул Мейсон. - Проклятие! Ненавижу магию Ограждения! Она у меня никогда не получалась... И зря я не учился определению чужих заклинаний! Черт! Тут некромантия мне не поможет... хотя... Конечно, как же я забыл!
      Волшебник сложил руки в магическом жесте, применяя свое заклинание в ответ. Тут же Мейсона окружил светящийся шар бордового цвета, который будто проник ему под кожу, заставив ее поблескивать таким же оттенком. Заклинание Ложной Жизни, как надеялся Мейс, должно было принять на себя большую часть урона, оставив магу лишь небольшой, практически неощутимый вред.
      Красный волшебник так сильно вцепился в Халлиру, что его ногти разодрали ей руки до крови, а пальцы оставили синяки. Яростный шар огня полетел в сторону Мейсона, раздался взрыв, звёздная эльфийка упала на пол, почувствовав, что свободна, но не может вздохнуть, скорчившись на полу. Мейс стоял живой и невредимый, но его брови были опалены. Самого мага взрывной волной вбило в стену, хотя он ещё шевелился неподалёку от Халлиры. Сумасшедший маг по имени Валентина... От него осталась лишь кучка пепла с небольшим кусочком розовой ткани. Старики-маги, жалобно завывая, позли к углам камеры. Тут соизволил снова вернуться охранник и поцокав языком, грубо произнёс:
      - Ну что, полоумные мерзавцы, доигрались? Не рассчитывайте, что я за вами убирать буду. И жратву вы сегодня не получите, раз такое дело! - Громко хлопнув дверью, жирдяй удалился прочь, стуча подкованными сапогами.
      Мейсон потушил искры, горящие на его бровях, и тихо заметил: - Бедная Валентина, она так и не нашла своего счастья в этом мире, хотя, - волшебник на мгновение замолчал, а затем продолжил, - мне ее... тьфу ты, его... ну, в общем, совсем не жалко. - Маг подошел к Халлире. - Больно?
      - А ты как думаешь? - Халлира с усилием села. Голова шла кругом, но гораздо хуже было с руками - девушка с ужасом осмотрела свои кровоточащие запястья, на которых к тому же проступило несколько синяков. Взгляд эльфийки скользнул по камере, на секунду он остановился на том, что осталось от старого мага, но тут Халлира заметила тэйца и резко поднялась на ноги, поморщившись от боли. - А вот его я точно убью, - прошипела девушка. Выхватив кинжал, она двинулась к тэйцу.
      - Только если ты собираешься его убивать - делай это быстрее. Болевой шок может привести его в чувство, - хмыкнул Мейсон, лениво прислоняясь к стене.
      - Хотя, - Халлира резко затормозила и посмотрела на Мейсона. - Может, ты мне поможешь? Я не хочу, чтобы он умер слишком быстро и просто, а твои некромантические заклинания, похоже, весьма болезненны для жертвы. Что скажешь? - в глазах девушки пылал злобный огонь.
      - Сама, сама, - ответил ей волшебник, глядя в глаза. - Я не хочу над ним издеваться. Да и сил не очень много. Его удар потратил слишком много моей энергии.
      Мейсон не шевелился, он ждал, сможет ли Халлира убить практически беспомощного человека или нет. Звездная эльфийка пожала плечами и, шагнув к еще не оклемавшемуся тэйцу, склонилась над ним с кинжалом в руках. Когда девушка отошла от него, на шее мага осталась небольшая аккуратная царапина, из которой выкатились всего лишь несколько капель крови.
      - Ну и ладно, тогда я понаблюдаю, как его медленно убьет яд, - фыркнула Халлира, повесив кинжал обратно на пояс и с раздраженным видом снова принявшись разглядывать свои запястья.
      Мейсон рассмеялся.
      - Нет бы зарезать его с одного удара! Она сейчас будет ждать, пока он загнется. А если яд не подействует?
      - Я хочу посмотреть, как сначала его парализует, а потом он умрет, - злорадно проговорила эльфийка. - И яд должен подействовать. Он не действует только на меня и того, кто зачаровал клинок, а это явно не этот красный волшебник.
      «Черт, ну почему я всегда пренебрегала изучением заклинаний исцеления ран? Только в их нанесении практиковалась», - нахмурившись, девушка устало прислонилась к стене. Мейсон печально опустил голову. Происходящее немного его разочаровывало. Парень искренне надеялся устроить кровавую баню, а не камеру пыток.
      - Знаешь, ты странная, - бросил он Халлире. - Очень странная.
      Волшебник сам до конца не понимал, что он имеет ввиду, но, тем не менее, общая концепция в его голове уже выстроилась.
      - Ну, ты тоже не подходишь под общепринятое понятие нормальности, - Халлира насмешливо посмотрела на волшебника. - Конечно, я покажусь странной любому, потому что все видят только то, что лежит на поверхности, не пытаясь заглянуть глубже, не пытаясь понять. В этом вся проблема. - Оторвавшись от стены, эльфийка прошлась по камере - замкнутое помещение начинало ее угнетать.
      «Было бы, что понимать...», - Мейсон натянуто улыбнулся.
      - Может быть, поцелуешь меня? - вдруг спросил он, глядя на эльфийку. - У меня, например, никогда не было публичного секса в тюрьме на глазах у заключенных магов. М-м-м? - парень громко рассмеялся.
      - Не думаю, что это хорошая идея, - отозвалась Халлира, отметив про себя неестественность улыбки Мейсона. Впрочем, она и так могла представить себе ход его мыслей, что только подтверждало ее мнение. - Все-таки место не совсем подходящее, не находишь?
      - Нахожу. Но я, все-таки, хочу хотя бы поцеловать тебя... Подойди ко мне! - Мейсон поманил эльфийку к себе пальцем. - Мне становится очень скучно в этой дыре, а я не люблю скучать.
      - Никто не любит скучать, - на губах эльфийки промелькнула слабая улыбка. Приблизившись к Мейсону, Халлира остановилась перед ним. Волшебник схватил наемницу за те же запястья, за которые ее держал тейский маг, заставив вскрикнуть от боли. Впившись в ее губы поцелуем, Мейсон прижал девушку к себе, наслаждаясь ее вкусом. Смесь боли и удовольствия пронзила жрицу, и она прижалась к волшебнику, пылко отвечая на его поцелуй.

***

      В подвале их снова ждал круг, выложенный из разноцветных камней. Услышав шум шагов, из незаметной дверцы в стене вышел эльф.
      - Я новый дежурный, Кот. Куда вам нужно отбыть?
      - В Аткатлу, дружище. Желательно побыстрее.
      - Ладно. Вставайте в круг, - эльф начал делать руками какие-то пассы, отчего на полу возникло слабое голубоватое сияние. - Удачи!
      От этих магических перемещений у Андуне всегда жутко электризовались волосы. Ворча себе под нос что-то про чертей и круги Преисподней, эльфийка заплела длинные янтарные волосы в косу и встала в круг рядом с Серым Котом. Сияние окутало обоих. Казалось, что лёгкий холод пронзил и Аннэля, и Андуне. Они ощутили, как разбиваются на мельчайшие частицы и летят куда-то вдаль. А в следующее мгновение вокруг них сомкнулась тьма - оба оказались в подвале базы Элдрет Велуутра в городе Аткатла.
      - Я так понимаю, мы на месте? - Андуне поморщилась и потёрла висок. Опять подвал, темнота, запах плесени и сырость. Солнечную эльфийку это начинало угнетать.
      Кот кивнул:
      - Да. Пора приниматься за дело.
      - Серьезно? - Андуне недоверчиво посмотрела на эльфа. - Ты собираешься приступить к выполнению приказа прямо сейчас? Я почти всю ночь не спала, а потом была битва. Не знаю как ты, но я собираюсь хорошенько выспаться.
      Эльфийка вышла из круга и принялась подниматься по лестнице, ведущей из подвала на верхние этажи. Кот пожал плечами и направился следом за девушкой. Догнав её, он наклонился к уху напарницы:
      - Что же ты так? Только выспаться? По-моему, можно найти гораздо более приятный способ времяпровождения. - Голос его был хитрым.
      Андуне как раз нащупала массивную железную ручку двери.
      - А-а, так ты снова задумал меня напоить, - не поворачивая головы, произнесла эльфийка, в её голосе мелькнули смешливые нотки. - Вот тебе! - она резко развернулась и показала Коту язык.
      Кот улыбнулся и притянул девушку к себе за талию:
      - Напоить? Зачем? Ты красивая и так! Зачем мне тебя опаивать?
      - И почему я тебе позволяю... позволяю так себя вести? - эльфийка пристально посмотрела Аннэлю в глаза, потом мягко высвободилась и толкнула тяжелую дверь.
      Кот расхохотался:
      - Ну, не знаю. Ты сама ведь позволяешь...
      За дверью оказалась узкая винтовая лестница наверх. Она вывела обоих эльфов в небольшую комнатку, в которую выходили несколько дверей, а также лестница на первые этажи. - Комнату найдёшь на третьем этаже, столовую - на втором. Куратор этого убежища - в своём кабинете на первом этаже.
      Сказав это, Кот направился к лестнице, ведущей наверх. Следопытка лишь подивилась осведомленности Аннэля, впрочем, пора было давно перестать удивляться его потрясающей памяти и умению всегда находить необходимые для них сведения.
      Первым делом Андуне разузнала у куратора, какую из комнат ей можно занять. Получив ключ, она поднялась на третий этаж. Комната была маленькой, в углу стояла раздолбанная кровать, потолок располагался настолько низко, что Андуне едва не доставала его головой. Найдя в другом углу некое подобие туалетного столика с мутным зеркалом и кувшин с водой, солнечная эльфийка наспех умылась и прилегла отдохнуть, но не заметила, как уснула.
      Кот отправился прогуляться по городу. Заодно он решил заглянуть к одному трактирщику, состоявшему в Элдрет Велуутра. Тот владел самой разветвлённой сетью соглядатаев в городе. И охотно продавал информацию тем, кто за неё хорошо платил. Через полчаса лунный эльф сидел в трактире "Крылатая щука" и неспешно отхлёбывал пиво из кружки. Он ждал, когда же, наконец, хозяин трактира освободится и сможет побеседовать с ним. Дверь в дальнем конце зала растворилась и в помещение быстрым шагом вошел невысокий эльф с саблей у пояса и забранными в хвост волосами. Его движения были обманчиво мягкими, как у кота, а взгляд - острый и всё схватывающий на лету. Он подсел к столику Аннэля и окинул того задумчивым взглядом:
      - Нечастые вы у меня гости в последнее время. Дела?
      - Всё дела, дела... ты прав. Но вот решили заглянуть, поболтать, узнать - что нового? Расскажешь?
      - Конечно, дружище. И времени у меня достаточно, и разговор наш лёгок.
      Подразумевалось, что можно говорить без опаски и их никто не подслушает.
      - Как твоя семья, дружище? Не болеют, счастливы ли? - голос Кота был спокойным.
      - Да не жалуюсь. А как твоя?
      - Моя сестрица младшенькая, Халлира и кузен ей, Мейс, сейчас в городе. Я давно хотел их навестить, но не знаю, где остановились.
      Глаза его собеседника на мгновение расширились.
      - Друг мой, ты не в курсе, думаю, но у вас в доме завелись крысы. Целых три. Одну уже поймали, но она и так опасна. Причём не чёрная она и не белая, а наполовину. Ты сам её поймал. А две другие... Один крыс был вашим домашним зверьком, но его сманила чужая, дикая. Она настолько любит звёзды и ночь, и ненавидит Солнце, что оно - Чёрное. Так что будь поосторожнее, все три кусаются.
      Аннэль на несколько секунд потерял дар речи.
      - А-а-а... сияло солнце сегодня рядом со мной, я видел. Но, может быть, ты разглядел на ней пятна со стороны?
      - Нет, друг. Солнцу ты можешь доверять. Оно осветит твой путь и не даст споткнуться. Но, думаю, тебе следует поторопиться.
      Кот кивнул, встал и, не прощаясь, вышел.
      Раннее утро. Солнце ещё не встало. Тонкий лучик восходящего светила проник в щёлку между шторами и, пробежав по подушке, защекотал глаз спящей девушки. Затем побежал дальше, по шейке, по груди и сошёл на простынь рядом со спящей. Она фыркнула и, наконец, проснулась.
      - Доброе утро. И долго же ты спала.
      Голос Кота был слегка насмешлив. Он сидел в кресле в комнате Андуне, а в соседнем кресле лежало одеяло, которым девушка укрывалась ночью.
      Андуне села и потёрла глаза ладонями.
      - Обычно я всё слышу, даже когда сплю. Но против тебя даже мои потрясающие следопытские способности бессильны. Когда ты успел прокрасться в мою комнату? - эльфийка принялась расплетать спутавшуюся за ночь косу.
      Серый Кот хмыкнул:
      - Твоя стихия - природа. Моё же призвание - город. Поэтому в нём я так эффективен. А ты красиво спишь. Особенно когда скинула во сне одеяло.
      Эльфийка расплела косу и встряхнула волосами.
      - Я сама скинула? И оно долетело аж до кресла? - Андуне бросила на Кота подозрительно-хитрый взгляд.
      - Ну, не совсем, конечно же... Тут уж, признаться, я немного помог. Очень уж тяжело было смотреть, как ты под этим одеялом мучаешься.
      - Мучаюсь? Да у меня зуб на зуб не попоадает от холода! - Андуне встала с кровати и начала одеваться. - Хватит пялиться, Аннэль! Пойди вниз и принеси завтрак в постель слабой уставшей женщине, как подобает настоящему чистокровному эльфу! - С этими словами Андуне завалилась на не заправленную постель. Аннэль одним гибким и быстрым движением выпрямился, с улыбкой глядя на девушку.
      - Минуту, - он выскользнул из комнаты, вернувшись очень быстро с подносом, полным еды. На подносе стояла деревянная миска с салатом из грибов и зелени, рядом на плоской дощечке лежала аппетитная куриная нога с бронзовой зажаренной корочкой.
      - Ну и что будем делать дальше? - спросила Андуне с набитым ртом. Кот глядел в потолок и о чём-то раздумывал, снова сидя в кресле и покачивая ногой.
      - У меня есть известия. Важная информация. И я хочу обсудить с тобой наши дальнейшие действия, напарница.
      Покончив с едой, Андуне дотянулась до походной сумки, вытряхнула её содержимое на кровать и начала перебирать вещи в поисках гребня для волос.
      - Дай угадаю, - не прекращая поиски, произнесла эльфийка, - нужно приступать немедленно?
      Кот раздражённо повел бровью:
      - Ты что, совсем не слушаешь? Я сказал - нужно обсудить! И понять, что несут нам эти вести и как использовать эту информацию к своей выгоде.
      Андуне наконец нашла гребень и принялась распутывать волосы.
      - Я слушаю, говори.
      Кот откашлялся и начал:
      - То, что я тебе скажу, не должно быть услышано посторонними. Во-первых, та пленница, которую мы доставили на некромантические опыты Мерзелль - засланная. Во-вторых, новый член нашей организации - некая Халлира, проникла к нам с деструктивными намерениями. И я подозреваю, что Мейс, который опекает её - на её стороне. Но, как бы там ни было, настал конец человеку в рядах этой ячейки. Но Мерзелль так просто его не отдаст. Значит, настал конец всем троим. Тем более, что дроу это ждало бы в любом случае. Я считаю, что Торринар одобрит наши действия.
      - Ну, насчет пленницы-то у нас подозрения были. Слишком ловко она сражалась. А остальные… Если честно, то я просто не думала об этом, потому что не знакома ни с кем из них. - Эльфийка подошла к мутному зеркалу и побрызгала себе в лицо холодной водой из кувшина.
      - Парочка, которая нас интересует, находится в городе. Нам нужно их найти. Мы с тобой сейчас зайдём к одному персонажу, который наверняка в курсе.
      - Я сейчас, - Андуне покидала разбросанные вещи обратно в сумку, пристегнула саблю, закрепила лук за спиной, поправила все ремешки и застежки. - Ну вот, теперь можно идти.
      Стоило двум эльфам выйти из убежища, как к ним скользнул некто в плаще. Остановившись, он спросил:
      - Не подадут ли мне прекрасные господа монетку? Ведь мой ручной хорёк умер, кто меня прокормит?
      - Бедняжка, - голос Кота был абсолютно равнодушным, - где умер твой хорёк?
      - В тюрьме Совета Шести, мессир. Я там часто ночеваль и помогат. Но теперь... подайт монетку, пожалуйст!
      Кот молча протянул мнимому попрошайке небольшой мешочек с золотом, который тут же исчез в просторном балахоне. А через мгновение того и след простыл. Вскоре оба эльфа были уже недалеко от тюрьмы. Задача перед ними стояла сложная - проникнуть в один из самых охраняемых объектов в городе. Многочисленная и хорошо обученная стража, магические ловушки и маги, которые сторожили пойманных круглые сутки.
      - Думаю, тут пригодятся мои способности, которые я отточила, живя в лесу! - Андуне не терпелось вновь повторить свои акробатические трюки, тем более она уже давно не практиковалась, и так соскучилось по диким прыжкам и сальто.
      Кот хмыкнул:
      - Может быть. Но сначала попробуем другой путь!
      И он направился к зданию Городской Стражи, одна из дверей которого выходила как раз на эту небольшую площадь. Вскоре оба уже были у начальника Стражи.
      - Нет, это совершенно неприемлемо. Эти пленники вне моей юрисдикции. Сожалею, но помочь вам не могу.
      - А может, мы сможем договориться? Вам ведь наверняка мало платят... - намёк Серого Кота был более чем прозрачен.
      - Нет! Выметайтесь отсюда, пока я не позвал своих парней!
      И эльфам пришлось уйти ни с чем.
      - Ну, что я тебе говорила? - эльфийка задрала нос, как можно выше, и самодовольно посмотрела на Кота, едва они оказались на улице. - Я, как величайший следопыт, незаметно проведу нас. Или, по крайней мере, попытаюсь.
      Кот пожал плечами:
      - Ну что ж, веди! Я не против. Только помни, что нам всё нужно проделать быстро и тайно.
      - Сначала мне нужно сориентироваться, - Андуне неспешным шагом направилась прочь от Городской Стражи, и свернула в ближайший переулок. - Стражники с этой стороны нас видели, и если я буду пялиться на здание открыто, то они заподозрят неладное, - негромко пояснила эльфийка. - Я уже примерно поняла, каким образом оно устроено, но лучше всё-таки ещё раз взглянуть с обратной стороны.
      - Ну, давай взглянем, - пожал плечами Серый Кот и направился следом за девушкой. - Как проникнем внутрь? Ночью через стену? Через канализацию?
      - Ты можешь и через канализацию, - Андуне ехидно усмехнулась. - А я постараюсь найти путь почище!
      С этими словами она направилась по темным улочкам, окружающим площадь, и вышла в темный переулок, конец которого смотрел прямо на здание. В одном из дворов солнечная эльфийка поймала за шкирку бродячую кошку, наслала на нее заклятие молчания и кинула в заплечный мешок.
      - Отхлебни из этой бутылки, - Андуне достала из кармана бутылек с буро-зеленой жидкостью, отпила сама, затем бросила ее Коту. Тот отпил глоток и вернул склянку с остатками эльфийке, которая почему-то стала исчезать на глазах. - Это зелье позволяет проходить сквозь стены, ну и делает тебя невидимым, - бутыль растворился в пустоте, скрывшись в невидимых одеждах эльфийки. - Эта отрава работает не более десяти минут - если нам повезет мы проскочим, если - нет, то застрянем в камне и в лучшем случае умрем.
      Что есть силы невидимые эльфы пробежали через площадь (сбив с ног жирную торговку и пнув по пути нескольких куриц) и влетели в стену тюрьмы. Когда они очутились на внутреннем дворике, тут же сработала магическая защита - раздался громкий звон бубенцов. В дворик из-за угла вылетели несколько охранников.
      - Кто-о-о-о... - голос одного из блюстителей порядка сорвался на плаксивый, почти женский фальцет. - Кто тут! - добавил он с громогласной театральностью.
      Недолго думая, Андуне резко выхватила из сумки брыкающуюся кошку, попутно шепотом снимая с нее заклинание, и бросила ее в лицо тощему охраннику. Тот заорал, как женщина, и, отрывая от лица пушистый ком ярости, упал на колени.
      - Хааа-Хаааа! - испуг охранников сменился радостью, вызванной, скорее всего внезапным облегчением. Они смеялись в один голос, пока кошка аллюром уносилась за угол.
      - Нашего Гарри только драные кошки целуют! Вон как побежала! Да, блевать за угол! Даже мама родная Гарри не целует! Вот такой он урод! Идем! Это всего лишь очередная кошка рассталась с Гарри! Он переживет!- жирный охранник отправился обратно за угол, остальные последовали за ним, уводя под руки бедного полуобморочного Гарри с полосатым лицом.
      - Я думала, они некогда не уйдут! - Андуне схватила Кота за руку и прыгнула сквозь стену тюрьмы. Они кувырком выкатились в темный коридор темницы.
      - Ну вот, я свое дело сделала! Остальное за тобой! - эльфийка уже стояла на ногах, готовая к дальнейшим действиям.
      Кот мягким шагом двинулся по коридору, внимательно прислушиваясь. Похоже, нужно было поймать стражника и вызнать у него, где нужная камера. И тут из-за угла на него выскочил амбал с дубиной. Не слова не говоря, он метнул дубину в голову эльфийки, а сам свалил Кота на пол и принялся душить. Дубина пролетела возле уха Андуне и раскололась в щепки о стену.
      - Ты мне чуть ухо не испортил, туша! - эльфийка вскочила на спину бугая, нанося ему удар за ударом по голове.
      Кот ударил коленом здоровяка в живот, но тот лишь хрюкнул и стал душить Аннэля ещё сильнее. На лёгкую эльфийку, прыгавшую у него на спине, он не обратил никакого внимания. Наконец Аннэль, изловчившись, укусил противника за нос. Тот вскочил, скинув со спины девушку, и с завываниями помчался по коридору, скрывшись за поворотом.
      - Надо догнать его! Пока он не вызвал подкрепление! - крикнула Андуне, собираясь следом за ним.
      Кот помотал головой.
      - Не обязательно! - в руке у него был волос с головы амбала. Что-то нашептав на него, Аннэль резко разорвал волос. – Ну, всё. У него случился инфаркт. Этому фокусу меня Торринар обучил. Но действует только на сердечников – видала какие у него губы? А нам нужно искать камеру.
      Они пошли вдоль вереницы дверей, гадая, как бы узнать, в какой искомые пленники. И обратили внимание на одну из дверей - если все другие вросли в пол и косяки, то эту явно недавно ремонтировали и открывали. Да и петли были в потёках масла.
      - Может, эта?
      Андуне заглянула в зарешеченное окно на двери камеры.
      - Бывают же люди без комплексов! - ухмыльнулась она. - Взгляни-ка.
      Кот заглянул в камеру и поражённо хмыкнул:
      - Целующиеся человек и звёздная эльфийка... Странная парочка. Впрочем, именно они нам и нужны - повезло. Теперь задача - извлечь и по-быстрому смыться.
      Эльфийка наклонилась к ржавому замку, и некоторое время изучала его.
      - Я смогу открыть. Такой древний механизм... Странно, что таких важных пленников не удосужились получше запереть. Только у нас небольшая проблемка: магическая защита. Как только я начну ковырять, меня что-нибудь пронзит насквозь, ну или что-то в этом роде. Короче, ты сможешь её снять?
      Кот пожал плечами:
      - Сожалею, но... я не маг. Хотя кое-что и могу попытаться сделать. Ну-ка...
      Он положил ладонь на дверь и замер, закрыв глаза, будто прислушиваясь к чему-то. Внезапно он отпрянул, а из двери вырвался красный луч, ударил в стену напротив и, отразившись от неё, ударил в замок. Тот вспыхнул голубоватой вспышкой и погас. - Вроде всё. Теперь можешь открывать.
      Андуне расстегнула маленькую сумочку, висевшую у неё на поясе, извлекла оттуда связку каких-то странных предметов, напоминающих по виду скрюченные гвозди, выбрала один из них и осторожно просунула в замочную скважину. Через несколько минут послышался лёгкий хруст, и замок со скрежетом поддался. Эльфийка снова заглянула в крохотное окошко на двери и ядовито захихикала, обернувшись к Коту:
      - Эх, прямо жалко их прерывать!
      Кот состроил напарнице гримасу и осторожно приоткрыл дверь. Тихо заглянув туда, он разглядел в полумраке искомую парочку.
      На полу камеры корчился отравленный Халлирой маг, яд действовал медленнее, чем рассчитывала наемница, и он что-то тихо шептал, не обращая внимания на окружающее. Мужчина слабо вытянул вперёд правую руку и в последней смертельной судороге закончил заклинание - лёгкие целующейся парочки наполнились тиной и мутной речной водой, которая хлынула у них изо рта. Мейсон и Халлира, захлёбываясь упали на пол, пытаясь откашлять воду.
      - Там что-то не то происходит, - Андуне настороженно прислушалась. - От страсти, что ли, задыхаются? Давай, Кот, заходи уже!
      Серый Кот распахнул дверь и сурово уставился на давящуюся водой парочку:
      - Вот это да! Кого я здесь вижу? Никак это лучший друг госпожи Мерзелль?
      Мейсон чувствовал адскую боль. Точнее не боль, а мощнейнее давление изнутри. Казалось, что в его грудь засунули тонкий шар, наполненный водой, который готов лопнуть с минуты на минуту. Парень крепче сжал кулаки, пытаясь вспомнить контрзаклятие, но ничего не приходило на ум. Наконец, у мага возникла идея. Вспомнив вид протухшей рыбы, Мейс попробовал вызвать рвотный рефлекс. Получилось. Магу показалось, что из него вылилось литров пять воды. Мейсон, наконец, понял, что воздух снова поступает в легкие. Немного отдышавшись, маг услышал незнакомый голос.
      - М-м-м, ты просто не представляешь, как я рад тебя видеть, - протянул волшебник, глядя на лунного эльфа, судя по всему агента Элдрет Велуутра. «Настолько рад, что готов файерболлом сжечь твою самодовольную рожу». Неужели тебя послала Мерзелль? Она в курсе, что мы здесь? - Мейс вопросительно смотрел на эльфа.
      - Черт, ну почему я сразу не убила этого проклятого мага? - откашлявшись и относительно очистив легкие от воды, Халлира поднялась на ноги и в руке у нее снова оказался кинжал, но прибегать к его помощи не потребовалось - красный волшебник был уже мертв, яд, наконец, подействовал. Вздохнув, эльфийка посмотрела на новоприбывших. - А вы вообще кто такие? - она бросила быстрый взгляд на Мейсона. - Ты их знаешь?
      Кот слегка скривился, разглядывая парочку:
      - Послала, не послала... А как ты рад меня видеть - вполне представляю. Я сам в ещё большем восторге. Но у меня приказ - вы должны немедленно следовать на базу. Вас ждёт Мерзелль.
      Андуне никогда не отличалась умением культурно вести переговоры, поэтому всё это время хмуро выглядывала из-за плеча Кота, на всякий случай крепко сжимая рукоять сабли.
      - С радостью направлюсь туда. Сомневаюсь, что у нашей милой старушки будет хуже, чем здесь, - волшебник небрежной походкой направился к выходу из камеры. - Вы нас проводите, или мы как-нибудь сами доберемся?- Маг посмотрел на эльфа, а затем на солнечную эльфийку, которая была с ним.
      Халлира раздраженно фыркнула, не получив ответ ни на один из своих вопросов. В сердце кольнуло какое-то неприятное предчувствие, эльфийке не сильно хотелось возвращаться в Элдрет Велуутра и встречаться с Мерзелль, хотя, с другой стороны, возможно, пришло время ее вступительного испытания. Не сказав ни слова, девушка пошла следом за Мейсоном.
      - Следуйте за нами, - приказал Аннэль и посмотрел на следопытку. Та кивнула, доставая зелье, которое помогло им проникнуть сквозь стены.
      - Этого хватит, чтобы выйти наружу и быстро скрыться, пока действует невидимость.

0

12

Глава 9
*

      Проснувшись и пожелав Эвели доброго утра, Фьерн поцеловал её, легонько уколов нежную щёку девушки появившейся щетиной.
      - Ну, что, - спросил колдун, - попробуем сегодня разговорить нашего отшельника? После завтрака, разумеется.
      Иней прыгнул на Фьерна, и пристально посмотрел сперва на него, потом на Эвели, видимо услышав о завтраке.
      - Угу, - Эвели принялась одеваться. Ей не очень хотелось поднимать эту тему, но рано или поздно всё равно бы пришлось. - Послушай... насчёт твоего друга... Я подумала, может быть нам стоит попытаться выйти на здешнюю ячейку. Это, конечно, безумно опасно, но вряд ли тебя это остановит.
      Девушка застегнула пояс, и вытащила один из кинжалов, любуясь солнечными отблесками на остром лезвии.
      - Я думал об этом, - ответил колдун, садясь в постели и запуская руку в растрёпанные со сна волосы. - Я бы не хотел подвергать тебя лишней опасности. Возможно, твоих знаний о структуре Организации будет достаточно. Скорее всего, мне придётся убить тамошнего мага, - Фьерн нахмурился, - который достаточно силён, чтобы сделать астральную ловушку.
      Эвели сказала, чтобы он одевался, а сама, умывшись, сбегала на кухню собрать завтрак. Вернувшись через некоторое время, она поставила на стол поднос с фруктами, жареным на открытом огне хлебом и бастурмой, мёдом и тягучим кисломолочным напитком, который изготовляли в Амне. Сев за стол, девушка спросила:
      - Что такое астральная ловушка?
      - Астральная ловушка, - отвечал колдун, отламывая кусочек тёплого хлеба, - это заклинание, накладываемое на цель и пленяющее дух жертвы в астрале. Это не значит, что она умирает, но оказывается в определённой власти мага. Он может убить, покалечить, поработить, а при определённом уровне умения даже перенести физическое тело пленника к себе.
      - Жаль, что ты не знаешь подробностей о том, что именно сделал им Вессалор и какую ячейку затронул, - заметила Эвели. - Единственный шанс - найти кого-то достаточно могущественного, например главу местной ячейки и попытаться выведать информацию. Или найти какие-то его записи... - Девушка задумалась и несколько минут молча завтракала. - Видишь ли, для сохранения секретности, каждая ячейка действует обособленно и редко представители одной группы имеют контакты с другими. Хотя есть среди них и такие эльфы. Если найти кого-то из них... возможно, что-то и получится.
      Девушка услышала мяуканье и вспомнила про Инея, который укоризненно смотрел на неё. Улыбнувшись, эльфийка сняла с подноса блюдце с кусочками сырого мяса для котёнка. Иней принялся уплетать мясо, совершенно забыв обо всём вокруг.
      - По всей видимости, Вессалор получил доступ к какой-то секретной информации, но как я подозреваю, они не знают, до чего именно он добрался и как это использовал. Видимо поэтому Вессалора не убили сразу, и я успел замкнуть защиту. Если портал сработал как надо, то речь идёт именно об этой ячейке. Возможно, искомый маг перешёл сюда откуда-то ещё.
       Покончив с завтраком, Эвели отправилась повидать звездочёта. Фьерн остался в комнате, посчитав, что разговор с мудрецом может вытащить на свет то, что Эвели возможно предпочла бы скрыть от кого бы то ни было. Оставшись в одиночестве, Фьерн некоторое время раздумывал, потом полез в свой походный рюкзак и достал оттуда лист пергамента. Нахмурив брови, колдун развернул его. Схема была изучена им до последней чёрточки, но это не помогало. Как Фьерн не бился, составить эффектное контр-заклинание не удавалось.
      Постучав в дверь кабинета на втором этаже, и услышав в ответ невнятное бормотание, девушка вошла в комнату. Кабинет оказался одновременно и лабораторией - колбы, магические шары, груды свитков и книг заваливали столы и стулья. Старик стоял у дальней стены и разглядывал какой-то рисунок в одной из книг. На нем был надет балахон с капюшоном, по краям которого шёл узор из странных магических рун. Звездочёт вопросительно посмотрел на вошедшую девушку, ожидая, что она скажет. Эвели аккуратно закрыла дверь и прошла в комнату, осматриваясь.
      - Добрый день. Мне очень неловко, но я не знаю вашего имени, - девушка остановилась напротив старика.
      - Оно тебе и не понадобится, дитя. Так что... - он замолчал, предлагая ей продолжить.
      Бард пожала плечами, всматриваясь в светлые глаза старика, подмечая в них удивительную разумность. Он был человеком и жил наверняка меньше, чем она, но по опыту и мудрости был намного-намного старше.
      - Ну хорошо... - она прислонилась к столу и скрестила руки на груди. - Вы были удивлены, увидев меня впервые. И я расслышала, как вы сказали что-то о драконах. Фьерн говорил, что вы большой мудрец, так может, просветите меня насчёт драконов... и их крови...
      Эвели выжидательно посмотрела на старика, пытаясь уловить малейшие изменения в его лице. А звездочёт отвернулся от нее, внезапно притворившись глухим, и занялся своими делами. Девушка возмущённо всплеснула руками:
      - Эй, не притворяйтесь, что этого не было! Вы каким-то образом почувствовали мою драконью кровь!
      Старик продолжал суетиться в своём углу, перебирая какие-то склянки. Эвели почувствовала отчаяние, смешанное со злостью - она уже надеялась получить хоть какую-то информацию. Злость придала ей уверенности и, шагнув в сторону звездочёта, она схватила старика за плечо.
      - Послушайте, мне необходима эта информация! Я чувствую, что времени очень мало и оно уходит, как песок сквозь пальцы! - в глазах эльфийки плясало пламя.
      Обернувшийся старик завороженно смотрел на девушку и что-то бормотал. Теперь он казался обычным выжившим из ума старцем. Испуганно дёрнувшись, старик смахнул локтем какую-то из колб и она упала, взорвавшись с оглушительным треском, на миг ослепив и хозяина, и Эвели.
      Звук заставил Инея вскочить, вздыбившись и прижав ушки, а Фьерна оторваться от схемы и броситься в кабинет хозяина. Когда колдун распахнул дверь, от колбы остались только клубы жёлтого дыма. Откашливаясь и протирая глаза руками, эльфийка добралась до двери и распахнула её пошире. Окон в кабинете не было, но хоть как-то проветрить помещение было необходимо.
      - Всё в порядке, - сказала девушка, дотрагиваясь до плеча колдуна. - Это просто несчастный случай с колбой. Наверное, я ошиблась, и разговаривать с ним без толку.
      - А что тут вообще случилось? - нахмурился Фьерн, накрыв её руку своей. Другой рукой он начертил в воздухе белый символ и что-то прошептал. В комнате потянуло сквозняком, разгоняя дым.
      Прохладный ветерок приятно охладил кожу эльфийки, и она почувствовала, как по телу побежали мурашки. Многие ошибочно считали магию холода менее мощной, чем магию огня, но на самом деле она могла быть столь же разрушительной. Самой Эвели давалось лишь заклинание Ледяных Осколков и поэтому колдовство Фьерна каждый раз завораживало её. Внезапно послышался голос старика - снова нормальный и четкий.
      - Ваша подруга захотела узнать кое-что о своей драконьей крови, молодой человек, - старик собрал осколки веником и, выкинув их в корзину, выпрямился. Он посмотрел на эльфийку и человека. - Но, кажется, начала терять контроль над собой. Поэтому понадобилось ваше присутствие, чтобы охладить её пыл.
      - Ну вот, я здесь, - Фьерн чуть улыбнулся и обнял Эвели за талию. - Можно продолжать разговор? Мне бы он тоже был не безынтересен.
      Бард почувствовала себя глупо - старик специально выводил её из себя. Звездочёт подошёл к своему столу и, смахнув с кресла бумаги, сел, рассматривая парочку.
      - Проснувшаяся драконья кровь это непросто, дитя моё, - обратился он к Эвели. - Не каждый способен постигнуть её действие и заставить работать на себя. Но в тебе как я вижу, эта кровь не просто проснулась. Она многократно усилилась. Ты общалась с кем-то из драконов? Имела дело с драконьими артефактами? Если хочешь, чтобы я помог тебе, мне нужно знать правду.
      Эвели напряглась под взглядом старика и, стрельнув глазами на Фьерна, ответила:
      - У меня был любовник... алый дракон. Мы провели достаточно много времени вместе, кроме того, в наших руках побывали древние драконьи артефакты.
      Фьерн внимательно слушал звездочёта, готовясь запомнить и проанализировать любые важные сведения. На заявление Эвели колдун лишь приподнял бровь. «А бард таит много тайн», - подумал он, решив при случае поподробнее расспросить эльфийку об артефактах.
      Старик покачал головой:
      - Дракон, по-видимому, был очень силен, и воздействие его древней магии повлекло такой всплеск драконьей силы в твоей крови. Ты, вероятно и в драконицу превращаться можешь?
      Девушка кивнула:
      - Пробовала. Получилось довольно легко.
      - Больше не делай этого, - строго сказал старик. - Если не хочешь остаться в этом облике навсегда. И скорее всего твоё сознание и даже тело не переживёт такого перевоплощения.
      В комнате повисла гнетущая тишина. Старик задумался, а Эвели застыла, вспоминая боль, связанную с пробуждающейся драконьей кровью. Фьерн крепче прижал девушку к себе, взяв её ладонь в свою. Эвели благодарно прислонилась к человеку, переплетая свои пальчики с его.
      - Есть ли способ как-то избавиться от этой силы? - спросил колдун. - Или хотя бы притушить её?
      Старик, погрузившийся в свои мысли долго не отвечал. Потом поднял глаза на человека.
      - С помощью твоей ледяной магии, она возможно и продержится какое-то время. Но это не панацея. Её эльфийская сущность пострадала за время хаотичного использования драконьей силы, - старик перевёл взгляд на Эвели. - Твои лунные корни, боги которым ты поклоняешься... всё это должно помочь тебе вернуться к себе самой. Но до конца кровь ты уже не потушишь.
      - Эреван-Хамелеон больше не отвечает мне, - немного хрипловато ответила девушка.
      - Тогда добейся того, чтобы ответил, - просто сказал старик. - Возвращайся к корням, к эльфийским святыням. Вот всё, что я могу посоветовать тебе, дитя.
      Фьерн крепче сжал руку Эвели, стремясь поддержать её сейчас. Он слышал, что некоторые колдуны, чья магия была вложена в кровь и душу, так же становились тем или иным способом на путь дракона, для обретения Силы. Но к себе подобное он ни разу не применял даже мысленно. И вот теперь он хотел было спросить звездочёта о себе, но передумал, сейчас главное было разорвать замкнутый круг, пленивший Эвели.
      - Спасибо тебе, хозяин, - сказал Фьерн.
      Старик кивнул, и устало прикрыл глаза, давая понять, что разговор окончен.
      Они покинули кабинет, и спустились в свою комнату. Эвели была задумчива и молчалива. Она забралась на кровать и уставилась в окно, пронзая взглядом экзотические яркие цветы, что росли в саду и словно стремясь увидеть нечто недоступное обычному взору. Между створкой и рамой открытого окна что-то трепыхалось, и Фьерн подошел посмотреть.
      - Ох! Бездна и Девять Проклятых Кругов! - выругался он. - Дно демонской паутины!
      Это оказался клочок того свитка, что колдун оставил в комнате, прежде чем стремглав бросился в кабинет хозяина дома. От свитка осталось не более трети. Фьерн внимательно осмотрел двор за окном, но ничего обнадеживающего не заметил. Иней понуро сидел на подоконнике, повесив нос и хвост. Какими бы тяжкими не были мысли эльфийки, она не смогла удержаться и прыснула, глядя на колдуна и его котёнка. Отсмеявшись, девушка заметила:
      - А он времени даром не терял. Да и нам не стоит. Нужно решать куда отправимся. Искать Элдрет... это непросто.
      - Но... - хмуро глядя на обрывок, возразил Фьерн, - это не он его подрал. Иней не трогает свитки с тех пор, как случайно одним таким подпалил себе усы. На свитке защита лежала. Наверное, ветром снесло, - колдун еще раз на всякий случай осмотрелся. - Ты права. Если честно, я не представляю откуда начинать.
      Эвели продолжала сидеть на кровати, согнув одну ножку в колене и положив на неё щеку. Она прикрыла глаза и, казалась задремавшей. Через некоторое время девушка заговорила.
      - Если бы я была на их месте, то в такой стране как Амн работала бы под наиболее надёжным прикрытием. Элдрет это эльфы, а значит, следует проверить всё эльфийское в Аткатле и рядом. Скорее всего, их штаб где-то неподалёку - это столица и до моря рукой подать, если придётся быстро смываться.
      - Что это может быть? - задумался Фьерн. – Храмы, лавки, частные дома или может бордели? Капитан предлагал мне наведаться в один такой, правда, я быстро убедил его, что мне нужна только ты. Возможно, что-то можно будет узнать у коменданта порта. Хотя... имена судовладельцев могут быть подложными.
      Эвели улыбнулась, хитро прищурившись:
      - Только я, вот как... А я-то думала, что тебе были нужны только мои знания об Организации. Жаль, всё же, что Змей предатель, а то бы обратились к Ворам Теней. Лавки... ну это вряд ли - не самое любимое эльфийское дело. Бордели - тоже вряд ли... Храмы... а вот это возможно.
      - И какие же эльфийские храмы в данной местности могут подойти для прикрытия Организации?- продолжал рассуждать Фьерн. - Как я полагаю, специфика зависит от тех, кто командует ячейкой. Один предложит "прятаться на виду", другой предпочтет более... традиционный вариант. Эх, тут не угадаешь. А у тебя нет... альтернативного выхода на воров?
      Снова задумавшись, девушка рассеянно накручивала локон волос на палец.
      - Нет, откуда... Я же сама не воровка, - она покачала головой, потом повернулась к человеку. - Не думаю, что здесь много эльфийских храмов. Эльфы в Амне никогда не были в большом почёте. Лично я знаю, что здесь большой храм Ваукин - но это точно не то... Ещё есть церкви бога музыки Милила, богини луны Селун и бога утра Латандера. Мы можем узнать в какой-нибудь приличной таверне - не открывались ли поблизости новые храмы... в течение лет эдак двадцати. Организация долго набирает обороты на новом месте, прежде чем приступить к деятельности. Вернее долго - это по человеческим меркам.
      - Что же, думаю, тогда к вечеру, нам следует устроить себе ужин где-нибудь в уютной таверне торгового квартала. Такие, обычно почти всегда полнятся слухами и свежими сплетнями, а также теми, кто не прочь вспомнить "молодые деньки".
      Время до вечера пролетело незаметно - каждый был занят своими делами, Фьерн работал над заклинаниями, а Эвели играла на мандолине, и что-то сосредоточенно записывала в маленькую изящную книжечку, которую купила на базаре. Когда закат окрасил комнату в серо-лиловый цвет, напомнивший барду о глазах колдуна, девушка отложила инструмент и принялась собирать вещи.
      - Я думаю, нет смысла возвращаться сюда, - заметила она, аккуратно складывая одежду в магическую сумку. - Нам не стоит терять время даром и если удастся что-то узнать, нужно будет сразу отправляться по следу.
      Фьерн кивнул, выходя из медитации и открывая глаза. Он встретился взглядом с ясными очами Эвели.
      - Пожалуй так... - Колдун поднялся с пола, и порывшись в своих вещах достал туго набитый кошелёк, что бы отдать звездочету. Для "праздничного" ужина у Фьерна нашелся темно-синий замшевый длинный жилет в пояс. - Идем?- он забросил на плечо рюкзак.
      - Ты очень красив, - заметила девушка с улыбкой, прикрепляя сумку к поясу и закутываясь в плащ.
      - Спасибо, - улыбнулся колдун, - но рядом с тобой, я лишь как оправа к бриллианту, как впрочем, и должно быть.
      Подходя к двери, бард с грустью окинула взглядом комнату - это место навсегда останется в её памяти жаркими днями и ночами, когда душистый аромат цветов проникал сквозь раскрытое окно. Здесь она смогла позволить себе расслабиться, побыть беззащитной и мягкой женщиной, плавящейся, словно послушная глина в чутких руках мужчины. Открыв перед Эвели дверь и ожидая, пока Иней взберется к нему на плечо, Фьерн подумал, что в эти одновременно и долгие и стремительно пролетевшие дни, у него было что-то вроде дома.
      Попрощавшись с хозяином, они вышли в закатный вечер. Для начала эльфийка решила отправиться в "Лунный зал". Само название привлекало её, а значит, могло привлечь и других эльфов, любителей изысканности и романтики. В городе уже зажигали огни, и сейчас проходя вдоль набережной, можно было любоваться морем - ровным и гладким до самого горизонта. Казалось, небо и земля представляли собой единое целое, окрасившись в нежные розово-сиреневые тона. Эвели с восхищением вглядывалась вдаль, думая, что в мире вряд ли существует что-либо столь же совершенное, как природа. Фьерн наслаждался близостью эльфийки, ароматом её волос, ощущением пальцев в своей руке, но в то же время его не отпускали тяжелые мысли. Кто и зачем пытался свистнуть схему? Сейчас колдун был почти уверен, что дело вовсе не в сквозняке. Потом мысли перескакивали на драконью кровь Эвели и ловушку Вессалора - надо было как можно скорее найти ключ, чтобы помочь эльфийке обрести себя.
      - Мне кажется или тебя что-то тревожит? - спросила Эвели, когда они уже прошли изрядную долю пути до "Лунного зала". Она тут же рассмеялась, слегка сжимая его руку. - Глупый вопрос, учитывая все наши проблемы. Но, по-моему, ты нахмурился с тех пор, как увидел изодранный свиток. Считаешь, что это было не просто так? Но зачем он кому-то понадобился? Да и никто не знает нас в Аткатле.
      - Это была та самая схема заклинания астральной ловушки. Я успел составить её до активации портала и изрядно поломал над ней мозги. Я пробовал сделать по ней контр-заклинание, но ничего не выходило. Скорее всего - я брал неверные узлы, хотя не исключено, что загвоздка в чем-то другом. Возможно, сработало какое-то дистанционное охранное заклинание, эх… - колдун махнул рукой, - ладно по тому, что улетело, никто каши не сварит.
      Добравшись до "Лунного зала" бард и колдун увидели перед собой трёхэтажное здание, выстроенное в стиле большинства зданий Аткатлы, но в то же время, отличное от них - более изящные линии, резные барельефы - всё здесь напоминало об эльфах. В небольшом холле их приветствовала эльфийка в красивом длинном платье, облегающем стройную фигуру. Окинув цепким взглядом вошедших, девушка пропустила их. Видимо здесь существовал своеобразный контроль за посетителями.
      В главном зале оказалось темно, лишь хрустальные светочи, установленные на низких столах, рядом с которыми располагались либо невысокие диванчики, либо подушки, давали небольшое освещение. Впрочем, Эвели видела всё отлично. Играла весёлая музыка - но опять же, в ней неуловимо проскальзывало нечто эльфийское. Зал был полон, в основном эльфами всех мастей, но и люди здесь тоже были. По залу прохаживались официантки в нарядах, похожих на платье девушки из холла, некоторые из них иногда подсаживались к клиентам.
      - Да это скрытый бордель, - тихо усмехнулась Эвели.
      - Я это уже понял, - так же тихо отозвался колдун, ведя ее к одному из столиков, не зажатому в углу, но и не слишком выделяющем парочку из толпы.
      «Сюда бы Вессалора", - мимоходом подумалось Фьерну, - "он бы точно оценил».
      Усевшись за столик, они сделали заказ у одной из красавиц, проходившей мимо. Девушка окинула Фьерна заинтересованным взглядом и, приняв заказ - удалилась.
      - Наверное, именно сюда тебе бы предложил отправиться капитан Абени, - Эвели сверкнула глазами. - Интересное местечко... Возможно, и удастся что-нибудь узнать.
      - Скорее всего, да, - согласился Фьерн, - "эльфийки всех мастей" говорил он тогда... Или что-то в этом роде. Впрочем, сейчас оно уже не имеет значения.
      В ожидании заказа, потягивая быстро принесенные официанткой напитки, колдун окинул внимательным взглядом присутствующих - как клиентов, так и тех, кто работал тут. Они посидели некоторое время, присматриваясь к народу и обмениваясь незначительными репликами. Когда официантка принесла заказ, колдун и бард принялись за еду. Кормили здесь, в самом деле, отменно. Они заказали вино, и подошедшая к ним девушка с подносом и бокалами, наклонилась, чтобы поставить их на столик. Вдруг кто-то из посетителей случайно толкнул её, и девушка уронила бокал. Вдребезги. Вино брызнуло на платье Эвели, залив подол. Официантка принялась лепетать извинения, но Эвели лишь закатила глаза и, сказав Фьерну, что скоро вернётся, вышла из зала.
      Бард отправилась в дамскую комнату, чтобы замыть подол платья. Вход в комнату находился в коридоре, куда можно было попасть из центрального зала. Символическую дверь являли собой занавеси из тростниковых колечек, а в самой комнате, отделанной мрамором и зеркалами, толпилось несколько женщин. Сначала эльфийке показалось, что в уборной просто очень душно. Трудившаяся над юбкой девушка, несколько раз смахнула капельки пота со лба. Через некоторое время стало трудно дышать и, подняв голову, она встретилась со своим отражением в зеркале - в глазах сияли опасные пламенные огоньки. Эвели ощутила волну огня, прокатившегося по телу и, согнувшись от боли, осела на мраморный пол. Несколько женщин, находящихся в помещении, ощутили жар, исходящий от девушки и отскочили в стороны. Одна из них попыталась приложить смоченный холодной водой платок ко лбу эльфийки, но обожгла руку и с криком отстранилась.
      Колдун уже некоторое время потягивал своё вино, в ожидании барда, как почувствовал, что на плечо ему легла тонкая ручка - это незадачливая официантка вернулась с новым бокалом вина. К его удивлению, эльфийка, поставив бокал, присела на колени к человеку, обвив его шею руками.
      - В "Лунный зал" все приходят за развлечениями и ты не исключение, красавчик, - прозвенел её голосок. - Позволь мне показать тебе, чем славятся девушки нашего заведения.
      Колдун невозмутимо сделал еще один глоток вина из своего бокала и только после этого повернулся к женщине. Дернув левой бровью, он окинул эльфийку спокойным холодным взглядом.
      - Прошу позволить мне завершить мой ужин, - равнодушным тоном ответил человек. - Пока он не остыл. А выбирать себе развлечения я предпочитаю сам.
      Эльфийка надулась, а в её миндалевидных глазах мелькнул злой огонёк, она хотела что-то ответить, но не успела. Из другого конца зала, с той стороны, куда ушла Эвели, послышались крики.
- Тут девушке плохо!
      Как Фьерн понял, что что-то стряслось именно с Эвели? Интуиция? Что-то ещё? Не обращая внимания на мечущие молнии глаза негодующей девицы, он быстро встал и направился к толпящимся женщинам. Пресекая шумное возмущение своим вторжением, колдун объявил: - Она со мной. - И шагнул за занавески.
      Бард сидела на полу, судорожно дыша и прикрыв глаза. Её пульс увеличился, а бледное лицо лихорадочно порозовело. Эвели уже не слышала, что происходит вокруг, в голове, словно рёв дракона, звучал шум пламени. Казалось, словно бы каждая клетка её тела горела. «Эреван Илессир, помоги мне…».
      Едва Фьерн приблизился к Эвели, его обдало волной страшного жара. Защитное заклинание сложилось само собой. Теперь стало возможным хотя бы дышать, не опасаясь проплавить нутро. Колдун склонился над эльфийкой, шепча слова и делая пассы. Этим чарам требовалось чуточку времени. Хриплым голосом он позвал её по имени, перемежая его с магическими словами. Он сжал её руку. Зеркала и плиты пола уже покрылись инеем. Фьерн снова позвал её, выдыхая холод. Мороз был страшным и все женщины уже давно покинули помещение, но у Эвели даже не посинели губы. Девушка чувствовала, что боль отступает, а на её место приходит жуткая слабость. Эльфийку окатила блаженная волна облегчения - мышцы расслабились, и голова девушки поникла. В комнату кто-то зашёл. Это оказалась женщина, с длинными рыжими волосами. В её облике странным, но приятным образом переплелись человеческие и эльфийские черты. Женщина была одета в фиолетовую тунику и заправленные в сапоги брюки. Вздрогнув от невыносимого холода, она быстро произнесла:
      - Пойдёмте со мной, я устрою девушку в одной из комнат наверху.
      Фьерн кивнул. Голоса у него сейчас не было. Подхватив эльфийку на руки, он направился следом за рыжеволосой женщиной в верхние комнаты. Они поднялись по ступеням на второй этаж, проходя через площадку которого можно было наблюдать обнимающиеся парочки и слышать вздохи и стоны, доносящиеся из-за дверей. Где-то тихо играла музыка. Женщина поманила Фьерна за собой, на лестницу, ведущую выше. На третьем этаже, посетителей уже не было. Несколько дверей, по разные стороны коридора, явно предназначались для хозяев заведения. Рыжая указала на одну из комнат и удалилась, пообещав вернуться с лекарем.
      Колдун поблагодарил провожатую и пинком ноги распахнул указанную дверь. Обстановка, в которой он оказался, сейчас была колдуну безразлична. Он бережно уложил истощённую Эвели на мягкое покрывало кровати и принялся распускать шнуровку узкого корсажа эльфийки, чтобы девушке было легче дышать. Через некоторое время вернулась его провожатая, а с ней низенький, морщинистый старичок в кафтане и чалме. Отодвинув Фьерна в сторону, старичок пощупал пульс лежащей девушки, потрогал ее лоб, приподнял веки. Затем, достав из небольшой сумки пузырёк с сиреневой жидкостью, капнул одну каплю ей в рот. Посмотрев на человека, старичок произнес тихим, писклявым голосом:
      - С ней всё будет в порядке, просто сильное истощение внутренних ресурсов организма. Небольшой отдых и хорошее питание. Я дал ей лекарство, восстанавливающее баланс внутренних сил и энергии.
      Лекарь кивнул женщине и вышел из комнаты. Рыжеволосая, всё это время стоявшая возле дверей, скрестив руки на груди, подошла поближе.
      - Мне очень жаль, что вам пришлось испытать неприятные эмоции в нашем заведении. Моё имя Алисса, и мой муж владелец "Лунного зала". - Женщина внимательно посмотрела на Фьерна, её глаза, цвета земляного ореха, изучали лицо мужчины. - В последнее время нечасто встретишь такую пару - эльф и человек.
      - Рад знакомству, Алисса, я Фьерн, - представился колдун, его голос все еще был хриплым, но это не мешало колдуну выказать хозяйке должную учтивость. - Могу Вас уверить, что вины заведения в сложившейся ситуации нет, и в свою очередь благодарю за предоставление нам этого уютного уголка. Что до нас с госпожой, - он посмотрел на спящую Эвели, - то нас свели обстоятельства, которые много сильнее того что тут творится. К тому же, нам обоим нет дела до подобных предрассудков.
      - Я понимаю, - улыбнулась Алисса. - У моих родителей было тоже самое. Отец человек и мать эльф. А я в итоге - между двумя мирами... - она посмотрела на Эвели. - Отдыхайте пока. Я распоряжусь, чтобы вам принесли еды.
      Когда Алисса вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь, Фьерн накрыл Эвели покрывалом, а сам сел в изножье кровати. Иней высунулся из рюкзака, спрыгнул на покрывало и перебрался девушке на живот, где и устроился, свернувшись пушистым клубком. Колдун искренне надеялся, что с бардом всё будет в порядке, но был раздражен от того, что сам ей помочь сейчас не мог.
      Эвели спала, и ее сон был очень глубоким. Просидев некоторое время у постели эльфийки, колдун не заметил, как сам задремал. Двумя этажами ниже послышался шум, который уловило лишь чуткое ухо котенка. Иней приподнял сначала одно ушко, затем второе, и вот уже два больших разноцветных глаза всматриваются в темноту за дверью, словно могут видеть сквозь дерево. Шум нарастал, и на лестнице вскоре послышались шаги. В комнату ворвалась Алисса и прокричала:
      - Напали на "Зал"! Кажется, нежить и вампиры! Заприте двери, здесь они под охраной высшего символа Кореллона и Илессира!
      Фьерн вскочил, едва дверь распахнулась, но не успел он вставить и слово, как хозяйка вновь исчезла. Колдун посмотрел на Эвели, она все еще выглядела утомленной, хотя все же лучше, чем сразу после пробуждения крови. Рука потянулась за спину. «Демон, я оставил копье внизу!», - прислонившись к двери, он прислушался. Руки выводили пассы, а губы шептали, свивая чары, что позволили бы видеть творящееся снаружи. Грохот на нижних этажах смешался с человеческими и эльфийскими воплями. Чей-то пронзительный крик оборвался у самой двери на третий этаж. Через некоторое время, послышался звук распахнувшейся двери. Из щели под дверью их комнаты потянуло могильной затхлостью, а свеча, горевшая на столике, возле Эвели потухла. Иней соскочил с девушки и, подбежав к колдуну, выгнул спинку, шерсть на которой стояла дыбом, и зашипел на дверь.
      Ясновидение ничего не дало, впрочем, Фьерн не слишком на него и рассчитывал. Коридор вроде был достаточно узок для сражения, но тут он вспомнил предупреждение хозяйки не открывать двери. Колдун отошел на шаг и принялся зачаровывать порог. Несколько струек дыма проникли в щель под дверью. Своеобразный туман заполз в комнату - его мертвенную зелень можно было разглядеть даже в темноте. Клубы дыма сформировались в лица - кричащие или зовущие. Призрачные сущности, для которых защита перед дверью оказалась бесполезна, воздействовали только на подсознание, вызывая страх и ослабляя волю. За дверью послышались шаги и кто-то заскребся.
      От призрачных лиц веяло могильным холодом, они стремились выморозить и заглянуть в самую душу, но Фьерн мог сопротивляться им. Холод тот или иной его не пугал. Напрягая силы и сосредоточившись, он принялся возводить новую защиту - защиту от гостей не из физического мира, огораживая ею постель со спящей эльфийкой, куда поспешно нырнул Иней. Несколько сущностей коснулись Фьерна, по коже колдуна пробежала дрожь, но ничего кроме этого они не добились. Призраки покружились по комнате, пытаясь пробиться сквозь защиту, установленную колдуном. Видимо они обладали определенным разумом или чей-то разум направлял их - но они улетели прочь, поняв, что их воздействие на колдуна нулевое. Из соседних комнат послышались крики ужаса. Кажется, эта ночь стала ночью криков.
      Предсмертный вопль ворвался в тяжкий сон Эвели и девушка со стоном очнулась. Она резко села на постели, отводя от лица волосы и вглядываясь в темноту.
      - Что такое? Где мы? - прошептала эльфийка и слегка вскрикнула, почувствовав, как что-то коснулось ее ноги. Увидев, что это котенок, она успокоилась и прижала маленькое теплое тельце к себе. В этот момент леденящий душу скрежет за дверью повторился. Воздух словно искрил от перенасыщения магическими силами. Фьерн обернулся, услышав вскрик девушки, его лицо было напряженным и сосредоточенным.
      - Кто-то напал на заведение... - объяснил он, и снова повернулся к двери. Ладони колдуна были наполнены белым искрящимся светом. - Ты в порядке?
      Эвели поднесла одну руку ко лбу:
      - Вроде бы... Голова болит... А кто напал?
      Скрежет за дверью прекратился, и на некоторое время наступила тишина, пугающая еще сильнее, чем любые звуки.
      - Алисса кричала что-то о нежити, вампирах. Я не смог ничего "увидеть", но оснований ей не верить у меня нет. Еще она сказала, что двери запечатаны символами эльфийских богов, надеюсь, они выдержат, - Фьерн говорил шепотом, ни на миг не отпуская скопленную в ладонях, готовую для удара магию. - И за нашей дверью кто-то стоит...
      - Кто такая Алисса? - эльфийка подозрительно покосилась на колдуна. Иней на краю кровати снова зашипел, глядя на дверь, которая внезапно содрогнулась от удара. Эвели опустила ноги с кровати и слегка пошатываясь, встала, вынимая кинжалы из ножен. Лук она не нашла - не заметила, что он лежит с другой стороны, на кресле.
      - Хозяйка заведения, полуэльфийка. Тебе снова стало плохо, и она предоставила нам эту комнату.
      Фьерн продолжал выжидать, правда, предпочел отступить чуть назад и в сторону - как раз вовремя. Последовало несколько сильных ударов - замок вывалился в комнату, дверь распахнулась. На пороге стояли две женские фигуры. Изящные красавицы, с бледными лицами и пунцовыми губами. Длинные волосы - черные у одной и белые у другой - распущены, облегающие платья - обрисовывают каждый контур прекрасного тела. Впечатление портили лишь глаза, тускло мерцающие алым. Женщины смотрели на своих жертв и их лица казались молодыми и невинными. Но тут одна из них облизнула губы - во рту блеснули два острых клыка. Синхронно они протянули руки, словно молили приблизиться к ним и что-то зашептали. Их голоса, сотканные из крови, яда и приторного меда зазвучали в головах барда и колдуна. Этот сладострастный шепот не произвел на эльфийку ни малейшего впечатления, но этого нельзя было сказать о человеке. Слова незваных гостий завораживали, подавляли волю, пытались подчинить себе. Но тут Фьерна словно ледяной одой окатило - рефлекс ли, результат тренировок сознания, защита ли одного из амулетов или элементарное подсознательное отвращение живого к нежити?.. Оскалившись, колдун взмахнул руками и что-то крикнул. Два ледяных копья вонзились в тела сладостно-шептавших вампирш. Женщин отбросило к стене, но не убило, а разъярило еще сильнее. Поднявшись на ноги, они бросились к проходу, отталкивая друг друга. Но наткнулись на невидимую преграду. Сначала в их остекленевших багровых глазах отразилось недоумение, а затем - дикая ярость. Эвели отступила на пару шагов назад. Женщины принялись кидаться на дверной проем, который каждый раз встречал их невидимой преградой. Наконец они замерли и, отступив, исчезли. Фьерн смотрел туда, где только что была нежить. Шум внизу постепенно стихал, и было неизвестно, что происходит в здании.
      - Думаешь, они ушли? - не оборачиваясь, спросил колдун у Эвели. - Или просто отступили?.. - Он махнул рукой, захлопывая дверь, и прошептал заклинание магического замка.
      - Не знаю, - прошептала эльфийка, оглядываясь и осматривая комнату. Наконец она увидела то, что искала - стул со слегка загнутыми ножками. Указав на них Фьерну, она заметила: - Хорошо бы нам отломать их в качестве кольев.
      - Думаешь, это осина? - спросил колдун, и, подойдя к предмету мебели, принялся его ломать. Вскоре у них в распоряжении оказались четыре увесистые дубинки, с достаточно узкими концами. Фьерн настороженно вслушивался в то, что происходит снаружи. Он не мог позволить себе прозевать новую атаку.
      - Я слышала, что осина не обязательна, сойдет любое дерево, - пожала плечами эльфийка, беря два кола в руки вместо кинжалов. - Интересно, откуда нежить появилась в таком приличном заведении...
      В этот момент раздался звон разбитого стекла. Занавеси всколыхнулись и два существа ворвались в комнату через окно. Брюнетка бросилась на Фьерна, с невероятной силой повалив его на землю и метя в горло. Блондинке не удалось достать до Эвели, но зато она сразу применила несколько мощных приемов рукопашного боя. К счастью Эвели их знала по занятиям с лучшим бойцом крылатых эльфов. Увернувшись от атаки, эльфийка попыталась достать вампиршу колом. Деревяшка скользнула по груди блондинки, но та увернулась. Вампирша принялась наступать на Эвели, а бард с трудом уворачивалась от ее ударов - голова все еще болела, а перед глазами все плыло.
      В падении Фьерн выставил локоть, не позволяя нежити добраться клыками до его шеи, но сила удара об пол была такова, что из легких колдуна, в миг вышибло воздух. Однако он попробовал отшвырнуть от себя врага мощным ледяным ударом. Брюнетку сбросило с Фьерна, но она быстро вскочила на ноги и, зашипев, приняла оборонительную позу. Вряд ли она понимала, что он не будет сражаться с ней врукопашную. Следующим заклинанием Фьерн выбрал Кислотную Сферу, оно давалось ему не столь легко, как чары холода, но затруднений не вызывало, едкие зеленые пары закружились вокруг его фигуры и шипящий шар жгучей жижи врезался в вампиршу, растекаясь по её телу. Страшно закричав, женщина принялась сдирать с себя покрытую кислотой одежду, а на ее бледной коже появились отвратительные пятна. Но, разумеется, это ее не остановило, и она снова бросилась на Фьерна.
      - Не забудь про кол! - прокричала Эвели обернувшись. В этот момент вторая немертвая нанесла ей удар по ребрам. Задохнувшись, эльфийка рухнула на колени, подставляя шею вампирше. Та с мерзким шипением вцепилась Эвели в волосы и запрокинула голову девушки, обнажая длинные белые клыки. Тяжело дыша, бард, из последних сил прижимая одну руку к ребрам, вторую закинула вверх и всадила ножку стула в грудь мерзкой твари, на которую уже прыгнул Иней, яростно дравший когтями шею немертвой.
      Фьерн увернулся от броска осатаневшей вампирши, уйдя из-под удара в самый последний момент. Колдун вывернулся и полоснул вражину широким ледяным лезвием, отсекшим по ходу своей траектории ножку стола, что завалился на вампиршу атаковавшую барда. Голова вампирши, отсеченная Фьерном покатилась по полу и замерла недалеко от сидящей на полу Эвели. Лунная эльфийка брезгливо поморщилась и заметила, прижимая руку к ребрам:
      - Я смотрю, брюнетки к тебе неравнодушны…
      Вторая нежить уже представляла собой кучку рассыпавшегося праха - кол сделал свое дело.
      - Думаю, здесь дело не столько в цвете волос, сколько в неких... хм... магических предрасположенностях, хотя возможно, я и ошибаюсь, - Фьерн помог Эвели подняться. - Ты ранена? - встревоженно спросил колдун эльфийку. Эвели немного смутилась и покачала головой, не желая снова казаться беспомощной. И так слишком много возни с ней было, с тех пор как они познакомились.
      - Нет, просто ушиб. Я немного приду в себя и смогу залечить, - девушка осторожно села на кровать. - Нужно проверить, остались ли наверху живые.
      - Прежде я должен убедиться, что с тобой все действительно в порядке, - негромко, но твердо сказал Фьерн. - Я посижу с тобой, пока ты не сможешь заняться своими ранами. Я не исключаю возможность еще одной атаки.
      Эвели откинулась на спинку кровати и скрипнула зубами от боли. Выдохнув воздух из легких, она хрипловато произнесла:
      - Все это очень и очень странно. Нападение на такое заведение в столице Амна. За этим стоит кто-то очень сильный или безрассудный. Надеюсь, эта твоя Алисса осталась жива и нам удастся кое-что выяснить.
      - И вовсе она не моя, - хмыкнул Фьерн пожав плечами, но тут же поморщился - его спине, похоже, был гарантирован роскошнейший синяк. - Вот ведь чертовки, - пробормотал колдун, - и кто только их вызвал?! - Иней вылез из-под кровати и, вскочив на неё, ткнулся лбом Фьерну в бок. Колдун не смог удержаться и потрепал котенка по пушистой шкурке.
      - Тебе тоже досталось, - сочувственно произнесла Эвели, протягивая руку и гладя колдуна по спине. - Часок отдохну и займусь нашими ранами. Надеюсь, у нас есть это время в запасе.
      Фьерн слегка расслабился от прикосновения Эвели.
      - Да это ерунда, со мной и хуже бывало,- улыбнулся колдун. - Знаешь... - он взял девушку за руку, - я рад, что ты со мной, и что ты осталась жива.
      Эльфийка внимательно всмотрелась в его глаза и улыбнулась в ответ, поглаживая пальцы Фьерна.
      - А я то как рада. Ха, даже болеть меньше стало от твоих слов, - она усмехнулась, и устало прикрыла глаза. Через некоторое время ее хрипловатое дыхание стало более ровным, и девушка задремала. Фьерн сел рядом, обнимая эльфийку, невзирая на жалобы отбитой спины, и устроил её голову у себя на плече. Чувствуя её дыхание так близко ему было как-то спокойнее... увереннее, что в его руках опасность грозит ей меньше, чем где бы то ни было.
      Нападение произошло в три часа ночи - самое темное время и сейчас уже шел пятый час. Скоро должен был наступить рассвет. Тишина, царившая в здании, могла говорить о многом. Возможно все, кроме них были убиты, а возможно выжившие также прятались по комнатам. Примерно через час Эвели была вырвана из своего сна-забытья. Она просто внезапно проснулась, вглядываясь в полумрак комнаты и прислушиваясь к дыханию задремавшего Фьерна. В его объятиях было так уютно, что не хотелось шевелиться, и бард мысленно прокляла всех вампиров на свете. Эльфийка сосредоточилась на своих болевых ощущениях и принялась читать исцеляющие заклинания. Ощутив, что совсем рядом творится магия, колдун встревоженно встрепенулся, выныривая из дремоты, но поняв, что это Эвели принялась за выполнение своих целительских намерений успокоился.
      - Как ты, красавица?
      Эвели приоткрыла один глаз и посмотрела на Фьерна.
      - Намного лучше... - она помолчала, прислушиваясь к ощущениям своего тела, попробовала глубоко вздохнуть и удовлетворенно кивнула. Высвободившись из объятий колдуна, она встала на колени на кровати и бесцеремонно повернула его к себе спиной, снимая камзол и поднимая рубашку. Изучая синяк, выделяющийся на светлой коже, она осторожно прикоснулась к нему прохладными пальцами и слегка надавила.
      - Это хорошо, что лучше… ох! - невольно выдохнул колдун, когда Эвели его развернула. Прикосновение прохладных пальчиков девушки к отбитому месту вызывало у него противоречивые болезненно-приятные ощущения. - И как там? Очень худо?
      Эвели задумчиво рассматривала синяки - а их получилось несколько, осторожно проводя пальцами по мускулистой спине колдуна. Почему то ей живо вспомнился момент, когда она наблюдала за его тренировкой в доме Корина-Змея.
      - Довольно болезненно и надолго… если бы не было меня, - усмехнулась бард, начиная читать исцеляющее заклинание. Ее пальцы осветились легким голубоватым светом, и больные места окутало тепло.
      - Что ж, в таком случае мне очень и очень повезло, что ты рядом, - по голосу колуна было слышно, что он улыбается. Фьерн убрал со спины волосы. - Впрочем, была бы мне наука, что не поставил защиту, как следует... - он вновь посерьезнел, задумавшись о совершенном на них нападении.
      - Они были очень сильны, эти высшие вампирши. Их обычно сложно победить, но мы неплохо справились. Не хочется этого говорить, но нам нужно выйти из комнаты и попытаться разведать обстановку. Светает и нежить должна разойтись по домам.
      Колдун кивнул и его лицо приняло сосредоточенное выражение.
      - Мне в первую очередь хотелось бы знать, кто вызвал их. Кто-то намеренно натравил их на это заведение.
      В это момент лучик солнца скользнул сквозь разбитое окно и упал на труп вампирши с отсеченной головой, тот стал дымиться и вскоре осыпался в прах. Закончив лечение - на месте синяков не осталось и следа - девушка со спины обхватила колдуна руками и чмокнула в висок. Фьерн обернулся, взял руки Эвели в свои и, поцеловав их, сказал:
      - Спасибо тебе.
      - На здоровье, - улыбнулась эльфийка, вставая с постели и поправляя платье. Она направилась к двери, по дороге подхватив с постели Инея и целуя его в мордочку, тихо прошептала: - Ты мой маленький защитник.
      Осторожно приоткрыв дверь, эльфийка выглянула в коридор - он был пуст и тих. Только пыль клубилась в первых солнечных лучах, проникающих сквозь витражное окно в конце коридора. Фьерн осторожно заглядывал в каждую дверь, попадавшуюся на их пути, ища то, что могло оставить после себе вторжение. Найти выживших казалось маловероятным, но колдун не терял надежды. В некоторых комнатах попадались трупы, с застывшим на лицах выражением ужаса. Вероятно, это были несчастные жертвы леденящих душу призраков. Дверь в крайнюю комнату была не взломана. Из-за нее спустя несколько секунд тишины, раздался голос:
      - Кто?
      Фьерн узнал женщину.
      - Алисса, у вас все нормально? - колдун тронул дверную ручку, чувствуя легкое покалывание защитной магии. – Похоже, все закончилось.
      Дверь приоткрылась, и в проеме показалось бледное лицо полуэльфийки с ярко проступившими на нем веснушками. Узнав Фьерна и Эвели, женщина распахнула дверь. За ее спиной обнаружилась просторная комната с широким круглым столом и богатой обстановкой. За столом сидел мужчина, судя по внешности - солнечный эльф и двое лунных эльфов держали мечи в руках стоя возле окна.
      - Слава Кореллону, вы живы, - выдохнула Алисса. - Я думала никого не осталось. На окне в вашей комнате недавно меняли стекла и забыли поставить защиту. - Она отступила от двери, приглашая их войти.
      - Ну, дверь тоже не выдержала... - заметил колдун, стоя на пороге, скользя взглядом по незнакомым мужчинам. - У вас все хорошо? Может, видели что-то наводящее на того, кто вызвал вампиров? А где ваш любезный супруг?
      Светловолосый эльф поднялся из-за стола им навстречу.
      - Мое имя Риен и я владелец этого заведения, - голос его звучал довольно сухо, но это могло быть реакцией на последние события. – Кажется, сегодня вечеринка не удалась.
      До сих пор молчавшая Эвели заметила:
      - Вы не хотите проверить - нет ли еще выживших? И возможно стоит вызвать стражу?
      Алисса кивнула:
      - Думаю уже можно спуститься вниз - день на дворе.
      Они покинули комнату и направились к лестнице на второй этаж. По мере того, как они спускались, надежды на то, что выжил кто-то еще, улетучивались. Всюду царили картины разрушения, наполненные многочисленными трупами, на чьих лицах застыли гримасы ужаса. Фьерн для порядка ворошил некоторые завалы, но безуспешно. Иней шнырял между трупами и мусором, и если бы там что-то было, смышленый котенок наверняка дал бы понять.
      - Вы собираетесь выяснять, кто натравил нежить? - спросил он хозяев.
      Некоторое время они продолжали молча пробираться сквозь разрушения, потом Алисса заговорила:
      - Мы это и так знаем...
      Они как раз подходили к выходу на первый этаж - еще недавно полный жизни и веселья, а теперь представляющий собой кладбище.
      - И кто же это? - осведомился Фьерн, поднимая свое копье. Кто-то из посетителей не выдержал того, что призраки залезли ему в душу и бросился на оружие колдуна.
      Недалеко от дверей Эвели узнала труп облившей ее вином официантки. Она многозначительно посмотрела на Фьерна и тихо сказала:
      - Эта дуреха сама того не ожидая спасла нам жизнь.
      - В некотором роде да, - согласился Фьерн, отирая древко и наконечник копья об одежду самоубийцы.
      - Некоторые... хм... недоброжелатели, - буркнул хозяин, отвечая на ранее заданный вопрос.
      Полуэльфийка, в глазах которой, ярость смешивалась с болью, добавила:
      - Проклятые Элдрет Велуутра...
      - Алисса! - эльф хотел было что-то сказать, но махнул рукой и отошел к стойке, принимаясь копаться там.
      Женщина упрямо посмотрела на барда и колдуна:
      - Они уже давно нам угрожали. Но я не думала, что это затронет весь "Зал" и посетителей... Защита была лишь на нашем этаже...
      Женщина отправила одного из своих охранников за стражей, а сама прошла в комнату за барной стойкой. Эвели посмотрела на человека:
      - Ну и ну...
      - Мы их искали, а они нашли нас, - одними губами прошептал Фьерн. - Хотелось бы мне знать, как они доставляли угрозы нашим почтенным хозяевам. - Фьерн застегнул плащ и закрепил за спиной копье. - И вот что еще… Эту нечить вызвал очень сильный маг... Я бы, пожалуй, не рискнул встретиться с ним в открытым бою, если бы у меня был хоть какой-то выбор.
      Эльфийка кивнула, прикусив губу и задумчиво глядя на колдуна:
      - Но видимо именно с ним мы и столкнемся в итоге.
      Через некоторое время появились стражники, и двое из них не сумели справиться с тошнотой и обмороком при виде кровавой бойни. Алисса пригласила барда и колдуна в свою комнату, пока стража внизу занималась телами. Эвели сидела за столом, отпивая из чашки чай с ромом, предложенный мужем рыжеволосой. Завтракать совершенно не хотелось. Фьерн откинулся на спинку стула, ограничившись чашкой горячего крепчайшего чая, и принялся расспрашивать Алиссу об угрозах.
      - В какой форме вам поступали угрозы? На что давили? Систематичность?
      Если Алисса и была удивлена заинтересованностью и настойчивосью колдуна, то она это никак не показала. Отпивая из чашки мелкими глоточками, женщина рассказала следующее. Несколько лет назад она с мужем начала получать угрозы - сначала анонимные - с требованием прикрыть заведение для людей и прочих рас. Дескать, не стоит представителю знатного эльфийского рода (мужу Алиссы) предлагать истинно эльфийские развлечения низшим существам. Да еще и с эльфийками в качестве обслуги. Разумеется, имея влиятельных друзей среди знати Аткатлы, они не обратили внимания на угрозы. После чего последовали несколько предупреждающих нападений - сначала на Алиссу в ее комнате, затем на слуг. Поскольку нападения носили магический характер - они позаботились о соответствующей защите. А также разузнали о тех, кто им противостоит. Собственно Риен сразу подозревал Организацию, но сначала не верил, что та добралась и до Амна.
      - Угрозы, разумеется, были анонимными? - колдун задумчиво постукивал длинными пальцами по столешнице. - А вы не пытались определить источник и направления магических нападений? Ведь с упомянутыми вами связями, я думаю, найти толкового мага было не слишком сложно?
      Риен молча слушал рассказ жены, никак его не комментируя. Казалось, он был недоволен тем, что она рассказывает подобные вещи посторонним людям. Видимо в Алиссе говорила ее человеческая кровь, она была более эмоциональна, чем ее муж и налив Эвели еще чаю, женщина заметила:
      - О таких вещах не принято распространяться, я это прекрасно понимаю. Но вы мне понравились с первого взгляда, поэтому я и позволила подняться наверх и занять комнату. Эльф и человек вместе - это необычно и это близко мне. Не думаю, что вы работаете на Элдрет, и раз вы приняли участие в этой битве и даже уничтожили часть врагов - я хочу чтобы вы были в курсе. А что касается их анонимности... У нас действительно есть неплохие связи в Аткатле, но и у них они есть. Вы не поверите, где они обосновались. Это древний, заброшеный храм Кореллона.
      Через некоторое время начальник стражников вызвал Алиссу с мужем в коридор, и они начали что-то бурно обсуждать.
      - Что ж, - Фьерн отпил немного чаю, - это было одно из наших предположений - храм. Но думаю искать именно там, мы бы вряд ли пошли сразу.
      - Кореллон, - протянула Эвели, - это на них похоже. Они ведь считают, что борятся за права эльфов, и он должен их поддержать в этом стремлении. - Девушка задумчиво посмотрела в глаза колдуна: - Нам надо узнать месторасположение храма и тщательно продумать свои действия. Нельзя бросаться в самое пекло не подготовившись.
      - Ты никогда не слышала об этом храме? - спросил Фьерн. – Обмолвки, слухи, сплетни? Да, надо выяснить все, что можно, и так, чтобы они не вышли на нас, прежде чем мы будем к этому готовы.
      Эвели пожала плечами:
      - Не думаю, что они ищут именно нас. Ты им не нужен, мой след давно затерялся. Вообще, я ничего не слышала о здешних храмах. Амн довольно темная лошадка для меня. Никогда им особо не интересовалась.
      - Я к тому, что действовать надо осторожно, - пояснил Фьерн, - чтобы они предельно поздно узнали, что под них копают, и еще позже, что копаем именно мы, - колдун задумчиво потер подбородок. - Хм... Наверное, зря мы ушли от старика. Поиски займут какое-то время.
      - Найдем гостиницу где-нибудь на окраине города. Жаль, что петь там мне будет нельзя, чтобы не привлекать излишнего внимания, - кивнула Эвели, вставая из-за стола.
      Вернулась Алисса и на вопрос о храме, сказала лишь, что это где-то на северо-востоке.

0

13

Гостиница, на которой бард и колдун остановили свой выбор, находилась в восточной части города. Хозяином был сурового вида дворф, бравший деньги и не задававший лишних вопросов. Новым постояльцам отвели небольшую, чистую комнатку, с окнами на север, отчего, возможно, она казалась немного темноватой.
      - Мне нравится комната, - заметила Эвели, когда они спустились в общий зал на обед. - Приятный такой полумрак. Надеюсь, здесь мы обойдемся без вампиров. - Девушке принесли кусок оленины в соусе и стакан темного пива. С аппетитом принявшись за еду, она заметила: - Кажется, я совсем поправилась. А как твоя спина?
      - Я тоже надеюсь, что нежить минует нашу новую обитель, - отозвался Фьерн, прожевав кусочек запеченной рыбы. Колдун исподволь рассматрвал собравшийся в неярко освещенном зале контингент. Зал был переполнен, но разбит на группы посетителей и никто не обращал на остальных внимания. - В конце концов её натравили не на нас. Пока что. И я рад, что с тобой все хорошо, - улыбнулся он. - Я, благодаря твоим стараниям, тоже в полном порядке, - словно в доказательство при этих словах Фьерн повел плечами. - Впрочем, думаю вскоре, ты сама во всем убедишься. Досконально, - колдун выразительно приподнял черную бровь.
      Эвели тоже приподняла одну тонкую бровь и тихо рассмеялась:
      - Жду не дождусь...
      - Как думаешь, откуда нам следует начать поиски? - вдруг серьезно спросил Фьерн, резко меняя тему. - Я попробую разговорить кого-нибудь из местных товарищей, но чуть позже. Хотя следует придумать и что-то посущественнее.
      Девушка отпила из стакана и заметила, взглянув на него из-под пушистых ресниц:
      - Я могу попытаться разговорить кого-нибудь. Думаю, у меня получится...
      - Я имел ввиду, что-то кроме опроса. Возможно, мне следует попробовать Предвидение. Хотя бы на здание храма. Правда, слабо представляю, что из этого получится.
      - Что за предвиденье? - эльфийка откинулась на стуле, немного нервно барабаня пальчиками по столу - предстоящая встреча с Организацией пугала ее больше, чем она хотела показать. Мимо, пошатываясь, прошла стайка гномов, распевающих песню.
      - Я могу попытаться увидеть этот храм. Что находится рядом с ним... Попытаться определить его местоположение, - пояснил Фьерн и нахмурился, - вот только, меня могут на этом поймать. Впрочем, не факт, если соблюдать должную осторожность.
      - Вероятно, придется попробовать… сейчас? - она хмуро посмотрела на колдуна.
      - Ближе к вечеру, - прикинув в уме, решил колдун. - Это не просто заклинание, а своего рода ритуал, так что мне надо будет его подготовить. Совсем, - он хмыкнул, - как иному
волшебнику-книжнику. Когда я завершу приготовления, выйдет луна, а её нынешняя фаза будет мне на руку.
      Посидев ещё некоторое время, прикидывая в уме, что им лучше предпринять в течение дня, Эвели выпила ещё пива, чувствуя, как наконец отступает напряжение прошедшей ночи. Впереди их ждала опасная работа, но раньше времени лучше было об этом не думать.
      Таверна, судя по всему, пользовалась популярностью. Постоянно входили и выходили новые посетители, раздавались взрывы смеха, обрывки песен и разговоров. Краем уха, эльфийка уловила несколько разговоров о смерти прекрасной танцовщицы гарема, о похищении девушки полудроу, о большом пожаре в старинном особняке Гриммора, в котором погибла какая-то леди много лет тому назад, о спасении дочерей и невест знатных людей города и конечно о нападении на "Лунный зал". Девушка сидела, задумчиво усмехаясь - она в Амне всего ничего, а уже поучаствовала во всех громких событиях его городов. Жизнь барда столь невероятна. Колдун также прислушивался к разговорам.
      - Похоже, мы успели вляпаться во всё, ну или почти во все, - заметил он чуть насмешливо улыбаясь. - Но, пожалуй, никто не сможет проследить через эти события нитку нашего пути. Любопытно, здесь жизнь всегда столь насыщенна, или только когда сюда заносит столь неординарных личностей?..
      - Меня постоянно преследуют всякие необычные вещи, - чуть виновато улыбнулась эльфийка, расплачиваясь с трактирщиком за обед. - Кстати, деньги мои подходят к концу, а выступить здесь негде.
      - У меня пока достаточно средств, - успокоил девушку Фьерн, - а если что, всегда могу добыть. Выступать тут рискованно, ты права, о твоей виртуозности раззвенят по всей Аткатле, и кто-нибудь наверняка сложит два и два. А необычные вещи делают жизнь, интереснее.
      - А я и забыла, ты ведь из богатой семьи, да? - девушка лукаво посмотрела на колдуна, поднимаясь из-за стола и направляясь наверх, к их комнате. По пути она попросила принести горячей воды. Таверна и без того полная народом, наполнялась к вечеру еще больше. Благо комната барда и колдуна находилась в дальней ее части. Фьерн нахмурился словам девушки.
      - Я ушел из дома семь лет назад, о чем ни разу не пожалел, - негромко, но жестко произнес он. - Отец не отрекся от меня только потому, что это могло бы навлечь на него позор. Впрочем, не исключаю, - он саркастически усмехнулся, - что он еще не расстался с мыслью обратить меня на путь истинный. Поэтому ни один медяк из его кошелька не имеет ко мне ни малейшего отношения. И то, что у меня есть, я добываю сам.
      - Извини, я не хотела тебя оскорбить, - примирительно ответила Эвели, удивляясь себе. Обычно на подобный резкий тон она могла бы и обидеться, но на Фьерна почему то не получалось.
      В их просторной комнате было свежо и уютно, шум из нижнего зала практически не доносился сюда. У дальней стены стояла кровать и платяной шкаф, яркая половица на полу добавляла красок, а деревянные полы приятно поскрипывали. Слева за резной ширмой рядом с камином находилась большая кадка, в которую слуга уже таскал горячую воду.
      - Всё нормально, извини, что сорвался... - уже спокойно ответил колдун, неосознанно-виноватым движением руки касаясь виска. Тому, кто знал его хорошо, жест мог бы сказать, что Фьерн действительно считает, что сделал что-то не то или не так. Пройдя в комнату, он запер за вышедшим слугой дверь и принялся рыться в сумке в поисках своих записей. Однако его внимание привлекла кадка.
      - Потереть тебе спинку? - с улыбкой спросил он у Эвели.
      - Нуу, если хочешь, - ответила девушка, раздеваясь за ширмой и завязывая густые волосы в узел. Эльфийка капнула в воду из маленького флакончика, который достала из сумки. В воздухе запахло сиренью - ее любимыми духами. Эвели опустилась в горячую воду, и блаженно прикрыла глаза, ощущая, как тепло обволакивает ее тело. Несколько минут покоя отдалили все предстоящие проблемы далеко за горизонт.
      - М-м-м, хочу... - вкрадчиво ответил Фьерн вставая. Вдыхая аромат сирени, растворенный в клубящемся паре, колдун снял наручи, закатал рукава рубашки и, подойдя к кадке, где блаженствовала Эвели, взял мочалку и принялся мылить её.
      - А как ты зарабатываешь на жизнь? - после некоторого молчания, спросила девушка, не открывая глаз. Она скорее чувствовала, чем слышала, что Фьерн находится рядом. Легкий ветерок, дующий в окно, заставил Эвели поёжиться, и она нырнула немного глубже в воду.
      - Я авантюрист, красавица. Немного наемник, немного охотник за головами, ну и игрок, конечно. Просто мне везет. К тому же, я не один... был, - мягкая мочалка легла на плечо девушки. - Я странствовал с Вессалором, он, матерый авантюрист, многое мне показал и многому научил, - Фьерн ласково намыливал плечи Эвели. - Я ведь, когда мы начинали, совсем мальчишкой был. Один может и не выжил бы.
      - Ты и теперь не один, - Эвели улыбаясь, открыла глаза, приподнимаясь в кадке, чтобы колдун смог добраться до ее спины. Его нехитрые действия вызвали волну дикого удовольствия в теле эльфийки. Она обхватила руками колени, сдерживая желание броситься в объятия человека - всё-таки вода не должна была пропасть даром.
      - Да, и я счастлив тому, - мочалка заскользила по спинке Эвели плавными, размеренными движениями. - Хотя сейчас всё несколько иначе.
      Его рука двинулась вниз, вдоль позвоночника девушки. Зрелище точеной шейки, под поднятой массой густых волос, чуть завивающихся на кончиках от горячего пара, хрупкие плечи и лопатки с поблескивающими на них капельками воды, плавные линии изящной спины - было столь трогательным и в тоже время соблазнительным, что Фьерн едва не застонал.
      - И я тоже счастлива, - тихо ответила девушка, вздрагивая, когда его пальцы случайно касались кожи. Странная, жаркая тишина, прерываемая лишь лёгкими всплесками воды, воцарилась между ними. «Сказать или нет…», - раздумывала девушка.
      Не удержавшись, Фьерн наклонился над Эвели и коснулся губами нежной шейки барда, под самыми волосами, пробуя на вкус её распаренную от горячей воды кожу. Эвели снова закрыла глаза, полностью отдаваясь ощущениям. Она думала, что её кожа нагрелась в ванной, но губы Фьерна оказались ещё более горячими. Девушка решила всё же не говорить. Вместо этого тихо задала вопрос:
      - Ты когда-нибудь был женат Фьерн?
      Фьерн вздрогнул, ему показалось, что он ослышался, но похоже, всё-таки нет. В голове пронесся короткий вихрь воспоминаний.
      - Не был... - ответил он, после небольшой паузы, - а почему ты спрашиваешь? - его губы коснулись плеча девушки.
tab>Её сердце отбивало бешеный ритм, от горячего пара кружилась голова, но больше всего мутила разум близость человека. «Эреван Илессир, я не хочу снова страдать...»
      - А ты когда-нибудь любил? По-настоящему? - игнорируя его вопрос, продолжала пытать девушка.
      Фьерн выпрямился и вздохнул, сделал пару шагов и присел на корточки перед кадкой, так что мог смотреть Эвели в глаза.
      - Да, любил, - стараясь сохранить спокойствие, чтобы голос ни дай боги не дрогнул, ответил колдун. Мочалка до сих пор была зажата в его руке - капельки воды и пены падали на пол. Глаза эльфийки, синие, как сапфиры, внимательно смотрели на колдуна.
      - И всё ещё любишь, как я вижу... Почему вы не вместе?
      Она забрала мочалку, чтобы вода перестала заливать пол. На самом деле, это было лишь вынужденное действие, чтобы как то занять дрожащие руки. Лицо Фьерна ожесточилось от нахлынувших воспоминаний.
      - Нас разлучили или я её потерял... - наконец ответил он. - Со всех сторон это была моя вина. Мы плясали на острие лезвия, но в итоге сорвались и упали по разные его стороны.
      - А ты собираешься её искать? - эльфийка глубоко вздохнула, справившись с дрожью. Внимательно вглядываясь в лицо человека, она старалась запомнить каждую чёрточку. Сейчас оно было таким суровым, а глаза - холодны как лёд.
      - Нет, - вздохнул Фьерн. - Нам с ней не суждено быть вместе. Встретившись вновь мы лишь причиним друг другу новую боль, подведем под беды... - он прикрыл глаза, - я не хочу этого для неё. Лучше всего если она просто изредка вспоминает меня и вспоминает не бранным словом. Большего я от неё просить не в праве.
      - Понятно... - эльфийка встала из воды, вытираясь полотенцем. Она не смотрела на колдуна, чувствуя неприличную радость от его ответа и боясь, что глаза её выдадут. Тем не менее, определённое решение уже начало формироваться у неё в голове. Фьерн выпрямился, посмотрел на еще теплую воду, и резко меняя тему, заявил, что теперь тоже хочет совершить омовение. Эвели кивнула и, завернувшись в полотенце, вышла из-за ширмы.
      Добравшись до кровати, девушка легла, глядя в потолок. Лишь недавно она осознала, к чему привело это совместное путешествие и занятия любовью. Не стоило ей переступать грань, всё равно это отношения без будущего, но что ещё хуже... Нет, она даже мысленно запрещала себе произносить это. «Зачем я ввязалась... Мы не справимся с Элдрет Велуутра, не вдвоём... Даже если каким-то образом Фьерн придумает способ спасения своего друга и у нас всё получится - бред, конечно, но мало ли... После нам так или иначе идти разными дорогами. Стоит ли мне так рисковать... И драконья кровь... времени остаётся всё меньше. Хотя старик сказал, что Фьерн может выступить в качестве обезболивающего лекарства...». Поглощённая своими мыслям, Эвели не заметила как уснула.
      Искупавшийся Фьерн не стал будить девушку, их последний разговор разбередил слишком болезненные старые воспоминания. «И зачем она меня выспрашивала? Простое любопытство? Вряд ли...». Однако колдун решил сосредоточиться на деле, отогнав смурные мысли, и погрузился в тетрадь, написанную собственной рукой, дабы подготовиться к предстоящему ритуалу.
      Сон Эвели был тяжелым и душным, похожим на липкие сети паутины. Драконья кровь давала о себе знать легким жаром, от которого болела голова и трудно дышалось. Эльфийка перевернулась во сне и глухо застонала в подушку. Закатное солнце за окном окрашивало все в багрово-красные оттенки крови, словно дурное предзнаменование. Стон девушки вырвал Фьерна из хитросплетения схем, формул и заклинаний. «Опять!»
      Тетрадь упала на пол, захлопнувшись и выронив несколько закладок. Колдун сжал руку Эвели, и слегка тряхнул её за плечо, надеясь разбудить. Девушка резко подняла голову с подушки, закатный сон слетел, как будто его и не было. Встретившись глазами с колдуном, она отвела взгляд, вспомнив их разговор и свои мысли после. Заправив волосы за уши, Эвели приподнялась на кровати, выглядывая в окно - солнце садится и, значит, она спала около часа. Время улетает, а она так ничего и не решила. Фьерн нахмурился, видя, что Эвели отводит глаза.
      - Что-то стряслось? - спросил колдун, поднимая тетрадь. - Если что, лучше сразу скажи. Чтоб не наростало как снежный ком.
      - Всё нормально, - фальшиво протянула эльфийка, снимая с себя полотенце в котором уснула и, роясь в сумке, в поисках платья. Наконец она выбрала простое белое, из тонкого хлопка и принялась одеваться. - Когда ты собираешься приступать к этому своему ритуалу? Тебе нужна моя помощь?
      - Не верю, - спокойно сказал Фьерн и, отложив записи, подошел к девушке. Руки колдуна легли на плечи Эвели, разворачивая девушку лицом к человеку. - Скажи мне правду, - мягко попросил он, заглядывая в ее глаза. Глубоко вздохнув, пытаясь потянуть время, Эвели посмотрела на Фьерна, потом опустила взгляд. Решив, что полуправда в данном случае лучше, чем ничего, она ответила, запинаясь:
      - Я просто не уверена в том, что у нас получится что-то сделать с Элдрет Велуутра... А даже если и выйдет... У тебя не будет причин помогать мне и дальше. Как сказал старик-звездочёт, с твоей магией у меня есть шанс. Но... если ты спасёшь своего друга и исчезнешь, то я потеряю даже то немногое время, которое у меня ещё осталось.
      Колдун ласково, но твердо приподнял подбородок девушки, чтобы видеть её глаза.
      - Послушай меня, красавица, - горячим шепотом заговорил Фьерн, - послушай и запомни. Я не сбегу, Эвели. Не исчезну и не испарюсь. Я доведу до конца то дело, за которое взялся. Я помогу тебе избавиться от драконьей крови. И не смей думать иначе, поняла?
      Никогда за непродолжительное время их знакомства, молодой колдун не говорил с таким пылом, с такой убежденностью. Лунная эльфийка задрожала от страстного желания поверить во всё, что он говорил, но в глубине души знала, что будет сомневаться до самого конца. Сомнения могут разрушить их неожиданно возникший союз в самый неподходящий момент. Может, ей следует быть более жёсткой...
      - Ты считаешь, что обязан мне, потому что я с тобой сплю? - она прямо смотрела на мужчину. - В любом случае, мне не нужна твоя жалость.
      Фьерн едва не отшатнулся, его брови сошлись на переносице, а левая щека дернулась.
      - По-твоему я настолько жалок, что должен быть обязан тебе за то, что ты делишь со мной постель? - спросил он, не отводя взгляда. Голос колдуна был тих, но ощущалось, что спокойный тон стоит человеку немалых усилий. - Если я даю слово, я держу его. И здесь ни при чем, обстоятельства, чья - либо жалость или что-то еще!
      Эвели чувствовала, что играет со... льдом. Очень опасным, холодящим душу и вымораживающим жизнь льдом. Но всё равно она зашла уже слишком далеко.
      - Нет, но ты можешь считать, что это я жалкая - цепляюсь за тебя, словно надоедливый репей и, пользуясь обычными женскими средствами, вынуждаю помогать мне, - она заставляла себя смотреть в глаза колдуна, несмотря на ярость, которую видела в них. Казалось, сам воздух вокруг Фьерна заметно похолодел. Колдун сделал медленный глубокий вдох, стараясь сохранять хотя бы видимость спокойствия.
      - Я сам пришел к тебе, за информацией, если ты помнишь, привязался как банный лист, а потом в тебе взыграла кровь! И я ввязался в это опять же сам. Уже ввязался, а значит - доведу дело до конца!
      - Хорошо, будем считать, что мы договорились, - ответила эльфийка, чьё сердце бешено колотилось. Эвели казалось, что этот стук слышно даже на нижнем этаже трактира и сейчас кто-нибудь придёт с просьбой прекратить шум. И когда кто-то действительно прошёл за дверью комнаты, скрипнув половицей, девушка вздрогнула. Она первая опустила глаза, рассматривая свои руки, с овальными розовыми ноготками. - Я только что испортила наши отношения, да?
      В ответ человек вздохнул, вернее, выдохнул, и напряжение вокруг него ослабло. Фьерн протянул руки, и сгреб Эвели, прижав её к своей груди.
      - Что ж это за отношения такие, - пробормотал колдун, - которые даже одного скандала не выдерживают.
      Чувство покоя, которое всегда приносил с собой Фьерн, нахлынуло на эльфийку, выплёскиваясь в слезах, которые она тщетно пыталась скрыть, тихонько всхлипывая. Жутко злясь на себя одновременно и за недоверие к нему, и за доверие, и за эти слёзы, Эвели крепко обняла колдуна, словно боялась его отпустить. Недавние мысли о собственном уходе казались сейчас глупыми и детскими. Фьерн ничего не говорил, просто гладил эльфийку по спине, и словно слегка укачивал, как ребенка. Его гнев и ярость испарились без следа, оставив лишь усталость и пепел, которые тоже скоро должны были исчезнуть.
      - Спасибо тебе за терпение. Со мной нелегко, - глухо произнесла Эвели куда-то ему в шею. Интересно, почему в отличие от всех предыдущих её мужчин, среди которых бывали и очень могущественные существа, именно простому человеку удавалось усмирять бушующее в ней пламя. Глядя на Эвели трудно было поверить, что в ней течёт кровь могущественных алых драконов. Она стояла босиком рядом с Фьерном, и в своем простом белом платье казалась очень маленькой и хрупкой, а от её волос нежно пахло сиренью.
      - А с кем из нас легко? - губы Фьерна тронула едва заметная улыбка. - Все будет хорошо, красавица, мы со всем справимся, - он ласково коснулся губами макушки Эвели.
      Думая о том, что могла бы простоять вот так, в его объятиях, целую вечность, девушка, тем не менее, чуть отстранилась и посмотрела на Фьерна:
      - Когда начнём? Тебе нужна моя помощь в этом ритуале?
      Солнце скрылось за горизонтом, и закатный бриз сменился ночной духотой, цикады в саду громко звенели, а запахи духов сирени, не привычные для этой местности, мешались с ароматами амнских цветов, благоухающих за окном, в котором уже было видно усыпанное звёздами небо.
      - Просто будь рядом... и смотри, - сказал Фьерн. - Возможно, ты увидишь что-то важное, то, чего не увижу я.
      Колдун достал из сумки различные предметы. Затем, словно спохватившись, проверил все свои амулеты. Удостоверившись, что все в порядке, человек принялся рисовать на полу чем-то алым фигуру, напоминающую спираль. Эвели забралась с ногами на кровать, пристально следя за его действиями. Луна и блеск уличных фонарей, проникающие в комнату, давали много света, но всё же она зажгла пару свечей. Ей не часто доводилось наблюдать магию профессиональных колдунов, и она с интересом присматривалась к действиям Фьерна.
      Мужчина завершил элемент, и скептически осмотрел результат. Потом достал миниатюрную жаровню и две свечи синего воска. Свечи он укрепил по концам спирали, а жаровню поставил в центр, насыпав в неё остро пахнущий порошок. Установив все, он зажег свечи и жаровню. Синим цветом Фьерн начертил на полу еще четыре знака, сориентировав их от спирали по сторонам света. Выводя каждый, он произносил заклинания, при этом казалось, что в комнате словно появилось что-то еще - какая-то стихийная сила. Закончив заклинания, колдун сел перед фигурой, скрестив ноги, расположившись напротив кровати, где сидела Эвели. Проводя замысловатые пассы руками, Фьерн принялся непосредственно за то, что они хотели увидеть. Картинка должна была прийти в ароматном голубоватом дыму.
      Эвели всматривалась в дым, возникший над жаровней, до боли в глазах пытаясь рассмотреть что-либо. Когда она уже решила, что ничего не увидит - возникла картина, если так можно было назвать дымовую завесу, клубящуюся перед девушкой. Она словно смотрела с высоты птичьего полёта на карту – знакомую ей карту Амна. Полёт продолжался некоторое время, пока не оборвался, отразив густой зелёный лес, в переплетённых ветвях которого располагался прекрасный древний храм. Он казался заброшенным и забытым, но вот несколько фигур показались на пороге и, оседлав лошадей, уехали прочь.       Теперь Эвели знала, где расположена тайная обитель Элдрет Велуутра. Она продолжала наблюдать, хотя думала, что узнала всё необходимое, но видение сменилось внутренними покоями храма. Чудесное полузаброшенное святилище наверху и казармы с подземельями - внизу. Эльфийке почудились крики и стоны живых существ, замученных в казематах. Внезапно глаза девушки расширились - она увидела лунную эльфийку, с длинными чёрными волосами, прикованную в одной из камер. Что это было - воспоминание о предыдущем похищении или предсказание будущего?.. Дым кружил головы, создавая ощущение иной реальности. Фьерн так же видел храм с высоты, потом ближе и изнутри. Здание клубилось разными энергиями, мягким ровным светом древней силы и резкими вспышками чего-то неизвестного. Колдун всматривался в этот узор, надеясь найти самую яркую ниточку.
      Прикрыв глаза, эльфийка откинулась на кровати, не желая смотреть дальше. Она и так знала, что ничего хорошего поход в логово Организации ей не сулит, но всё равно она отправится туда вместе с Фьерном. Альтернативы для себя она не видела, так или иначе, видимо от судьбы не уйдёшь. Фьерн попытался, насколько это возможно проследить за ускользающей ниточкой силы, но следуя по ней он получил вспышку жестокой головной боли. Он узнал это заклинание-страж. Радовало то, что оно лишь не пускает, но не генерирует тревогу и не читается заклинателем. Но все же, в последний миг, колдуну показалось, что он увидел фигуру. Он не смог бы её описать, но узнал бы из тысячи, однако, концентрация воли уже ослабла. Свечи, вспыхнув, погасли... и видение в дыму исчезло. Полулежащая на кровати эльфийка, немного мрачно смотрела на мужчину.
      - Теперь я знаю, где находится храм. На утро можем выступать, - наконец произнесла девушка. - Видел что-нибудь интересное?
      Фьерн кивнул, достал из кармана горсть белесого порошка, рассыпал его по узору и зашептал заклинание. С последним магическим словом он хлопнул в ладоши. Налетел резкий порыв ветра, унёсший в открытое окно рассыпанный порошок, бесследно стирая линии рисунка на полу.
      - Я видел храм, - тихо сказал колдун. После срабатывания охранных чар у него адски болела голова. - Он наполнен магией. Неторопливо сонной силой Кореллона. И новыми чарами. Они в узлах, пучках, сгустках... И там его следы...
      Нахмурившись, Фьерн потёр висок. Эвели задумчиво помолчала, потом спросила:
      - Ты имеешь в виду своего друга? Или того, кто его заточил?
      Девушка спустила босые ноги с кровати и прошла по комнате до своей сумки. Достав оттуда мешочек с травами, она налила из фарфорового кувшина воды в чашку и бросила туда сушёные листочки. Погрев чашку над свечой, девушка протянула её колдуну:
      - Это боярышник. Ты выглядишь бледным... Бледнее, чем обычно, - она усмехнулась, ощупывая лоб мужчины.
      - Спасибо, - Фьерн взял чашку и сжал руку Эвели. - Просто нарвался на охранные чары. Я говорю о том маге, что создал ловушку. В храме его следы... я уверен.
      Колдун залпом осушил чашку. Эвели плавно опустилась на пол рядом с ним, также скрестив ноги и глядя на дрожащее пламя свечи на столике.
      - Шилмиста... Лес Теней... Эльфийский король этого региона заявил, что ни одно дерево не будет срублено и ни один эльф не будет больше убит и все нарушившие этот приказ будут казнены. Эльфы, проживающие в этом лесу, предпочитают хорошо укреплённые лагеря, а не крупные поселения... - девушка помолчала, словно вспоминая о чём то. - Удобное место для Организации, ничего не скажешь.
      Фьерн отставил чашку на пол, и привлёк Эвели к себе, обеими руками обнимая за талию.
      - Я слышал эту историю, - сказал он. – Но, несмотря ни на что, наш путь лежит в этот храм.
      - Знаю, - прошептала девушка, пытаясь отогнать всплывшее перед глазами видение мрачного, тёмного подземелья, прилетавшего в колдовском дыму. Зажмурившись, эльфийка потянулась к колдуну, начиная целовать его, стараясь в этом неистовстве утопить собственный страх перед будущим. Фьерн пылко ответил на поцелуй Эвели, глухо застонав от захлестнувших его чувств, и сам стал страстно целовать эльфийку, словно только она могла утолить ту жажду, что объяла колдуна в этот миг. Казалось, кровь вскипает и бежит по венам столь яростно, что вот-вот разорвёт его на части. Союз противоположностей, пламя и лёд, сливаясь, они поглощали друг друга и рождались заново. Фьерн совершенно отрешился от мира, для него сейчас не существовало ничего, кроме Эвели, сводящей его с ума, разбивающей вдребезги остатки разума. Вслед за руками колдуна, её нежную, шелковистую кожу принимались ласкать его губы. Он словно стремился выпить её пламя до дна, но с каждым глотком сам становился пламенем. Вкус её кожи, аромат волос, обжигающие прикосновения, блеск похищающих душу глаз... Сейчас для Фьерна не существовало никого кроме неё. Они занимались любовью на полу комнаты трактира, где весело пылал в камине огонь. Потом Фьерн отнёс Эвели на кровать, где они любили друг друга почти всю ночь, до самого утра, а огонь в камине ревниво полыхал, не способный добраться до прекрасной эльфийки.
      Фьерн проснулся незадолго до рассвета. Несмотря на бурную, бессонную ночь, он чувствовал себя бодрым и полным сил. Колдун мягко улыбнулся спавшей на его груди Эвели. Пока он старался не думать о том, что им предстоит. Будь, что будет. Девушка крепко спала, прохлада, обычно исходившая от колдуна окутала её сон, защищая от кошмаров, и потому она дышала ровно и спокойно. Эльфийка пошевелилась во сне, вздыхая, и обняла его за шею. Даже пока бард спала, её страстная натура не хотела отпускать колдуна и чем больше она получала, тем больше ей хотелось - теперь уже не только его тело, но и душу. Сейчас Эвели пыталась восполнить те запасы энергии, которую она израсходовала, отвечая на его ласки. Поэтому девушка продолжала мирно спать, точно невинное дитя, наконец-то чувствовавшее себя в безопасности. Глаза Фьерна потеплели, от ее движения, правой рукой он обнял Эвели за тоненькую талию, а другой подцепил почти свалившееся с постели покрывало и укрыл им девушку. Ночная духота сменилась утренней свежестью, которую колдун с удовольствием вдыхал, перебирая шелковистые пряди волос эльфийки. Когда первый солнечный луч коснулся ресниц Эвели, девушка открыла глаза, ощущая себя полностью отдохнувшей. Но вспомнив, какой сегодня день, эльфийка помрачнела. Приподнявшись на локте, она выглянула в окно, потом посмотрела на лежащего рядом Фьерна:
      - Нужно было меня разбудить, мы же хотели как можно раньше отправиться в путь.
      Фьерн приподнялся и коснулся губ Эвели легким поцелуем.
      - Я хотел, что бы ты отдохнула как следует, - тихо ответил колдун, любуясь девушкой, освещенной первыми лучами солнца. - Нам потребуются все наши силы что бы получилось хоть что-то. Но теперь, думаю, можно собираться.
      Колдун выбрался из постели и принялся собирать раскиданную по всей комнате одежду. Зачарованная заколка обнаружилась далеко под кроватью. Покачав головой и хмыкнув, Фьерн положил её на столик, продолжив сбор.
      - Красивая вещица, - эльфийка, тоже одеваясь, кивнула на заколку. Платье она убрала в сумку, вместо этого надев замшевые брюки и лёгкую чёрную рубашку.
      - И главное - полезная, - колдун поморщившись оглядел измятую рубашку, и отложив её в сторону, полез в сумку за свежей.
      - Что-то Инея давно не видать, - вдруг заметила девушка, заплетая волосы в косу.
      - Мне кажется... ему не слишком нравится, когда мы мешаем ему спать, - повел плечом Фьерн. Словно в подтверждение его слов, котенок появился на подоконнике и его усы и нос были вымазаны в чем-то напоминающим по цвету, запаху и консистенции сметану. - А вот и он.
      Одевшись, колдун принялся разбирать костяным гребнем спутавшиеся волосы. Эвели отбросила косу за спину и подошла к человеку.
      - А можно я? - улыбнувшись, она отобрала у него гребень и принялась аккуратно расчёсывать его волосы. - Нужно купить коней и провизии. Это можно сделать прямо здесь в таверне, я видела, что они торгуют лошадьми. - Витой гребень послушно скользил в руках эльфийки, когда она ласково проводила им по густым волосам Фьерна.
      - Спасибо, - чуть смутившись отозвался Фьерн, и быстро сказал: - я не приглядывался к его лошадям тщательно, но даже если они не подойдут, в этом квартале есть еще торговцы. В конце концов, базар тоже никто не отменял.
      Закончив расчёсывать волосы, девушка ловко закрепила заколку, любуясь делом своих рук. Собрав вещи, и проверив ничего ли не забыли, бард и колдун вышли на первый этаж трактира, где как обычно было полно народу - здесь явно работали в две смены. Эвели отправилась на кухню разузнать насчёт провизии в дорогу и заодно попросить завтрак. Некоторые постояльцы провожали ее поедающими взглядами, а те, у кого был не выспавшийся вид, переводили недовольные глаза с девушки на колдуна и обратно. Вернувшись с кухни, эльфийка принялась за еду - очень вкусную кашу с фруктовым вареньем и амнский чай тёмно-красного цвета из розовых лепестков. Глаза девушки смеялись:
      - Кажется, мы кому-то помешали спать...
      Фьерн усмехнулся, потягивая горячий чай.
      - Знаешь, это их проблемы, - в его глазах сейчас непривычно мягких, светло-серых, плясали смешливые искорки. - В конце концов, ставить специально для них защиту от звука я не нанимался.
      Подошла служанка и сложила на столе несколько холщовых мешочков с разными закусками, которые могли долго храниться и пополнять их силы в пути. Иней сидел у Фьерна на плече и деловито принюхивался.
      - В следующий раз следует предложить подобные услуги, заодно денег заработаешь, - расхохоталась эльфийка, проверяя сумки, которые принесла служанка. Сушёный хлеб - её любимый, с крупными каплями соли, галеты, вяленое мясо и рыба, сухофрукты, вода и слабое вино - всё было на месте. Она удовлетворённо убрала часть припасов к себе. Фьерн взял остальную часть груза и закончив трапезу, вместе с Эвели и трактирщиком, отправился смотреть лошадей. В конюшне приятно пахло сеном, лошади оказались ухоженными, и было видно, что им не терпится покинуть стойла. Трактирщик расхваливал своих лошадок и стремился набить цену. Пока Фьерн торговался с дворфом, бард рассматривала коней. Эльфийка любила лошадей, считая их самыми обаятельными животными на свете после кошек. Внимание девушки привлекла невысокая серая лошадка, с выраженной амнской породностью, плавно переступающая тонкими, но крепкими ногами и смотревшая на эльфийку из-под длинной челки. Почему-то Эвели сразу захотелось купить именно эту лошадь, она подошла поближе, дотрагиваясь пальцами до мягких губ животного.
      Трактирщик, как и любой южанин, поторговаться любил, и потому поначалу назвал цену, от которой у Фьерна едва глаза на лоб не полезли, но колдун быстро взял себя в руки и дело пошло бойчее. Вскоре и приглянувшаяся Эвели лошадка и высокий, длинноногий вороной конь для Фьерна были осёдланы и выведены на улицу. Девушка уселась на лошадь, гладя её по холке и предвкушая то чувство полёта, которое обычно ощущаешь, пуская лошадь галопом, преодолевая за несколько часов большие расстояния. Если при этом ещё находишь общий язык с животным, то поездка получается в радость обоим. Эльфийке не терпелось покинуть городские стены, она не любила подолгу задерживаться на одном месте и Аткатла успела ей наскучить. Фьерн последний раз проверил надёжность креплений поклажи и произнёс над скакунами пару простых защитных заклинаний, после чего легко вскочил в седло. Можно было отправляться.
      Бард и колдун быстро проехали по городским улицам, не привлекая ничьего внимания. Хоть Эвели и мечтала поскорее покинуть Аткатлу, всё же почувствовала лёгкий укол грусти, выезжая в восточные ворота и оглядываясь - этот город навсегда останется в её памяти, ведь здесь расцвели их нежные отношения с Фьерном. Сверившись с картой, девушка пустила лошадь рысцой по центральной дороге, объезжая многочисленные караваны и путешественников, которые оборачивались вслед прекрасной наезднице и её суровому на вид спутнику.

**

      После первых суток, проведенных в одиночестве камеры, Шади со страхом подумала, что о ней забыли, и она умрет от голода и жажды. Полудроу пыталась докричаться до своих охранников, но ответом ей была лишь тишина. Она не знала, сколько прошло времени, но желудок подсказывал, что не ела наемница уже довольно долго. Наконец, к ее облегчению, за дверями камеры раздались шаги. Девушка была готова встретиться с любой неприятностью, лишь бы не погибать забытой в этих сырых казематах.
      Дверь открылась, явив узкую полоску света. На пороге возникла фигура эльфа, с большим медным подносом в руках. На подносе стояла миска, с теплой похлебкой и лежал ломоть хлеба. Наверху остался ещё один эльф, пристально наблюдавший за полудроу - дабы не выкинула ничего. Поставив поднос, эльф попятился от девушки, не сводя с неё глаз - во мраке камеры её глаза отливали красным. Затем быстро повернулся и взбежал по лестнице наверх. Дверь захлопнулась и Шади снова осталась в темноте.
      Почти наощупь полудроу добралась до подноса. Она не помнила, когда в последний раз сытно поела, а похлебка пахла вполне сносно. Да и на вкус была приятной. Девушка довольно быстро расправилась с едой и села у стены, положив голову на колени. Если ее кормили - то вряд ли собирались убивать. Хотя... кто знает, что ей было уготовано. Есть вещи и похуже смерти. Шади рассеянно скользнула взглядом по полу, и вдруг увидела, что тоненький лучик света, падавший от двери, высветил уголок бумажки, лежащей на подносе. Она осторожно развернула его, гадая, кто же автор послания. Кровь дроу позволяла ей неплохо видеть в темноте, да и лучик света давал небольшое освещение.
      Письмо было написано на языке людей Амна, хотя и витиеватой эльфийской вязью. Шади гадала, почему именно ею... для отвода глаз?
      «Крохотуля, Кошнак передаёт тебе привет. Надеюсь, твоя камера достаточно удобна? Видишь ли, хоть ты мне и нравишься, но... ты сама отказалась от возможности посетить мой дом, когда я приглашал. Поэтому мне было легче направить тебя на это задание. Надеюсь, к полудроу они будут более милосердны, чем к дроу и людям, хотя не уверен. Спасибо, что привела нас к их убежищу, но вот помогать тебе я не собираюсь, ты уж прости. Но, думаю, выкрутишься. Целую, твой Кошнак».
      Шади несколько раз прочитала послание, чувствуя, как в ней нарастает ярость. Она изорвала записку в мелкие клочки и принялась ходить из угла в угол. Этот мерзкий полуорк! Эгоистичный до мозга костей! Она терпела своих похитителей - и ради чего? Наемница остановилась посреди камеры, ее глаза так и полыхали красным. Ну, уж теперь она не собирается прикидываться тихоней. Она потрогала палочки для волос в прическе, которые могли пригодиться, перебрала известные ей заклинания. Как жрица, она могла не только лечить, но и боль причинять. Уж лучше умереть в бою, чем терпеть издевательства над собой.
      Прошло несколько однообразных дней, о течении которых, Шади могла догадываться лишь по смене охранников, приносивших ей еду. Однажды она подслушала их разговор, в котором упоминалась Халлира и с удивлением поняла, что ее похитили Элдрет Велуутра.
      Очередной скрип двери оторвал полудроу от мрачных мыслей, и у неё появилась соседка. В камеру втолкнули совсем юную человеческую девушку в изодранных лохмотьях, когда-то бывших дорогим платьем. Девушка не удержалась на ногах и упала, обессиленно замерев на полу. За эти долгие дни, проведенные в камере, Шади уже успела остыть, снова впав в более привычное для нее спокойно-равнодушное состояние. Она вздрогнула, и некоторое время удивленно рассматривала незнакомку. Шади совсем не ожидала, что у нее будут сокамерники. Она склонилась над девушкой и слегка потрясла ее за плечо.
      - Эй. Что с тобой? Ты ранена?
      Девушка глухо застонала, пытаясь пошевелиться, потом медленно подняла голову, глядя сквозь спутанные волосы на наемницу. Увидав лиловые глаза полудроу, незнакомка в ужасе зажмурилась, спрятав лицо в руках. Сквозь дыры ее платья виднелись страшные ссадины и порезы, ткань лопнула на одном плече и сползла вниз - глазам Шади предстала вырезанная на живой плоти пентаграмма, ещё сочившаяся кровью. Наемница в ужасе уставилась на плечо девушки. Неужели ее ждала такая же участь?
      - Ш-ш... не бойся, - успокаивающим голосом сказала она. - Я тебе вреда не причиню.
      Она осторожно прикоснулась к плечу девушки, шепча заклинание исцеления. Мелкие царапины исчезли, крупные порезы и пентаграмма затянулись, кровь остановилась.
      - Что с тобой произошло? Кто это сделал?
      Несмотря на то, что заклинание Шади вылечило порезы и синяки, излечить рассудок бедняжки оно не могло. Девушка забилась в самый угол камеры, прижимая колени к груди и трясясь от страха. Она бормотала слова, среди которых полудроу удалось разобрать:
      - Смерть... это ещё не конец... Смерть это ещё не конец...
      Шади покачала головой, сочувственно глядя на девушку. Очевидно, той пришлось пройти через какой-то ужасный ритуал, от которого она еще не скоро придет в себя. "А ведь она так юна! У нее впереди вся жизнь, а она бормочет о смерти". Шади сжала кулаки. Если это будет в ее силах, она остановит эту проклятую организацию. Или умрет. Хотя умирать ужасно не хотелось. Девушка продолжала раскачиваться в своём углу камеры, обхватив руками колени и время от времени что-то бормоча.
      Шади не заметила, как прошли целые сутки с тех пор, как у нее появилась соседка. Но когда эльф снова принёс еды - она уже умирала от голода. Странно, но порция была лишь одна. Шади недоуменно посмотрела на поднос, потом перевела взгляд на девушку.
      - Послушай, ты хочешь есть? - на всякий случай спросила она. Но в ответ получила лишь еще одну порцию невнятного бормотания.
      Несмотря на все переживания, аппетит у Шади был хороший, и она быстро все съела. Потом подошла к двери и прислушалась. Там было тихо. Жрица в очередной раз внимательно осмотрела дверь, вновь жалея, что не стала обучаться воровскому искусству. Сейчас запертый замок был для нее непреодолимой преградой. Так что оставалось лишь ждать. Она кое-как устроилась на жесткой лавке и попыталась немного поспать, стараясь не обращать внимания на бормотание девушки.
      Нужно было обладать железными нервами полудроу, чтобы уснуть в присутствии странной, бормочущей незнакомки, но когда Шади уже практически уплыла в сон, девушка внезапно замолчала. И эта тишина показалась ещё более мрачной и зловещей, чем её лихорадочный шёпот. Некоторое время Шади лежала, ощущая, как тишина давит на нее, потом приподнялась и уставилась на незнакомку.
      - Тебе лучше? - спросила она. - Ты понимаешь, где находишься?
      Девушка сидела, привалившись к стене, и смотрела на эльфийку остекленевшим взглядом. Она не двигалась и, казалось, не дышала. Впрочем, в темноте камеры было сложно уловить движение, и оставалось неясным - жива ли ещё она.
      «Только трупа мне тут не хватало для полного счастья», - подумала Шади, и ее немного передернуло от такой мысли. - «Вроде раны были исцелены».
      Наемница подошла к девушке, помахала ладонью перед лицом, потом приложила руку к шее, желая прощупать пульс. Его не было. Карие глаза девушки слепо смотрели в темноту. Больше они никогда не увидят мрачной камеры, как не увидят и голубого неба над головой. Вероятно Шади показалось, но по камере словно пронёсся ветерок, принёсший с собой запах тлена. Хотя тело не могло бы так быстро испортиться, так что, скорее всего это разыгралось её воображение. Шади невольно отдернула руку, печально глядя на девушку. Что же с ней такое сотворили, раз она умерла, несмотря на залеченные раны? Хоть полудроу и не боялась трупов, находиться в камере с мертвым телом было не очень приятно. Она подошла к двери и несколько раз стукнула по ней.
      - Эй! Эй, есть там кто-нибудь? Тут у меня труп в камере! Можно его убрать? - крикнула она, особо не надеясь на ответ. В окошке возникло бледное эльфийское лицо, испугав наемницу. Разобравшись в чём дело, эльф ответил:
      - Это тебе не гарем, где всё будет по твоей прихоти. Радуйся, что ещё жива. Пусть даже пока рядом с трупом.
      С этими словами он удалился, и вскоре его глухие шаги затихли вдали коридора.
      «Мило», - подумала Шади. - «Сначала запихивают какую-то полуживую девчонку, а потом еще и не хотят труп убирать...»
      Она прислонилась спиной к двери и сползла по ней вниз, положив голову на колени и прикрыв глаза, стараясь не думать о мертвой девушке. Но ничего не выходило. Этот остекленевший взгляд так и стоял у нее перед глазами, и ей то и дело чудился запах тлена. Это просто сводило с ума. Шади ещё некоторое время сидела, опустив голову на колени и нагнетая вокруг себя мрачную атмосферу. Изредка, она поглядывала на виднеющийся в конце камеры труп. В один из таких взглядов ей померещилось, что труп слегка шевельнулся. Шади вскочила на ноги, в голове тут же ворохом пронеслись заклинания изгнания нежити. Девица бормотала о том, что смерть еще не конец. Возможно, она прошла какой-то ритуал, превращающий живых в нежить? И теперь они проверяют, как будет вести себя Шади в такой ситуации? Наемница прижалась спиной к двери, готовясь защищаться.
      На глазах полудроу, мёртвая девушка поднялась на ноги и замерла, глядя перед собой слепыми глазами. Потом сделала несколько неуверенных шагов, по направлению к двери, у которой стояла Шади. Полудроу сосредоточилась на заклинании, и мертвую объял огонь солнечного света, причинявший вред или уничтожавший любую нежить, до этого встречавшуюся наемнице. Она не видела, какой урон нанесло ее заклинание, но, пока свет не рассеялся, вновь принялась колотить по двери.
      - Эй! Эй! Есть там кто? Труп ожил! Меня хотят убить! - отчаянно закричала она.
      Столб света, вызванного Шади, прожег на теле мёртвой девушки жуткие язвы, но та, казалось, этого не заметила, продолжая медленно, но упорно пересекать камеру. На крики эльфийки внезапно прибыли два лунных эльфа и один предложил другому пари, кто из двух девушек "выживет".
      «Мне показалось, или я и правда услышала слово "ставка"?», - сердито подумала Шади.
      - Идиоты, если выживет она, то она и вас убъет! - крикнула она стражникам, затем окутала себя заклинанием Доспех Веры и, вытащив из прически острые палочки для волос, прыгнула на немертвую, пытаясь воткнуть палочки в сердце и глаз. Удар Шади был силён - спица проникла в самое сердце, разрывая его на части. Согнувшись в предсмертном хрипе, немёртвая вцепилась ногтями в руки Шади, сдирая кожу до крови, пытаясь дотянуться до горла девушки. Но уже было поздно, даже мощная магия не могла удержать подобие жизни в её теле. Один из эльфов, наблюдавших за схваткой, довольно хрюкнул:
      - Гони монеты, гаремная девочка не так проста, как ты думал.
      Раздалось позвякивание, и второй голос злобно прошипел:
      - Ты знал, что она не просто наложница. Нужно доложить госпоже, что магия действует не так хорошо, как хотелось бы. Она не должна была умереть от удара в сердце как простой вампир.
      Шади опустилась на одно колено, опираясь рукой о стену и пытаясь отдышаться. Сражение, хоть и короткое, забрало у нее немало сил и без того подточенных ужасными условиями содержания. Она посмотрела на труп, который теперь выглядел совсем уж неопрятно, хорошо еще, что кровь уже не хлестала из ран мертвого тела, чего нельзя было сказать об окровавленных руках Шади. Поморщившись, она произнесла заклинание исцеления, и порезы, чуть помедлив, затянулись. Затем полудроу встала и подошла двери. Стражники все еще пялились на нее сквозь зарешеченное окно, очевидно, не слишком торопясь с докладом.
      - Ну, господа азартные игроки, может, теперь кто-нибудь уберет этот труп? - насмешливо сказала она. - Буду вам очень благодарна.
      Лунный эльф, выигравший деньги хмыкнул и открыл дверь камеры. Пока его напарник убирал труп, выигравший эльф, схватил Шади за руки и, выкрутив их, прижал девушку к себе спиной, шепча ей на ухо:
      - А ты неплохо сражалась... Давай посмотрим, что ещё ты умеешь, полукровка...
      В глазах Шади полыхнули красные искры.
      - Что же, смотри! - прошипела она. С губ жрицы слетело заклинание Нанесения Ран, и державшего ее эльфа пронзила боль, заставив его разжать руки. Полудроу, воспользовавшись моментом, развернулась и нанесла стражнику отработанный меткий удар в висок, мгновенно вырубив его. Затем в два прыжка оказавшись у двери, не дав ей закрыться, она посмотрела на второго стражника.
      - Ну, и что ты будешь делать? - спросила наемница, холодно улыбаясь, хотя силы ее были на исходе, и она не представляла, что будет делать, вздумай тот позвать на помощь. С ним одним она могла бы справиться. Второй эльф, бросив раздражённый взгляд на поверженного приятеля, вытащил рапиру и кинулся за эльфийкой.
      - Ах ты маленькая дрянь, я тебя как следует проучу!
      Перед Шади в оба конца расстилался мрачный коридор подземелья, скупо освещённый факелами и тонувший в темноте. Справа располагались камеры, и коридор был пуст, никаких других стражников видно не было. Убедившись, что в коридоре больше никого нет, Шади кинула в стражника одно из немногих оставшихся заклинаний, на которые у нее еще были силы - яркую вспышку белого света. Воспользовавшись его замешательством, она одним стремительным движением толкнула эльфа, отчего тот ощутимо ударился затылком о стену, и выхватила из его ослабшей руки рапиру - хоть она и не была спецом в обращении с таким оружием, рапира могла ей пригодиться. Стражник здорово приложился головой о стену, но не потерял сознание. Он дотронулся рукой до затылка и увидел кровь. Рассвирепев, эльф бросился на Шади, не обращая внимания на клинок в её руках. В его налившихся кровью глазах ясно отразилась лишь одна мысль - "убить". Шади, утомленная предыдущими столкновениями, не устояла на ногах под натиском стражника и упала на спину. Не выпуская рапиру из руки, полудроу быстро перекатилась на живот и, приподнявшись на одно колено, ударила клинком, целясь в бок эльфа, вложив в удар всю силу. Рапира прошла сквозь кожаную броню, и воткнулся в печень эльфа, который не сразу осознал, что ему крышка и попытался задушить девушку, рухнув на неё сверху, ещё глубже насаживаясь на сталь. Эльф умер, пытаясь произнести какое-то проклятие, сжимая шею полудроу постепенно слабеющими руками.
      По руке Шади текла горячая кровь мужчины, и она начала задыхаться в мертвой хватке стражника. Но стремление выжить было куда сильнее усталости и каким-то отчаянным рывком девушке удалось снять со своей шеи начинающие слабеть руки мужчины. Она выползла из-под трупа, кашляя и потирая горло. Кое-как наемница вытерла руки о тунику стражника и последним усилием выдернула рапиру из его тела. Шади прислонилась к стене и на нее накатила волна ужасной слабости. Девушке нужно было прийти в себя, она боялась, что ноги просто откажутся ее держать. Но в любой момент сюда мог кто-нибудь прийти, поэтому полудроу поднялась и, опираясь о стену одной рукой и держа в другой рапиру, медленно побрела наугад по коридору.

***

      К большому удивлению Аннэля, дом-база Элдрет в Аткатле оказался покинутым, а портал не срабатывал. Поскольку Серый Кот не так много времени провел в здешней ячейке, он не мог сделать однозначных выводов, но судя по реакции Мейсона – это не было нормой. Молодой волшебник стоял рядом с эльфом, задумчиво рассматривая тусклый неработающий круг портала.
      - Возможно, что-то случилось и всех отозвали, перекрыв магический доступ в храм, - протянул человек.
      - Может кто-то из стражи обнаружил вашу базу? – предположила Халлира, жалея, что у нее нет возможности встретиться с Шади и узнать последние новости.
      - Это маловероятно, но возможно, - ответил Мейсон и вопросительно посмотрел на Аннэля. – Что теперь?
      - Раз нашим заданием было доставить вас к Мерзелль, то будем добираться в храм на лошадях, - вздохнул эльф, бросая взгляд на напарницу. Впрочем, Андуне как обычно было наплевать на происходящее, и она молча ждала решения Кота, привычно полагаясь на него.
      Несмотря на желание всех четверых, поскорее отправиться в путешествие, им пришлось задержаться на несколько дней, так как из города никого не выпускали. Аннэль разузнал в чем дело – Совет Шести разыскивал ответственных за магические нападения нежити на городские здания, подозревая связь между ними и сбежавшими из тюрьмы жрицей и волшебником.
      - Нужно переждать несколько дней, пока все не утихнет, - сказал Аннэль, стоящий возле камина, в котором весело потрескивали дрова. Они остались в доме принадлежавшем Организации, слабо надеясь, что портал заработает или появится кто-нибудь из их коллег. – Вам двоим вообще не стоит показываться на улице, без магической личины, а сейчас организовать ее будет довольно непросто, слишком много защитной и проверяющей магии вокруг.
      Возражений не последовало и, предоставив Мейсона и Халлиру самим себе, Серый Кот позвал Андуне в трактир, пообещав захватить еды волшебнику и жрице.
      - Тысяча импов мне в печенку, как охота жрать! – Андуне следовала за лунным эльфом по улице Аткатлы. Серый Кот оттворил дверь одного из многочисленных трактиров города, и на них пахнуло теплом и запахами горячей еды, послышался людской гомон.
      - Что заказать жрице и волшебнику? И не пора ли повысить наше дорожное содержание? Содержание девушек всегда обходится дорого! Так что давай, Аннэль, раскошеливайся на хороший ужин! - солнечная эльфийка выставила руку, чтобы поймать увесистый мешочек с монетами, который швырнул эльф, сказавший, что отлучится на минутку.
      Андуне вошла в общий зал и поморщилась. Девушка никогда особо не кичилась своим эльфийским происхождением, но вид красных, пьяных человеческих рож её всегда раздражал. Конечно же, пока она будет искать хозяина заведения, кто-нибудь из этих ханыг отпустит пару сальных шуток. Фу! Нащупав на всякий случай рукоять сабли, эльфийка стала пробираться к стойке. Толстый мужчина лет шестидесяти в грязном фартуке протирал столешницу тряпкой. Андуне подошла ближе:
      - Ты здесь главный?
      - Я. И что с того?- толстяк, не взглянув на говорившую, продолжал начищать поверхность.
      - А то, что я хочу сделать заказ!- Эльфийка начала помаленьку выходить из себя.
      - Полегче, ты... - хозяин наконец-то соизволил поднять глаза. Увидев красоту эльфийки, его голос смягчился. - Так чего изволит заказать…
      - Не надо любезностей, - прервала его Андуне. - Мне чего-нибудь полегче, без мяса. А моему другу кружку пива и бараний окорок. И разной снеди с собой для моих… родственников. Я буду вон за тем столиком.
      Хозяин крикнул что-то в сторону кухни, а эльфийка протиснулась к столу, за которым сидел Серый Кот, и тяжело плюхнулась на лавку. Через некоторое время принесли их заказ. Аннэль улыбнулся и глотнул пива. Он ненавидел подобные "напитки" и предпочитал более изысканные яства, хотя в принципе не нуждался в еде, но... в таком месте не стоило привлекать внимания.
      - Молодец. Ну вот, наконец-то! - он принял из рук подоспевшей официантки заказанный окорок и, начал с аппетитом есть. Андуне, скрестив руки на груди, молча наблюдала, как эльф поглощает свой ужин.
      - Я никогда не устану удивляться, как ты с таким аппетитом ешь то, что на самом деле терпеть не можешь, - наконец усмехнулась она.
      Серый Кот поднял голову и посмотрел на солнечную эльфийку. На его лице мелькнула и тут же пропала загадочная улыбка.
      - Личам возможно обходиться без еды, но порой так хочется вспомнить что-то из прошлой жизни. Я до сих пор люблю вино, настоенное на перце. Оно хорошо согревало...
      - Да уж... - Андуне мечтательно вздохнула. - От такого вина я бы не отказалась. Только в таком месте его точно не найти.
      Аннэль хитро прищурился:
      - Не отказалась бы? Не бойся, отказываться не придётся. Такое вино может найтись даже в таком месте. Смотря у кого.
      Взмахом руки подозвав трактирщика, Кот шепнул тому что-то на ухо. Лицо трактирщика выразило крайнее недоумение, но Аннэль опять что-то сказал, а трактирщик согнулся в почтительном поклоне. И так, пятясь и не разгибаясь, спиной вперёд двинулся к стойке. Врезавшись задом в пустой столик, трактирщик опрокинул его и две лавки, а следом кувыркнулся сам. На пятящегося трактирщика и так смотрела половина посетителей, но, когда тот опрокинул стол и свалился, на него и Кота смотрели уже все - некоторые недоумённо, а кое-кто - подозрительно. Эльф дёрнул бровью и неожиданно громко сказал: - Видимо, у бедняги слегка помутилось в голове, раз он перепутал зад и перед. Как бы он в следующий раз так же не перепутал жену соседа и собственную. - И, не обращая внимания на хохот и сальные шуточки в адрес бедняги трактирщика, продолжил трапезу.
      Эльфийка проводила трактирщика презрительным взглядом, и, когда тот скрылся за дверью, обратилась к Аннэлю: - Умеешь ты с людьми общаться. - Тем временем, Андуне науконец-то принесли её заказ - какие-то местные овощи и хлеб.
      Аннэль слегка улыбнулся:
      - Ты, как всегда, корешками питаешься. Не хотела бы немного мяса?
      - Нет, не хочу, - Андуне отломила кусочек хлеба. Он оказался на удивление мягким и свежим. "А может эта забегаловка и врямь не так плоха, как показалось на первый взгляд?"
      Тут вернулся трактирщик, принеся им два серебряных кубка с неким напитком, от которого шёл отменный аромат. Приняв от трактирщика кубки, Кот протянул один из них Андуне:
      - Попробуй. И поймёшь, что значит по-настоящему стоящий напиток!
      Эльфийка склонилась над кубком и вдохнула густой, насыщенный аромат.
      - Хм... От одного только запаха в голове мутно. Я смогу завтра проснуться, если выпью это?
      Кот странно поглядел на девушку.
      - Интересно, что он туда намешал? Ну-ка... - понюхав свой напиток, он встал и, подойдя к стойке, о чём-то тихо заговорил с трактирщиком. Вскоре он вернулся с двумя другими кубками. - Этот кретин принёс не то! О люди... Вот теперь "Слёзы Леса" перед тобой. Лучшее эльфийское вино, которое пьют только из серебряных кубков. И один кубок стоит... в общем, очень дорого!
      - Очень дорого? - Андуне отпила глоток и зажмурилась от удовольствия. - И тебе не жалко денег?
      - Ну, я же обещал тебе сюрприз. Я знал, что тебе захочется чего-нибудь необычного…
      В этот момент распахнулась дверь трактира и в помещение ввалился человек с красной, опухшей рожей и синим носом. Его воспалённые глаза злобно оглядели присутствующих и зацепились за Кота. Взревев, пьяница ринулся к эльфу и принялся трясти его за шиворот.
      - Ты! Я тебе рожу начищу! Ты украл моё пиво! Отдавай!
      Аннэль успел взглянуть в лицо Андуне и отрицательно покачал головой, когда рука девушки потянулась к оружию. В следующий же миг он был сдёрнут с лавки. Видимо посетители заведения привыкли к подобным сценам, поэтому особого внимания на них никто не обратил. Андуне огляделась и убрала руку с оружия. Оставалось просто наблюдать. Пьяный мужик тряс Кота, как заведённый. Он не переставал что-то орать - громкое, грозное, но всё менее вразумительное. И в какой-то миг, отпустив воротник плаща эльфа, зашатался и рухнул на пол. Уже в следующую минуту из-под стола раздался раскатистый храп.
      - Спасибо, что не вмешалась! - поблагодарил эльфийку Аннэль, опять присаживаясь за стол. - Этот тип - наша самая лучшая маскировка. Какой бы соратник нашего братства потерпел бы подобное обращение от такого вот типа? Я переговорил с ним, пока ты делала заказ.
      Андуне откинулась на жесткую спинку лавки:
      - Фухх... Хвала богам! Я уже начала бояться, что не смогу допить вино, - с этими словами она медленно втянула глоток душистого напитка.
      Кот усмехнулся:
      - Можешь, можешь. Допивай и пойдём. У нас впереди есть дела. Нужно купить лошадей.
      Пальцы эльфа выстукивали нетерпеливую дробь по столешнице, а жёлтые как у кота глаза, не отрывались от эльфийки. Через некоторое время, отправив Андуне с едой к Мейсону и Халлире, Аннэль пошел на базар, договориться о лошадях и купить немного полезной мелочевки в дорогу.

0

14

Глава 10
*

      Колдун вдоволь пресытился зноем южной столицы и с удовольствием предвкушал, как над его головой сомкнётся прохладный купол леса. Конь ходко шёл под седоком, наконец-то выбравшись из душного стойла, его грива развевалась на лёгком встречном ветерке. Взгляд Фьерна в очередной бессчётный раз остановился на Эвели. Сейчас она была по-особому хороша. Девушка почувствовала взгляд мужчины и улыбнулась, подъехав поближе.
      - Ты знаешь, я ведь могу создавать крылья... Но чувство полёта не захватывает меня так, как хорошая скачка на лошади, - глаза эльфийки сияли словно незабудки, под полуденным солнцем, а в их глубине мелькали золотистые искорки. - Когда закончится этот караванный путь и можно будет свернуть в степи, вот там будет по-настоящему весело!
      Фьерн улыбнулся, глядя Эвели в глаза, любуясь ею. Сейчас она походила на цветок под солнцем, светлая и беззаботная.
      - Крылья делают доступным то, что не дано тебе от рождения, а скачка приближает тебя к этому. Иногда приближение ощущается острее, чем обретение.
      По мере их отдаления от города, пейзаж менялся - тракт делался шире, иногда разветвлялся, бард и колдун проезжали небольшие деревни и поселения. Поначалу их удостаивали лишь мимолётными взглядами - путники в этой местности были не редкостью, но чем дальше, тем реже попадались и деревни, и встречные караваны.
      Проезжая через одну из деревень, расположенную на берегу реки и всю заросшую буйной растительностью, Эвели купила у торговки на площади корзину черешни и теперь с удовольствием её поедала, пустив лошадку, которую она назвала Селиной, рысью. Колдун задорно ухмыльнулся, подъехал вплотную к Эвели, выхватил у неё корзину и, принялся, дразня кормить девушку черешней. Несмотря на мрачную цель путешествия, ведущего в неизвестность, поездка, как ни странно, получалась приятной и даже весёлой. Эвели поражалась насколько комфортно им с Фьерном вдвоём, словно они уже много лет путешествуют вместе. В то же время, ей было интересно узнавать о человеке что-то новое, подмечать, как меняется цвет его глаз в зависимости от настроения и ощущать окутывавшую её заботу, словно ауру, исходящую от этого мужчины.
      Сгущались сумерки и впереди показались огни очередной деревеньки, находящейся недалеко от негустого подлеска. Эльфийка надеялась, что там найдётся если не гостиница, то хотя бы комната в доме. Хотелось по возможности спать в нормальной постели так долго, как это было возможно. Эвели и Фьерн направили своих лошадей в деревню и неспешно поехали по центральной, равно как и единственной улочке деревушки. Фьерн присматривался к домам и принюхивался, не исходит ли откуда характерных для трактира ароматов. Деревня оказалась весьма бедной, дома сложенные из глины пополам с соломой казались покосившимися и очень старыми. Один из таких домов, почти на выезде из деревни, показался Эвели самым опрятным и девушка недолго думая остановила лошадь и спустившись, подошла к небольшой двери, постучав в неё. Ожидая ответа, эльфийка осматривала заросший травой садик, явно требовавший заботливой руки. Краем глаза заметив, что на одном из окошек шевельнулась занавеска, девушка повернулась и снова постучала. Через некоторое время, в приоткрытую дверку выглянула сморщенная сухонькая старушка в чёрном платье и уставилась на девушку.
      - Добрый вечер, - вежливо улыбаясь, произнесла Эвели. - У вас не найдётся комнаты внаём на одну ночь?
      Старушка посмотрела за спину девушки, разглядывая колдуна, потом снова на эльфийку и вздохнув, ответила, голосом, скрипучим, как старая сосна:
      - Ну что с вами делать... Не оставлять же умирать в темноте... - и раскрыла дверь, приглашая войти.
      Фьерн привязал лошадей во дворе, стреножил их и задал корма. На пороге кодуну пришлось наклониться, что бы пройти в низко вырезанную дверь. Слова хозяйки встревожили его.
      - Умирать в темноте? - спросил он, прикрывая за собой дверь, которую старушка тут же заперла на толстый засов. - Здесь настолько опасно?
      Внутри домик оказался немного просторнее, чем можно было ожидать. В левом его углу находились полки с кувшинами и горшочками, связками зелени и чеснока, тут же примостился грубый обеденный стол и пара стульев. Напротив, у окна стояла узкая кровать, с несколькими перинами и лоскутным одеялом. Справа в небольшом очаге из белой глины пылал огонь, давая львиную долю света помещению. У очага в маленькой корзинке спала кошка и двое котят. Старушка повернулась к полкам, доставая оттуда различную снедь и расставляя тарелки на столе.
      - А то... - деловито прошамкала она, отрезая хлеб большим тупым ножом. - Мертвяки нынче не спят в своих могилах. Да и слухи разные ходят... Вот, к примеру, на прошлой неделе сын кузнеца с охоты не вернулся. Думали - шакалы. Потом нашли... Страшно его убили, звери так не убивают. Повсюду кровь, кишки, символы. Говорят это эльфы, - шёпотом добавила она, поглядывая подслеповатыми глазами на уши Эвели.
      Девушка равнодушно встретила взгляд старушки.
      - Сомневаюсь... - лунная эльфийка посмотрела на колдуна. - Фьерн, может ты повесишь на забор какие-нибудь амулеты или наложишь охранные чары? Не хотелось бы лишиться ночью лошадей... или ещё чего-нибудь.
      - Охранные чары на лошадях уже есть, - отозвался колдун, внимательно слушавший хозяйку. - Мертвяков они отпугнут, а если кто живой полезет, то и ему несладко придется. А что до другого… Печать на калитку я положил. На дверь наложу, когда ложиться будем... Бабушка, а как давно все это происходит?
      Старушка налила какое-то варево в тарелки и предложила гостям сесть за стол, а сама уселась на кровати.
      - Не знаю, что тебе и сказать, сынок... Может месяца три... Я тут не особо слежу за днями... Они летят и летят... - старушка бормотала себе под нос и, казалось, задремала.
      Эвели подозрительно понюхала суп, но пахло вкусно, похоже, грибами и девушка, взяв деревянную ложку зачерпнула из тарелки.
      - Опять нежить, - приподняв бровь, она посмотрела на Фьерна.
      Колдун пожал плечами, принимаясь за еду.
      - Справились тогда, - сказал он, - справимся и теперь, к тому же вряд ли здесь орудуют вампиры, иначе об этом уже гудели бы все окрестности. Впрочем, не исключаю, что здешняя активность - побочный результат того, что творится там.
      Неожиданно проснувшись, старушка полезла под кровать и вытащила оттуда ларь, порывшись в нём, она достала пару одеял и подушек, которые положила возле очага.
      - Отдыхайте, дети, я вижу вы очень устали.
      Эвели мысленно согласилась со старушкой: весь день на свежем воздухе и в седле - устанет кто угодно. Закончив есть, она направилась к очагу, в котором слабо светились угольки и, сняв сапожки, завернулась в одеяло, пахнувшее сушеной мятой. Фьерн поблагодарил старушку и устроил выданное ему одеяло рядом с Эвели. Повесив плащ, рубашку и ремень на спинку ближайшего стула и поставив сапоги рядом с собой, он улегся и попытался заснуть, но сон долго не шел.
      Всё было спокойно, правда Эвели просыпалась несколько раз, прислушиваясь и тогда девушке казалось, что она слышит словно кто-то ходит вокруг дома: там, где забор прилегал к нему вплотную. Лошади за окном иногда нервно всхрапывали. Эльфийке становилось не по себе, но она поглядывала на Фьерна, чей профиль смутно виднелся в свете углей очага и, успокаиваясь, снова засыпала. Колдун дремал, подсунув руку под голову. Его дыхание было спокойным и ровным, но сон очень чутким. Несмотря на все обстоятельства, он был практически уверен, что их пока не преследуют. А от разного рода внезапностей он постарался защитить их с Эвели.
      Проснувшись от яркого солнечного света, заливавшего комнату, эльфийка с наслаждением потянулась, вдыхая непривычные запахи глиняной хижины и прислушиваясь к пению птиц на улице. Старушка уже разливала козье молоко в кружки и снова резала вчерашний душистый хлеб.
      - С добрым утром, красавица, - поприветствовал Эвели проснувшийся от ее движения Фьерн, поцеловав девушку в губы.
      Встав, колдун отправился во двор, проверить магические знаки, лошадей, а заодно и умыться. Эвели, надев сапожки, тоже вышла следом, вместе с кувшином воды и полотенцем, выданным старушкой. К её радости лошади были живы и невредимы. Она выглянула за забор - пыль перед ним была усеяна странными следах, словно босые ноги, неуверенно ступающие по земле, исходили весь порог. Дальше по улице происходила какая то суета - женщина причитала о похищенном ребёнке, а вокруг неё стояла небольшая толпа местных жителей.
      - Похоже, ночью деревню посещали гости, - заметил подошедший к девушке Фьерн. Не мудрствуя лукаво, он умылся прямо из бочки с чистой дождевой водой и сейчас на его волосах, лице и торсе поблескивали холодные капельки. - И сдаётся мне эти гости не ушли без гостинца.
      Эвели чуть улыбнулась, разглядывая колдуна, в её глазах замелькали искорки - он выглядел таким привлекательным. Бард протянула ему полотенце и умылась сама.
      - Ну что ж, местные мужчины с этим разберутся, - заметила девушка, возвращаясь в дом. Фьерн быстро вытерся, надел рубашку и последовал за ней, обнаружив у очага хозяйскую кошку и Инея, шипящих друг на друга.
      Старушка предложила гостям позавтракать, присовокупив к хлебу свежий сыр и варёные яйца, а сама отправилась на улицу, разузнать новости. Фьерн сел за стол, внимательно глядя на своего питомца.
      - Кошка видимо защищает котят, лучше бы он оставил её в покое, - усмехнулась эльфийка, принимаясь за еду. - Женщины в таком состоянии очень опасны и ради детей она может его порвать на клочки.
      - Хм... По-моему, она сама его задирает... - возразил колдун, и позвал зверька. Тот хотел было дернуть к Фьерну, но стоило котёнку двинуться, кошка начала шипеть и приближаться. Эвели хмыкнула и тихонько запела Песню Очарования Животного, кошка подняла глаза на девушку и их взгляды пересеклись. Животное застыло, зачарованно глядя на барда. Эвели встала и подобрала Инея на руки. Потом повернулась к Фьерну:
      - Думаю, нам пора.
      - Да, времени не так уж много... - колдун встал, забрал плащ и сумки, и направился на выход. Перед дверью он задумался, словно что-то забыл, и прежде чем покинуть дом, оставил на столе несколько монет.
      Кони нетерпеливо прядали ушами, желая поскорее покинуть гостеприимную деревню. Снова оказавшись в седле, эльфийка передала Инея хозяину и тронула поводья. От толпы людей отделилась старушка и, доковыляв до парочки, проворчала:
      - Украли ребёнка, скорее всего живым его уже не найдут. Не съезжайте с дороги, в лесах особенно опасно.
      Выезжая из деревеньки, Эвели заметила:
      - К сожалению, скоро нам как раз придётся съехать с дороги. Но сначала будут степи.
      Фьерн и Эвели в очередной раз сверились с картой и продолжили путь, на ближайшем перекрестке выбрав нужную дорогу. Не сговариваясь, колдун и бард резко усилили бдительность и скорость. Что бы там ни было, сталкиваться с тем, кто терзает местных жителей, не хотелось. Их путь продолжался весь день, подсознательно оба торопились, стремясь уехать как можно дальше от той деревни, в которой ночевали, хотя уверенности в том, что дальше будет безопаснее - не было. Чем глубже они въезжали в этот регион, тем малолюднее становилось. Наконец, впереди показались степи, которые им требовалось пересечь, чтобы попасть в Шилмисту. Даже кромки леса ещё не было видно, значит, следовало пришпорить лошадей, что Эвели и сделала, с удовольствием подставляя лицо ветерку. В степи было душно, словно приближалась гроза и девушка расстегнула несколько пуговиц на рубашке, чтобы стало возможно дышать. Фьерну жара также изрядно досаждала, поэтому махнув рукой, он создал вокруг себя и Эвели легкую прозрачную прохладную дымку, что спасала от немилосердно жарящего солнца. Скачка продолжалась, а Эвели мечтала о том, чтобы она длилась вечно. Было нечто невероятно вдохновляющее в сгущающихся лиловых сумерках, которые покрыли небо и землю. В воздухе чувствовалось нагнетение неведомых сил, как часто бывает перед грозой. Подул ветерок, выхватывая волосы девушки и расплетая косу, она оглянулась - на востоке сверкали зарницы, но грома ещё не было слышно. На горизонте показался лес, в который эльфийке очень не хотелось въезжать. Внезапно Иней зашипел и заставил колдуна поморщиться, вонзив острые коготки ему в плечо сквозь тонкий шелк рубашки. Фьерн насторожился. Поведение питомца встревожило его. Человек убрал ауру и прочитал заклинание Истинного Виденья, но пока оно ничего не дало. Иней продолжал дыбиться и беспокоиться, вонзая в плечо колдуну когти.
      - Там что-то есть! - сквозь ветер прокричал колдун эльфийке. - Будь начеку!
      - В лесу? - девушка чуть замедлила лошадку, переводя взгляд с колдуна на лес, который постепенно приближался. Ветер бросал волосы ей в лицо, несколько капель дождя, принесённые им упали на руку Эвели.
      - Впереди, - кивнул Фьерн. - Думаю, стоит наложить защитные чары, а то мало ли что... - и он взмахнул рукой, своим примером призывая девушку к усилению магической брони. Над колдуном что-то замерцало, а потом Эвели почувствовала, как некоторые участки её кожи легко покалывает, от накладываемой магии. Бард пожала плечами, принимаясь напевно произносить заклинания, обволакивающие их словно мягкое облако. Через несколько минут ощущения прошли, но чары остались, хотя, возможно и не столь мощные как у колдуна. В основном девушка специализировалась на заклинаниях и песнях очарования, затуманивающих разум.
      Путники въехали в тенистый лес под первый раскат грома, от которого заложило уши. Белая молния расцветила пространство вокруг них, на что лошади отреагировали испуганной пляской. Фьерн призвал коня к спокойствию, но сам уже держал в ладони сгусток белого света. Песня Эвели пробегала у него вдоль позвоночника волной мелких мурашек и звучала в ушах отдаленным эхом. Путники углублялись в лес, в воздухе которого остро пахло озоном. Вдалеке ударила вспышка молнии. Колдун мысленно сосчитал, когда раздастся гром - шестнадцать, далековато еще, но не очень. Их однозначно накроет. В этот момент ему показалось, что слева в стволах деревьев что-то шарахнулось. Эльфийка ощущала, как вместе с грозой обостряются и её чувства. Казалось, весь воздух состоял из маленьких колючих искорок, но дело было не только в этом. Грозы она не боялась, а вот странное тёмное ощущение, приближающегося зла... Бард неожиданно вспомнила как некоторое время назад - казалось, это было так давно - когда они только познакомились с Фьерном и вместе ночевали в лесу, лес был также опасен и некоторое время напоминал притаившегося зверя.
      Неожиданно ветки справа взметнулись и на Эвели бросилось что-то здоровое, когтистое, мохнатое и дурно-пахнущее. Выругавшись Фьерн выдал в существо ледяной луч, но зверь, похоже, только разозлился. Однако Фьерну удалось сбить его с траектории, а лошадь барда своевременно прянула прочь. Ветки больно ударили Эвели по руке, и от неожиданности эльфийка резко откинулась в седле, но смогла удержаться. В отблесках молнии, девушка пыталась рассмотреть существо, крепко сжимая лошадь ногами и снимая лук с плеча. Колдун снова ругнулся, нападавший неудобно откатился под копыта лошадки Эвели, и попасть только в него прицельным заклинанием было невероятно сложно. Тут из соседних кустов послышался хруст и еще две такие же твари бросились на Фьерна - в них-то он и разрядил Конус Холода. Только чудом удерживаясь на пляшущей лошади, Эвели выстрелила той под копыта, чётко уловив в свете молнии, куда стрелять. Услышав разъярённый вопль твари, эльфийка быстро улыбнулась, вынимая следующую стрелу и ища новую цель. Одного из нападавших Ледяной Конус обратил в ледышку, другому же просто обморозил правую половину мохнатого туловища и отбросил от себя, но тварь повторила рывок, и попыталась с земли впиться колдуну зубами в бедро, однако снова была отброшена, теперь уже заклинанием защиты. Фьерн развернулся в седле, и ударил атакующего ледяным лучом, но тут на колдуна снова кинулись, пытаясь пробить его магическую защиту.
      Зверь под лошадью Эвели оказался еще живым, хотя стрела пробила его толстую, грязную шкуру. Распрямившись и встав на задние лапы, оно принялось тянуть передние и окровавленную морду к эльфийке, обдавая девушку зловонным дыханием. Вздрогнув от отвращения, Эвели всадила стрелу прямо в открытую пасть чудовища, которое в последнем отчаянном рывке зацепило эльфийку за ногу и стянуло с лошади. Едва увернувшись от копыт Селины, девушка пнула существо в морду, отползая назад. Выругавшись, она увидела, что при падении сломала лук и, отбросив обломки в сторону, вытащила кинжалы. Однако тварь, напавшая на девушку уже сдохла. Из обледенелой морды раскинувшегося на траве чудища торчало две стрелы, одна - с обломанным древком, а на губах пузырилась желто-зеленая пена.
      Фьерн обернулся на последнюю - третью тварь, его руки замелькали в причудливых пассах, но едва заклинание сорвалось с его пальцев, колдуна пронзила острая боль в области шеи, скрежеща зубами, он нащупал небольшой с полмизинца предмет, напоминавший крюк или серп. Фьерн выдернул лезвие и из раны выступила кровь. Смешиваясь с водой, она потекла на рубашку колдуна, пропитывая её и оставляя бледно-красные разводы. Перед глазами у Фьерна потемнело, и он почувствовал, что сползает с седла.
      Эвели вскочила на ноги и бросилась к оставшемуся чудовищу, в этот миг прогремел оглушительный раскат грома и хлынул ливень. Всё вокруг мгновенно превратилось в скользкое болото. Девушка оказалась рядом с существом и вонзила кинжалы в основание его шеи, хлынул фонтан зеленой крови, смешиваясь с дождевой водой на траве и руках эльфийки. Вытащив кинжалы из трупа, девушка отступила назад, оборачиваясь, чтобы спросить колдуна, всё ли в порядке. Увидев, что происходит, Эвели вскрикнула и постаралась поддержать мужчину, чтобы он привалился к лошадиной холке. Быстро подозвав Селину, эльфийка взяла лошадей за поводья и повела вглубь леса, стараясь придерживать человека, чтобы он держался в седле. Дождь срывался с небес потоками, и вскоре оба вымокли до нитки.
      - Держись, милый, - проговорила эльфийка, стараясь перекричать дождь и раскаты грома, а сердце сжалось от страха. Нужно было уйти подальше с места боя, которое могло привлечь новых тварей. А если бы Фьерн упал, обратно на лошадь она бы его не затащила. Стараясь хоть как-то выбирать дорогу сквозь чащу, девушка пыталась немного сосредоточиться - она была неплохим лекарем, но всё же бардом, а не жрицей. Сейчас из-под её левой руки, которой она придерживала Фьерна, исходило слабое тепло, которое как она надеялась, сможет помочь ему хоть немного.
      Через некоторое время, на своё счастье они набрели на рощу раскидистых деревьев, напоминающих плакучие ивы, чьи ветви густым шатром опускались до самой земли. Здесь можно было попытаться хоть как-то укрыться от непогоды. Фьерн то проваливался в темноту, то его сознание словно билось в паутине. Пару раз ему удавалось открыть глаза, но, казалось, нет никакой разницы, правда, однажды его ослепила молния. Шея сперва пульсировала огнем, а потом словно онемела, распространяя по телу чудовищную слабость. Он слышал слова Эвели словно издалека, но как бы ни пытался - ответить ничего не мог.
      Эльфийка привязала лошадей, стараясь выбрать место посуше, хотя им всё равно предстояло вымокнуть. Призвав часть своей драконьей силы, которая сделала её мышцы крепче, но отозвалась порцией головной боли в висках, она кое-как стянула Фьерна с коня и затащила под дерево, откинув полог из листвы. Здесь действительно было достаточно сухо, лишь редкие капли проникали сквозь густые заросли. Расстелив свой плащ поверх дорожной скатки, девушка сняла с колдуна мокрую одежду, с большим трудом переодела и уложила его, закутав в тонкое одеяло, извлечённое из сумки. Она использовала ещё немного своей силы, чтобы разжечь небольшой костёр, благо сухих веточек под деревом оказалось достаточно. Разведя волосы Фьерна, Эвели осмотрела рану, которая походила на след от отравленного дротика или когтя. «Но если дротик, то кто его бросил...»
      Эльфийка принялась лихорадочно шарить в своей сумке, отыскивая растения, в слабой надежде сделать противоядие. Пальцы не слушались и мешочки с травами то и дело просыпались на землю. В конце концов, она осознала, что, не зная яда, не сможет понять, что нужно готовить. Ночь продолжалась, в небесах бушевали молнии, в отсветах которых, эльфийке казалось, что за стеной воды и листвы за ними кто-то наблюдает, но кто это был и что ему нужно - оставалось загадкой. А Фьерна начало знобить. Крупная дрожь сотрясала колдуна, изредка вырывая из крепко сжатых зубов сдавленный стон. Спустя какое-то время, он начал бредить, но это мало походило на горячечные видения. Сквозь темную пелену его мозга проступали черты странных существ, коридоры, двери, силуэты. Несмотря на муть перед глазами - Фьерн пытался разглядеть их, отложить в памяти, но наткнулся на чей-то мертвенно-каменный взгляд и вынырнул из темной паутины, словно на него ушат ледяной воды опрокинули. Голова кружилась, к горлу подступила тошнота, которую он сдержал титаническим усилием воли, тело онемело, а рана болезненно дергала.
      Встретившись взглядом с Эвели, Фьерн прохрипел, что все нормально и разжал кулак, в котором держал вытащенный из шеи предмет. Промыв рану и прикрыв ее чистой тряпицей, Эвели разделась и легла рядом с мужчиной под одеяло, обнимая и согревая своим горячим телом. К утру неровное дыхание человека стало ровнее, дрожь ушла, губы из мертвенно-синих стали просто бледными. Фьерн забылся глубоким провально-темным сном. Неосознанно потянувшись к Эвели, он неожиданно крепко, для столь бессознательного состояния, обвил девушку руками, что-то хрипло пробормотав. Иногда в его сон вторгались короткие видения и тогда его мышцы напрягались под кожей жесткими жгутами, а руки сжимались сильнее. Эвели задыхалась в руках человека, но не пыталась отстраниться, крепко обнимая его в ответ и поглаживая по спине. До сих пор девушка не осознавала, насколько он стал дорог для нее, и теперь страх за его жизнь стальной рукой сжимал сердце лунной эльфийки. Помимо этого она словно кожей ощущала чье-то зловещее присутствие в лесу. Кто-то или что-то затаилось, поджидая свою добычу.
      Эвели выбралась из под одеяла, чтобы столочь в маленькой ступке немного травы для мази, которой смазала края раны на шее Фьерна и сварила на огне напиток из зверобоя, омелы и ландышей, рецепту которого научил ее когда-то дед. Ландышевая настойка могла легко отравить, но в должных пропорциях была универсальным средством от яда. Правда ландыш должен был быть непременно серебряным, собраным в полнолуние, в Сумеречном лесу. Эльфийка благодарила Эревана Илессира, что сделала когда-то запасы цветов.
      Девушка присела рядом с колдуном и принялась осторожно будить его, чтобы дать выпить лекарство. Черные ресницы колдуна дрогнули, и он приоткрыл глаза, радужная оболочка которых практически полностью скрылась за расширенным зрачком. Фьерн приподнялся на локтях, и от этого движения его голова резко закружилась, перед глазами заплясали темные круги, а к горлу подкатил новый приступ тошноты. Вдобавок, ужасно хотелось пить. Несколько глубоких вздохов помогли человеку оклематься, и он с тревогой посмотрел на Эвели. Несмотря на все обстоятельства, мужчина не мог не отметить как она красива сейчас, на фоне сумрачного утра. В окружении густых ветвей, её кожа, оттененная трогательно растрепанными волнами волос жемчужно мерцала, а глаза были словно омут, в котором хотелось раствориться. Голова работала плохо, но связав все то, что он сейчас чувствует, Фьерн все-таки сумел сделать вывод.
      - Это какой-то сильный природный наркотик.
      - Наркотик? - тупо переспросила бард, еще не отойдя от пережитого. Его хриплый голос звучал музыкой для ушей эльфийки, и девушке безумно хотелось обнять человека, но сначала она протянула колдуну деревянную чашу с лекарством, наблюдая за ним большими, влажными глазами, в которых стояли слезы. Фьерн взял чашку обеими руками и, не спрашивая, что это такое, выпил варево залпом, даже не поморщившись.
      - Да, - кивнув, ответил он на вопрос Эвели. - Все симптомы на лицо. К тому же у меня были видения, несколько иные, чем просто бред. Возможно, что-то из шаманьих сборов, которыми они накачиваются, вызывая себе видения... - голос колдуна был еще хриплым и неровным, но говорил он с каждым словом все уверенней. Больше не сдерживаясь, Эвели нежно обняла его за пояс, спрятав лицо у него на груди.
      - Я и не надеялась, что ты так быстро очнешься, - выдохнула эльфийка. - Не знала, что это было, и какое лечение предпринять. - Она рассказала колдуну о том, что произошло после боя, справедливо полагая, что он ничего не помнит, и описала свои действия. – Кажется, я не ошиблась.
      - Ты молодец, - шептал Фьерн, обнимая Эвели и гладя её по волосам, - все правильно сделала. Сама-то не ранена? Эти твари тебя не тронули? - тревожно спросил колдун, заглядывая эльфийке в глаза.
      - Так царапины, - улыбнулась девушка, краем глаза рассматривая ссадины на руке. - Скоро сами затянутся. Но кто мог напасть на нас? Это совсем не похоже на эльфов или на то, с чем мы столкнулись прежде. Не нежить... Твои видения, в них было что то важное?..
      - Видения... Думаю да... Но, пожалуй, я смогу понять это позже... Сейчас... в голове всё путается... Мало ли монстров может водиться в лесу, - повел плечом Фьерн, - меня больше интересует, кто всадил в меня это... - он подобрал находку и показал её Эвели, - и зачем. А еще..., - колдун нахмурился, - почему не сработал амулет, который должен был сработать?
      Подул слабый ветерок, слегка распахивая ветви их импровизированного древесного домика. Девушка покачала головой, осторожно беря двумя пальцами нечто похожее на маленькую стрелу.
      - Никогда такого не видела. Но это Амн, здесь может быть что угодно, о чём мне неизвестно. Неужели к нашей коллекции добавились новые враги? - она растерянно бросила находку на землю и подсела к костру, чтобы заварить чай. - Поешь, милый, если силы есть, - она кивнула на сумку с едой.
      - Боюсь, мне сейчас кусок в горло не полезет, радость моя, - признался Фьерн, которого до сих пор навязчиво подташнивало. - А вот пить хочется так, что, пожалуй, ведра будет мало, - он слабо улыбнулся. Пока Эвели колдовала над чаем, Фьерн осматривался, потом попробовал прочесть охранное заклинание - получилось. Правда, после этого колдун едва не провалился в беспамятство снова.
      - Как ты думаешь, мы можем задержаться здесь, или попытаться затащить тебя на лошадь и поехать дальше? - спросила эльфийка, протягивая Фьерну чай с листьями лимонника, которые должны были снять тошноту. Она попыталась устроить несколько сумок у широкого древесного ствола и, укрыв их плащом, помогла колдуну откинуться на них, укрыв его сверху одеялом. Достав свежую рубашку, она помогла Фьерну переодеться, обеспокоенно проверяя пульс и лоб мужчины.
      - Дай мне пару часов, красавица, - ответил Фьерн, одним глотком опустошая вторую чашку чая, - и я буду в порядке.
      А под нос себе, со слабой, но довольной улыбкой, он пробормотал, что женская забота, это, демон побери, приятно. Эвели улыбнулась, всё ещё испытывая головокружительное облегчение от того, что ему лучше и присев рядом достала немного еды, почувствовав внезапный сильный голод.
      - Знаешь, ты меня очень сильно напугал, - немного укоризненно произнесла эльфийка. - Обычно я не так заботлива к людям...
      - Но и я обычно не всякого подпускаю к себе так близко, - в запавших, обведенных темными кругами, глазах Фьерна играли смешливые искорки, - и клянусь, я сам не рад, что пришлось выковыривать из себя эту штуковину. Прости…, - колдун стремительно посерьезнел и сжал руку девушки, - что заставил тебя волноваться.
      Эвели внимательно посмотрела в тёмно-синие, почти чёрные глаза колдуна, выглядящие сейчас такими близкими и даже родными, потом мягко взяла его лицо в ладони, собираясь что-то сказать, но слова застряли у неё в горле и она просто провела пальцами по его щекам. Фьерн пристально смотрел Эвели в глаза. Прикосновение девушки было таким приятным, невесомо-легким и в то же время оно отозвалось где-то глубоко-глубоко внутри него. Колдуну казалось, что время замедлило свой бег. Эвели притянула лицо человека к себе и несколько раз горячо поцеловала его в губы.
      - Я люблю тебя, - вырвался горячий шёпот, проходя по венам, словно жидкий огонь, но в отличие от того огня, что обычно терзал её тело, этот мучил душу. Она знала, что не следует так говорить, потому что у них нет будущего, но впереди, скорее всего, ждала смерть, с которой несколько часов назад они так близко столкнулись, и ничего уже не имело значения. Пусть просто знает, может это знание согреет его когда-нибудь, в тяжёлые времена и он вспомнит дни и ночи, проведённые вместе, с улыбкой и лёгкой, приятной грустью. Фьерн пылко возвращал Эвели поцелуи, и сначала ему показалось, что он ослышался, но... Его дыхание замерло, сердце на миг словно остановилось, все возможные слова куда-то пропали, и он просто крепко-крепко обнял эльфийку, прижимая её к груди.
      - Родная... - только и смог прошептать он.
      - Прости, что смутила тебя, - улыбнулась эльфийка, обнимая его, но не глядя в лицо. - Я просто хочу, чтобы ты знал... Потому что мы движемся в самые лапы смерти, и она может обрушиться совершенно неожиданно. Я знаю, что твоё сердце занято и ничего не прошу кроме возможности быть рядом некоторое время...
      Она обвила прядь его длинных волос вокруг своего пальчика, рассеянно теребя её. В душе Фьерна все перемешалось. Он не мог понять. Не знал что ответить. Только сейчас он понял, что когда был рядом с Эвели ни разу не вспоминал об Альдиссе. Только, когда бард спросила сама. И тогда... больше не было той боли, от которой он чувствовал пустоту внутри. Это ушло... Теперь он мог думать о прошлом спокойно. Почти. Осторожно развернув Эвели лицом к себе и заглядывая эльфийке в глаза, он тихо прошептал:
      - Рядом с тобой я больше не думаю о ней... При воспоминании мне больше не хочется выть от тоски и одиночества... Ты излечила меня... Я, не раздумывая, отдам за тебя жизнь... Если это не любовь... тогда я не знаю...
      - О... - девушка не нашла, что сказать, хотя такое бывало с ней очень редко. В глубине её глаз танцевали золотистые искорки, придавая особенно хрупкий и уязвимый вид её облику, и сейчас она была похожа на эльфийку больше, чем обычно. Если бы они могли видеть себя со стороны - контраст между ними, несмотря на синеву глаз, черноту волос и белизну кожи, показался бы разительным. Вместо слов Фьерн стал целовать Эвели, нарочито неспешно, дразняще-искусно. Постепенно поцелуй становился все настойчивее и горячее. Пальцы одной руки колдуна зарылись в шелк волос девушки, другой рукой Фьерн продолжал прижимать Эвели к себе. Напоминая самой себе горячий воск, плавившийся в руках колдуна, Эвели сквозь поцелуи шептала: - Ты же... ещё... нездоров... милый... - она задохнулась от очередного поцелуя, обжигающего и тёплого, слаще черешни, которую она купила в одной из последних деревень. Фьерн ответил только когда потребовалось сделать глоток воздуха.
      - Я крепкий мальчик, - лукаво улыбнулся колдун, - да и заживает на мне всё быстро... Тем более, стараниями такого чуда как ты.
      Девушка прищурилась, и уголки её сочных губ тронула улыбка, так редко посещавшая её удивительно красивое лицо раньше, но всё чаще появляющаяся теперь. "Любовь и радость", подумала она. Вот то новое, что Фьерн привнёс в её жизнь. Зная, что ему всё ещё тяжело двигаться, девушка мягко толкнула его на расстеленный, на земле плащ и опустилась сверху. Стянув с себя одежду она принялась раздевать и его, целуя колдуна в шею, спускаясь ниже, покрывая его тело горячими поцелуями - укусами, слово требующая ласки кошка. Фьерна накрыла горячая волна желания, мириадами молний вонзавшаяся в его вены, и заставляющая кровь воспламеняться. Поцелуи Эвели были подобны ожогам блаженства, распалявшего Фьерна до предела, его твердые, жесткие мышцы напрягались, страсть требовала выхода, выгибая тело. Тогда он рывком сел, привлекая Эвели и пылко целуя её шею и плечи, скользя ладонями по гибкому стану, обжигая её кожу дыханием. Сначала Эвели переживала, что ему станет плохо, но они двигались в унисон, дарили друг другу поцелуи и жаркие прикосновения, не разжимая крепких объятий, забыв обо всём окружающем мире, тонули в волнах страсти, любви и блаженства. Нахлынувшие чувства напитали Фьерна своей силой настолько, что последствия ранения словно исчезли, и неистовая страсть обрушивалась на них обоих с силой яростного шторма, погружая в бездну блаженства. Их дыхание, их сладостные вскрики и стоны были одними на двоих, и в хриплом рыке освобождения с губ Фьерна срывалось имя Эвели. Когда достигнув самого пика, дыхание вырвалось на свободу в виде тихого стона, Эвели удалось прошептать лишь одно слово: "Люблю..." И мир утонул для неё в волнах наслаждения, накрывшего эльфийку с головой и унёсшего её разум на несколько секунд в иные миры. Остывая, они некоторое время молчали, медленно приходя в себя. Эльфийка лежала с закрытыми глазами, ощущая биение сердца человека, рядом со своим, и начиная слышать звуки окружающего мира - наполненного жизнью вечернего леса. Почувствовав дуновение ветерка, проникшего сквозь зелёные заросли, она попыталась высвободится из плена одеяла и плаща, чтобы собрать одежду Фьерна, боясь, что он простудится.
      - Как ты себя чувствуешь? - обеспокоенно спросила девушка.
      Фьерн блаженно потянулся.
      - Все хорошо, радость моя, я в порядке, - он поймал Эвели за руку и вернул обратно в их уютное гнездышко, - ты такая красивая...
      Колдуну и в самом деле казалось, что последствия действия наркотика прошли, но не продолжать же путь на ночь глядя. Выпутав руку из одеял, он обновил охранное заклинание.
      - Спасибо, мне приятно, что ты так считаешь, - лукаво улыбнулась девушка, подпирая щёку ладошкой и всматриваясь в лицо колдуна - всё ещё осунувшееся, но явно возвращавшее себе здоровый вид. - А я в свою очередь могу заметить, что мне ещё никогда ни с кем не было так хорошо. - Другой рукой она рисовала круги на его груди, тихо хихикая, видя, что ему щекотно.
      - Ты льстишь мне, красавица, - с улыбкой ответил Фьерн, - но для тебя всё, что угодно. - Его зрачки еще были расширены, но уже не так сильно, и вполне можно было разобрать, что глаза колдуна сейчас спокойного лилово-серого цвета.
      - Не льщу, это не в моём характере, - запротестовала эльфийка и чмокнула мужчину в нос, насмешливо улыбаясь. Тут в бок Эвели что-то ткнулось, и заворочалось. В следующий миг миру явилась недовольная мордочка Инея, который, похоже, вернулся с прогулки. Фьерн потрепал было питомца за ушами, но обнаружил, что котенок держит что-то в зубах - и вовсе не мелкого зверька, а какой-то мешочек. Бард погладила котенка по шерстке, которая стрельнула девушку искрой, видимо зверек наэлектризовался во время грозы. Она потянула за мешочек, пытаясь вытащить его из пасти зверька. Иней легко отдал мешочек Эвели и серьезным взглядом посмотрел на Фьерна, словно чего-то ожидая. Колдун приподнялся на локте и помог барду размотать завязки, стягивающие горловину находки. Внутри оказалось с два десятка металлических загогулин точь-в-точь как та, которой был ранен Фьерн.
      - И где же ты это взял? - девушка удивлённо посмотрела на котёнка, пожалев на долю секунды, что она не имеет способностей друида, который легко бы пообщался со зверьком. Одевшись, эльфийка принялась разводить костёр, так как в лесу стремительно темнело, а ей очень не хотелось оставаться в темноте. Она вытряхнула из сумки еду, считая, что колдун уже достаточно пришёл в себя, чтобы поесть. Эвели бросила взгляд на Фьерна, рассматривавшего находку Инея. - Что ты об этом думаешь?
      - Что пушистый прохиндей успел сунуть нос туда, где мы могли бы узнать что-то интересное, - в глазах Фьерна загорелся огонек азарта. - Не хочу иметь за спиной неизвестного врага, что может в любой момент меня подстрелить. Да и не мешало бы узнать почему именно наркотик, а не яд к примеру. Уж если он все равно смог пробить мою защиту…
      Аппетит к Фьерну действительно вернулся, причем в волчьих размерах и, сейчас он с удовольствием впился зубами в бутерброд с вяленым мясом. С радостью глядя как мужчина ест и набирается сил, Эвели снова заварила чай, на этот раз много, чтобы хватило двоим напиться вдоволь. Её немного пугала собственная заботливость - чего доброго захочется завести мужа, огромный дом и детей, собаку и кошку с колокольчиком на шее. Неопределённо хмыкнув, эльфийка достала для себя горсть сухофруктов и заметила:
      - Значит, немного отклонимся от своей цели. Но видимо это неизбежно.
      - Как бы ни хотелось быстрей разобраться с Организацией и попытаться что-то придумать с твоей Кровью... - вздохнул Фьерн, - я не хочу оставлять случившееся за спиной. Надеюсь, это займет минимум времени, ведь нам не придется искать с нуля, - он посмотрел на Инея, самозабвенно грызущего копченый рыбий хвост. Девушка промолчала, прислушиваясь к треску костра и шуму ветра в листве. В последнее время приступов почти не было, и она начала потихоньку забывать о том, что ей может стать плохо.
      «Неужели всё дело лишь в присутствии колдуна... Скорее всего, мне просто повезло, дали отсрочку так сказать. Но вряд ли это надолго».
      - Не волнуйся, - Фьерн ласково обнял Эвели за плечи, - мы обязательно справимся. Пока я рядом, я не позволю ей мучить тебя.
      - Спасибо, Фьерн... - Эвели немного смутилась от того, что он угадал её мысли. Поворошив угли палочкой, она спросила: - Когда ты хочешь начать поиски?
      - Чем скорее, тем лучше, - сказал колдун, - но рассвета все-таки стоит дождаться, неизвестно, какими еще тварями кишит этот лес. Да и в конечном итоге мы не знаем - кого именно отыщем.
      Посидев ещё некоторое время у огня, Эвели сходила накормить и обтереть лошадей, о которых они позабыли в пылу болезни и страсти. Вернувшись, девушка поправила их "постель" и села, прислонившись спиной к стволу, скрестив ноги. Она достала мандолину, ласково проводя пальцами по деке, потом извлекла костяной плектр, и принялась наигрывать тихую мелодию, стараясь, чтобы та звучала в унисон с ветром, шелестящим в ветвях, и вплеталась в ночные звуки леса. Прикрыв глаза, Фьерн сидел напротив, слушая мелодию и плавно погружаясь в медитацию, его разум постепенно прояснялся, и казалось, сила уже плавно растекается по венам колдуна, наполняя их изнутри холодным сияющим светом.
      Наутро Эвели умывалась дождевой водой, собранной ею во время грозы, пока Фьерн находился без сознания. Эльфийка знала, что это одно из чистейших средств, дарованных природой. Она тихо собрала их вещи и теперь сидя возле костра подогревала мясо и заваривала чай. Колдуна девушка решила не будить, считая, что долгий и здоровый сон - лучшее средство от всех болезней. Проснулся Фьерн внезапно и как-то сразу - был сон и вот слетел, как будто и не бывало. Пожелав Эвели доброго утра, он принялся приводить себя в порядок, и с недовольством отметил проступившую на лице щетину. Как мог тщательно он соскоблил её острым охотничьим ножом, что поразительно - умудрившись не порезаться, и присоединился к трапезе эльфийки. Иней сидел на выступающем из земли корне дерева и наблюдал за бардом и колдуном, словно ожидая их действий. Когда они покинули своё гостеприимное древесное убежище, утро уже заканчивалось и начинало припекать солнце. Эвели окинула взглядом лес, пытаясь понять, откуда они приехали.
      - Вернёмся на то место, где на нас напали или договоримся с Инеем, чтобы показал дорогу? - обратилась девушка к колдуну, поглаживая лошадку по носу.
      Колдун задумался.
      - Милая, ты настолько хорошо помнишь дорогу по которой пробиралась сюда ночью в грозу?.. - Он позвал котенка и тот с готовностью спрыгнул в траву, обежал сперва вокруг Эвели, коснувшись её сапога белым боком, потом Фьерна и словно поняв о чем речь, отбежал в сторону и остановился, поджидая барда и колдуна. - Думаю, Иней нас проводит. Ему и самому, похоже, не терпится.
      Пушистый следопыт вел их буреломами и перелесками, сквозь которые подчас было возможно протащить лошадей лишь с помощью магии и клинка, хорошенько расчистив дорогу. На ходу Фьерн шептал различные заклинания, укутывавшие их с эльфийкой охранной силой. Однако мысли его были далеко. Он думал о том, о чем они говорили с Эвели. Сейчас было не время и не место разбираться в своих чувствах, но Фьерн ничего не мог с собой поделать. То, что он чувствует к эльфийке... это не просто порыв и влюбленность. Это он знал наверняка. Рядом с ней он сам себе удивлялся. Такой спокойной уверенности как рядом с Эвели он не чувствовал в себе давно. К тому же… ему было важно её мнение. Она как-то незаметно вошла в его мысли, но настолько глубоко, как никто до этого за долгие семь лет. Это было приятно... сладостно, но более чем тревожно.
      Эвели пробиралась следом за Фьерном, который не спускал глаз с котёнка, бегущего впереди и видела, что мысли колдуна витают где-то далеко. Ведя за собой упирающуюся порой Селину, девушка сама не заметила, как впала в задумчивость, не замечая ничего вокруг, машинально переступая через корни деревьев и отводя руками ветви, так и норовившие выколоть глаз или зацепить её волосы. Она даже не замечала красоты окружающей их чудесной природы – райских птиц, кричащих высоко над головой, огромных ярко-раскаршенных бабочек, цветов, всех возможных оттенков.
      Из раздумий Фьерна вывел очередной буерак, проход через который колдуну пришлось прожигать кислотой. Он всегда считал её более эффективной и практичной, чем огненная магия, да и все равно огонь давался ему плохо. Наконец появился проход в форме почти ровной невысокой арки. Вырвавшись из своих мрачных мыслей, эльфийка огляделась - котёнок завёл их в самую чащу. Не похоже было, что эльфийские деревни располагались поблизости.
      - Я не вижу никаких следов, даже животных, - призналась девушка, заправляя растрёпанные волосы за уши и прислушиваясь, стараясь уловить какой-нибудь необычный звук. Дорога, которой вел Иней, была странной, видимо тот, кого он преследовал намеренно путал следы, но вот, наконец, ноздрей Фьерна коснулся запах, присущий только жилищу - какая-то пригоревшая пища. Однако видно пока ничего не было. Эвели остановилась:
      - Ты чувствуешь? Кажется, что-то готовят... Думаешь, нужно ломиться туда прямо так, с лошадьми?
      Солнце стояло в зените, и даже тень деревьев не давала прохлады. Девушка почувствовала небольшую усталость в ногах, после долгой ходьбы по корням и перешагивания через ветви.
      - Думаю, стоит спрятать их тут или в других подходящих зарослях и попробовать незаметно понаблюдать. Если получится, конечно... Интересно, пропажу этого мешочка уже обнаружили?
      Спрятав лошадей, как им показалось - вполне надёжно, среди неизвестных Эвели деревьев, напоминающих спаржу, но их мягкие "колючки" были нежно-голубого оттенка, парочка принялась осторожно двигаться в направлении запахов пищи. Бард произнесла заклинание невидимости, в том числе и для Инея. Под ногами у эльфийки и человека захлюпала вода, Иней прыгал с кочки на кочку, но под Фьерном и даже под Эвели эти самые кочки проседали, погружая ноги в вязкую жижу иногда доходя до середины икры, так что потом приходилось тратить усилия на высвобождение ног. Создавалось впечатление, что этот участок затоплен искусственно. Над головами дребезжали комары, размером почти с палец. Наконец, впереди показалось что-то похожее на частокол. Запах подгорелой пищи усилился.
      Эвели казалось, что они уже несколько дней бредут по этому ужасному болоту, комары, размером с кулак пищали так, что она думала, ещё немного - и она сойдёт с ума или начнёт истерику, бросившись на землю и пусть они загрызут её прямо на месте. Стояла невыносимая духота, девушка отбросила с лица влажные волосы и прибавила шагу, приближаясь к ограде. Забор был высоким, жердины, толщиной с бедро колдуна, и высотой футов в восемь увенчивали черепа разного возраста - от высушенных и выбеленных солнцем до совсем свежих. Ворот видно не было, но Иней уверенно побежал налево. Эвели не отличалась особым чистоплюйством, поэтому увидев черепа, бард лишь хмыкнула, рассматривая их внимательнее. Как она и думала - черепа разумных существ, соседствовали с черепами животных. Либо кто-то хотел оградиться от зла, либо - что вернее, сам частенько призывал зло. Благодаря усовершенствованному ею заклинанию, её спутники, будучи невидимыми, могли видеть друг друга, так что она и Фьерн последовали за котёнком, но девушка не была уверена, что невидимости хватит надолго. К тому же следовало опасаться охранной и защитной магии, в которой она слабо разбиралась. Вскоре они дошли до ворот, по обеим сторонам которых располагались два специфического вида каменных изваяния-идола. Ворота были закрыты, но чуть дальше росло раскидистое дерево, с ветвей которого вполне можно было попасть на огороженную территорию. Эльфийка проследила за взглядом колдуна, глядящего на дерево и усмехнулась:
      - Ну что, займёмся акробатикой? Надеюсь, в этот раз получится удачнее, чем в том заброшенном доме. - Девушка подошла к дереву, осматривая ветви и примериваясь, как лучше уцепиться.
      - Похоже, у нас нет выбора, - в ответ улыбнулся Фьерн, глядя на Инея, который проворно взлетел по стволу. Потерев ладони друг о друга, колдун обхватил толстую ветку у себя над головой, рывком подтянулся, уцепился ногами и, оседлав ветку, осмотрелся в поисках следующей "ступеньки". Драконья сила и тренировки с крылатыми эльфами, когда-то позволили барду очень хорошо укрепить руки и вообще научили держать мышцы и тело в тонусе. Для неё не стало проблемой вскарабкаться на дерево, словно кошка, делающая это несколько раз на дню. К тому же, при своём маленьком весе, эльфийка могла цепляться за более тонкие ветви, чем колдун. Она ожидала наверху, сидя на ветке и глядя на мужчину сапфировыми глазами. Колдун, залез повыше, в детстве он часто упражнялся в освоении городских крыш и деревьев, а чуть позже и балконов домов, и, удерживая равновесие, прошел по нависающей над частоколом ветке. Внизу располагалось что-то среднее между лагерем и деревней. Пара костров, над одним из которых жарилась пища, какие-то кОзлы, распялки для просушки шкур, хозяйственные постройки и с полдюжины палаток.
      - Это что, лагерь каких-то местных друидов? - прошептала Эвели, оказываясь рядом с Фьерном и рассматривая местность внизу. - Или местные эльфы настолько бедны и дики, что не могут позволить себе нормальный образ жизни?
      Если здесь жили эльфы, то она бы очень удивилась. Хотя от друидов можно было ожидать всякое. Они обычно стояли особняком в эльфийской среде.
      - За что ты так не жалуешь друидов, радость моя? - чуть улыбнулся Фьерн, тем временем примериваясь, как лучше спуститься пока никого из обитателей не было на улице. Наконец он разглядел основательную кучу травы, наваленную под частоколом. Балансируя руками и стараясь не наступать на черепа - раскрошатся еще - колдун опасно сделал несколько шагов по частоколу и наконец спрыгнул в душисто пахнущий сноп. Ему немного пришибло плечо, но это была мелочь. Оказавшись внутри, он посмотрел на Эвели, которая напряжённо наблюдала за опасным спуском любимого, пытаясь в то же время сориентироваться, как лучше спуститься ей. Увидев, что Фьерн удачно приземлился в траву, она улыбнулась - хорошо хоть это был не навоз. Вскоре она сама ступила на частокол, её ножки в замшевых сапогах аккуратно перешагивали по опасному проходу, но казалось, это не доставляет ей неудобств.
      - Возможно, ты удивишься, но я как-то путешествовала с цирком... И воздушные акробаты довольно многому меня научили. Нужно будет как-нибудь тебе показать... - заметила эльфийка, с хитрой улыбкой. Затем сделала какое-то неуловимо быстрое движение, нырнула вперёд рыбкой и мягко упала прямо в объятия колдуна. Фьерн легко поймал изящную эльфийку и задержал её в объятиях несколько дольше, чем нужно, наслаждаясь каждым моментом близости. Иней уже крутился у них в ногах, призывая продолжить путь. В этот момент полог одной из дальних палаток поднялся и оттуда вылез кто-то смуглый, скудно-одетый, лохматый и с большим пузом. Благо смотрел он в другую сторону, и барду с колдуном удалось нырнуть за грязно-серую палатку. Осторожно выглядывая из-за рваного уголка ткани, эльфийка тихо фыркнула:
      - Скорее похож на багбера, чем на друида... А что касается твоей реплики, что я их не люблю... Просто не понимаю. Эти фанатики готовы всю жизнь провести бродя по лесам и болотам и общаясь только с животными. Я люблю природу, но в умеренных количествах. Их дикость вызывает у меня лишь насмешку.
      - Каждому свое, - чуть улыбнулся затаившийся колдун, наблюдая за аборигеном - тот прохаживался вдоль частокола, почесывая живот. Зоркие глаза эльфийки-лучницы смогли разглядеть, что странный тип - полуэльф. Вот только полу - с кем?
      - Это полуэльф, - прошептала бард, - но ничего удивительного. Возможно, местные дикари живут с медведицами... Если они принимают такие наркотики, что вкололи тебе... Нападём на него? = Она посмотрела на колдуна, в холодных глазах которого прыгали чёртики охотничьего азарта. Фьерн покусывал губу.
      - Мы не знаем сколько их, и на что они способны, - нехотя признал он. - В конце концов, кто-то же призвал тех тварей, что напали на нас при въезде в лес. Да и мою защиту они без труда пробили. Надо найти местного главаря или вождя, которого можно было бы использовать как заложника... и в качестве языка.
      Эвели рассматривала территорию, пытаясь определить, откуда может грозить опасность и наоборот - где можно скрыться. Небо над их головой было ярко-голубым, ни облачка не проплывало мимо, тени были короткими, и даже если б она умела, скрыться в тенях было бы нереально.
      - Можно попробовать мою песню для отвода глаз, - с сомнением произнесла бард.
      Колдун прищурился, и предложил девушке еще немного подождать. В самом деле, спустя меньше четверти часа, волосатый тип, зевая и почесываясь, вернулся в свою палатку. Фьерн прочитал заклинание Лучшей Невидимости, вылез из-под навеса и позвал Эвели. Предстояло найти вожака этого мини-государства. Эльфийка последовала за колдуном, аккуратно ступая по траве и песку. Её мягкие сапоги совсем не издавали шума, хотя следы на песке, разумеется, оставались. Следовало искать самое большое жилище, и надеяться, что вожак окажется один. На подступах к искомому шатру, они единожды перепутали и заглянули под полог шатра-хранилища, приняв его за резиденцию вожака. Что-то заставило колдуна остановиться. Нагнувшись и приглядевшись к траве под ногами он задумчиво хмыкнул и принялся развеивать магию. Когда сиреневатое свечение ушло в траву там показалась веревка со множеством навязанных узлов.
      - Любопытный страж, - заметил колдун и направился дальше к задней стенке шатра. Эвели равнодушно посмотрела на верёвку, продолжая осторожно двигаться дальше. Поднялся ветер, разогнав духоту, и стенки шатра затрепыхались, раздуваясь и приоткрывая небольшие щели с боков. Девушка присела на колено, пытаясь рассмотреть, что там внутри. Фьерн неосознанно отметил, что и сейчас Эвели удивительно хороша, сосредоточена и грациозна. Её точеный профиль изящно вырисовывался, в обрамлении подхваченных ветром блестящих черных волос.
      Колдун заглянул в палатку и взялся за кинжал - там беззвучно танцевала женщина, чью одежду составляли лишь лоскуты и бусы, призванные скорее украшать, чем прикрывать. Её густые рыжевато-каштановые волосы метались в ритме танца. Она была выше Фьерна примерно на голову, крепка и стройна, по своему не лишена привлекательности несмотря на зеленоватую кожу. Но Фьен понял, что она под наркотиком. У её ног валялись приближенные, с блаженными улыбками на лицах.
      Одно движение, и стенка срезана, два шага - и лезвие прижато к горлу женщины. Колдун действовал так стремительно, что Эвели не успела ничего сообразить, поневоле захваченная танцем женщины. Барда всегда интересовало нечто новое в искусстве, такого варианта она ещё не знала и слегка жалела, что не было времени, его как следует изучить. Эльфийка ступила в шатёр, рассматривая его обитателей. Настоящее дикарство. Видимо они поклонялись этой дриаде. Покачав головой, бард положила руки на кинжалы, тихо запев песню, затуманивающую разум. Хотя у местных обитателей он и так пребывал где-то в сумеречных далях, но полной уверенности в этом не было. Дикарка замерла в руках колдуна, расширившимися глазами глядя на кинжал у своего горла.
      - Пришел... Выследил... - сглатывая, забормотала она.
      В глазах лунной эльфийки вспыхнул гнев, с трудом сдерживая пламя внутри себя, она сделала несколько шагов по направлению к женщине. Воспоминания о том, как было плохо Фьерну, и что она пережила в ту ночь, перевернули душу Эвели, кровь молоточками застучала в висках.
      - Зачем вы охотились на нас? - прошипела она сквозь зубы, едва сдерживая себя.
      - Показать... тебе... - прохрипела женщина, сделав неопределённое движение руками, и, насколько это позволял захват колдуна, изогнувшись всем телом. - Увидеть... узнать... - за её зрачками не было видно радужки.
      - Показать мне или ему? - наморщила лоб эльфийка, пытаясь вникнуть в слова женщины. На миг она показалась Эвели совершенно сумасшедшей. Девушка посмотрела на колдуна, словно спрашивая, понимает ли он хоть что-то. Фьерн решил, что мозг танцовщицы давно съеден наркотическими видениями, и что реальность если и осознаётся ею, то лишь причудливо преломлённая грёзами. Колдун хмурился, пытаясь понять, что она хочет сказать.
      - Тут что-то есть... - пробормотал он, отвечая Эвели. Эльфийка бросила на него мрачный взгляд.
      - Что ты бормочешь? Решил взять с неё пример?
      - Дух льда! - воскликнула женщина, не дав колдуну ответить. - Он отомстит! Да... - её глаза наполнились слезами. - Дети... Мои дети... - она рванулась вперёд, не заметив, что кинжал сильно вонзился ей в шею и воззрилась на Эвели: - У тебя есть дети?
      Девушка замерла, удивлённо глядя на женщину. Она сама никогда раньше не задумывалась о детях, о будущем, жила сегодняшним днём. Так что неожиданный вопрос дриады выбил её из колеи.
      - Нет... - Эвели встретила безумный взгляд женщины и уцепилась за него, не отпуская. Янтарный ободок радужки вокруг чёрного омута зрачка. На ум приходило солнечное затмение. Казалось, этот взгляд затягивал сознание Эвели, наполняя его смутными образами. Сначала мягкий свет, простое счастье мира, покой естественной жизни в гармонии с собой и с окружающим миром, тепло любви, гордость за себя, и за то продолжение, которому ты дала начало... Потом, подобно грозе, накатывают беды и горе. Пучки пурпурных молний в изжелто-чёрном небе... Волны, от которых содрогается всё твоё существо... И в центре он... Эпицентр... Причина всему... Аквамариново-кадмиевая ненависть... Ало-изумрудное отчаяние... И у тебя нет ничего... Серо-жёлтая пустота... Понимание... Искажение... Кобальт и умбра, сепия и хинакридон... Зрачки Эвели расширились, пойманные ответным взглядом женщины. На некоторое время, ей каким-то образом удалось получить заряд эмоций, переданный лишь через контакт взглядом. Бард всё ещё не могла понять, что хочет от неё дриада, которую они никогда раньше не встречали. Возможно, ловушка изначально предназначалась не для них конкретно, а для первых попавшихся путников. Показав Эвели все, что хотела женщина бессильно опустилась на пол. Фьерн был вынужден убрать от нее кинжал, но все же держал его наготове.
      - Мои дети... мои мальчики... - она закрыла лицо руками и разрыдалась. - Он исказил их. Они... они больше не такие... но они мои... Боги... Боги не слышат меня... Мне не пришло спасение, о котором я молила... Демоны не слышат меня... ибо не дали мне смерти... Лишь духи… духи сказали... придет дух льда и отомстит за тебя... и за твоих сыновей... И он пришел... Я должна была показать... - она всхлипывала, сидя на полу, её плечи тряслись от рыданий, а бессознательным телам вокруг ни до чего не было дела. Эвели покачала головой, глядя на колдуна.
      - Надеюсь, ты понял, о чём она? Ты - дух льда? - девушка прыснула от смеха - столь напыщенно звучал этот титул. - Тебе хотят всучить какое-то задание, милый мой. И подозреваю, мы снова отклонимся от нашей цели.
      Эльфийка сама не знала, чего хочет больше - поскорее добраться до храма, чтобы уже всё было решено или напротив - отсрочить путь как можно надолго. Фьерн закусил губу.
      - Сдается мне, - ответил он, внимательно глядя на Эвели, - ей нужна кровь того, чьей смерти я и ищу. - Колдун сам не до конца верил своим словам, уж слишком все ладно получалось. - Я видел его в тех видениях, - он невольно коснулся шеи там, где была рана. Внезапно мелькнула мысль. - Твои сыновья?.. Это они на нас напали?..
      На миг рыдания стихли и возобновились с новой силой - утроенной.
      - Почему-то меня это совпадение не удивляет. Ведь мы и шли в этот лес за ним, - заметила девушка. Она раздражённо посмотрела на рыдающую женщину. - И почему нельзя было нормально всё это сделать... Вместо этого, чуть не убили тебя.
      Фьерн окинул критическим взглядом окружающую обстановку, словно безмолвно говоря - разве могут те, кто живет так сделать что-то нормально. А женщина ответила вместо него:
      - Я должна была ему показать... Он должен был увидеть все сам!
      Бард оглядела помещение, слуги (или почитатели) женщины практически не обращали на них внимания. Ветер по-прежнему рвал края палатки, словно хотел смести деревеньку с лица земли. Вероятно, приближалась ещё одна гроза - более страшная, чем предыдущая. Было похоже, что в Амне начался сезон гроз.
      - Понятно. Только вот мы вам ничего не должны, - скептически произнесла Эвели, вновь обращая на женщину взгляд злых синих глаз. Посмотрев на Фьерна, она спросила: - Что ты сам-то думаешь? - А ветер всё усиливался и усиливался, завывая, словно стая злобных призраков.
      Фьерн пожал плечами: - Я все равно собирался убить его... Если это в самом деле он, - добавил колдун. - Если это будет ей в радость – пусть, мне не жалко.
      - Значит, продолжаем путешествие, - криво улыбнулась эльфийка и выглянула из палатки. - Не нравится мне эта погода... Нужно скорее вернуться за лошадьми. Я могу привести их, а ты договоришься, чтобы нам больше не стреляли в спину. И скорее всего, остановимся где-нибудь здесь на ночь.
      Фьерн был уверен, что стрелять больше не будут, но решив не давать лишних поводов любимой для беспокойства, сказал что договорится. Стоял второй вопрос - ночлег. Оставаться среди этих грезящих не хотелось, да и не слишком надежными казались ему их палатки. Тут откуда-то прибежал Иней, похоже, неугомонный котёнок снова нашел что-то полезное.
      Настороженно оглядываясь, лунная эльфийка выскользнула из палатки, осматривая местность в поисках выхода - снова лезть через забор ей не хотелось. Ветер, рвавший верхушки деревьев бросил волосы в лицо Эвели, заставив ее поморщиться. Наконец, увидев ворота, девушка кое-как справившись с засовом, оказалась снаружи. Дойдя до лошадей, эльфийка обрадовалась, что они спокойно стоят там, где их и оставили. Погладив Селину по носу, она взяла животных под уздцы и спешно пустилась в обратный путь. Судя по всему, колдун поверил странной женщине, собираясь выполнить её просьбу, но Эвели было всё ещё не спокойно и оставлять его одного надолго не стоило. По пути обратно, девушка раздумывала о том, что случилось за последние дни и главным образом, её мысли были заняты Фьерном. Человек как всегда был очень спокоен и нейтрален ко всему происходящему, даже к незнакомой женщине не испытывал судя по всему злости или ненависти. Эта его черта порой удивляла импульсивную эльфийку, но было в таком отношении и нечто завораживающее. Снова показалось жилище странных дикарей, и девушка завела лошадей внутрь.
      - Умница, - поприветствовал колдун Эвели, забирая у нее повод своего коня. - А наш пушистый разбойник, похоже, снова что-то нашел.
      Следуя за Инеем, они покинули лагерь дриады и вышли к надежной с виду бревенчатой избушке, в которой можно было пережить не одну грозу. Дверь и окна оказались заколочены, но Фьерн быстро оторвал доски, и они смогли войти. Внутри домик был небольшим и заброшенным, судя по всему, уже давно, но очаг не развалился, да и мебель с глиняной посудой остались. На улице обнаружилась пристройка для лошадей. На этот раз им повезло не вымокнуть до нитки, гроза обрушилась на лес, как только они вошли в избушку. Эвели осматривала комнатку, поёживаясь от раскатов грома прямо над ними. Казалось, в небесах разразилась настоящая битва богов.
      - Наверное, этим дикарям сейчас не сладко в палатках, - заметила девушка, бросая сумку с едой на стол. - Впрочем, это их проблемы.
      - Думаю, они привыкли, - ответил вошедший с охапкой дров Фьерн, размещавший лошадей в пристройке за домиком, - или в своем дурмане не замечают превратностей погоды. Но как бы то ни было, ты верно сказала, это только их проблемы, - он сложил дрова в очаге и принялся разжигать огонь. Шум дождя за стенами домика был так силён, что Эвели казалось, будто они отделены от мира непроницаемой завесой. Было темно, но уютно. Девушка извлекла из сумки сушёную рыбу для Инея, поглаживая сидящего не столе котенка, по шерстке.
      - Иней настоящий следопыт. Может он нам и храм найдёт, - Эвели грустно усмехнулась. Языки пламени, занявшиеся в очаге, лизнули дрова, освещая помещение тёплыми отблесками, отразившимися в глазах барда.
      - Это точно, - согласился Фьерн, вешая над очагом котелок для чая, и заполняя его водой. - И главное, не боится совать носик туда, куда кто иной с опаской посмотрит. Иногда мне кажется, что он больше, чем просто кот... Слишком уж он смышленый.
      Девушка снова посмотрела на котёнка, старательно обгрызающего рыбьи кости.
      - А кто? Душа следопыта, вселившаяся в зверька, или может заколдованный принц? - она рассмеялась, почесав котёнка за ухом. Тот продолжал сосредоточенно есть, не обратив на неё внимания. - Может если я его поцелую, он превратится в человека?..
      - Ну, попробуй, - улыбнулся колдун, подмигнув девушке, - может в очередной раз получится. Хотя вряд ли он-таки принц. Они, как правило, мухомор от поганки не отличают.
      Вода в котелке весело булькала, наполняя комнату терпким ароматом трав. Эвели протянула колдуну сумку, предлагая подкрепиться. Она села поближе к огню, расстелив на полу свою скатку, задумчиво глядя на пламя и грызя сухарик, обдумывала дальнейший маршрут. Следовало двигаться к реке, а затем вдоль русла на север. Если гроза затянется, они потеряют пару дней, но теперь, с новой информацией, полученной от зелёнокожей дриады, возможно, они лучше подготовятся в плане защиты.
      - Спасибо, радость моя, - Фьерн нашел в сумке кусочек вяленого мяса и, присовокупив к нему галету, принялся за еду.
      - Я - твоя радость? - эльфийка лукаво прищурилась.
      - Да, - с улыбкой ответил Фьерн, - ты моя радость. - Тем временем заварка уже вскипела, и он налил им по кружке чая. - Нам еще далеко, как считаешь?
      - Если бы не гроза - пара дней, до реки и около суток вверх, - отвлеклась от своих мыслей Эвели и, отхлебнув чай, слегка поморщилась. - Вина хочется... - Она чувствовала необходимость немного расслабиться после напряжённого дня, иначе грозила бессонная ночь. Порывшись в своем походном мешке, колдун нашел фляжку крепкого вина и передал его Эвели.
      - Вот держи.
      Он любовался игрой огненных отсветов на её лице и густых блестящих волосах. Сейчас, когда они были словно оторваны от мира, она казалась ему особенно близкой.
      - О, ты радуешь не только моё сердце, но и душу, - засмеялась эльфийка, принимая фляжку и открыв её, вдохнула пряный аромат пурпурного вина. На чёрных волосах Фьерна также играли блики огня, и Эвели изумлялась этим вспыхивающим искрам. Раньше она думала, что так волосы искрятся только у эльфов. Девушка, сделав глоток, приятно согревший горло, передала фляжку мужчине. Её глаза сверкали сапфировым синеватым огнём, и алые точёные губы подчёркивали совершенство её прекрасного лица.
      - Ты не представляешь, сколь отрадно моему уху слышать от тебя эти слова, - лукаво улыбнулся колдун, делая глоток и вновь передавая фляжку девушке. Он сел рядом с ней и, не удержавшись, стал перебирать пряди её волос. Эвели выпила ещё вина, и положила голову колдуну на плечо, глядя на огонь, слабо освещающий их временное жилище. Дождь шумел не смолкая, и на некоторое время у неё перед глазами возник образ - их маленькая избушка несётся по волнам бурной реки, к ревущему водопаду. Она вздохнула, ведь они и в самом деле неслись к такому водопаду, который грозил разметать их словно листья, упавшие в воду и подхваченные рекой. Фьерн обнял девушку за плечи, вдыхая нежный, свежий аромат её волос. Говорить не хотелось - ни о прошлом, ни о настоящем, ни уж тем более об окутанном туманом будущем. Как долго они еще смогут оставаться вместе, прежде чем их дороги разойдутся?
      Так они сидели некоторое время, потягивая вино, и согревая друг друга, а дождь всё лил и лил за окном. Давно наступила ночь, но они этого не заметили. В доме было темно и уютно, грустные мысли переплетались с радостными, и оба ощущали, что даже молчание может доставлять удовольствие, если разделить его на двоих. Фьерну вновь казалось, что время застыло, и, пожалуй, сейчас это его даже радовало. Пару раз он подбрасывал дрова в очаг, чтобы огонь, источник тепла и уюта в эту ночь буйства стихии, не потух.
      - Ворожея... - едва слышно прошептал он задремавшей Эвели и легко коснулся губами её волос.

0

15

**

      Коридор всё тянулся и тянулся, медленно высасывая последние остатки сил полудроу. Когда, наконец, девушка оказалась перед массивной дубовой дверью, ей уже казалось, что прошло несколько часов после сражения с немертвой. За дверью никого не оказалось, видимо два эльфийских олуха, что следили за Шади, были единственными стражниками этой части подземелья. С одной стороны это воодушевляло, а с другой настораживало – возможно, ей некуда было сбежать, поэтому много стражи и не требовалось. Открывшийся перед ней коридор был также скудно освещён, как и сама темница, но здесь уже ощущался свежий воздух, видимо поблизости находились лестницы, ведущие на верхние этажи. Шади несколько минут постояла у двери, прислонившись к ней спиной. Следовало где-то отдохнуть, но сначала - выбраться из этого здания, а там уж она как-нибудь справится. Ее взгляд скользнул по платью, заляпанному кровью, и жрица поморщилась - наверняка капли крови были и на ее белых волосах. Так что первый пункт назначения, когда она выберется отсюда, - место, где можно помыться. Хоть какая-нибудь речка или ручей. А пока девушка накинула капюшон и плотнее закуталась в плащ - хорошо еще он был черного цвета и скрывал капли крови - и пошла дальше в поисках лестницы.
      Довольно скоро перед Шади возникла дверь - не такая тяжёлая и прочная как в подземелье и как ни странно тоже без охраны. За дверью обнаружился ещё один коридор, но на сей раз, освещенный солнечным светом, льющимся из украшенных витражами окон. На каждом витраже в центре можно было увидеть символ Кореллона - серебристый полумесяц, видимо этот коридор был частью древнего храма и выводил к кельям. Шади нахмурилась - отсутствие охраны ее несколько озадачивало. Либо они были абсолютно уверены, что из темницы сбежать невозможно, либо ее заманивали в ловушку. Оказавшись в коридоре, залитом солнечным светом, Шади некоторое время стояла, моргая, пока глаза привыкали к нему. Символ верховного бога эльфов в витражах только еще раз подтвердил большую вероятность того, что это здание принадлежало Элдрет Велуутра. Она подошла к одному из окон, нашла кусочек стекла попрозрачнее и выглянула в него, гадая, сможет ли она убежать через окно. К огорчению Шади окно находилось под магической защитой, она ощутила лёгкое покалывание в висках, грозящее перерасти в ужасную головную боль, если она не отойдёт. Из коридора было два пути – лестница, ведущая на верхний этаж и поворот далеко впереди, до которого нужно было пройти мимо келий. Шади быстро отошла от окна. Только магической защиты ей сейчас и не хватало. Наверное, поэтому стражников и было так немного, что тут магия на каждом шагу. Она задумчиво посмотрела на лестницу. Нет, на второй этаж ей явно не было нужно. Полудроу хотела как можно скорее выбраться из этого здания на улицу. Так что она пошла дальше по коридору, надеясь, что никого не встретит по дороге. Рапиру она спрятала под плащом, чтобы оружие не бросалось в глаза.
      Коридор по прежнему был пуст, царила такая тишина, что как бы тихо не двигалась полудроу, ей казалось, что каждый её шаг оглушительно раздаётся по всему зданию. За поворотом оказался небольшой кусок коридора и новая дверь. А за той - выход на территорию центральной части храма. Этому месту явно требовался ремонт - изящные фрески и колонны с алтарём находились на крайней стадии разрушения, оплетённые ползучим вьюном и ядовитым плющом. Сквозь остатки стеклянного купола падали лучи света, создавая причудливые орнаменты на хорошо сохранившемся полу из роскошной нежно-розовой плитки. Когда-то в этом месте собирались прихожане-эльфы, чтобы помолиться своему богу, но с тех пор прошли годы, храм был заброшен и лишь члены секты иногда проходили по его коридорам, но создатель эльфов не отвечал им. Полудроу было жаль, что такая красота погибает из-за нехватки веры, но сейчас она могла только порадоваться тому, что здесь было так пустынно. Наемница обошла зал по периметру в поисках двери, ведущей наружу, стараясь ступать неслышно, хоть ей и казалось, что в такой звенящей тишине это просто невозможно. Продираясь сквозь увитые плющом развалины, девушка внезапно обнаружила дверь - совсем близко, но возле неё на каменном парапете сидел лунный эльф, сосредоточенно точивший нож. Увидев эльфа, Шади замерла, прижавшись к стене, скрывшись за ветками плюща, ниспадающими с полуразрушенного барельефа. Некоторое время полуроу наблюдала за ним. Наемница была слишком ослаблена сейчас, чтобы сражаться с полным сил мужчиной, поэтому оставалось лишь выжидать. Следовало хотя бы понять - стражник он или просто так тут сидит.
      Эльф закончил точить нож и полюбовался результатом своей работы. В его светло-голубых глазах мелькнул отблеск, исходящий от лезвия. Мужчина встал, потянулся и пошёл по направлению к Шади, рассматривая центральный витраж. Видимо просто решил размять ноги. Шади еще больше вжалась в стену, пытаясь с ней слиться. Она впервые пожалела, что не владеет навыками вора прятаться в тени. Оставалось надеяться, что эльф будет настолько увлечен разглядыванием витража, что не станет бросать взгляды по сторонам, а потом можно будет попробовать проскользнуть в дверь. Эльф услышал шорох и насторожился, но к облегчению полудроу, этот шорох исходил не от неё, а из-за алтаря. Эльф перекинул нож из одной руки в другую и направился вперёд, пытаясь высмотреть, что именно там шебуршит. Шади напряглась, готовясь сорваться с места и быстро добежать до двери. Она не сводила взгляда со спины эльфа, молясь, чтобы он не обернулся. Эльф продолжал медленно и практически бесшумно продвигаться к алтарю. Оказавшись рядом с ним, мужчина расхохотался, наклоняясь вниз:
      - Мерзкий маленький грызун! Как ты меня напугал!
      Он замахнулся ножом, стараясь пришпилить крысу. Воспользовавшись шумом, который создал сам эльф, и тем, что он был увлечен охотой, Шади рискнула пересечь расстояние, отделявшее ее от двери - тихонько-тихонько, старательно глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться. И вот уже заветная дверь оказалась перед ней, девушка протянула руку, чтобы ее открыть. Эльф так и не обернулся, и полудроу оказалась перед входом в храм - перед ней расстилалась освещённая солнцем поляна, которую окружал густой, непролазный лес, но можно было разглядеть небольшую тропинку, явно протоптанную лошадиными копытами, которая уводила на восток. Каменные ступени, ведущие из храма, крошились под ногами Шади, и следовало ступать очень аккуратно, чтобы не привлечь внимание эльфа. Почуяв близость свободы, наемница еще более осторожно стала спускаться по лестнице. Теперь следовало укрыться в лесу, найти укромное местечко, отдохнуть, а дальше уже можно попробовать найти место обитания живых разумных существ и узнать, далеко ли до Аткатлы.
      Перед Шади был выбор - отправляться дальше по наезженной дороге или углубляться в лес, пытаясь вспомнить карту, найти ориентиры и определяться по солнцу. Девушку так никто и не окликнул, и она смогла пересечь открытую местность без приключений. В слепых окнах храма не отражалось ни движения. Сейчас Шади хотелось только одного - забраться куда-нибудь в укромный уголок и отдохнуть, не боясь, что ее могут обнаружить. Еще лучше - найти какой-нибудь ручей, чтобы умыться. Так что она решительно свернула с наезженой дорожки и углубилась в лес, запоминая приметы. Вот отдохнет - попробует вернуться. В конце концов, с оружием в руках она не пропадет даже в глухом лесу.
      Шади забралась в самую чащу экзотического леса. Прорываясь вперед в своей неподходящей для подобного путешествия одежде, полудроу получила немало царапин и синяков, как бы аккуратно она не старалась идти. Жутко хотелось пить, и вскоре её мысли занимала лишь вода. Наконец девушке стало казаться, что она слышит шум и плеск бурлящего потока, или даже реки. Она успела сто раз пожалеть о том, что решила идти в лес. В конце концов, можно было прикинуться несчастной, ограбленной разбойниками девушкой и получить помощь... если бы она не была полудроу. Так что, вздохнув, наемница продолжала пробираться сквозь колючие кусты, стараясь не думать о саднящих царапинах и отбитых ногах в легких туфельках, надеясь, что вскоре она увидит реку, в которой сможет смыть грязь, кровь, боль и усталость.
      Когда колючие заросли, наконец, расступились, перед девушкой открылся холмистый берег, прямо под её ногами полого спускающийся к широкой реке, которые несла свои мутные воды, даруя прохладу и свежесть. Берег был усыпан песком, так что добраться до воды не представляло проблемы, но стремительное течение предупреждало об осторожности. Настолько быстро, насколько позволило ей усталое тело, Шади спустилась к реке. Скинув плащ и туфли, девушка вошла в воду. Она не стала заходить далеко, просто нагнулась и зачерпнула несколько раз воды, стараясь несильно замочить платье, смывая пыль, грязь и кровь, промывая ранки, которые нещадно защипали. Затем она выбралась на берег, отжимая волосы и подол платья, нашла местечко повыше и, наклонившись, вдоволь напилась. Теперь Шади почувствовала себя намного лучше.
      Найдя укромное место возле большого, нагретого солнцем валуна, Шади расстелила на земле плащ и прилегла. Шум реки был очень громким, но убаюкивающим и девушка вскоре задремала. Проспала Шади до самого заката, окрасившего реку в бурые тона, и позолотившего верхушки деревьев. Чуткий сон наемницы прервало ощущение опасности. Она проснулась и несколько секунд лежала c закрытыми глазами. Полудроу чувствовала себя отдохнувшей, хотя синяки и ссадины еще давали себя знать. Она собралась было произнести заклинание Исцеления Царапин, как вдруг ощутила на себе чей-то взгляд. Наемница открыла глаза, села и быстро огляделась, подвигая рапиру поближе к себе.
      Недалеко от Шади, на невысоком покрытом травой пригорке, сидела женщина. В глаза сразу бросалась ужасающая, почти болезненная худоба, острые уши выдавали в ней эльфа. Тёмные, запавшие глаза женщины с холодным любопытством смотрели на полудроу - так волшебник или учёный обычно смотрит на подопытное животное.
      - Прогулялась? - хрипловато спросила женщина и взмахнула рукой. Девушка не успела опомниться, как из песка высунулись костлявые руки и схватили её за предплечья, прижимая к земле.
      - Да, прогулялась, - прошипела Шади, холодно глядя на женщину, немного приподнявшись, не выпуская рапиру и пытаясь выдернуть руки из когтистой хватки. - А ты кто? Не тот ли экспериментатор, что превращает юных девушек в ожившие трупы? - Ее глаза полыхнули алым.
      Женщина удивлённо посмотрела на Шади, словно не ожидала каких-то умных вопросов от подопытного существа.
      - Ты права. И я действительно экспериментатор. Величайший из ныне живущих.
      Она поднялась во весь рост - так она казалась ещё более худой, словно сама была одним из оживших трупов. Что-то тихо произнеся, женщина скрылась в лесу. Возле полудроу взрыхлился песок и из него показалась троица полуистлевших мертвецов, которые схватили девушку, буквально выдрав её из костяных рук. Один мертвец попытался выхватить у Шади рапиру. Но отдохнувшая наемница вновь могла дать отпор нежити. Она быстро произнесла самое простое, но, увы, не самое действенное заклинание - Изгнать Нежить. Ее тело вспыхнуло на мгновение, и девушка почувствовала, что хватка мертвецов немного ослабла. Она дернулась, высвобождая руку с рапирой и, взмахнув ею, отсекла тянущиеся к ней конечности одного из них. Для следующего заклинания - Молот Богов - требовалось немного больше времени, но она надеялась, что ее способность к сосредоточению и немного ошеломленные предыдущим заклинанием мертвецы позволят ей закончить его. К счастью, все заклинания Шади подействовали, нежить свалилась к ногам полудроу, рассыпавшись на кучки костей и праха. Но тут на смену ей возникли два новых оживших трупа. Зомби двинулись к девушке, распространяя зловонный и болезненный запах тлена, от которого у Шади немедленно разболелась голова. Полудроу поморщилась, отступая на несколько шагов назад. Раз зомби были призваны этой экспериментаторшей, значит, их можно было преспокойно отозвать обратно. Девушка сосоредоточилась на заклинании Роспуска и направила его на новоявленных монстров, на всякий случай, приготовив и рапиру, чтобы дать им отпор, если заклинание не подействует. Хотя сражаться с зомби было хуже всего. Заклинание Шади подействовало - но лишь наполовину. Одного из зомби удалось изгнать, зато второй злобно зарычал и протянул окровавленные руки к девушке, стараясь схватить её, разорвать на кусочки, поразить гнездящейся в нём болезнью, зловоние которой ощущалось, даже на расстоянии.
      Шади постаралась увернуться от зомби. Хотя она и держала в руках рапиру, но вот пользоваться таким оружием умела лишь в общих чертах - только если проткнуть кого. Наемница не хотела ошибиться, поэтому отпрыгнула как можно дальше и снова произнесла заклинание Изгнания Нежити, благо это она могла делать несколько раз в день. Увы, на этого зомби заклинание не действовало, видимо он был защищён особо сильной, причудливо измененной магией.
      Девушке приходилось отступать от загребущих лап зомби, всё ближе спускаясь к реке, что несла свои стремительные воды в незримые дали. День клонился к закату, окрашивая лес, реку и берег в нежно-золотистые тона. И среди всего этого великолепия - отвратительная гниль и запах разложения немёртвого. У Шади жутко разболелась голова от зловония зомби, она уже чувствовала себя больной. В какой-то момент наемница кинула взгляд через плечо, увидела реку... В ее голове промелькнул план. Она отходила все дальше и дальше, двигаясь к воде. Когда они оказались на самом берегу, девушка сделала обманный маневр, заставив зомби кинуться на нее, затем увернулась и подтолкнула мертвяка рукоятью рапиры, стараясь толкнуть его настолько сильно, чтобы он упал. Прямо в объятия стремительной воды. Река подхватила ходячий труп, унося его всё дальше и дальше, даруя, наконец, вечный покой. Больше противников не появлялось, но Шади чувствовала, что за ней наблюдают. Сгущались сумерки, где-то вдалеке громыхала гроза. Шади устало потерла лоб тыльной стороной ладони, растерянно глядя на воду. Несмотря на сложную битву, все же она устала далеко не так сильно, как тогда, в подземелье, и можно было попробовать выбраться из леса на дорогу, а там и до города какого-нибудь добраться. Даже если совсем стемнеет, заклинание света всегда было при ней.
Девушка посмотрела на стремительно темнеющее небо, и поежилась, не зная, правда, от чего - от внезапно налетевшего ветра или от ощущения, что за ней кто-то наблюдает. «Небось, та экспериментаторша...»
      Вздохнув, Шади насколько могла точно вспомнила свой путь к реке и принялась выбираться на тропинку, стараясь пройти так, чтобы выйти подальше от храма Кореллона. Пробираясь сквозь лесную чащу, девушка словно чувствовала взгляд, неустанно преследующий её. Давящая атмосфера сумерек, незнакомого леса и присутствия зла, начинала постепенно окутывать её коконом страха. Будто в дурном сне - когда чувствуешь, что нужно бежать без оглядки, а ноги как ватные, отказываются слушаться. Чувствуя, что страх все более овладевает ею, Шади приостановилась. Несколько раз вдохнула, успокаиваясь, перебрала в голове вроде бы простенькие, но вполне действенные заклинания, помогающие противостоять приступам страха, и доступные любому клирику. Она произнесла заклинание Сопротивляемости, добавила Благословение и в конце зажгла над головой маленький шарик света, тут же рассеявший лесной сумрак вокруг нее. Полудроу почувствовала облегчение от столь простых и знакомых манипуляций, правда свет вокруг неё создал ощущение, словно она видна как на ладони, а вот те, кто следит за ней - скрываются в темных зарослях вокруг. Шади ничего не оставалось, как двигаться дальше, надеясь на лучшее. На нее могли уже сто раз напасть, а раз этого не сделали - значит, ей позволяли пока двигаться вперед. Наемница не была следопытом или вором, и в темноте ориентировалась плохо. Если она погасит огонек, ей лучше будет стоять на месте до рассвета. Но эта перспектива полудроу тоже не слишком нравилась. Так что жрица двигалась вперед, выглядывая в магическом свете знакомые ориентиры. Вроде бы до дороги оставалось совсем немного.
      Путешествие Шади было прервано внезапно хлынувшим дождём. Она уже некоторое время слышала погромыхивания в небе, но не придавала им особого значения, думая, что грохочет где-то вдалеке. Поэтому, когда вдруг полило как из ведра, а над самой её головой сверкнула молния, ударив в дерево неподалёку, девушка испытала настоящий шок, на некоторое время ослепнув. Шади замерла на месте. Она присела на корточки, сжавшись в комочек и закрыв уши руками. Гроза... в лесу, дремучем и малопроходимом. Пожалуй, это была та редкая вещь, которая действительно могла напугать полудроу. Ее плащ, волосы, платье - все мгновенно промокло, прилипая к телу. Немного придя в себя и увидев, что она потеряла контроль над заклинанием света, вновь погрузившись в темноту, Шади задумалась, стоит ли ей продолжать путь. Но оставаться тут и ждать казалось ей куда невыносимее. Так что, девушка поднялась и медленно двинулась дальше, слегка вздрагивая от новых вспышек молний и громовых раскатов.
      Через некоторое время, Шади, промокшая до нитки, вышла на дорогу, всю размытую водой и превращенную в сплошной грязевой поток. Девушка поняла, что заблудилась. Вспышки молний и яростные раскаты грома, только усиливали это ощущение, лишая ее ориентиров. Дорога разветвлялась на три пути, и было даже не ясно, какая сторона света где. Оставалось просто выбрать направление и идти вперед. Шади чувствовала, что ноги в легких туфлях промокли, и она утопает в грязи. Зато теперь можно запросто притвориться заплутавшей путницей, чья лошадь испугалась, сбросила ее и убежала прочь. Если она только найдет, перед кем притворяться. Шади вздохнула. Возвращаться к базе Элдрет Велуутра совсем не хотелось, но она совершенно не представляла, где сейчас находится. Девушка решительно зашагала по средней дороге, стараясь поменьше наступать в грязь.
      Сколько Шади брела по дороге, сказать было трудно, за струями дождя наемница не видела ни зги, постоянно вытирая мокрое лицо, заливаемое потоками воды. Наконец, впереди показался свет, который она совсем не ожидала увидеть. Кажется, ей повезло добрести до жилища. Хоть радость при виде света, льющегося из окна какого-то здания, была велика - ей просто не терпелось оказаться в сухости, под крышей - все-таки Шади не бросилась к домику очертя голову. Она приближалась медленно и осторожно, пытаясь хоть что-то разглядеть сквозь воду. Что это было за здание? Таверна ли? Просто дом фермера? Или... она вернулась туда, где ее держали в плену? Несмотря на ужасающую погоду, девушка не рискнула подойти ближе, намереваясь подождать, пока кто-нибудь из обитателей хижины не покажется снаружи. Она спряталась под густыми ветвями ближайшего дерева, наблюдая за окошками домика, предпочитая быть мгновенно убитой молнией, нежели снова попасть в лапы жуткой вивисекторши.

***

      Оказавшись за пределами Аткатлы, четверо последователей Элдрет Велуутра, мчались по дороге, пришпоривая коней. Каждый был погружен в свои раздумья, гадая, что творится в данный момент в храме Кореллона. После нескольких дней общения с Аннэлем, Мейсон испытывал сильнейшее желание со всей дури врезать наглому эльфу по физиономии. «И как Мерзелль может доверять таким придуркам? Кажется, у бабки начался маразм».
      Выражение лица Халлиры было не менее угрюмым, она не смотрела по сторонам, позволяя коню выбирать дорогу. «Просто великолепно, только вернулась в Аткатлу и снова отсюда уходить. Еще и под конвоем - вряд ли это означает что-то хорошее, скорее уж наоборот. Будто одного охранника было мало, теперь еще эти двое...»
      Увидев, что парочка не проявляет никаких поползновений к побегу, Андуне расслабилась и решила просто получить удовольствие от этой вынужденной конной прогулки. Тем более, что за последнее время она здорово успела соскучиться по природе. Солнечная эльфийка поглядывала на напарника, но выражение лица эльфа-лича оставалось непроницаемым и немного скучающим.
      Путешествие четверых продолжалось, и вскоре они выехали к той деревне, в которой ранее ночевали Фьерн и Эвели. Только на сей раз, деревенька совершенно не подавала признаков жизни. Остановившись при въезде на единственную центральную улицу, всадники рассматривали покосившиеся мазанки, чьи пустые окна слепо смотрели на не званных гостей. Ни из одной трубы не курился дымок, ни одного животного или человека не появилось им навстречу. Лишь где-то на ветру громко хлопала незапертая дверь. Андуне выехала вперёд и осмотрелась.
      - Я такого ещё не видела, - обернулась она к спутникам. - Всё чересчур чисто, никаких следов...
      Мейсон пожал плечами, оглядываясь.
      - Ну, я ничего странного в этом не вижу, - протянул волшебник. - Кто-то просто взял и перерезал всех жителей. Или они сами ушли, испугавшись чего-то. Да и какое тебе до этого дело?
      Андуне покосилась на волшебника:
      - До местных жителей мне нет дела. Но я совсем не хочу встречаться с тем, что заставило их исчезнуть.
      «По крайней мере, если бы мы встретились с тем, что убрало всех жителей, был бы шанс избавиться от вас всех», - скучающе подумала Халлира, оглядывая пустую деревню. - "Ну, разве что кроме Мейсона» Девушка хмыкнула, подумав, что как-то привыкла к волшебнику и даже не желает ему смерти через каждую минуту. Это показалось ей странным.
      - Надеюсь, мы не собираемся здесь останавливаться? - поинтересовалась наемница, удерживая, пляшущего на месте коня. - Мне здесь не нравится.
      Путешественники двинулись через деревню, так как объездного пути, проходимого для лошадей не было. Брошенные домики уныло смотрели на четверых, словно прося задержаться ненадолго, не оставлять их в одиночестве. Внезапно все ощутили странное покалывание в мышцах и сгущение самого воздуха вокруг них - сильная концентрация магии неподалёку. Уже на выезде из деревни, лошади заупрямились, нервно всхрапывая и отказываясь двигаться дальше.
      - Вот черт! - Андуне попыталась развернуть лошадь, но испуганное животное металось из стороны в сторону и не желало слушаться, так что эльфийке пришлось приложить немало усилий, чтобы удержаться в седле. Волшебник бросил на нее хмурый взгляд.
      - Ты же у нас следопыт! У вас же есть какое-то там... дешевое подобие магии! Почему бы тебе не использовать ее, чтобы успокоить наших лошадей? – Мейсону совсем не нравилась тупость Андуне и Аннэля. Он не мог их терпеть.
      Андуне, не взглянув на Мейсона, прошипела свозь зубы:
      - Такой величайший волшебник, как ты, справится с этим гораздо лучше простого следопыта.
      Серый Кот, не обращая внимания на перепалку, настороженно молчал. На него волнами накатывала смутная тревога и ощущение неправильности происходящего. Казалось, что где-то рядом пульсирует нечто большое и злое.
      - Лошади не хотят двигаться дальше, а я доверяю чутью этих животных. Думаю, нам лучше сделать небольшой крюк.
      Кот настолько разнежился, путешествуя с помощью телепортации, что совершенно забыл дорогу по земле. Крюк занял бы у них несколько дней, о чем ему напомнила следопытка, слегка самодовольно задрав нос. Впрочем, выбора четверке не оставили - небо стремительно темнело, вспыхивали молнии и при их неверном свете, стало видно тени, появляющиеся из заброшенных домов. Скорее всего, это были бывшие жители деревни. Тёмные полупрозрачные силуэты с горящими как уголья глазами, шипя, окружали эльфов и человека. А прямо перед ними, возле коня Халлиры появился лич, уничтоживший деревню. Животное шарахнулось в сторону, и эльфийке пришлось приложить некоторые усилия, чтобы удержаться на нем. Чудовища были немного не такими, как обычно, они казались более сильными и кровожадными. Мейсону эти монстры показались смутно знакомыми.
      - Опять мертвецы. Похоже, мне на них везет, - буркнула девушка, наблюдая за все увеличивающимся количеством теней, появляющихся из пустых домов. - Некромантия - это твоя область магии, Мейс. Как с ними можно расправиться? - Халлира бросила быстрый взгляд на волшебника. - «И почему я себе в боги кого-то светлого не выбрала?.. Можно было бы попробовать изгнать всю эту нежить…», - но представив себя в качестве доброй жрицы, эльфийка только хмыкнула.
      Мейсон смотрел на приближающегося к ним лича, призраки, скользящие вокруг пока казались более безобидными.
      - Я знаю, кто их создал... - волшебник немного напрягся. - И я боюсь, что моих сил не хватит для того, чтобы уничтожить их всех... Я даже не смогу их подчинить, слишком сильная здесь нежить.
      Лошадь почувствовала легкий страх наездника, отчего встала на дыбы и сбросила его с себя. Ударившись спиной о землю, волшебник почувствовал резкую, острую боль. Конь звездной эльфийки попятился назад, подальше от страшного лича. Животное было явно испугано, девушка вцепилась в его гриву, надеясь, что он не попытается сбросить свою наездницу. Она видела, как упал Мейсон, но спешиться сейчас означало поставить себя под верный удар, поэтому эльфийка только положила руку на эфес рапиры, готовясь к возможному бою - хотя вряд ли обычный клинок мог причинить особый вред личу.
      Кот достал свою саблю и спрыгнул с коня. Он не хотел подвергать риску животное, да и толку от него в бою было мало. Стремительным, текучим движением поднырнув под неуловимый удар одного из жителей-теней, он резанул по полупрозрачной фигуре. И уже следующим ударом проткнул ещё одну. Тени оказались куда более плотными, чем при первом взгляде, клинок Кота увяз, словно в тягучем киселе, но всё-таки ему удалось разрубить одну из теней, правда вторая продолжала сопротивляться, а её багровые глаза, казалось, заглядывали ему в самую душу. Кот резко рванул назад, выдёргивая клинок из твари. И одним взмахом снёс призрачную голову, после чего и голова, и её хозяин развеялись на ветру. Правда, столь резкий рывок заставил эльфа, перекувырнуться назад.
      Вокруг Андуне вились трое, причём одна из теней поменьше, судя по всему когда-то была ребенком. Они протянули к девушке руки, неожиданно сильно схватив её и сдёрнув с лошади на землю. Резко рванувшись и сделав сальто в воздухе, Андуне вскочила на ветхую крышу одного из домишек, выхватила лук, и первой жертвой огненной стрелы стала маленькая тень. Эльфийке послышался тоненький писк, когда тень рассеивалась в воздухе. Две другие тени подбирались всё ближе, Андуне уже чувствовала липкое просачивающееся прикосновение на своей ноге. Солнечная эльфийка прыгнула вверх, выпуская стелу за стрелой в то место, где она только что стояла. Послышался вой еще одной тени - видимо одна из стрел достигла цели. Третья тень возникла прямо позади приземлившейся на крышу эльфийки, но тут же испустила протяжный вой, видя, как ее туловище, рассеченное на двое зеленой саблей, разлетается в разные стороны. Андуне обтерла Сорванный Вереск об рукав, и, сплюнула на крышу.
      Лич, равнодушно взиравший на Халлиру поднял руку, что-то прокричав, и лошадь девушки, всхрапнув, повалилась на землю, подминая под собой хозяйку. Падение несколько оглушило Халлиру, и упавшая сверху лошадь вовсе не улучшила ее состояния. Девушка зашевелилась, пытаясь выбраться из-под коня, и ей это почти удалось, когда правую ногу пронзила резкая боль, заставившая ее вскрикнуть. эльфийка замерла, прикрыв глаза, на лбу выступили маленькие капли пота - боль была невыносимой, и только упрямство удерживало ее сейчас на грани сознания.
      На Мейсона навалилась самая большая тень, пытаясь задушить его сильными, как у кузнеца руками. «Чертова тень... Что же сделать... Что?!», - Мейсон ощущал, как тень сжала его горло, настолько крепко, что дышать было неимоверно больно. Хрипя, он перебирал в голове все заклинания, которые знал, отчаиваясь все сильнее. - "Что же, есть только один шанс...»
      Маг попытался выкрикнуть слова заклинания Удержания Нежити, но из-за сжатых вокруг горла рук тени, получился лишь набор хрипов и звуков. Раздался хлопок, и тень отбросило мощной силовой волной.
      - Забавно, - прохрипел парень, пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха. - На такой эффект... я не надеялся... Но в принципе... тоже сгодится!
      Следующее заклинание прозвучало намного отчетливее, голос снова подчинялся хозяину. Лошадь Халлиры хрипела, извиваясь на земле, а лич сделал несколько шагов по направлению к звёздной эльфийке, возведя руки к небу, и что-то снова заклиная. С небес сорвались ледяные глыбы, обрушиваясь на Халлиру и её спутников. По счастливой случайности или же по воле Кайрика, глыба не задела жрицу, но она услышала слабый вскрик - одна из ледышек проткнула бедро Мейса и пригвоздила его к земле. Молодой волшебник не сумел изгнать тень, напавшую на него, потому что та имела энергетически-планарную сущность, и не подчинялась чарам Некромантии. Сейчас тень направлялась к нему, стремительными шагами, а ее маленькие алые глазки злобно горели.
      - Гребаный ублюдок! – вопил Мейсон, глядя на лича. - И ты паршивая дрянь! - это ругательство относилось к той, кто призвал всю эту армию. «Я понимаю, что она обязана была атаковать и меня, но... Но, тем не менее, эта стерва перешла границу!» Сквозь боль, парень попытался призвать Огненный Шар, чтобы растопить гигантскую сосульку и отогнать тень теплом и светом.
      Благодаря своему кувырку, Коту удалось избежать ледяной глыбы, чуть было не размозжившей ему голову. Андуне повезло меньше - сколь бы ловкой не была проворная эльфийка, это не спасло её янтарные глазки от мелких ледяных осколков, отлетевших от разбитой льдины. Следопытка зажмурилась, испытывая яркую, как вспышка боль в глазах. Эльфийка ослепла. Андуне покатилась по пыльной земле, вцепившись руками в лицо, и крича от боли. Наверное, первый раз в жизни ей было настолько страшно - она не видела, что творится вокруг, что делают враги. Следопытка почувствовала себя по-настоящему беспомощной и уязвимой. Она сжалась в комок и что есть силы, закричала:
      - М-а-а-а-а-э-э-э-э-г!
      Что-то тяжелое мягко приземлилось рядом с солнечной эльфийкой. Рука девушки нащупала шерсть кошки, мокрый нос ткнулся в грязную щеку Андуне. Рядом с рысью было уже не так страшно! Маэг вывела с поля боя, держащуюся за ее загривок хозяйку. Голова была занята единственной мыслью - увидит ли она, солнечная эльфийка, солнечный свет снова?
      Халлира все-таки умудрилась выбраться из-под извивающейся лошади, но не стала даже пытаться подняться с земли - нога еще сильно болела. Заметив, что тень по-прежнему пытается расправиться с Мейсоном, жрица привычно пробормотала несколько слов и рядом с ней материализовалась черная внушительных размеров тень, поплывшая в сторону своего двойника. Повернувшись в сторону лича, девушка выбросила руку вперед, используя заклятье Прожигающего Луча - с ладони звездной эльфийки ударил мощный луч света. Жрице удалось прожечь его дряхлое тело насквозь, разрушив висящую на цепочке на груди филактерию, в которой хранилась его жизнь, стали видны рёбра, просвечивающие сквозь лохмотья одежды. Лич повернул голову к Мейсону и глядя на него затухающими глазами, открыл рот, пытаясь что-то сказать. Парень разобрал только одно слово.
      - Предатель...
      Лича разорвало на части, и яркая вспышка света завершила его "жизнь".
      Аннэль рубанул клинком ещё одну тень и увернулся от удара следующего врага. Он попытался решить, что делать дальше - так они долго не продержатся. Враг слишком силён! Но внезапно всё кончилось. Прогремел гром и на четверых путников хлынули водные потоки, смешиваясь с кровью и потом и превращая землю под ногами – в жидкую отвратительную кашу. Кот стремительно развернулся и впился взглядом в Андуне. Что-то явно было не так. Она, конечно, странная, но не до такой же степени, чтобы кататься по земле и кричать во время боя... В два прыжка достигнув того места, где была солнечная эльфийка, Аннель коснулся её плеча и спросил:
      - Что случилось? Я могу помочь?
      Андуне повернула голову туда, откуда доносились слова Кота.
      - Я ничего не вижу, - прошептала она. Маэг мурчала и тыкалась в руку эльфийки, пытаясь ее хоть как-то успокоить. Андуне нащупала рукав Серого Кота и вцепилась в него мёртвой хваткой: - Ты можешь помочь мне? У тебя есть зелье?.. Какое-нибудь… Я же не могу вот так, на всю жизнь... слепой остаться! - эльфийка чувствовала, как ливень хлещет её по лицу, смывая грязь, но не видела этого.
      Мейсон некоторое время обессилено лежал на земле, прикрыв в изнеможении глаза. Он весь был измазан в грязи, лежал на грязи, чувствовал запах и вкус грязи. Нога чудовищно болела.
      - Халлира... - выдавил парень, ничего не понимая. - Где ты?..
      - Здесь, - отозвалась эльфийка, стряхнув с лица мокрые волосы и осторожно прощупывая ногу, боль в которой немного утихла, но все еще оставалась довольно ощутимой. «Похоже, ничего серьезного. Скоро боль должна пройти». - Ты как? И что имел в виду этот мертвяк? - девушка посмотрела на то место, где еще недавно стоял лич.
      Мейсон повернул голову, чтобы посмотреть на Халлиру.
      - Я - очень плохо... - дышать было тяжело, Мейс понял это сразу. - Очень... - Набрав побольше воздуха, парень пытался нормализовать дыхание, но это получалось у него весьма плохо. - Я сам не понял, с какой стати я вдруг стал предателем...
      С трудом поднявшись на ноги, Халлира прихромала к Мейсону и опустилась на землю рядом.
      - Что с тобой? Что-то с ногой? Или еще что?.. - как не пыталась девушка оставаться невозмутимой, в ее голосе прозвучал легкий намек на беспокойство. - Я могла бы попробовать исцелить, но не уверена, что у меня получится, - эльфийка закусила губу и задумчиво посмотрела на волшебника. - Предателем… для кого? Для Элдрет Велуутра? Ты сказал, что знаешь, кто вызвал эту нежить…
      Мейсон поджал губы, раздумывая назвать имя создателя мертвецов Халлире, или нет.
      - Имена не имеют никакого значения, - протянул волшебник. - Доберемся до ячейки, а там уже все разъяснится... - парень сжал руки в кулаки. - Очень болит... нога. Вылечи, сделай хоть что-нибудь.
      - Ну, если ты готов рискнуть… - хмыкнула девушка, прикрыв глаза и начиная читать заклинание Исцеления Ран. Подобная магия удавалась ей не очень хорошо, но эльфийка как следует сконцентрировалась, надеясь, что для разнообразия все получится. Ладони Халлиры осветились мягким светом, залечивая рану Мейсона. - Кажется, обошлось. Так лучше? - Заодно девушка решила ускорить процесс заживления и своей ноги, раз уж заклятье сработало. Мейсон кивнул.
      - Да, так лучше... Спасибо, - слово благодарности прозвучало сухо, но тем не менее все-таки прозвучало. «Интересно, что она имела в виду? Почему я предатель? Это безумие или просто паранойя? А может ей кто-то напел про меня недобрых песенок?!»
      - Не за что, - эльфийка предпочла не говорить волшебнику, что если бы заклятье исцеления не сработало, как у нее обычно и бывало, то ему стало бы еще хуже. Вспомнился случай, как, пытаясь исцелить напарника по ордену, она только нанесла ему дополнительные раны. Впрочем, сейчас у нее получилось, и свою ногу она тоже подлечила. Халлира медленно поднялась с земли и, поняв, что вроде бы ничего не болит, направилась к своему коню, который все еще извивался на земле, собираясь проверить, что с ним и сможет ли она продолжить путь.
      Гроза была в самом разгаре, накрывая их стеной непроницаемого дождя и превращая мостовые деревни в бурлящие потоки жидкой грязи. Конь Халлиры издыхал, бедняга получил тяжёлые переломы, а после его задело вспышкой, убившей лича.
      - Надо уходить, - прохрипел волшебник, пытаясь подняться на ноги. - Мы должны поспешить, пока нас не убили... - Боль все еще не утихла, да и рана не затянулась окончательно, но все-таки немного Халлира смогла ему помочь. - Сами отправимся, или дождемся их? - маг кивнул головой в сторону Аннэля и Андуне, которые тихо разговаривали в стороне.
      Наемница чертыхнулась, осмотрев своего коня, и, достав кинжал, прикончила его.
      - Вряд ли мы далеко уйдем по такому ливню, - эльфийка поежилась под холодным дождем. - К тому же, я теперь без лошади. Может, лучше переждать дождь?
      Мейсон замотал головой.
      - Пока мы будем пережидать дождь, припрутся еще два-три десятка личей. Думаю, что их ты точно всех не убьешь, - маг с огромным усилием, но все-таки встал на ноги. - А если кое-кто уверен в моем предательстве, то долго личей и прочей нечисти ждать не придется.
      - И что ты предлагаешь? Бросить их здесь, а самим сбежать? - звездная эльфийка кивнула в сторону Аннэля и Андуне. - И куда мы отправимся? В Элдрет Велуутра?
      Дождь и не думал утихать, и девушка угрюмо подумала, что если так пойдет и дальше, то она чего доброго простудится.
      - Да, к Мерзелль, - заявил Мейсон. - Мне очень срочно нужно с ней поговорить. Очень срочно. - Последние два слова прозвучали с явным нажимом, акцентируя внимание Халлиры именно на них. - Медлить нельзя, если ты не поедешь, поеду один.
      Маг развернулся спиной и Халлире и направился к своей кобыле.
      - Придется ехать медленно, если ты возьмешь меня на свою лошадь, - Халлире вовсе не хотелось оставаться в компании малознакомых эльфов. Закатив глаза, она догнала Мейсона. - Отлично, значит к Мерзелль. Надеюсь, она нас радушно примет. - Девушка сильно в этом сомневалась.
      Лошадь Мейсона, ничуть не возражала против дополнительного веса легкой, как все эльфийки, Халлиры. Оставляя Аннэля и Андуне позади, парочка неспешно поехала по уже знакомой им дороге. Скакать с большой скоростью в такой ливень было крайне опасно, так что уехали они недалеко.
      Эльфы из Холмов Серых Плащей, тем временем, говорили о своем. Кот сжал зубы так, что на щеках заиграли желваки. «Нет! Только не это! Не может такого быть! Неужели это судьба? Потерять зрение... без надежды когда-нибудь снова увидеть свет... и зелень листвы…».
      - Ты будешь видеть! - прошептал Кот, глядя на Андунэ и приняв неожиданное решение. Он мог бы помочь, используя весьма опасную и сильную магию, отдав часть своей силы, доступной личам. Это ставило под угрозу его существование, однако он не мог лишиться напарницы… и друга. Мужчина достал из ножен клинок. - Не шевелись! Я попробую тебе помочь. Но - не вздумай дёрнуться!
      Он осторожно положил остриё сабли на закрытый глаз девушки и зашептал древние слова на эльфийском языке. Сабля слабо засветилась. Наконец он чуть-чуть шевельнул лезвием, отчего на веке девушки выступила капелька крови. Едва она коснулась клинка, клинок ярко вспыхнул - и тут же погас. Осторожно отодвинув саблю от этого глаза, Аннэль повторил всё с другим.
      - Тебе в течение нескольких часов нельзя открывать глаза! Тогда шанс есть, и немалый!
      Эльфийка немного успокоилась и спрятала лицо в ладонях.
      - Спасибо, Аннэль, - хрипло прошептала она, даже не догадываясь какой подарок он ей вручил – часть своей жизненной силы.
      - Тогда - в путь. Нужно догнать этих двоих.
      Аннэль помог девушке залезть на лошадь, сам сел на свою и, стараясь управлять одновременно обоими животными, отправился следом за волшебником и жрицей.

0

16

Глава 11
*

      Утро не принесло ничего, кроме дождя, серой пеленой накрывшего лес. Лунная эльфийка проснулась в объятиях Фьерна, который спал, облокотившись на ветхое кресло, стоящее возле камина. Она зевнула, осматриваясь. Они так и уснули, не пытаясь сделать что-нибудь вроде ложа. Огонь в очаге потух и лишь тусклый серый свет, проникавший сквозь заколоченные ставни, немного освещал помещение. Дождь шумел, заглушая любые другие звуки. Эвели снова положила голову на плечо колдуна, двигаться было лень, а в голову лезли разные посторонние мысли, не имеющие отношения к их делам.
      - Проснулась, красавица? - тихо спросил Фьерн. Движение девушки потревожило его чуткий сон, да и время, похоже, было уже не раннее. - Выспалась? Ничего не тревожило? - колдун вглядывался в сапфировые глаза эльфийки. Похоже, непогода зарядила основательно, им повезет, если к завтрашнему утру можно будет продолжить путь. Эвели улыбнулась покачав головой, глядя на сонного колдуна, обнимая его и целуя в колючую щеку.
      После того как они умылись, позавтракали, накормили лошадей, бард и колдун некоторое время занимались своими делами – Эвели читала книгу по истории Амна, позаимствованную у старика-звездочета, а Фьерн медитировал и слушал как она зачитывает особо интересные кусочки вслух. Наконец, девушка отложила книгу и сказала, выглядывая в окно:
      - Нам сидеть здесь взаперти весь день. Надо что-нибудь придумать или я уничтожу весь запас вина.
      - М-м-м, - протянул подошедший колдун, обнимая Эвели и проводя рукой по её гибкой спинке, - и что ты предлагаешь? Сыграть в карты на секреты друг друга, - в шутку предложил Фьерн, целуя кончик эльфийского носика.
      - А давай, - хихикнула девушка и села на пол рядом с очагом, потянувшись за своей сумкой. В ее бездонных недрах обнаружилась потрепанная колода карт. Карты явно были очень старые - рисунки отличались изяществом линий и изображали эльфийских королей, валетов и дам. Девушка принялась пересчитывать карты, раскладывая по стопкам. Дама пик была изображена черноволосой эльфийкой, с большими, немного печальными синими глазами и тонкими чертами лица.
      - Давно я их не доставала, - задумчиво произнесла девушка, раскладывая карты. - Они принадлежали моему деду.
      - Похоже, я попал, - ухмыльнулся Фьерн, ложась на бок, и опираясь на локоть. - Разве я смогу переиграть такую мастерицу? - он следил глазами за грациозными движениями эльфийки. - Они и в самом деле смотрятся весьма необычно... и наверняка в игре тебе помогают.
      Эвели усмехнулась, тасуя карты:
      - Насколько я помню, это ты у нас шулер. Эти твои фокусы и свели нас вместе.
      - Еще скажи, что ты этим недовольна, - Фьерн изобразил растерянно-недоуменное выражение лица, - и я уже говорил, что тогда я не мухлевал…
      Девушка показала Фьерну язык, но затем вновь стала серьезной.
      - Я очень довольна, - задумчиво ответила эльфийка. - Я и не думала, что мне так повезет... - Затем достала карту, на которой был изображен король пик - сурового вида старик с длинным орлиным носом, колючими темно-синими глазами, длинной бородой и седыми волосами, увенчанными черной шапочкой. Она показала карту Фьерну: - А вот и дедуля...
      - Видный дедуля... - признал колдун, переводя взгляд с карты на Эвели и обратно, - борода вымысел художника, как я понимаю.
      – А вот это самое смешное. Дед был весьма необычным эльфом. Собственно благодаря этому он так и знаменит в Элдрет... Борода - его драконье наследие. Я раньше удивлялась, как они допустили к управлению эльфа с драконьей кровью. А потом оказалось, что та часть ячейки имела тесную связь с Орденом Пурпурного Дракона.
      - Интриги, интриги, интриги... У всего есть своя причина, хоть она и далеко не всегда на поверхности, - тихо пробормотал колдун, садясь и вновь разжигая огонь в очаге. Дрова занялись не с первого раза, видимо мешал яростный ветер, тянущий в дымоходе, но наконец, сумрачная комнатка вновь осветилась теплым пламенем.
      - Во что сыграем? – прищурившись, спросила эльфийка, положив колоду между ними и потянувшись за вином и сыром. Иней, спавший на сумке с едой, был недоволен тем, что его потревожили и, выпустив коготки, вцепился в руку девушки, раздирая нежную белую кожу до крови.
      - И что это ты творишь, - сурово сказал Фьерн питомцу, освобождая руку девушки от когтистого захвата. Иней, чувствуя за собой вину, опустил мордочку и прижал уши, глядя на колдуна и Эвели огромными глазищами. Фьерн взял руку эльфийки и ласково поцеловал. Бард ощутила, как по коже побежали мурашки удовольствия, реагируя на ласку колдуна.
      - Вредный, как и его хозяин... - хрипловато заметила она, не спеша убирать руку. Кожу щипало, но она не обиделась на котенка, в нем всего лишь говорили инстинкты.
      - Разве я вредный, - изумился колдун и провел языком по царапинам Эвели, - у меня так сложилось впечатление, что в последнее время я воплощение самой покладистости. Даже странно... К чему бы это?
      - Нуу... - эльфийка слегка задрожала, забыв, что хотела сказать, глядя в потемневшие глаза Фьерна. - В последнее время да, хотя раньше бывало... - она погладила колдуна по щеке, слегка повернув пострадавшую руку. - К чему это мне неизвестно, но мне кажется, что ты хочешь отвлечь меня от игры... Ты можешь оставить свои секреты при себе, я не против, - уголки ее губ приподнялись в насмешливой улыбке.
      - Карты не любят, когда ими пренебрегают, - ответил Фьерн, прикрыв глаза от прикосновения девушки, - поэтому, раз уж ты их достала…, то не стоит испытывать их терпение, - он снова поцеловал ладонь Эвели. Она неохотно отняла руку, ощущая как ладонь горит сохраняя тепло поцелуя. Эвели снова взяла карты и ненадолго задумалась.
      - Давай в нанделе, для такой игры как раз подойдёт. Эльфы в неё часто играют. Просто выкладываем по очереди по две карты и смотрим, что в сумме больше. У кого больше, тот выиграл партию. Валет это 5, дама 10, король 20, а туз - ничего. Ну, а цифры это цифры.
      - Что ж, с виду просто, - задумчиво улыбнулся колдун и снял верхнюю карту. – М-м-м девятка... крестовая... - он положил карту перед собой. Следующим оказался червонный туз. - Ты выиграла, - сказал Фьерн, глядя на расклад девушки. Эвели улыбнулась и уселась поудобнее, скрестив ноги и откинув волосы за спину.
      - Так, так, так... - протянула бард, поглядывая на колдуна. - Расскажи, какие женщины тебе больше всего нравятся?
      Она не спускала с него насмешливого взгляда ярких синих глаз, в которых плясали золотистые искорки. Выражение лица Фьерна стало задумчивым и хитрым одновременно.
      - Изящные и яркие, - его глаза встретились с глазами Эвели. - Смелые и чувственные... Непредсказуемые и живые... Пожалуй, это самое главное.
      Под взглядом человека, ее щеки залил легкий румянец. Бард опустила глаза, вынимая следующие карты:
      - Значит цвет глаз, волос, рост... значения не имеют?
      Карты легли на пол, на этот раз выиграл Фьерн. Дождь за окном шумел не переставая, в комнате потемнело, и несколько порывов ветра ударили в стену домика.
      - Не имеют, - согласился колдун. – Хотя возможно, мне бы было несколько неуютно с женщиной, что значительно превосходила бы меня ростом, - прищурившись, признался он. - Что ж... Моя очередь, - сказал Фьерн, глядя на двух дам в руке Эвели. - Скажи, радость моя, какой страх был для тебя самым большим?
      Эвели задумчиво замолчала, глядя на карты, которые держала в руках. Две дамы - пиковая и трефовая. Трефовая эльфийка была облачена в светлые одежды, её длинные тёмные волосы слегка завивались, а глаза хитро и надменно блестели зелёным цветом.
      - Это моя сестра, Ланвен, - показала девушка карту. - Некоторые карты изображают семью и знакомых деда, - она ещё некоторое время помолчала, покусывая губу. - Всех, кроме моей матери. Он ненавидел свою дочь, и её карты здесь нет, но Ланвен была на неё очень похожа. Он ненавидел мать за то, что когда-то она хотела выйти замуж за человека... Тогда дед убил его и заставил её выйти за эльфа из Организации - моего отца... Родились мы с Ланвен, но она ненавидела и нас, и его... Позже она впала в черную меланхолию и сошла с ума, дойдя до того, что убила мужа, пыталась и нас, но дед сумел её остановить. Так же сильно как ненавидел, он продолжал любить её и сохранил ей жизнь, заперев в башне нашего дома... Я всегда боялась оказаться на её месте, а когда сама полюбила человека, мне казалось, что я повторяю её судьбу... Во многом... Мне тоже пришлось пойти на убийства, но в итоге, я просто сбежала... И бегу до сих пор, - Эвели с трудом подняла глаза на Фьерна. - Наверное, ты не ожидал услышать обо мне столь много неприятного. Но я такая, какая есть, - просто сказала девушка и грустно улыбнулась.
      - Все мы таим много загадок, - мягко ответил Фьерн. - Только у небожителей нет грехов. К тому же, здесь ты ни в чем не виновата. Ни в ненависти деда, ни в безумии матери. - На следующем круге колдун вытянул пикового короля и червонную семерку против восьмерки и десятки бубей у Эвели. - Твой вопрос...
      Бард решила не быть оригинальной. Сделав несколько глотков терпкого вина из фляги, она с вызовом спросила:
      - А чего ты боишься больше всего?
      Эвели раздумывала о том, не слишком ли много рассказала. Впрочем, такое часто случалось, когда она испытывала особую близость с кем-нибудь. Обычно после откровенности, девушка сама корила себя за болтливость.
      - Больше всего... Наверное, это звучит несколько дико, но такой вот безотчетный страх… - он хмыкнул, - костёр. Мне как-то довелось видеть сожжение... Потом приходили сны. Что я не могу двинуться, не могу использовать магию, а вокруг только огонь.
      - Тебя пугает огонь? - Эвели приподняла одну бровь. - Тогда ты должен бояться и меня. Но ты неплохо справляешь с пламенем. Обычно девушки просят согреть их в постели, а я напротив, прошу об обратном, - её серебряный смех разлился по комнате.
      - Не совсем огонь. Костер. То, что я не могу ничего противопоставить этому огню... Бессилие, безысходность... - Фьерн сделал глоток вина из фляжки, а Эвели взяла карты - и снова выиграла.
      - Что ты подумал обо мне, когда мы встретились?
      - Что я подумал... "И что эта красотка делает в таком захолустье? Она словно только что из танцевального зала дворянского особняка... и ей не место среди этих пьянчуг". Что-то в этом роде, - широко улыбнувшись, он потянулся за новой картой. Эвели хмыкнула, потихоньку отпивая вино и вспоминая, как прошла первая встреча с Фьерном. В тот момент уставшая после долгого пути, смерти того кого считала любимым и бессонных ночей в одиночестве... она была рада даже компании пьянчуг, лишь бы слышать голоса живых существ, не говоря уж о компании симпатичного колдуна.
      - Я на самом деле тогда очень испугалась, что ты уедешь и мне придётся ночевать одной. В том лесу тоже было как-то неспокойно, - заметила девушка, снимая карты. Две шестёрки, против десятки и трефового валета - изображённого в виде молодого лунного эльфа, Саэвара - похитившего Эвели из Крепости на Перекрёстке. Сейчас ей казалось, что всё это происходило безумно давно.
      - Мне и самому тогда не хотелось уезжать, - признал Фьерн, - но и навязываться тебе я не имел права, - добавил он, глядя Эвели в глаза. - Скажи... что привело тебя тогда в ту придорожную таверну?
      - Я... - Эвели помолчала, собираясь с мыслями. - Сложно сказать в двух словах... Расставшись со своими спутниками, я отправилась куда глаза глядят, и в тот момент совершенно не представляла, что мне делать дальше. А потом кровь начала просыпаться, и мне стало страшно... - она прикрыла глаза, а руки сами собой сжались в кулаки так, что костяшки побелели. - После недель одиночества, которое поначалу нравилось мне - слишком большой был сумбур в голове и на сердце... я поняла, что если не услышу живые голоса - сойду с ума окончательно. А что привело меня именно в эту таверну... Наверное, всё же мой бог не оставил меня и помог выбрать нужную тропу... - Девушка тепло посмотрела на Фьерна, снова снимая карты.
      Во взгляде колдуна проявилась явная тревога. «А если бы еще несколько дней одиночества? Не стали бы они для Эвели роковыми?» Король и туз оказались в его руке против девятки и валета барда.
      - Теперь мне кажется, что я бы, наверное, умерла, не встреть тебя тогда или если бы ты уехал... - вторя его мыслям, заметила девушка. - Твоя холодная аура видимо задержала развитие моей "болезни". Хотя ты бы всё равно никогда не узнал, кто я такая... Как ты относишься к тому, что мне уже сто двадцать пять лет?.. - Вино в фляжке кончилось, лицо Эвели покрылось лёгким румянцем, чувствуя согревающее тепло, она расстегнула несколько пуговиц на светло-серой рубашке и собрала волосы в узел.
      - Я просто сражен... - шутливо ответил Фьерн, пододвигаясь к девушке ближе. - Ты такая юная, но уже пережила столько приключений...
      Его глаза скользили по нежному, соблазнительному изгибу её изящной, открывшейся шейки. Колдун был не в силах оторвать взгляд. Эвели, улыбаясь, смотрела в глаза человека, сейчас они казались тёмными, словно море во время шторма. Ледяная холодность, которая была в них поначалу, в последние недели появлялась всё реже и реже.
      - Ты смотришь на меня, как вампир, готовый укусить, - тихо засмеялась эльфийка, лукаво прищурившись и склонив голову на бок. - Тяни карты...
      - Почему же, как вампир... - вскинул брови Фьерн, - не скрою, я бы впился в твою прелестную шейку, только не укусом, а поцелуем... - не сводя взгляда с девушки, он не глядя, снял две карты. Эльфийка облокотилась на руку, и рубашка немного сползла, обнажая округлое плечико и изящные ключицы.
      - А что тебе мешает?
      - Пожалуй, всего лишь один шаг, - улыбнулся он, и привлек Эвели к себе. Его губы накрыли трепещущую жилку на шее девушки, рука крепко обвила её стан, другая заскользила по плечику вниз. Эльфийку охватила дрожь, и она тихо застонала, ощутив, как губы колдуна касаются чувствительных мест на шее, скользя к уху и подбородку. Эвели прикрыла глаза, полностью отдаваясь моменту, вздыхая от удовольствия и счастья, которым наполняли её прикосновения Фьерна. Поцелуи человека с каждым ударом сердца становились все более и более страстными, порывистыми. Нежность и пряный вкус кожи Эвели, её неповторимый аромат сводили его с ума, выкидывая из головы все посторонние мысли, оставляя в сознании только образ этой единственной женщины. Эвели впивалась в губы мужчины, слегка покусывая их, и запустив руки в его волосы, прижимала к себе всё крепче, задыхаясь, но, не останавливаясь, чтобы сделать вдох. Боги, такого сильного желания она не испытывала никогда прежде. Лишь только он, он один был важен теперь для легкомысленной эльфийки, боявшейся потерять себя, но всё равно растворявшейся в этом человеке, столь неожиданно ворвавшемся в её мир. Пыл Эвели сжигал последние остатки самоконтроля Фьерна, ухо уловило треск ткани, но он не придал этому значения. Все, что не касалось эльфийки, сейчас казалось бессмысленным и неважным. Он целовал её, наслаждался ощущением нежной кожи под пальцами, скользя ладонями вдоль её спины, пил её горячее дыхание и отдавал ей свое.
      - Ещё одну рубашку порвали... - смешливо заметила девушка, освобождаясь от уже ненужного предмета одежды и принимаясь раздевать колдуна. Её тонкие пальчики заскользили по обнажённой коже и мышцам Фьерна, а губы последовали за ними, словно горячие капельки расплавленного воска. Фьерн дышал неровно и часто: от прикосновений эльфийки словно мириады крохотных молний пробегали по его телу, а губы девушки едва не обжигали. Он целовал её лицо, шею, плечи, руки, её всю, с каждым поцелуем желая все больше. Дождь барабанил в окно, но Фьерну было все равно, горячий шепот срывался с его губ, донося до ушка Эвели слова любви. Карты давно уже рассыпались по полу, сметённые двумя переплетёнными телами - хрупким, но чувственным женским, и сильным, жилистым и крепким мужским. Эвели никогда не старалась особо держать себя под контролем, а сейчас и подавно не собиралась. Стоная и вскрикивая, она впивалась в его спину острыми ноготками, оставляя царапины, словно метки на теле мужчины, которого так хотела считать своим. Они соединялись в извечном и изначальном танце, отдавая себя друг другу до дна. Пальцы переплетались, волосы путались между собой, блики огня в очаге отражались в капельках пота на обнаженных телах. Они двигались в едином ритме. Фьерн не мог понять, чье сердце так громко стучит - его или её, но это не имело значения - сердца стучали в унисон, а дыхание было одним на двоих. Горячим, расплавленным, словно лава потоком, наслаждение обрушивалось на разум и тело лунной эльфийки. Она уже не могла кричать, только хриплый шёпот срывался с искусанных до крови губ. Пламя, такое же, как пожирающее поленья в очаге, распространялось по венам, а сердце грозилось выскочить из груди. На пике напряжения и наслаждения, когда жар стал нестерпим, тело Фьерна выгнуло, из горла вырвался хриплый стон, а сознание накрыла тьма. Обессиленный, он прижал к себе Эвели и ласково поцеловал её в висок.
      - Любимая... радость моя...
      Некоторое время, девушка ничего не понимала - разум отказывался подчиняться ей, лишь бешено колотилось сердце, дыхание с хрипом вырывалось из груди, а нежное тело слегка вздрагивало. Уткнувшись лбом в грудь Фьерна, она пробормотала:
      - Ты назвал меня любимой? Или мне послышалось...
      - Да... назвал... - тихо ответил колдун, касаясь щекой, на которой проступала щетина, макушки Эвели. Его дыхание еще было неровным, колдун чувствовал биение сердца девушки, столь же бешеное, как и его. Эвели закрыла глаза, потому что их неожиданно, отчего-то защипало. Она глубоко вздохнула, пытаясь осознать свои эмоции в этот момент. Было очень тихо, не считая шума дождя, к которому они уже привыкли.
      - Значит, и ты меня любишь?
      - Кажется да... - отозвался Фьерн ей в волосы. - Да... я уверен...
      Отчего-то когда он произнес эти слова, на душе у него стало спокойнее, словно спало какое-то тягостное напряжение, до сих пор державшее колдуна в тисках. Эльфийка еще сомневалась, но она слишком устала, чтобы сейчас размышлять об этом. Прижимаясь к человеку, она обняла его, поцеловав в плечо и засыпая. Ей уже было всё равно, что они опять не сделали для себя постель и даже не достали одеяла. Фьерн притянул небрежно сброшенный на пол плащ - в качестве хоть какого-то одеяла. Остальная одежда в беспорядке валялась на полу, правда спиной колдун чувствовал под собой какие-то шнурки. Уже засыпая, он глянул в порядке ли охранные чары на двери и окнах; убедившись, что все на месте он погрузился в спокойный сон.
      Яркий солнечный свет проникал в хижину, в которой спали Эвели и Фьерн, сквозь небольшие щели в заколоченных ставнях. Дождь, наконец-то закончился в их части Амна, и в лесу царила тишина, столь непривычная после долгой грозы, что казалось, от неё звенит в ушах. Эвели спала, свернувшись клубочком под плащом, недалеко от колдуна, откатившись ночью ближе к очагу, который сейчас потух. Фьерн проснулся, разбуженный солнечными лучами, пробивавшимися сквозь щели в заколоченных ставнях. Им с Эвели предстояло продолжение пути, так что следовало хорошо подкрепиться. Колдун бодро поднялся, оделся, затопил очаг и поставил кипятиться воду. Взгляд его задержался на умиротворенном лице спящей эльфийки и мужчина с удовольствием вспомнил прошедшую ночь, потом на ум пришли произнесенные слова. А ведь все действительно просто... И когда только он успел так крепко полюбить её... Накинув одиноко распластанный по полу плащ, Фьерн пошел во двор умыться и проверить лошадей.
      Услышав скрип двери, закрывшейся за Фьерном, Эвели открыла глаза, как будто и не спала. На самом деле, она уже почти час лежала, размышляя о будущем и настоящем. Слова колдуна, конечно, были вызваны страстным порывом, но, тем не менее, они породили множество чувств... противоречивых. Когда она сама призналась ему в любви, Эвели не рассчитывала на взаимность, просто из-за своей импульсивности не могла бы долго держать это в себе. Она больше не верила мужчинам, а тем более людям, чей век был столь короток.
      Девушка собрала раскиданную одежду, часть которой была порвана и затолкала в сумку, предварительно вытащив оттуда новые замшевые брюки и узкую коричневую кофту без рукавов, из тонкого хлопка, подходящего для здешней влажной теплой погоды, которую должно было быть не так заметно среди листвы, если придётся прятаться. Одевшись, эльфийка вышла, чтобы тоже умыться. Открыв дверь, она прищурилась - сияло ослепительно-яркое солнце, и уже ощущалась сильная жара, которая к полудню грозила превратиться в настоящее пекло. Эвели нашла колдуна за домом, задающим лошадям корма. Увидев эльфийку, он приветливо улыбнулся.
      - Как спалось? Ты не замерзла? Снова ведь не догадались лежанку соорудить, - со смешком сказал Фьерн.
      Эвели рассеянно погладила свою лошадку по носу, на что та отозвалась тихим ржанием.
      - Нет, с тех пор как пробудилась кровь, я не мёрзну, - тихо ответила эльфийка, оглядывая лес и прислушиваясь к его звукам. После какофонии грома и шума дождя всё казалось таким тихим, мелодичным, словно после грохота цимбал вступила нежная флейта, а за ней скрипка.
      - Но утром я нашел тебя перебравшейся поближе к очагу, - подмигнул колдун, закончив с расчесыванием гривы Черного. - Ладно, пойдем в дом, надо перекусить, как следует, и оправляться в путь.
      - Наверное... это огонь зовёт меня к себе... - начала говорить девушка, но вдруг замерла, услышав чутким, музыкальным слухом подозрительный шорох. Резко обернувшись, она всмотрелась в зелёную листву - там что-то или кто-то двигался. К удивлению лунной эльфийки из леса показалось нечто, смутно напоминающее женскую фигуру, но очень-очень грязную и в странных лохмотьях. Эльфийский глаз уловил сразу - дроу! Эвели напряглась, удивлённо взирая на появившееся чудо, и тронула Фьерна за руку.
      Шади, напуганная своими приключениями, так и не рискнула подойти к хижине с заколоченными ставнями и окнами, устроившись под раскидистым деревом напротив и наблюдая, кто именно покажется оттуда и с какими намерениями. Как только прошла гроза, и выглянуло амнское солнце, земля быстро просохла и согрелась, и мучения девушки стали чуть меньше. Полудроу улыбалась солнечным лучам и новому дню. Хоть она и чувствовала себя совершенно разбитой, усталой и внутренне истощенной, всегда приятно увидеть солнечный свет. Шади поднялась, ежась в еще мокрой и ужасно грязной одежде, гадая, не стоит ли ей подойти к хижине поближе. Может, там вообще никого нет. Тут дверь открылась и появился молодой мужчина, направившийся куда-то за дом. Шади подождала некоторое время и хотела подойти ближе, но из домика появилась эльфийка и последовала за ним. Полудроу осторожно обогнула дом, прячась за деревьями и кустами. Человек и эльфийка стояли рядом с лошадьми, тихо переговариваясь. Они не выглядели опасными, по крайней мере, на первый взгляд.Поколебавшись несколько мгновений, Шади решила выйти вперед. Все равно она понятия не имела, где находится, а эта парочка могла ей подсказать. Она сделала несколько шагов по направлению к ним, в любой момент готовая вновь скрыться в деревьях.
      - Простите, что прерываю вашу беседу, - начала Шади. - Я заблудилась в лесу. Попала под ливень. Вы не подскажете, в каком направлении ближайший город? А еще лучше - Аткатла?
      - Несколько дней пути до Аткатлы сначала лесом, потом фермами. А других городов в округе вроде бы нет, - Фьерн внимательно пригляделся к гостье, и довольно быстро понял, что это полудроу.
      - Как далеко... - пробормотала Шади, мельком подумав, что самой добраться до города будет тяжеловато.
      - А пешком тем более дальше будет, - добавил Фьерн, хмуро щурясь на солнце. Бард также разглядела по некоторым признакам, что незнакомка наполовину человек. Судя по её плачевному виду, странная женщина не просто заблудилась. Это могло оказаться полезным.
      - Что с вами случилось на самом деле? - спросила Эвели.
      Услышав вопрос эльфийки, девушка вздрогнула. Она посмотрела прямо в ее глубокие синие глаза. Незнакомка была опасна, и по глазам видно, какая в ней таится сила. Но почему-то лично для себя Шади опасности не ощущала. К тому же бродить в одиночку по малознакомым землям не слишком уютно.
      - Я на самом деле заблудилась в лесу... - сказала полудроу. - После того, как мне удалось сбежать.
      - Тебе удалось сбежать? За тобой погоня? – нахмурился колдун.
      - Мы ищем здесь кое-что, - добавила Эвели. - Заброшенный храм Кореллона. Ты случайно не знаешь, где он находится?
      Она покосилась на хмурого колдуна, может быть, он считал, что девушка - приманка для них? Но они и так движутся к храму. А если это способ отвлечь их от истинной цели - так они не поедут её провожать до дома.
      - Не знаю насчет погони, - пожала плечами Шади. - Мне казалось, что за мной кто-то следит. А может, это воображение разыгралось... все-таки жутковато было. - Потом она перевела взгляд на эльфийку. В глазах Шади промелькнуло недоверие. - Храм Кореллона? Зачем он вам? - настороженно сказала она. - Вы там кого-то ищете? - Она подумала, что эта парочка может иметь отношение к Элдрет Велуутра, но тогда они бы знали, где находится база. К тому же человек…
      Фьерн сомневался, стоит ли доверять незнакомке даже примерную цель их путешествия, но спорить с Эвели не собирался. Вместо этого он быстро прошептал заклинание, от которого на обеих девушек повеяло ощутимым холодком, хотя он всего лишь собирался узнать, нет ли вокруг слежки, и не привела ли полудроу за собой хвост. Эвели не волновало то, что полудроу узнает об их цели, в конце концов, если за ней хвост - их уже нашли. А если нет - её всегда можно убить. Но судя по всему, девице и так несладко пришлось.
      - Как тебя зовут? - спросила бард, рассматривая полудроу. Симпатичная, даже красивая, для тех, кто любит экзотику. «Сиреневые глаза, как интересно... И судя по фигуре – знает, как держать меч в руках. Но вот одежда её совсем не подходит воину». Эльфийка прищурилась: - Тебя случаем не в Аткатле похитили?
      Шади поежилась, кинув на человека вопросительный взгляд. Колдовал он, что ли? Она не слишком хорошо разбиралась в магии не божественного происхождения.
      - Меня зовут Шади. А вас? - растерянно сказала она, осмысливая последний вопрос эльфийки. Интуиции той было не занимать. Ведь не одежда же ее выдала. Она уже давно как сменила гаремный костюм на старое платье. - Да, я из Аткатлы... - призналась Шади. Почему-то ей очень хотелось им все рассказать. Но она все еще не решалась. Все-таки здесь не слишком людное место. Странно, что эти двое тут вообще оказались. - Я сюда попала не по своей воле. Меня хотели убить. Очень изысканным образом, - ее передернуло от воспоминания о пентаграмме на теле той юной пленницы.
      Заклинание не сообщило Фьерну ничего странного, подозрительного или вообще заслуживающего внимания. Солнце все припекало, а колдун очень не любил жару.
      - Пойдем-те ка в дом, - предложил человек, - там и поговорим. В спокойной обстановке. - Он обернулся к Шади: - Если нужно, тут бочка с чистой водой, а я пока пойду, займусь завтраком, - он развернулся и пошел в дом. Посмотрев в след уходящему колдуну, Эвели повернулась к Шади, снова окидывая её придирчивым взглядом.
      - Меня зовут Эвели. А его Фьерн. Мы ищем кое-кого в храме... - эльфийка махнула рукой на бочку воды. - Умойся, потом я дам тебе что-нибудь из одежды. В этом барахле ты далеко не уйдёшь. А ты нам нужна - проводишь к храму.
      Эвели понимала, что так получится намного быстрее, к тому же, по пути можно разузнать что-нибудь полезное. Она прикидывала, что может дать девушке из одежды. Не то чтобы та её сильно волновала, но подобный наряд, особенно босые ноги – сильно замедлят их в пути. К тому же, хоть эльфийка этого и не осознавала, в облике Шади было нечто, вызывающее симпатию. Женщины не любили Эвели, постоянно сравнивая себя с ней, как правило, проигрывая в сравнении. Девушка отвечала им взаимностью, смешанной с равнодушием, воспринимая либо как соперниц, либо как бесполезных клуш, не способных ни на какие самостоятельные поступки. Но была у неё одно время подруга, пожалуй, можно было её и так назвать... Шади немного напомнила ей дроу Селину, с которой бард некоторое время путешествовала. К тому же, Эвели уважала силу, будь то физическая сила или сила духа. В глазах полудроу она увидела отблески этой силы.
      Сердце Шади дрогнуло от неожиданного гостепреимства незнакомцев. После мучений плена, которые ей довелось испытать, это согрело ее душу, которая слишком долго оставалась холодной. Она слегка помотала головой. "Это все последствия пережитого", - подумала жрица. - "Не стоит терять бдительности".
      - Спасибо, - сказал она, слегка улыбнувшись. - Постараюсь вспомнить дорогу. При свете дня это будет проще. Надеюсь, еще не поздно найти того, кого вы ищете, - добавила она и направилась к бочке с водой.
      Фьерн быстро привел в порядок одежду и снаряжение и принялся за готовку сытной каши с сушеными фруктами и полосками вяленого мяса, приправленной специями. Иней беспокойно крутился по комнате, но выходить из домика, похоже, не собирался. Девушки вошли в дом и Эвели достала из сумки такие же как у неё брюки, пару чёрных замшевых сапог и льняную серую рубашку. Протянув их полудроу, она не сдержавшись, съехидничала:
      - Вот держи, правда боюсь, в груди рубашка будет велика.
      Шади с благодарностью приняла от Эвели одежду, лишь усмехнувшись на ее комментарий, но невольно скользнув взглядом по груди эльфийки. Она огляделась, в поисках места, где можно переодеться и заметила котенка. Она всегда была неравнодушна к семейству кошачьих.
      - Хороший котик, - шепнула наемница, проходя мимо котенка к обнаружившейся дверце. Это оказалась кладовка, не слишком просторная и полная пыли, но здесь можно было переодеться.
      Подойдя к колдуну, бард взяла кусочек мяса и тихо спросила:
      - Ну что ты думаешь?
      - Если она укажет нам прямую дорогу, то мы сможем выиграть время, - улыбнулся он Эвели, - это не плохо. Правда меня настораживает возможность погони. Пока хвоста не обнаружил, - он повел плечом, - но чем демон не шутит?
      Шади с удовольствием скинула с себя мокрую грязную одежду, вытерла заляпанные грязью ноги внутренней стороной плаща, быстро натянула брюки и рубашку, которая и впрямь была ей великовата в груди, но если заправить в брюки, то и ничего. Сапоги пришлись почти впору, хотя эльфийки были миниатюрнее полуэльфиек, но у Шади как и у Эвели были маленькие ступни. Она вздохнула, вспоминая свою любимую фиолетовую пару, оставшуюся в Аткатле. Потопала, прикидывая, удобно ли в них будет. Потом провела рукой по волосам, поняв, что они совсем спутались. Не мешало их расчесать, да заплести для дороги, как она обычно делала. Наемница подняла мокрую одежду, взяла в одну руку рапиру и вернулась в основную комнату, по которой плыли ароматы пищи. Шади вдруг почувствовала, как сильно хочет есть.
      - Не знаю, куда это девать. Думаете, просто оставить здесь - безопасно? - спросила она и обратилась к Эвели: - И, скажи, пожалуйста, у тебя не найдется расчески или гребня? А то у меня на голове просто ужас, наверное.
      - Испорченные вещи можно выбросить.. или сжечь, - ответил человек полудроу, - если, конечно, они не поддаются восстановлению. Гребень на подоконнике, а еда скоро будет готова, - Фьерн попробовал варево и удовлетворенно кивнул. Иней залез на плечо колдуна и с интересом и некоторой, обычной для него в отношении незнакомцев, настороженностью посматривал в сторону Шади. Лунная эльфийка так же разглядывала Шади, та оказалась симпатичнее, чем она думала, даже с растрёпанными волосами. Девушка бросила взгляд на колдуна, размышляя, нравятся ли ему дроу или даже полудроу и принялась собирать всё ещё разбросанные по полу карты, считая их, чтобы не пропустить ни одной.
      - Вообще-то они лишь немного порвались, - задумчиво сказала Шади, глядя на плащ с платьем. - Их постирать, подлатать, и можно еще носить. Только у меня нет сумки, не в чем нести. Мне бы рапиру куда пристроить, не в карман же, - улыбнулась она, пока что оставляя вещи на полу. Полудроу взяла гребень и принялась расчесывать волосы, осторожно разбирая прядку за прядкой и с интересом наблюдая за Эвели. Ей стало любопытно, что это за карты такие. Справившись с колтунами, она собрала волосы в низкий хвост и прочно затянула двумя прядями волос - ее любимая прическа. И красиво, и не мешает. Тщательно почистив гребень, она выкинула волосинки в огонь и подошла к Фьерну.
      - Значит, это твой котенок? - спросила она. - Как его зовут?
      - Это Иней, - представил Фьерн питомца, как раз перебиравшегося с одного плеча человека на другое. - Я видел в кладовке куски довольно сносной кожи, из них можно бы было соорудить ножны и сумку - резец и шило у меня есть.
      Эвели фыркнула, услышав слова полудроу - подлатать, починить... пусть разные нищеброды этим занимаются. Сама она выбрасывала или продавала вещь, как только та портилась. Девушка собрала карты и упаковала их в сумку, оглядывая запылённое помещение. Бард положила себе еды в тарелку, встала, прислонившись к столу, и кивнула Шади, чтобы та присоединялась. Инею тоже презентовали пару узких полосок мяса, которые он, с удовольствием мурча, смаковал.
      - Хороший котик, - снова сказала Шади. - К сожалению, я не умею работать с кожей, - добавила она. - Придется рапиру просто в руке нести. Впрочем, она мне все равно не слишком полезна. Я прекрасно владею мечом и кинжалами, но не рапирой. - Она с удовольствием положила себе каши, приготовленной Фьерном, и принялась за еду. - Спасибо, на вкус просто божественно, - улыбнулась она мужчине.
      - Спасибо, - ответил колдун, тоже принимаясь за еду. - Вообще можно порыться в кладовке. Может там и готовое что есть, я внимательно не смотрел.
      Шади, заглянула в кладовку и нашла старенькую, потертую, но вполне еще годную дорожную сумку. Она сложила в нее плащ, там же пристроила рапиру, завернув ее в платье, и теперь эфес странно торчал из сумки. Но не в ее привычках было выкидывать оружие.
      Когда они закончили есть и вышли из домика, был уже полдень. Эвели посмотрела на солнце, потом огляделась вокруг.
      - Нам следует идти на восток? - спросила девушка у Шади. Вспомнив, в каком виде та появилась, эльфийка засомневалась, что полудроу хорошо запомнила дорогу. Наемница осмотрелась, задумавшись и вспоминая, где было солнце, когда она выбралась из храма. Не совсем на восток, это точно.
      - Нет, не на восток, а северо-восток, - сказала она. - Там должна быть утоптанная тропинка в лесу, почти незаметная.
      - Надеюсь, ты не сочтешь меня слишком навязчивым, - спокойным голосом спросил Фьерн у Шади, когда они двинулись по тропе, уводящей от гостеприимной избушки, - но мне было бы небезынтересно знать, от кого ты бежала, кто хотел тебя убить?
      Некоторое время Шади молчала, просто шагая вперед и обдумывая свой ответ. Вдруг она коротко качнула головой и ответила, глядя куда-то вдаль:
      - Элдрет Велуутра. По крайней мере, я так думаю. И той, что превращает юных девушек в страшных монстров-нежитей. - Полудроу внутренне сжалась, ожидая реакцию спутников.
      - Той? - нахмурился Фьерн. Ему казалось, что он должен уничтожить мужчину. Так по крайней мере он видел в предсказаниях и снах, и именно о маге говорила лесная женщина.
      Эвели замыкала их цепочку, осматриваясь по сторонам и пытаясь запомнить ориентиры. Обычно бард неплохо могла двигаться в лесах, как и большинство лунных эльфов. В детстве она часто гуляла в Холмах Серых Плащей, скользя среди папоротников и мхов, неслышно, словно ветерок. Но, разумеется, до настоящего следопыта ей было далеко. Эвели молча прислушалась к начавшемуся разговору, перебираясь через очередное поваленное грозой дерево и помогая перебраться лошади.
      - Мы что-то слышали об этом. Но Элдрет обычно не занимаются некромантией, - заметила она и тут же умолкла, вспомнив своего деда. Не хватало ещё встретить кого-нибудь из его знакомых. И почему ей всегда так "везёт". Впереди снова показался бурелом, покрытый чагой и мхом.
      Шади оглянулась на своих спутников. Задумчиво посмотрела на Фьерна. Казалось, он не ожидал услышать ее слова.
      - Да, это женщина, эльфийка. И очень странная. Кажется, она помешана на экспериментах с некромантией, - потом она перевела взгляд на Эвели. - Я думаю, что за этим стоит Элдрет, потому что меня похитил эльф, помешанный на ненависти к полукровкам, особенно таким, как я. И в том заброшенном храме были только эльфы. И еще были слухи о том, что за похищением девушек из гаремов стоит эта организация. Слабые слухи, но все же... - Шади запнулась о какую-то корягу, но быстро восстановила равновесие. Ох уж эти леса! Это была самая нелюбимая часть ее заданий - тащиться куда-нибудь через лес. - Нам нужно попасть к реке, - добавила она.
      Услыхав слова Шади, Эвели вспомнился гарем и её передёрнуло. Если бы не колдун, плясала бы она там до сих пор, под звуки флейты и тамбурина, опьянённая опиумом. Перед ними возникли густые заросли, где пролез бы разве что только Иней, поэтому Фьерн недолго думая выжег их Кислотными Брызгами. Даже столь простого, хоть и усиленного заклинания вполне хватало.
      - А кроме этой женщины, там были другие... примечательные личности?.. - спросил колдун.
      Слова Фьерна напомнили барду о цели их путешествия. Вессалор... Девушка проскользнула сквозь прожжённые заросли, стараясь не коснуться покрытых стекающей кислотой листьев и аккуратно провела Селину. Шади проскользнула следом за ними, двигаясь очень осторожно. Кислота - штука крайне неприятная, уж она-то знала.
      - Я не видела больше никого. Меня держали в темнице, там была пара охранников и все. И когда я выбиралась оттуда, видела по дороге одного эльфа, но он был довольно обычным.
      - Что ж, - негромко произнёс Фьерн, - значит, надо будет поискать... А как ты попала в гарем, Шади? - Он был уверен, что ловушку Вессалора создал тот маг и именно он должен был стать главной целью.
      За разговором они вышли к реке, точно такой как запомнилась Шади - тёмные бурые воды, песчаный берег. Эвели не хотелось слушать про гарем, девушка отошла чуть дальше, продолжив идти вперёд уже рядом с водой, которая успокаивала её своим видом, и помогала, погрузившись в собственные мысли, разобраться в них. Над рекой пролетали чайки, жалобно крича и словно взывая к эльфийке, предупреждали её о чем-то печальном. Слабый ветер, дующий в лицо, развевал иссиня-чёрные волосы Эвели, и она слегка зажмурилась, ощущая тепло солнца на щеках.
      - Нужно двигаться вверх по течению, - сказала Шади, указывая направление. Здесь идти было чуть легче, что не могло не радовать. - В гарем? - растерянно переспросила наемница, оглядываясь на отошедшую от них эльфийку, потом вновь перевела взгляд на мужчину. Она усмехнулась: - По заданию. Я должна была служить приманкой. За мной следили, и обещали спасти, если что. Но я не угодила своему нанимателю. - Ветерок, дующий с реки, солнце, крики птиц... Все было таким... спокойным. Гарем, похищение, темница, нежить - казались похожими на страшный сон. Впрочем, как и многие другие приключения полудроу. Тогда - страшно. Потом остается лишь усмехнуться.
      Фьерн выгнул бровь, выражая удивление.
      - То есть, твои наниматели хотели, чтобы Велуутра тебя похитили? - Он шёл вдоль берега в указанном направлении. От реки веяло прохладой, и жара казалась не такой жестокой. Берег продолжал тянуться сплошной полосой песка, прерываемой иногда лишь стеблями сухостоя, колышущегося на ветру.
      "Что ж, я правильно угадала, она действительно не так проста, как кажется и умеет сражаться", - подумала Эвели, невольно прислушиваясь к разговору. Девушка думала о том, что всё это как-то взаимосвязано. Она не могла избавиться от ощущения, что они словно марионетки, послушные чьей-то воле, совершают своё паломничество прямо в лапы Организации.
      - В том-то и дело. Никто точно не знал, кто стоит за похищениями девушек из гаремов. Мой наниматель, - Шади невольно поморщилась, вспоминая грубого полуорка, - сделал меня приманкой, чтобы похититель вывел его к той организации, что стоит во главе похищений. Кстати, вполне возможно, что он уже учинил там погром. По крайней мере, я получила от него записку, что он добрался до места назначения... - Шади вгляделась вдаль, чтобы не пропустить нужный поворот. Вроде должно быть уже скоро. Или она тогда прошла больше, чем думала?
      Фьерн не задавал больше вопросов, обдумывая полученные сведения. А так же прислушивался к своим усиленным сейчас магией чувствам.
      Они шли ещё несколько часов, пока, наконец, река не стала извилисто поворачивать, выводя их на знакомый полудроу пляж. Гроза уничтожила все следы побоища и разметала сломанные ветви по берегу, но девушка всё равно узнала его. Шади больше не чувствовала на себе цепкий взгляд неизвестного преследователя и это было странно. Возможно, охранная магия колдуна отводила глаза. Эвели предложила остановиться ненадолго - после путешествия по вязкому песку, заныли ноги. Разместившись на корнях большого дерева, росшего прямо в песке, они достали припасы. Шади смотрела как Фьерн и Эвели привязывают своих лошадей, которых они все это время вели за собой - сквозь такой лес даже самый искусный скакун не провезет своего седока.
      Девушка устроилась под деревом, а перед глазами пронеслась недавняя битва с нежитью. Она была рада избавиться от назойливого присутствия слежки и не хотела сейчас размышлять о причине этого.
      - Если я не ошибаюсь - осталось идти совсем недолго. Туда, вглубь леса, - показала она. Наемница пока не очень проголодалась, больше мучила жажда. Она взяла немного мяса и принялась есть, запивая водой. Все это напомнило ей о былых походах. Идти куда-то, потом останавливаться на привал, потом идти дальше. Ее взгляд стал задумчивым и немного грустным.
      Фьерн с удовольствием устроился на поваленном дереве, вытянув ноги, сбросил сумки и потянулся до хруста, разминая спину и плечи. Чем ближе они подходили к цели, тем меньше ему хотелось думать о том, что должно произойти в итоге.
      Эвели присела на корень, росший у самой земли, достав из сумки сушёную рыбу. Иней тут же высунулся из своего мешка и направился к девушке, которая, взяв его на руки, поцеловала котенка в мокрый носик. Поделившись со зверьком рыбой, она сделала приличный глоток вина из фляги, ощущая, как где-то в глубине живота мышцы сворачиваются в тугой узел. Нервы явно были не в порядке, словно перед выступлением на главной площади Невервинтера. Только вот выступление не грозило ей смертью. Или чем-нибудь похуже. Внезапно захотелось напиться, лишь бы избавиться от липкого чувства страха охватившего её.
      Фьерн с тревогой наблюдал за серебряной эльфийкой, а затем нахмурился, и подошел к девушке; ничего не говоря сел рядом, взяв её за руку. Колдун и сам не знал, что их ждет, однако он не оставит её там, сделает все, что будет в его силах, чтобы они выбрались. Задумчиво и печально глядя прямо перед собой, лунная эльфийка сделала ещё один глоток вина и убрала фляжку. Не стоило заглушать рефлексы перед битвой или скрытом передвижении. Она слегка сжала руку Фьерна в ответ, умолчав о своих страхах. Всё равно это ничего не изменит, только расстроит его, наверняка. Нужно было взять себя в руки и чем скорее, тем лучше. Если они долго засидятся на одном месте, её решимость явно уменьшится.

0

17

**

      Трое эльфов и человек продолжали свое конное путешествие до тех пор, пока страшная гроза – почти ураган, не накрыла их с такой силой, что окружающий мир почти исчез из видимости. Дорога грозила превратиться в бурную реку, и вокруг уже несколько раз падали деревья и пролетали огромные ветви, сорванные ветром. К счастью, Халлира разглядела, что они оказались неподалеку от пещеры, где ранее сражались с Эйфреллом, и наемница сообщила об этом Мейсону. Андуне и Аннэль немного отстали из-за того, что солнечная эльфийка до сих пор не открывала глаз, и ее напарнику приходилось направлять обеих лошадей.
      - Черт, у меня очень сильно болит нога, - буркнул в ответ волшебник. - Кажется, у меня внутреннее кровотечение, ты вылечила лишь кожу, заживив рану. Вампир ведь умер, да? Значит, там должно быть пусто. Заодно спрячемся от бури, - волшебник в очередной раз вздрогнул от боли.
      - Да, давай переждем в той пещере, - Халлира спешилась, помогла Мейсону и на всякий случай взяла волшебника под руку, чтобы он мог на нее немного опереться. Взяв коня за повод, они стали пробираться к пещере, надеясь, что ни одна из сверкающих молний не попадет в ближайшее из деревьев. - Жаль, что я не смогла как следует исцелить рану, но я вообще плохо владею подобной магией, - нахмурилась эльфийка, в ее глазах мелькнуло сочувствие. - Кажется, вон там пещера. Пойдем.
      - Я от тебя большего и не ждал... - Мейс крепко вцепился в эльфийку. - Оторвем ткань от моей мантии, сделаем перевязку мне... Только сначала снова прорежем рану, чтобы посмотреть в каком состоянии я... внутри.
      От пещеры веяло тем же холодом, как и при их первом походе туда. Внутри было до ужаса темно и тихо, по сравнению с безумием, царившем на улице.
      - Свет? - вопросительно протянул Мейс, намекая Халлире, чтобы та применила освещающее заклинание. Останавливаться здесь не хотелось. Волшебника тянуло вглубь пещеры, словно его вела на поводке неведанная ранее сила... или все-таки знакомая? Конь тихо заржал и отказался следовать по проходу за юношей.
      - Ты и так бы не исцелил, - не выдержав, огрызнулась эльфийка, создавая шар света, который поплыл перед ними, освещая путь. - Может, не будем слишком углубляться в пещеру? - девушка с сомнением посмотрела по сторонам - пещера ей не нравилась, а связанные с ней воспоминания не нравились еще больше.
      - Нет, здесь абсолютно безопасно, - уверенно заявил Мейсон, шагая вперед. - Но если ты трусишь, можешь свалить. Уверен, тебя с радостью примут обратно Андуне и Аннэль. Ты ведь тоже эльфийка, как и они, значит, у вас много общего. - Тем временем таинственное обаяние пещеры все больше и больше завораживало разум волшебника. - Ты чувствуешь? Воздух такой сладкий... Такой манящий... - голос Мейса стал протяжным, словно он испытывал тайное удовольствие. Кажется, волшебник даже слегка хихикнул.
      - Ты специально меня злишь? - Халлира стрельнула в волшебника злобным взглядом, но тут же насторожилась - что-то в его поведении было не так. - О чем ты говоришь? Воздух как воздух. У тебя от боли в голове помутилось? - девушка напряглась, снова окинув взглядом проход, по которому они шли - что бы ни говорил Мейсон, ей это место не нравилось.
      - Конечно, специально, - отрезал Мейс. - А ты специально напрашиваешься, чтобы я тебя злил? - его губы искривились в легкой усмешке, прежде чем его снова поманил волшебный аромат. Через несколько минут, он оказался у затопленного участка пещеры и без доли сомнения нырнул в воду.
      - Ничего я не напрашиваюсь, - буркнула Халлира, угрюмо глядя на то место, где исчез Мейс. Хотя терять ей было нечего, учитывая, что она и так была насквозь промокшая. Вздохнув, эльфийка нырнула в прохладную воду и поплыла, желая побыстрее из нее выбраться.
      Как только Мейсон вынырнул из воды, его охватил панический страх. Камни, облицовывающие круглый зал внутренней пещеры, снова сияли изумрудным, потусторонним светом, который вызывал дрожь и очарование одновременно.
      - Здесь пусто, - протянул Мейс, вылезая из воды. - Давай остановимся здесь... - Голова шла кругом, мысли путались. Боль, ранее пульсировавшая в бедре, исчезла, как и все эмоции, кроме одной... Той, что граничит с любовью и обожанием, но намного сильнее. Вожделение. Он обессилено опустился на пол пещеры. - Ослепительная красота...
      - Не думаю, что это хорошая идея, Мейс, - отозвалась девушка, настороженно глядя на камни. Она чувствовала, что воздух в этом месте насыщен магией, и эльфийке это не понравилось. - Давай уйдем отсюда, мы найдем убежище в другом месте, - Халлира взяла парня за руку и потянула обратно. Что-то внутри нее противилось тому, чтобы расположиться на отдых именно здесь. Раздался холодный, даже ледяной смех, вызвавший у Мейса мурашки и озноб по всему телу, которое отказывалось его слушаться, рот мага распахнулся в изумлении.
      - Не успели погостить и уже уходите? - голос казался до ужаса знакомым. - А я-то думал, что вы ко мне больше не заглянете...
      Мейсон продолжал сидеть на светящемся полу пещеры, внимая каждому слову. Послышался глухой треск, проход, скрытый водой замерзал, покрываясь ледянной коркой. Путь к оступлению был заблокирован.
      - М-м-м, Халлира, твой сладкий запах, он манит меня... Правда, его заглушает запах этого парня! Он ранен, верно? В любом случае, его разум в моей власти и сейчас я убью его, а затем тебя и устрою себе кровавый пир... - голос звучал сразу отовсюду, однако, в зале не было никого кроме Мейсона и Халлиры.
      - Но мы ведь убили тебя! - в голосе эльфийки прозвучало неверие и легкий страх, который ей не удалось скрыть. Оглянувшись, Халлира отметила про себя, что путь обратно закрыт. На миг прикрыв глаза, девушка попыталась успокоиться. - Может, по крайней мере, покажешься, Эйфрелл? А то такое чувство, что я говорю сама с собой, - губы эльфийки изогнулись в жесткой усмешке.
      Мейсон посмотрел на Халлиру, глупо улыбаясь:
      - О чем ты? Эйфрелл мертв, мы здесь одни... И здесь тихо... Разве что этот прекрасный аромат, который возбуждает все мои чувства...
      - М-м-м, пожалуй, я появлюсь, но позже, - холодный голос нова рассмеялся, прежде чем продолжить. - Зачем разуверять Мейсона в том, что вы здесь наедине? Может быть, подыграешь ему? А я понаблюдая за этим. - Мейсон продолжал улыбаться, было очевидно, что он медленно, но верно сходит с ума, вернее, его сводили с ума чары вампира. - Прости, дорогая моя Халлира, но что ты сказала? - продолжал Эйфрелл. - Я и умер? Ну, уж нет, меня не одолеть так просто. К тому же человеческая кровь творит чудеса, раны на мне затягиваются чрезвычайно быстро.
      - Значит, еще один луч света не причинит тебе никаких неудобств? - ехидно поинтересовалась Халлира, перебирая в уме заклятья, которые могли бы сгодиться против вампира. Быстрого взгляда, брошенного на Мейсона, хватило, чтобы понять, что долго он так не протянет, но девушка не представляла, как ему помочь. К тому же ей сейчас грозила перспектива похуже, чем просто сойти с ума. - Зачем я тебе сдалась, Эйфрелл? Не можешь себе другую эльфийку найти? - буркнула девушка, пытаясь что-то придумать.
      - Конечно, могу, - ответил Эйфрелл. - Просто не все эльфийки приходят ко мне сами, да еще и во второй раз... Тебе тут так понравилось? - Мейсон тем временем упал на пол пещеры, глаза его стали стеклянными, а улыбка исчезла с лица. Теперь он больше походил на неживую куклу, марионетку, чьи нити поспешно обрезали. - М-м-м, кажется, твой дружок долго не протянет, - рассмеялся вампир. - Хочешь, чтобы я его отпустил?
      - Как будто ты это сделаешь, даже если бы я захотела, - фыркнула эльфийка, стараясь не смотреть на бесчувственного Мейсона. - Мне это начинает надоедать, Эйфрелл. Покажись, - девушка не знала, что она собирается делать, когда вампир проявит себя, но разговаривать с пустотой было невыносимо.
      - Ну да, я это сделаю, - заверил ее вампир, так и не желая стать видимым. - Но только при одном условии. Ты назовешь мне причину, по которой я должен его отпустить. И тогда умрешь только ты. В противном случае, я убью вас обоих. Выбирай.
      Воздух в пещере становился все более холодным и тяжелым, Мейс лежал не шевелясь, однако его грудь едва заметно вздымалась вверх и опускалась в такт редким вдохам.
      - Отпусти его, - устало выдохнула Халлира. - Он ведь тебе не нужен, правда? Тебе ведь я нужна... точнее, моя кровь. - Холод пещеры сковывал, и девушке неожиданно стало все равно, что будет дальше. Стены пещеры давили на нее, и эльфийка не была уверена, что смогла бы использовать какое-нибудь заклинание, даже если вампир покажется.
      - Хм. Как-то неубедительно прозвучало. Отпусти его, он ведь тебе не нужен, правда... - передразнил вампир девушку. - Абсолютно лишено всякой фантазии! - Холодная ладонь легла на плечо Халлиры. В полуметре от ее спины стоял статный высший вампир, облаченный в роскошные адамантиновые доспехи. Мантия, в которой он был в прошлый раз, сгорела от заклинания. - Если он не нужен мне, то кому он нужен? Если никому, не проще ли его убить? - Эйфрелл наклонился к уху эльфийки, вдыхая аромат ее крови через тонкую и нежную кожу.
      - Не тебе решать, нужен он кому-то или нет, - Халлира замерла, боясь пошевелиться, чувствуя дыхание Эйфрелла у себя на шее. Сейчас она ощущала себя как никогда уязвимой. Все ее существо кричало об угрозе, о том, что она должна защищаться, попытаться использовать магию, но девушка не могла найти в себе сил, хотя бы просто пошевелиться, не говоря уже о чем-то большем.
      - Он никчемен, никто не заплачет, если его не станет, наоборот, это повлечет только множество хороших последствий. Мы - те, кто перешагнул ступень эволюции под названием "человек" и шагнул дальше, получив невероятное могущество. Мы чувствуем таких, как он слишком хорошо, - Эйфрелл провел холодными, как лед пальцами по вене, выступающей на шее Халлиры. - Он весь пропитан злостью и негативом, у него нет того "громоотвода", который бы помогал ему жить, который бы нейтрализовал то зло, которое от творит. Ты понимаешь, что он должен умереть?
      - Если так рассуждать, можно уничтожить треть жителей всего Фаэруна, а, может, и больше, - эльфийка поежилась - пальцы вампира словно распространяли пронзительный холод по ее телу. - Во мне ты подобного не чувствуешь? Или поэтому ты так жаждешь меня убить? Решил помочь доброму человечеству?
      - Ты не злая, - заявил вампир. - Просто хочешь такой казаться, но я не могу обьяснить почему. Может быть, какой-то комплекс, или несбывшаяся мечта, обида... Я все-таки не экстрасенс и не ясновидец... Но уничтожать всех незачем. Все не приходят ко мне в гости, а он пришел. Почему бы мне не сделать доброе дело?
      Вампир обогнул Халлиру и плавно двинулся в сторону Мейсона. Его лицо исказила гримаса вожделения, вампир хотел вкусить крови молодого человека, который с каждым мгновением все быстрее приближался к смерти. Эльфийка не сводила острого взгляда холодных серых глаз с вампира. Подождав, пока Эйфрелл отвлечется от нее, девушка прошептала несколько слов, выбросив вперед руку. Второй раз за день Халлира использовала заклятье Пронзающего Луча - мощный поток света устремился с ее ладони в высшего вампира, а девушка, не удержавшись на ногах, упала на колени. Ее силы были истощены прошлой битвой, и теперь она четко осознала, что это было последнее заклинание, на которое у нее хватило бы сил. Яркий луч ударил прямо в крепкие доспехи и отразился в стену. Эйфрелл резко обернулся, оскалив клыки.
      - Глупая попытка... Вы все - большая глупость, - прохрипел он нечеловеческим голосом. Привлекательное лицо стало походить на гримасу ярости и злости одновременно, кожа немного побледнела, покрылась паутинкой морщин. - Я уничтожу вас обоих. Но знай, Халлира, это был твой выбор. - Вампир отвернулся от эльфийки и склонился над волшебником.
      - И когда это я успела сделать выбор? - ядовито прошипела эльфийка. Ярость придала ей сил. Поднявшись на ноги, девушка быстрым шагом двинулась к вампиру, на ходу выхватывая рапиру. Пусть магия была ей временно недоступна - оружие оставалось при ней. Оказавшись рядом с Эйфреллом, Халлира резко рубанула клинком, целя в незащищенную доспехом шею высшего вампира. Сталь скользнула сквозь шею чудовища, словно нож в масло. Эйфрелл зарычал, одновременно смеясь.
      - И это все на что ты способна? - прохрипел он, ломая оружие Халлиры надвое и вытаскивая одну половину из своего горла. - Но попытка была достойная. Правда, неудачная. - Вампир выпрямился, глядя в глаза эльфийки. - Ты хочешь умереть первой? Или уступишь место своему ненаглядному?
      - Я хочу, чтобы умер здесь только ты! - выкрикнула эльфийка, в ее голосе явственно прозвучало отчаяние. Девушка сорвала с пояса ядовитый кинжал, с силой замахнувшись на вампира. Ее стремительно покидали силы, но сдаваться она не собиралась. «Должен быть какой-то выход... но какой?», - Халлира до крови закусила губу. Вампир лишь рассмеялся.
      - Кинжал? А может, еще вилку возьмешь? И, к слову, яд на нежить не действует! - Эйфрелл совершил выпад вперед и повалил девушку на холодный пол, его ледянный губы прикоснулись к ее шее. – М-м-м, ты все-таки чудесно пахнешь, - прошептал вампир.
      - А ты нет, - прошипела Халлира, пытаясь вырваться, но ее силы были на исходе, чего нельзя было сказать о вампире. Да и оружия у нее не осталось. «Может, так и должно быть? И сопротивляться бесполезно? Я ничего не могу сделать…», - эльфийка почувствовала, как на глаза выступили слезы - погибать так глупо не хотелось, но сил сражаться дальше просто не осталось.
      Кот остановил лошадей у входа в пещеру и, свесившись, заглянул туда. На лице его блуждала ехидная ухмылка:
      - Гениально! Пешком - через болото напрямик! А лошадь нам оставили! Более.... тупых идиотов я в своей жизни не встречал!
      - Мы у пещеры, да? - всё ещё прижимая ладонь к глазам, спросила Андуне. - Я чувствую сырость и запах плесени. Но от меня толку тебе не будет, - эльфийка горько усмехнулась, - глаза не реагируют на свет, всё так же темно...
      - Это должно помочь, потерпи немного, - необычайно ласково ответил следопытке эльф и потрепав девушку по плечу, спустился с коня и провел солнечную эльфийку в пещеру. Затем он прошел немного по тоннелю, выкрикивая имена волшебника и жрицы. Не услышав ответа, Аннэль заволновался - что если с этими двумя идиотами что-то случится. Он ненавидел проваливать задания. Крикнув Андуне, что скоро вернётся, эльф отправился вглубь пещеры. Он не волновался, оставляя эльфийку, ведь с ней была Маэг. Кот удивился, увидев воду, но привычный к разным неожиданностям, нырнул и поплыл вперед.
      Андуне очень осторожно, всё ещё не открывая глаз, прошла по пещере. Рысь, не дожидаясь приказа хозяйки, подставила под руку пушистый загривок. Эльфийка ухватилась за него, и дошла до ближайшего камня. Наверное, час уже прошел, можно попробовать открыть глаза. Было очень страшно - а вдруг не сработало, и она не увидит ничего, кроме темноты? Андуне пересилила страх и попыталась открыть слипшиеся веки. Всё было по-прежнему чёрным. Девушка вскрикнула и уронила голову на руки. Сколько прошло времени, Андуне не знала, но, когда она вновь подняла голову, тьма вокруг из чёрной стала серой, а впереди вырисовывался смутный силуэт лошади. Через некоторое время зрение следопытки восстановилось, практически полностью, хотя оставалось не совсем четким. А вот Аннэль и их задание, куда-то подевались. Постепенно девушку охватило чувство тревоги, и она ощутила магический озноб. Где-то неподалёку происходило нечто очень нехорошее.
      Эйфрелл уже собрался приступить к процессу насыщения, посредством крови эльфийки, как его отвлекло появление в зале Аннэля. Лед, наколдованный вампиром уже успел исчезнуть и эльф легко добрался до внутренней пещеры.
      - Еще один... - простонал вампир. - И тоже вполне сносно пахнет. Знаешь, Халлира, тебе повезло. Сладкое оставляют напоследок, поэтому, сначала перекусим им.
      Не прошло и мгновения, как Эйфрелл переместился за спину удивленного Аннэля и резким движением сломал его шею. Раздался приглушенный хрип эльфа, а затем два острых, словно бритвы, клыка вонзились в его плоть. Эйфрелл разочарованно взвыл, поняв, что в его руки попал не полнокровный эльф, а поддерживающий в себе жизнь с помощью могущественной магии, лич. Прежде чем, Кот успел восстановить силы, мудрый высший вампир обнаружил на сломанной шее эльфа висящую на цепочке филактерию и, сорвав цепь, раздавил в руке магический амулет, сохраняющий жизнь Аннэля.
      Воспользовавшись тем, что вампир отвлекся, Халлира с трудом поднялась на ноги и, подобрав валяющуюся неподалеку разломанную рапиру, неслышно скользнула к нему. Сжав в одной руке висящий на шее амулет и обращаясь за помощью к Кайрику, эльфийка прошептала заклятье Укрепления, направленное на острый кусок стали у нее в руках, и резко ударила им Эйфрелла в спину, стараясь добраться до сердца. Зачарованная сталь пробила доспех и легко вошла в тело высшего вампира. Эйфрелл громко зарычал, разворачиваясь к Халлире. Этим глупым и поспешным действием, вампир распорол себе бок. Глаза его стали темными, как ночь и холодными, словно лед, в глубине которого мерцал кроваво-красный огонек. Бог Лжи ответил своей верной жрице.
      - Я неуязвим... - прохрипел вампир, его голос звучал уверенно, но он лукавил. Сил почти не осталось, рана была слишком серьезной.
      - Уверен? - усмехнулась девушка. Ее глаза потемнели и сейчас были почти черными. Амулет на груди слабо вибрировал, давая ей силу, только благодаря которой она еще держалась. Отступив на шаг, эльфийка вскинула руки, и в вампира устремилось сразу два заклятья - Огненный Шар и очередной луч света. Огонь зажег Эйфрелла, как факел. Вампир завыл от боли, его кожа плавилась, словно свеча. На его медленно таящем лице отражалась гримаса ярости. Луч света, выпущенный Халлирой, мгновенно пробил Эйфрелла насквозь. Он захрипел и упал на светящийся изумрудами пол. Раздалось шипение, и на месте трупа на полу остался обугленный скелет. Халлира пошатнулась, но удержалась на ногах. Бросив быстрый взгляд на Аннэля, она поняла, что помочь ему уже нельзя. Слабо подрагивающий на шее амулет снова успокоился, и теперь эльфийка в полной мере ощутила навалившуюся на нее безграничную усталость. Держась на пределе оставшихся сил, девушка опустилась на колени рядом с Мейсоном и попыталась привести его в чувство.
      Мысли юного мага постепенно выстраивались в какую-то закономерность, цепочку, приобретали смысл. Одна связывалась с другой, соединялась в общую картинку, словно мозаика из тысячи мелких осколков. Мейс глубоко вдохнул воздух, и распахнул глаза.
      - Что здесь было? Последнее, что я помню - это грязь... Много грязи и ливень... - голос прозвучал как-то грубо и слишком низко, словно голосовые связки просыпались от глубокого сна.
      - А дальше ты ничего не помнишь? - удивленно посмотрела на волшебника Халлира. - Тебе срочно понадобилось поговорить с Мерзелль, мы отправились в Элдрет Велуутра, но из-за бури завернули в эту пещеру, где неожиданно оживший Эйфрелл был очень рад нас видеть. - Девушка сделала глубокий вдох. - Как твоя нога? Сможешь идти?
      Андуне и Маэг направились по тоннелю. Чем ближе они подходили, тем сильнее ощущалось присутствие липкой магической дряни. Девушка пробиралась вглубь пещеры, пока не набрела на какой-то водоём. «Чудно! Теперь плыть придется...» Выбравшись из воды, эльфийка выжала волосы. Странно, отвратительное чувство почти исчезло. Прищурившись, она разглядела в полумраке две фигуры, узнав в них недавних пленников. Андуне подошла ближе к Халлире и Мейсону:
      - Я вижу, вы живы. А где мой напарник? Он тоже сюда направился.
      Мейсон был словно в тумане, слова Халлиры доходили до него очень медленно.
      - Эйфрелл... Конечно, он же не умер, я идиот... Я ведь знаю о вампирах все, и тут такая глупость... Если от вампира не остается ничего - значит он просто телепортировался. Свидетельство их смерти - скелет... - голова болела, отчего каждое слово, произнесенное Мейсом, отдавалось в его голове глухим эхом. - Я помню про Мерзелль... И что мы поехали вдвоем на лошади... А про пещеру ничего. Совсем. - Он перевел взгляд на возникшую перед ними солнечную эльфику. «Только ее еще здесь не хватало, где она потеряла своего спутника?» Однако, этим вопросом мучилась и сама следопытка. Мейс оглянулся и увидел тело Аннэля, распластавшееся на темно-зеленом полу. Таинственный свет, излучаемый камнями, потух вместе со смертью Эйфрелла. - Кажется, он мертв, - ухмыльнулся Мейсон. Смерть этого мерзкого эльфа не могла его не радовать, она даже придала ему немного сил. - Не хочешь присоединиться к нему? - Волшебник попытался подняться, но это оказалось непосильной задачей. - Я не могу идти, - обратился маг к Халлире. - Перевязка необходима. Почему мы ее не сделали?
      - Видимо потому, что появился Эйфрелл и захотел выпить нашей крови, - съехидничала Халлира. Девушка была очень бледна и чувствовала себя паршиво, хотя уж лучше так, чем быть мертвой. - Наверно, он как-то околдовал тебя, заставив прийти сюда. - Эльфийка посмотрела на Андуне: - Аннэля убил вампир, и только благодаря его неожиданному появлению мы с Мейсоном живы, - вынуждена была признать наемница.
      Андуне почувствовала, как её ноги становятся ватными. Мёртв? Нет, она не любила его, но потерять его вот так внезапно... Это оказалось страшнее, чем она могла предположить. Эльфийка склонилась над Аннэлем, провела пальцем по остывающему лицу напарника. Затем, неожиданно для себя развернулась и глухо проговорила:
      - Халлира... тебя же так зовут, да? Я не знаю, могу ли я просить, - Андуне поморщилась, - скажи Мерзелль, если встретишься с ней, что меня тоже убили.
      - Не скажет, - Мейс замотал головой. - Мерзелль поддерживала Эйфрелла, как мне кажется. Только она обладает столь могущественными познаниями в некромантии, чтобы исцелить вампира после тех ран, что Халлира нанесла ему при нашей последней встрече. Он бы не убил тебя, если бы не было приказа, но видимо Аннэль ей чем-то не понравился. - Мейсон ухмыльнулся, поворачиваясь к Халлире: - А ты наложи мне повязку, - волшебник немного поморщился. - Пожалуйста.
      Халлира бросила беглый взгляд на Андуне, в ее глазах промелькнуло сочувствие, но, если Мерзелль действительно сама отдала Эйфреллу приказ, то помочь она ничем не могла.
      - Из меня плохой целитель, но я попробую, - ответила волшебнику девушка. - Придется тебе пожертвовать своей мантией… Постой, если Мерзелль поддерживала этого проклятого вампира… Это она приказала ему убить меня?
      - Короче, мне либо с вами, либо самой по себе, придётся идти к этой… - Андуне задохнулась от какого-то непонятного чувства.
      - Придется с нами, - отрезал Мейс, ухмыляясь. - Потому что если ты придешь одна, тебе влетит. Кажется, ты должна нас доставить к Мерзелль в целости и сохранности? Или я ошибаюсь? - Мейсон повернулся к Халлире: - Это только мои догадки, теории и предположения. Ничего точного.
      Халлира не вмешивалась в разговор Андуне и Мейсона. Девушка хотела было снова попробовать использовать заклинание Исцеления Ран, но поняла, что лучше поберечь силы или она не сможет вообще никуда дойти. Оторвав кусок от подола мантии парня, эльфийка сделала ему перевязку, промыв рану водой из фляги. Получилось не слишком умело, но, по крайней мере, хоть что-то.
      - Больше я ничего сделать не могу, - тихо сказала Халлира, машинально прикоснувшись к виску, чувствуя тупую боль в голове.
      Андуне ничего больше не сказала. С помощью Маэг она потащила тело Аннэля прочь из пещеры. Нельзя же его оставлять в логове вампира! Найдя неподалёку от пещеры небольшую ложбинку между камнями, она уложила туда лунного эльфа, накрыла его собственным плащом, и, без единой слезинки, соорудила из маленьких камней небольшой курган. В голове мелькнула мысль: «Последнее, что он сделал, это вернул мне зрение и спас жизнь этим...» В глазах противно защипало, а капли дождя, потоком срывающиеся с небес, рисовали слезные дорожки на ее лице. Теперь оставалось только ждать, когда Халлира и Мейсон очухаются и вылезут из пещеры.
      Мейсон шел по пещере очень медленно, нога болела все сильнее, видимо, началось какое-то заражение. «Ничего, переживу. В храме Коррелона найдутся целители. По крайней мере, если Мерзелль их всех со злости не перебила. Интересно, с чего она взяла, что я предатель? Неужели я чего-то не знаю?" Лишь спустя довольно продолжительный период времени, Мейс выбрался на свежий воздух и с трудом забрался на свою лошадь. Третий конь, ранее принадлежавший Серому Коту, должен был достаться Халлире.
      Дорога из пещеры обратно показалась эльфийке бесконечной, но все же когда сырые проходы с затхлым воздухом остались позади, она почувствовала себя немного лучше. Буря прекратилась и лишь несколько последних капель дождя встретили выходящую из пещеры наемницу. После грохота и воя ветра, природа вокруг словно купалась в тишине, птичьем пении и звонкой капели, падающей с влажных зеленых листьев. Взобравшись на коня, девушка покрепче вцепилась в гриву, чтобы не упасть, и прислонилась к его шее, устало прикрыв глаза.
      Андуне сняла с шеи один из амулетов и положила на курган. Затем, не оглядываясь, вернулась к пещере, вскочила на лошадь, и пустила её галопом прочь от этого проклятого места. Через несколько минут бешеной скачки она остановилась, чтобы подождать эльфийку с волшебником. Мейсон довольно быстро догнал следопытку. Лошадь была полна сил, несмотря на то, что она недавно попала под ливень и помесила грязь.
      - Ну и куда ты так почесала? - ехидно протянул Мейс. - От нас все равно не ускачешь. Халлира, не отставай! - крикнул он, вырываясь вперед.
      Подавив очередное жгучее желание чем-нибудь стукнуть нахала, Халлира пустила коня в галоп. Больше всего она сейчас хотела поскорее добраться до храма, а дальше - будь, что будет. Девушка плотнее запахнула плащ - несмотря на теплую погоду ее знобило от усталости - и что-то негромко сказала лошади, от чего та еще немного прибавила скорость.
      "Надо же, он человек, его век так короток, а он ничего не понимает..." - Андуне горько усмехнулась про себя, глядя вслед Мейсону. Увидев, что Халлира их догнала, эльфийка вновь пришпорила лошадь.
      Через несколько часов скачки, уже после того, как их окутала густая темнота южной ночи, Мейсон внезапно остановился.
      - Постойте, нога сильно болит... И есть хочется, - протянул он. - Давайте сделаем привал? - Не дожидаясь ответа, волшебник с горем пополам слез с лошади, а затем присел на траву, которая здесь уже была абсолютно суха. - Ну, чего вы медлите? - маг ухмыльнулся. - Соберите хворост для костра. Я не могу, у меня болит нога.
      - Я никуда не пойду, - буркнула Халлира, спешившись с коня и медленно опустившись на траву. Последние несколько часов она лишь чудом держалась на коне, цепляясь лишь за его гриву и свою гордость. Теперь наемница была рада, что именно Мейсон попросил о привале. - Я устала и вполне могу обойтись без костра. Кому надо, тот пусть и идет. - Звездная эльфийка достала из дорожной сумки флягу с водой и, жадно напившись, бросила ее обратно.
      - Ну, мне-то точно не привыкать без костра обходится, - Андуне растянулась на траве, используя вместо подушки Маэг. - Поэтому ковыляй сам за своим хворостом, - солнечная эльфийка закрыла глаза и снова погрузилась в невеселые думы, к которым теперь примешивалось постепенно крепнущее желание отомстить этой проклятой старухе.
      Мейсон криво ухмыльнулся:
      - Да и мне костер не нужен, просто довольно прохладно.
      Парень опустил голову, думая о том, что может случиться дальше. Что будет, если Мерзелль откажется ему верить? Что будет, если она попытается его убить? Будет ли у него шанс спастись? Мейсон не знал, и не хотел об этом думать. По крайней мере, сейчас.
      - Андуне, чего ты такая кислая? Тебе что ли жалко нашего зазнавшегося эльфа? Я считаю, что поделом ему, - волшебник рассмеялся, не в состоянии угомониться. - Правда, его труп выглядел довольно забавно.
      В обычное время Андуне без лишних разговоров всадила бы волшебнику кинжал под ребро, но сейчас (странное дело!) такого желания почему-то не возникло.
      - Если Мерзелль решит превратить тебя в зомби, я попрошусь при этом присутствовать. Весело будет… - эльфийка мечтательно прикрыла глаза и ехидно усмехнулась.
      Халлира прислонилась спиной к дереву, не особо прислушиваясь к разговору Мейсона и Андуне. Ее мысли все еще крутились вокруг вампира, а точнее той, кто вполне возможно исцелил его после их прошлой схватки. «Если Эйфреллу действительно помогала Мерзелль и приказала ему убить Аннэля, значит, она ему и меня приказала убить? И Мейсона? Или он пытался это сделать из мести, а не потому что ему так сказали?». Ответов эльфийка не знала, но очень хотела узнать.
      Мейсон, попытался расслабиться, и сам не заметил, как заснул. Сон был прекрасен и отвратителен одновременно. Одна картинка сменяла другую, затем все это раскалывалось на мелкие осколки, путалось, потом воссоединялось вновь и так до бесконечности. Проснулся он лишь спустя несколько часов. «Черт, отчего мне не даются чары Ясновидения? Я даже не могу узнать, что меня ждет в будущем... Я даже предугадать не могу, чего ждать от встречи с Мерзелль... Что будет со мной? С Халлирой? Да хотя бы даже с этой Андуне... Черт, конечно же, все будет хреново, я знаю».
      Халлира так и задремала, прислонившись к стволу дерева и плотно закутавшись в плащ, хоть немного защищавший от ночной прохлады. Сны эльфийки были тревожными, ей снилось, что она смотрит на свое любимое ночное небо - но в этот раз все было не так. Небо было непроницаемо черным, без единой звездочки, и эта абсолютная чернота давила на нее со всех сторон. Тихо застонав, девушка проснулась. «Плохой знак…»
      - Что, выспались? - Андуне легко вскочила в седло. - Теперь догоняйте, мы и так много времени потеряли, - эльфийка пустила лошадь шагом по степному тракту, в направлении далекого леса. Она не знала толком дороги, перемещаясь к храму с помощью порталов, но долго находиться рядом с молодым волшебником было выше ее сил.
      - Я не собираюсь ее догонять, - маг ухмыльнулся, поднялся на ноги и поковылял в сторону своей лошади. - Халлира, у меня нога побаливает... Черт, ладно, она кошмар, как болит. Поможешь мне забраться на лошадь?- Волшебник мило улыбнулся, ожидая ответа девушки.
      - Хорошо, - кивнула наемница, поднимаясь с земли и отряхивая плащ. Отдых освежил ее, придав сил, но эльфийка все еще не могла отогнать какое-то неприятное чувство, навеянное сном. Тряхнув головой, словно это поможет отогнать тягостные мысли, Халлира подошла к волшебнику. - Когда доберемся до Элдрет Велуутра, тебе нужно будет найти целителя. Твоя рана, похоже, серьезнее, чем я думала.
      Забравшись на лошадь, с помощью Халлиры, Мейс поскакал вперед. Хоть он и не был рад обществу Андуне, отставать ему не хотелось.
      - Конечно, и поиски целителя - эту важнейшую миссию, я поручаю тебе, дорогая, - бросил волшебник, когда Халлира его догнала. Лошадь Мейсона скакала с такой скоростью, что ветер раздувал его плащ и бросал в лицо парня зеленоватые волосы.
      - А сам ты его найти не можешь? Я почти никого не знаю в Элдрет Велуутра и тем более не знаю ваших целителей. - Халлира подставила лицо ветру, чувствуя, как с его освежающими порывами уносятся ее невеселые мысли. Девушка заставила себя не думать ни о чем, сосредоточившись на скачке.
      По пустынной степи неслись три лошади, их всадники - две эльфийки и один человек, скакали рядом, но сами они были невозможно далеки друг от друга. Каждый пребывал в собственных мрачных мыслях и не мог поделиться ими с другим. Три одинокие души, связанные лишь одним - Элдрет Велуутра.
      К ночи они добрались до границы леса, в котором гроза настигла Эвели и Фьерна. Они въехали на тропу, по которой двигались ранее колдун и бард. Мейсон знал другую, более короткую дорогу, но ему отчего-то не хотелось делиться этой информацией с Андуне, раз уж она была не в курсе. Рысь, опережавшая процессию на несколько метров, вдруг остановилась, как вкопанная, напряженно вдыхая воздух.
      - Стойте, - Андуне притормозила лошадь, - Маэг что-то чувствует. Что-то очень нехорошее…
      Мейсон застонал. "Замечательно, сейчас случиться что-нибудь паршивое. Отлично!»
      - Ну что еще такое? Очередная нежить, которую послала Мерзелль? Только на этот раз я в бой не полезу. Как-нибудь самостоятельно девочки, самостоятельно!
      - В чем дело? - Халлира попридержала коня. Рука машинально скользнула к поясу - только для того, чтобы найти пустые ножны. «Ну, точно... Рапиру сломал Эйфрелл. И как долго я протяну без оружия?..» Конечно, у нее оставалась магия, но после нескольких заклинаний жрица не сможет ее использовать без угрозы для своей жизни.
      Андуне спрыгнула с лошади.
      - Советую всем сделать то же самое, - эльфийка настороженно оглядывалась по сторонам, как вдруг её взгляд упал на Халлиру. - У тебя что, нет оружия? - не дожидаясь ответа, Андуне отстегнула от седла меч, снятый с бездыханного тела Аннэля, и протянула его звездной эльфийке. - Держи, так у нас, по крайней мере, будет больше шансов выжить.
      Волшебник снова наигранно застонал, осторожно спешиваясь.
      - Ну почему нам снова нужно с кем-то драться? Почему нельзя просто спокойно добраться до пункта назначения? И вообще, все беды у меня начались только из-за вас, дамы. Раньше жил спокойно, не знал никаких проблем... А потом сначала одно чудо мне на голову, теперь вот еще одно, еще краше. - Однако, несмотря на недовольство, Мейс принял боевую стойку, приготавливаясь в любой момент использовать магию.
      Халлира благодарно кивнула Андуне, принимая меч, - с ним ее шансы сильно возрастали. Девушка взвесила оружие в руке - для привыкшей драться рапирой эльфийки клинок был тяжеловат, но лучше, чем совсем ничего. Услышав слова Мейсона, Халлира не удержалась и рассмеялась.
      - Ну, знаешь ли, дорогой, помнится, я еще в Аткатле предлагала тебе бросить твое задание, но ты не захотел. Теперь не жалуйся. - Фыркнув, эльфийка отвернулась от волшебника, даже не пытаясь скрыть ухмылки.
      Тем временем, рысь перестала принюхиваться. Шерсть на её спине вздыбилась, и животное низко и протяжно зарычало.
      - Чёрт, обычно мы с ней с полуслова друг друга понимаем, а сейчас я ничего не чувствую! Что же там такое? - Андуне нервно натянула тетиву и приготовилась в любую секунду пустить стрелу.
      Мейсон показал Халлире язык.
      - Ты меня иногда очень сильно раздражаешь, - волшебник закатил глаза. - Даже не так, я неверно выразился. Ты меня снова раздражаешь, как обычно, за редким исключением! - Маг посмотрел на Андуне, которая, похоже, была встревожена не на шутку. - Это вряд ли нежить, мы с Халлирой ее бы почувствовали, хотя... - парень задумался. Нежить Мерзелль была настолько сильна, что обнаружить ее всегда было очень сложно.
      Чуткий слух рыси уловил то, что до этого не распознали колдун с бардом, а теперь и эта троица - природную ярость леса... На поляну выскочили полудикие существа с бешенством, горящим в глазах. Одетые в длинные шкуры дикари бросились на путников. Лошадей они не трогали, пытаясь достать эльфиек и главным образом - Мейсона. Человек отскочил назад, пытаясь как можно скорее призвать на помощь какое-нибудь защитное заклинание. Первым на ум пришла Ложная Жизнь, которой маг тут же накрыл себя. От растерянности, волшебник никак не мог решить, чем атаковать дикарей, поэтому он просто постарался удалиться с поля боя. Но это оказалось непросто. Дикарей, кажется, больше волновал он, нежели эльфийки.
      - Черт! Что за чушь? - маг выбросил руку вперед, ударяя противников, облаченных в шкуры, Цепной Молнией.
      - Кажется, ты им понравился, - меч в руках Халлиры летал с такой скоростью, что движения девушки казались смазанными. Эльфийка пыталась держать дикарей на расстоянии, не подпуская их слишком близко к себе, но с непривычки плохо сражалась тяжелым клинком. Халлира чувствовала, как быстро устают руки, и, поморщившись, поняла, что запястья до сих пор болят. Кровоточить они перестали уже давно, но огромные синяки никуда не делись, а от резких движений разболелись с новой силой. Чертыхнувшись, эльфийка задумалась, не использовать ли какое-нибудь заклятье.
      Быстро оценив ситуацию, Андуне заметила, что дикие люди стараются подобраться в основном к волшебнику. Быстро расправившись с двумя нападавшими, эльфийка оказалась перед дилеммой - помогать Мейсону, или плюнуть и спасаться самой. Припомнив его поведение и, особенно то, что этот сопляк говорил про Аннэля, Андуне отозвала рысь и отошла на безопасное расстояние, изредка постреливая в дикарей, скорее просто для вида.
      - Ах ты тварь! - крикнул следопытке Мейсон, пытаясь отбиваться от дикарей молнией, которая пугала их, как собака кота. - Я тебе это припомню! Я скажу Мерзелль, что ты отвратительно с нами обходилась!
      «Ну, ничего, я ей отплачу той же монетой!» Как бы случайно, Мейс дернул ладонью так, чтобы ветвь молнии, обогнув одного из дикарей, попала прямо в Андуне.
      В дальнем конце поляны возникла фигура - рыжеволосая и зеленокожая женщина, недавняя знакомая Эвели и Фьерна. Она воздела руки к небу и что-то крикнула. Из земли показались ростки цепких растений, оплетающих ноги Мейса, Халлиры и Андуне. А дикари - их осталось семеро, разделились - трое к Халлире, четверо к Мейсону и один к Андуне, которая только слегка вздрогнула при виде молнии, потом ухмыльнулась и достала из-за пазухи круглый камень на веревочке.
      - Для защиты от электричества, - эльфийка демонстративно покачала амулетом в воздухе. - И, да, спасибо, что проявил себя с еще одной мерзкой стороны, я буду осторожнее.
      Рысь у ее ног тихо заскулила, и эльфийка поняла, что своим спасением была обязана не амулету. Молния Мейсона угодила в животное, прикрывшее свою хозяйку. Большая кошка лежала на земле, едва дыша.
      «Могли бы и позже разобраться между собой...», - раздраженно подумала Халлира и даже не стала оборачиваться в сторону Андуне и Мейсона, решив, что любопытство может ей дорого обойтись. Но молнию, направленную в солнечную эльфийку, заметила. А вот растений, опутавших ее саму, вовремя не увидела, и теперь все попытки вырваться оказывались тщетными.
      - Что все это значит? - взгляд серых глаз девушки был прикован к появившейся женщине.
      Дриада смотрела на троих, грустно качая головой:
      - Вы уничтожили моих детей... Вы уничтожаете природу... А теперь вы уничтожите и сами себя...
      Она просвистела, словно птица и дикари насторожились, замерли и резко бросили свои жертвы, исчезая среди деревьев. Женщина ещё раз грустно посмотрела на троицу и тоже исчезла в густых зарослях.
      - Всё, ты покойник, - Андуне, не задумываясь, пустила в Мейсона стрелу. Ей было уже всё равно, что скажет Мерзелль. И только сейчас она почувствовала, что её ноги опутали какие-то стебли.
Стрела солнечной эльфийки пробила плечо Мейсона насквозь. Темно-бордовая кровь потекла по мантии мага. Мейс схватился ладонью за рану, постанывая от боли.
      - Ах ты... дрянь! - волшебник громко и отчетливо произнес заклинание Прикосновение Вампира. Затем он резко рванул к Андуне, одновременно подмечая, что с исчезновением странной женщины, исчезло и опутывание. Бедро предательски заболело вновь, и маг чуть не упал, но до эльфийки все-таки доковылял. Он резко схватил ее ладонью за шею, высасывая энергию Андуне, залечивая свои раны.
      Андуне было плевать и на женщину и на её детей. Сейчас её волновала только Маэг. Эльфийка попыталась сосредоточиться и прочитать заклинаниние исцеления, но тревога за рысь была так велика, что девушка постоянно сбивалась. Ругаясь самыми последними словами, Андуне дрожащими руками высыпала на траву все зелья из походной сумки и принялась перебирать их одно за другим. Наконец заветный бутылёк был найден. Эльфийка разжала зубы Маэг и попыталась залить зелье ей в пасть.
      - Глотай, дурища! Я же помочь хочу!
      Присосавшегося Мейсона, она с силой толкнула локтём в живот, благо сил у него из-за ранений было немного.
      Дождавшись, пока растения отпустят ее, Халлира наклонилась и подобрала меч, выпавший из руки. Окинув оценивающим взглядом разыгравшуюся сцену, эльфийка почувствовала, как начинает злиться, очень сильно злиться.
      - Прекратите, черт бы вас всех побрал! - крикнула девушка. - Доберемся до Элдрет Велуутра, и можете попереубивать друг друга, но туда я хочу добраться спокойно! - Халлира не спешила принимать чью-либо сторону, хотя про себя задалась вопросом, кого она выберет, если придется это делать. Меньше всего ей хотелось драться со своими спутниками.
      Мейсон осмотрел свое плечо, когда легкая боль в животе прошла. Рана исчезла, словно ее вовсе не было. Нога тоже перестала болеть, видимо энергии у эльфийки было выше крыши.
      - Да, ты права, - волшебник подошел к Халлире. - Я убью ее потом, если Мерзелль не прикончит ее самостоятельно, на что я очень сильно надеюсь. - Маг посмотрел на попытки Андуне исцелить зверя. - Ай-ай-ай, кажется, молния получилась слабее, чем я рассчитывал. Я собирался тебя поджарить, так что твоя рысь должна была сдохнуть.
      - Просто признайся сам себе, что волшебник ты хр… никудышный, - Андуне произнесла это нарочито сладким голосом и похлопала ресницами. Из личного опыта она знала, что это жутко бесит уже разозлившихся людей. Маг тем временем карабкался на свою лошадь.
      - Я не волшебник никудышный, просто это было лишь ответвление молнии, - волшебник пытался сдержаться, чувствуя, что Андуне во всю его провоцирует. - Можем попробовать еще раз, и посмотрим, долго ли протянет твоя драная кошка.
      Халлира вздохнула, медленно успокаиваясь и избавившись от секундного желания устроить небольшой пожар. Кое-как пристроив меч на поясе - ножны были ему слишком малы - эльфийка направилась к коню, проверить все ли с ним в порядке. Конь явно нервничал и тревожно прядал ушами, но никаких ран у него наемница не заметила, а ничто другое ее не интересовало.
      - Поехали, - резко сказала Халлира, посмотрев на Андуне и Мейсона. - Я не хочу оставаться здесь ни минутой дольше.
      Маэг открыла глаза и ткнулась носом в ладонь хозяйки - зелье начинало действовать.
      - Я догоню вас, как только рысь сможет идти, - Андуне посмотрела на Халлиру.
      Мейсон пришпорил лошадь и размеренно поскакал вперед.
      - Не задерживайся надолго, - бросила следопытке Халлира, легко запрыгивая на своего коня и пуская его рысью. Нескольких минут хватило, чтобы девушка успокоилась. - Сколько еще скакать до Элдрет Велуутра, это же другая дорога? - спросила Мейсона эльфийка, понадеявшись про себя, что недолго.
      Андуне положила голову рыси себе на колени и почесала за пушистым ухом:
      - Сколько же раз ты меня спасала, а?
      Прошло несколько минут, когда Маэг окончательно пришла в себя. Убедившись, что боевая подруга в полном порядке, эльфийка пришпорила коня и вкоре догнала Халлиру с Мейсоном. Волшебник бросил взгляд на Андуне и, наконец, соизволил ответить на вопрос жрицы.
      - Да другая, придется ехать дольше на пару-тройку часов. Не стоит туда так спешить, еще неизвестно, что именно мы там встретим...
      - Вряд ли что-то хорошее, - буркнула Халлира. Она подумала про свой сон, про плохое предчувствие, не отпускавшее ее еще с тех пор, как они покинули тюрьму, и только вздохнула. Но в любом случае им следовало ехать в храм Кореллона. Мелькнувшую было мысль о побеге, эльфийка отбросила.
      - Можно поехать по короткому пути, сквозь дебри, тогда дорога займет не больше часа. Ведь всем так не терпится встретиться с нашей милой бабулей Мерзелль, - через пару минут Андуне свернула прямо в чащу, на первый взгляд совершенно непроходимую. Но, как оказалось, среди деревьев вьется узкая тропинка, по которой спокойно мог проехать всадник на лошади. Даже Мейсон не знал об этом пути, но навыки следопыта и ее связь с природой, наделяли солнечную эльфийку удивительными способностями находить труднодоступные обычному глазу тропы.

0

18

Глава 12
*

      Шади помотала головой, отгоняя поток воспоминаний и с тревогой посмотрела на Эвели и Фьерна. Эта парочка явно волновалась. То, за чем они шли, было очевидно куда важнее обычного задания, выполняемого за деньги. Она хотела было сказать что-то, поддержать, но передумала. В конце концов, она слишком мало их знала. Девушка убрала фляжку, встала, потянувшись, потом повернулась к своим спутникам.
      - Ну что, идем дальше?
      - Думаю да, - колдун поднялся на ноги и протянул руку Эвели, что бы помочь ей встать с корня. Иней, предвидя продолжение пути, причем явно не простого, решил путешествию на своих четырех лапах или на плече Фьерна, предпочесть уютное передвижение в сумке.
      Взяв самые необходимые вещи, они привязали лошадей у дерева - двигаться дальше вместе с ними было не только слишком приметно, но и практически невозможно. Вскарабкавшись по осыпающемуся песчаному берегу, цепляясь за кривые корни деревьев, путники углубились в самую чащу, следуя по пути, который привёл Шади к реке. Некоторое время они сосредоточенно двигались вперёд, каждый был поглощен своими мыслями. Возможно из-за этой задумчивости, никто не успел ничего услышать, когда их окружили. Несколько человек в лёгкой броне, со знаками наёмной гильдии воинов Аткатлы схватили Шади и Эвели, выкрутив им руки за спину, но не рискнули скрутить колдуна, выставив девушек перед собой как щиты. Навстречу им вышел самый крупный воин и, сняв шлем, улыбнулся Шади во всю пасть.
      - Крохотуля, рад видеть, что ты жива. Я в тебе не сомневался.
      Эвели попыталась освободиться из захвата воина, но тот держал крепко. "Останутся синяки", - яростно подумала девушка. В её глазах полыхнула злоба. Она могла бы испепелить его одним вздохом. Но пока следовало притвориться беспомощной. Внезапность - лучшее нападение и их противники сейчас доказали это. Шади дернулась несколько раз в хватке воина. В принципе, требовалось всего одно заклинание боли, и она могла бы вырваться. Жрица с ненавистью уставилась на говорящего.
      - Кошнак? Явился - не запылился, - язвительно сказала она. - Откуда ты вообще взялся? И что тебе нужно на этот раз?
      Фьерн выругался, он был готов взвыть от досады, но его лицо сохраняло каменное выражение, стальные льдинки глаз колдуна вонзились в вожака.
      - Кто ты и что тебе от нас надо? - ледяным голосом спросил колдун. Сейчас он не имел права на ошибку. Только один удар. Только одно заклинание.
      Кошнак хрюкнул, что по-видимому означало смешок. Он подмигнул Шади и окинул масляным взглядом Эвели.
      - Я вижу, ты успела найти симпатичных друзей... - Смерив взглядом колдуна, полуорк бросил: - Не кипятись, человек. Спроси у своей подружки дроу, она скажет тебе, что я не враг вам. Во всяком случае - пока. Нас направили работорговцы, разобраться с местными сбрендившими эльфами. Они совсем распоясались - ещё похищения и убийства.
      Лунная эльфийка почувствовала, как воин, державший её, сильнее сжал руки, и вскрикнула от боли.
      - Проклятые эльфы... - прошептал мужчина, державший барда. Шади бросила тревожный взгляд на Эвели.
      - Раз ты нам не враг, вели отпустить нас! - холодно сказала она, смерив Кошнака пылающим взглядом. Еще немного - и прощай ее хваленая выдержка. Уж очень она была зла на этого полуорка. - Вроде как я вывела вас на логово этих "сбрендивших" эльфов, вот и разбирайтесь с ними. Нас-то чего хватать?
      - Отпусти девушек, - прежним тоном ответил колдун. - Если ты утверждаешь, что не враг мне, то я советую сделать это побыстрее. Иначе я начну сомневаться в твоих заверениях.
      Заклинание уже было готово - одно едва заметное движение и ледяной вихрь разметает противников. Уловив смертельную угрозу в голосе Фьерна, Кошнак посерьёзнел и подал знак своим воинам отпустить барда и наемницу. Эвели, мрачно посмотрев на державшего её воина, тут же спряталась за спину колдуна, потирая болевшие руки.
      - Мы собирались напасть на храм, но тут услышали как вы пробираетесь через лес словно стадо кабанов, - объяснил Кошнак. - Гевин увидел лунную эльфийку и мы подумали, что вы из их группировки, но потом я узнал Шади... И не смог удержаться от искушения напугать вас, - полуорк снова хохотнул.
      Шади осталась стоять, где ее отпустили, подняв голову и немного свысока глядя на полуорка, насколько это получалось при их разнице в росте. В ее глазах еще полыхали огоньки ярости.
      - Напугать... - повторила она. - Что за игры... Что ж, ты удовлетворил свою прихоть. Теперь идите своей дорогой, а мы пойдем своей. Лады?
      Лицо колдуна оставалось прежним, хотя Фьерну отчаянно захотелось облегченно вздохнуть, когда Эвели оказалась рядом. Стоя у него за спиной эльфийка могла ощутить отголоски собранной им для удара силы.
      - Иди своим путем, командир, - почти повторил он слова Шади бесцветным колким голосом.
      Тут подала голос Эвели.
      - Подождите... Вы знаете расположение комнат в храме? Может какие-нибудь потайные пути? Например, в темницу... - она многозначительно замолчала.
      Кошнак посмотрел на девушку:
      - Я знаю такой путь, но для нас он не годится - мы в броне, при оружии. Нас бы перебили по одиночке.
      - Тогда вы могли бы напасть с центрального входа, а мы проделали бы кое-какие очистительные работы внутри, - предложила эльфийка. Она успокаивающе положила руку на спину Фьерна, ощущая исходящую от колдуна ауру ледяной магии. Полуорк задумался, затем кивнул.
      - Это неплохая мысль. Я нарисую вам небольшую карту. - Он принялся чертить на земле концом меча: - Вот здесь пройдём мы, а вы обогнёте этот угол, - меч скользил по тёмной земле, рисуя чёткие линии, - и там увидите старую статую Кореллона. Прямо за ней должна быть арка, а в ней железная дверь. Давным-давно по ней жрецы спускались в подвалы, когда их ещё не переделали под темницы... Во всяком случае, так мне сказал мой осведомитель.
      Шади внимательно рассматривала импровизированную карту. Не этим ли путем она выбиралась из темницы? Но вслух девушка ничего не сказала. Хотя она и помогла Эвели и Фьерну добраться до храма, и вроде бы теперь могла спокойно оставить их, ведь они были всего лишь недавними знакомцами, но что-то не давало ей просто взять, развернуться и тихо уйти прочь. Она решила остаться с ними и помочь, хоть и не знала их истинной цели. Конечно, наемница была вооружена лишь рапирой, с которой едва управлялась, да несколькими заклинаниями, но все же... Теперь был черед кому-то из ее спутников возглавить их маленький отряд, а она просто будет рядом. Шади вопросительно посмотрела на Эвели, словно спрашивая, не возражает ли та против дальнейшей компании полудроу. Бард ничего не сказала, но и не прогнала жрицу, и та восприняла это как согласие. Фьерн всматривался в рисунок на земле, стараясь как можно тщательнее закрепить его в памяти. Входы, коридоры переходы...
      Вскоре они разделились. К тылу храма вела едва заметная в зарослях тропинка. Бесшумно скользя по тропе, Эвели осматривала лес вокруг них - тихое, умиротворённое место, практически не тронутое руками человека или эльфа. И в его глуши - храм великого эльфийского бога, который очернили сами же эльфы. «Какая ирония…»
      Они остановились у кромки деревьев, вглядываясь перед собой и ища ту самую, указанную Кошнаком арку. Перед ними действительно возвышалась статуя Кореллона, вся покрытая мхом, но от этого ещё более благородная и прекрасная. Никого не было видно, видимо глава Организации была столь уверена в себе, что не боялась нападения в подобной глуши. Накинув на голову капюшон плаща, Фьерн таясь, от дерева к дереву направился к арке. Он был предельно собран, сейчас уже не было времени ни на размышления, ни на сомнения, оставалось только действовать. На некоторое время Эвели замерла, глядя на здание как на чудовище, желающее поглотить Фьерна, а затем и её. Арка в данном случае представлялась ей пастью этого монстра. Затем бард глубоко вздохнула и двинулась следом за колдуном.       Девушки нагнали его лишь у самого входа в тёмную, замусоренную и заросшую травой арку. Ржавая дверь действительно виднелась в дальнем углу. Колдун тщательно обследовал арку на предмет ловушек или заклинаний, с его пальцев сорвались едва заметные сиреневые искры. Не хватало еще вляпаться в капкан или в систему оповещения. Всё было в полном порядке. Похоже, эту дверцу уже много лет никто не открывал. Эвели, не ожидая пока Фьерн попросит её, достала отмычку, которой пользовалась ещё в Гримморе и принялась возиться с замком, тихо напевая весёлую песенку о воровстве, которая должна была повысить её способности. Полудроу, которой явно было неуютно, хотя лунная эльфийка и не заставляла её идти с ними, нервно оглядывала тёмный проход, в котором они находились. Девушка прислонилась к противоположной стене и наблюдала за действиями барда.
      Старый, проржавевший замок, наконец-то щёлкнул. Эвели, довольно улыбаясь, посмотрела на Фьерна и выпрямилась. В этот самый момент, Шади оттолкнулась от стены, чувствуя, что ударяется локтем о какой-то выступ. Один из кирпичей задвигался, погружаясь в стену, внезапно ставшую прозрачной, и дроу с криком полетела вниз. Стена поглотив свою жертву, вновь возникла на прежнем месте. В тот же миг, как реакция на крик девушки, послышались голоса недалеко от входа в арку. Эвели схватила колдуна за руку и повлекла его в открытую дверь. Фьерн не заставил себя ждать, они едва ни кубарем спустились по лестнице и оказались на площадке, от которой отходило четыре коридора. Пол был покрыт толстым слоем листьев - свежих, прелых и совсем сгнивших, видимо их наносило сюда ветром через ржавую решетку.
      - Дьявол... Я надеюсь, она нас не выдаст... Если ещё жива, - поморщилась Эвели, почему-то представив, как Шади падает прямо на острые колья. Девушку слегка передёрнуло, и она отбросила неприятные мысли. Хотя... так проще, чем если девчонку поймали, и она под пытками расскажет, что вернулась в храм не одна. - Нам нужно искать этого мага, о котором ты говорил. В своих видениях ты видел, куда нам идти?
      - Были коридоры. Запахи затхлости, плесени… - вспоминал Фьерн, - темнота... пурпурные свечи… - Он не стал озвучивать свои мысли по поводу ловушки, в которую попала Шади. Все равно помочь они полудроу сейчас уже никак не могли, однако принял к сведению, что где одна - там могут быть и другие, причем, не обязательно точь-в-точь такие же.
      Осмотрев помещение, девушка определила, что два коридора явно вели вниз - к подземельям, один на верхние этажи, другой шёл прямо.
      - Может нам поискать твоего мага в подземелье? - прямо спросила бард.
      - Думаешь этот демонов чудотворец внизу? - шепотом спросил Фьерн. Он внимательно всматривался в темноту коридоров, казалось, даже принюхивался. Было ощущение, что снизу тянет чем-то едва уловимым, но приторно-тленным, а еще горелым.
      В конце концов, они решили идти по коридору, уводящему прочь от темниц на самый верхний ярус. Стараясь ступать тихо и неслышно, эльфийка шла впереди, так как её зрение в темноте очень выручало. Узкая лестница закончилась старой дверью без замка, но насквозь проржавевшей. Когда девушка потянула на себя дверь, раздался мерзкий и громкий скрип, от которого заболели музыкальные ушки Эвели. Поморщившись, она выглянула за дверь - перед ней расстилался коридор, освещённый лишь парой светильников. Скорее всего, столь могущественного мага стоило искать в более ухоженном месте.
      - Если это храм, то здесь где-то должны быть кельи, - прошептала Эвели. Внезапно в коридоре раздались шаги. Фьерн едва успел выставить силовой щит, в который угодил град стрел - и сразу за ним еще один залп. В коридоре толпилось около полудюжины стражников с одной стороны и еще трое подходили с другой. Трое со стороны Фьерна остались при луках, а остальные с двух сторон направились к незваным гостям. Эвели чертыхнулась, даже не успев испугаться. Она повернулась спиной к Фьерну, глядя на приближающихся стражников. С лучниками лучше было разобраться ему - свой лук она сломала и на дальнобойных бойцов повлиять никак не могла. Во всяком случае - на эльфов. Двое стражников, окидывая девушку оценивающим взглядом, двинулись к ней, не ожидая особого сопротивления. Не теряя даром времени, она выдохнула на них струю пламени - сейчас не время было думать о драконьей крови, да и подобными умениями обладал каждый второй ученик алого дракона, так что много сил не требовалось. Один из стражников закричал, обхватив горящее лицо руками, одежда на нём загорелась, он отскочил назад и наткнулся на своих приятелей, которые вместо того, чтобы сбить пламя, бросились врассыпную. Второй же, несмотря на пламенеющую одежду, бросился вперёд на девушку. Эвели уклонилась от удара озверевшего от боли эльфа и всадила кинжал ему под рёбра, с противным хрустом выдернув его обратно. Фьерн схватился за копье, и принял клинки врагов на древко, отбросив нападавших. Он ушел в сторону и саданул перед собой большим ледяным конусом, что должен был достичь и лучников. Волна жара ударила ему в спину, и он с тревогой подумал, что Эвели обратилась к драконьей силе.
      Отпихнув горящего эльфа, чьё тело проткнул её кинжал, вспыхнувший малиновым светом - древний заговор на высасывание жизненных сил из живого существа начал своё действие - Эвели ринулась на следующего. Попавший под огонь эльф, лежал мёртвым и девушка, перепрыгнув через его тело, уколола опешившего стражника в шею, разорвав сонную артерию. Брызнул фонтан крови, но девушка уже отвернулась, уклоняясь от очередного меча. Теперь ей попался сильный и ловкий боец, да к тому же вооружённый длинным мечом. Эвели пришлось отступать, уворачиваясь от дразняще-коварных ударов мужчины, решившего поиграть со своей жертвой. Поняв, что против меча в таких умелых руках она не выстоит, Эвели пыталась собраться, чтобы сбившееся дыхание могло выдать новую струю пламени. В какой-то момент она оказалась прижатой к самой стене, тяжело дыша - с непривычки, первое пламя далось не так легко, как она рассчитывала.
      Двоих лучников Фьерн приморозил, одного намертво, другой еще стонал, но сейчас он был явно не боец. Колдун орудовал против мечников копьем настолько умело, насколько это позволял не слишком широкий коридор, огрызаясь по возможности чарами. Половина лица третьего лучника превратилась в едкое, дымящееся месиво. Рука одного из мечников висела как плеть, колдун поразил его копьем в плечо. Двое сравнительно целых мечников пытались окружить Фьерна, но у них ничего не выходило, тот уворачивался, лавировал, отбивал удары и наносил свои. Увидев, что Эвели прижали, он выпустил в грудь её противника Ледяную Стрелу, но, отвлекшись, получил болезненный порез пониже плеча.
      Стрела Фьерна пришлась весьма кстати - меч эльфа уже готов был вонзиться барду под рёбра. Эвели юркнула под руку заваливающегося на бок воина, добив его сзади кинжалами. Отдышавшись, эльфийка шагнула к Фьерну и, увидев, что один из мужчин подошёл довольно близко, а второй занял всё внимание колдуна, снова воспользовалась огненным дыханием. Пламя охватило эльфа, который ринулся, ничего не видя перед собой, вниз по лестнице и запнувшись на ней, упал, сломав шею. Девушка довольно засмеялась, но вдруг почувствовала болезненный спазм в горле. Она закашлялась и, покачнувшись, прислонилась к стене, пытаясь отдышаться.
      Острие копья вонзилось последнему врагу в живот между поясом и кирасой. Рывком освободив оружие Фьерн бросился к эльфийке, в его глазах была неподдельная тревога. Бард сползла по стене, задыхаясь, словно наглоталась дыма. Из глаз потекли слёзы, а губы побелели. Она закрыла лицо руками, всё ещё пытаясь откашляться, но постепенно теряя сознание. Колдун подхватил девушку, кусая губы от отчаянья, ледяные пальцы легли ей на шею. Кожа Эвели была обжигающе горячей.
      - Любимая... - прошептал колдун, лихорадочно пытаясь понять, что должен делать, чтобы облегчить её жар. Ледяная аура возникла словно сама собой и окутала их обоих. Частицы ледяного воздуха проникли в обожжённое горло и дальше в лёгкие девушки. Она сделала очередной глубокий вдох, уже ни на что не надеясь. Но ощутила, как холодный воздух ласкает горло, а грудь наполняется кислородом. Эвели ровно задышала и, заплакав от потрясения, спрятала лицо в сгибе локтя. Фьерн ласково обнял девушку, прижимая к груди.
      - Как же ты меня напугала, - бормотал он, - что это было... я уж было подумал… - его ладонь гладила Эвели по спине, путаясь в ее волосах. - Не прибегай к такому больше...
      - Ты не понимаешь... - шёпот девушки звучал хрипловато. - Я столько отдала - сил, времени... надежд... чтобы получить эти возможности. А всё оказалось напрасным... - Она отвела глаза, чей взгляд казался таким несчастным. Заметив рану на руке Фьерна, девушка принялась сосредоточенно исцелять её, положив руки на его предплечье. Колдуну было больно видеть столь сильное горе и грусть в прекрасных синих глазах Эвели. Он не знал, какими словами мог бы её утешить, да и существовали ли такие слова вообще? Он мог только крепко-крепко обнять её, словно стремясь спрятать ото всех забот и бед этого мира. Девушка уткнулась ему в шею, щекоча её мокрыми от слёз ресницами. Она вдыхала запах его кожи, ставший таким родным и любимым, напоминающий о морозном солнечном утре.
      Несколько минут перерыва, в заваленном трупами коридоре – возможно, они не могли себе позволить и этого, но так было необходимо собраться с силами для последнего рывка. Постепенно Эвели успокоилась, высвободилась из кольца рук Фьерна, хотя ей очень этого не хотелось, и быстро протёрла свои липкие от крови кинжалы об одежду ближайшего трупа - того самого, что загнал её в угол. Следовало поспешить. Коридор заполнял дух горелой и обугленной плоти и Фьерн был рад поскорее убраться отсюда и увести Эвели. В конце концов, тут она была так близка к гибели.
      - Не делай так больше, - вновь тихо повторил колдун. Тряхнул головой, будто отгоняя наваждение, и направился к перекрывавшей проход двери. Заперто. Замок, похоже, заклинило. Но стоило посильнее налечь плечом на дверь, и она подалась. Эвели проводила человека задумчивым взглядом. Похоже, он действительно испугался за неё. Знал бы он, какие видения приходят к ней в снах, испугался бы ещё сильнее. Не оглядываясь больше на трупы, девушка скользнула в дверь следом за колдуном.
      - Фьерн, - позвала она, указывая направо. Этот коридор разветвлялся на две части, и правая явно вела к кельям. Вернее - бывшим кельям, а теперь скорее кабинетам-камерам пыток. Было похоже, что вся стража сбежалась к ним и сейчас лежала перебитой в коридоре. Эвели покачала головой - видимо эта ячейка была необычной, непредсказуемость действий ее главы обескураживала. Но делать было нечего, не стоять же на месте. Правый коридор заканчивался двустворчатыми широкими дверями из роскошного морёного дуба, а справа от них дверь поскромнее, но вся резная. От неё прямо-таки веяло колдовством. Чужая магия, пропитанная пульсирующими миазмами некромантии, хлестнула по всем чувствам Фьерна. Сосредоточенно хмурясь, он принялся укутывать Эвели и себя мощным покровом защитных чар. Его не слишком волновало небольшое количество стражи - либо остальная занята сражением, либо сидит в засаде. Он был готов отбиваться.
      Всё ещё чувствуя некоторую слабость, эльфийка решила пока не прибегать к заклинаниям, сохраняя силы, лишь шёпотом напела песню, обеспечивающую лучшую защиту от вражеской магии. Она стояла в ожидании, пока Фьерн накладывал свои чары, разглядывая его сосредоточенное, резкое лицо. Скоро всё решится - либо удастся выжить самим и наконец, помочь его другу, либо нет. Заклинания обволакивали, подобно ветру, воде, солнечному свету. Живая стихия - Фьерн посмотрел Эвели в глаза - и они с ней живые... А впереди бой со смертью. Выдержат ли они его? Колдун почти пожалел, что втянул эльфийку во все это... Но... Но он узнал Эвели, и за мгновения, проведенные вместе, был готов отдать жизнь. Если не будет другого выхода.
      - Я люблю тебя… - прошептал он. И девушку скрыла полупрозрачная дымка заклинания. Теперь можно было идти. Эвели смотрела на колдуна, сквозь призрачные вуали магии, возникшие в коридоре, ощущая, как перехватывает горло от нахлынувших чувств. Она так много хотела сказать, возможно, она должна была рассказать ему о своих снах. Но теперь уже поздно. Она так и не успела произнести слов любви в ответ, но если он узнал её достаточно хорошо, то всё прочёл в глазах.
      Кто-то изнутри отворил дверь, в которую они должны были зайти и эльфийка, быстро отвернувшись от Фьерна, вытянула вперёд руку и прочла простейшее заклинание - жидкая грязь покрыла пол в комнате, и раздался стук падающего тела, сопровождаемый проклятиями. Тут же в колдуна и барда полетели стрелы и болты. Когда залп, от которого, благодаря щитам, ни Эвели, ни Фьерн не пострадали, захлебнулся - на смену каленому металлу полетела магия. Уверенный в защите, Фьерн не целясь, запустил внутрь комнаты Ледяную Бурю и тут же на одном дыхании - Кислотный Туман. Скрываться уже не имело смысла, и девушка крикнула:- Пошли!
      Она рванула в комнату, дождалась, пока войдёт колдун и захлопнула дверь. Агенты, пославшие стрелы остались за пределами помещения. Комната была большой и темной. Из замысловатых устройств, что, казалось, висели прямо в воздухе, били разряды молний. Создавалось впечатление, что пространство комнаты искажено магией. Не было видно ни стен, ни потолка, только гулкий пол под утопающими в клубящемся тумане, сапогами.
      Эвели сделала несколько осторожных шагов вперёд. Её мягкие сапожки бесшумно скользили по полу, который она практически не видела за клочьями тумана. От дальней стены отделилась фигура, окутанная странной темнотой. Девушка удивилась - зачем ему это... Не любит свет?.. Прищурившись, она взмахнула рукой, шепча слова - перед лицом незнакомца возникла яркая вспышка. В лучах мелькнула золотая маска с алыми угольями глаз. Черты маски были резкими чертами эльфийского лица. Из-под неё донеслось что-то вроде шипения, и источник света рассеялся. Вслед за ним в барда и колдуна полетела паутина. Эвели отскочила в сторону, но несколько клочьев паутины всё же попали на волосы. Она быстро сбросила несколько липких нитей, скривившись от отвращения.
      - Ну всё, он меня достал! - прошипела эльфийка. - Шарахни его чем-нибудь посильнее, Фьерн!
      Позади них послышались глухие удары в дверь - стража пыталась её выбить. Но морёный дуб оказался очень крепок, и возможно даже зачарован. Предложение Эвели пришлось Фьерну по душе. Он с самого начала подозревал, что все решится в бою и никак иначе. Ледяная аура на миг словно кристаллизовалась вокруг колдуна. На ладони вспыхнула ослепительная вспышка белого света, и на незнакомца обрушилось несколько мощных ледяных копий. Защита мага выдержала лишь часть удара колдуна - видимо он их недооценил. Противник рухнул на колени, тяжело дыша, но из странных устройств ударило несколько молний по периметру комнаты. Одна из них задела Фьерна в плечо, другая почти попала в Эвели. Эльфийка ощутила, как наэлектризовались волосы, но драконья кровь вновь помогла ей защититься.
      - Фьерн! Как ты? - девушка шагнула к мужчине, с тревогой глядя на него.
      - Все нормально, - успокоил колдун Эвели. Плечо изрядно жгло и саднило, но главное, что рука исправно слушалась. Пальцы Фьерна выплели новый пасс, посылая в мага поток холодного воздуха, от которого его маска заиндевела. Эвели видела, что колдуну всё-таки больно. Бард посмотрела на врага, и её синие глаза полыхнули малиновым светом. Холодный воздух сжал горло мужчины, он схватился за шею, пытаясь растереть её, но его лицо покрылось ледяной коркой, а заледеневшая маска рассыпалась на кусочки. Они медленно двинулись к корчившемуся на полу магу. Эльфийка зло смотрела на него, но все решения сейчас должен был принимать Фьерн.
      - Ловушка Вессалора… - прошипел Фьерн, - ты ответишь за его дух...
      Он начал новое заклинание, но маг оказался не так прост. Видимо он сумел сосредоточиться и безмолвно выплести какие-то чары. Силовой удар толкнул колдуна и барда на пол, а из стен выступили тени, бросившиеся на Эвели. Не тратя время на вставание, Фьерн направил на мага Взрыв Ледяного Гнева. Тени, те самые, что уничтожили деревню, бросились к девушке. Слава богам, при падении она не выпустила кинжалы, хотя против пятерых теней даже её ловкость была слабой защитой. Раскромсав одну из теней, она ощутила, как другие протянули к ней свои лапы, раздирая в кровь руки и щеку. Их омерзительная магия вытягивала из эльфийки все силы.
      Заклинание колдуна временно заключило мага в глыбу льда, и Фьерн бросился на помощь Эвели. Он помнил, что один из её кинжалов, как и его, должен был наносить пришельцам иных планов особо сильный урон. Вскочив, колдун направил на теней фиолетовые заряды магической силы. Три тени, съежившись, упали на пол, где эльфийка, яростно отпихнувшая оставшуюся тень, подползла к ним, и раскромсала их на кусочки. Отлетевшая от неё тень упала, но быстро поднялась, вновь направляясь к девушке. Эвели глубоко вздохнув, вскочила на ноги, поджидая её. На щеке барда кровоточила царапина, а на предплечьях заалели глубокие порезы. Видя раны Эвели, Фьерн пожалел, что не может изжарить теней в лучах палящего солнца. Голубоватая сфера сорвалась с руки колдуна и разбилась о тень сокрушительной звуковой вибрацией.
      Тем временем, удары в дверь подозрительно стихли. То, что дверь не ломали могло значить наличие чёрного хода, которым могли воспользоваться агенты, либо их отозвали на другой фронт. По глыбе льда, куда был запечатан маг в маске, пошла трещина. Он освободился. Эвели достала платок, принимаясь стирать кровь с лица. Рану сильно щипало, но эльфийка старалась не отвлекаться, не спуская напряжённого взгляда с мага.
      - Если ты его не убьёшь, я сама это сделаю, - непривычно спокойным тоном, заметила девушка, обращаясь к Фьерну.
      - А я что делаю? - почти шутливо отозвался колдун. Черты его лица сейчас казались особенно острыми и резкими, глаза сверкали как два стальных острия. Он сделал несколько шагов к полуосыпавшейся глыбе и выдохнул. В воздухе задрожали едкие капельки кислоты и устремились к магу.
      - По-моему, ты с ним играешь, - фыркнула Эвели, вытирая кинжалы. - Перерезать горло и никаких проблем. Но за фантазию-то я тебя и люблю. - Девушка оглядывала мрачное помещение, походившее на лабораторию. Скорее всего, следовало поспешить, или все члены Организации скоро будут здесь.
      - А кто гарантирует, что на него не наложен Доспех Смерти, или прочая подобная гадость? - заметил колдун. Одна из авантюр, в которую они с Вессалором как-то ввязались, твердо научила его не забывать о подобных вещах.
      На пол стекали потоки кислоты и тающей воды. Попавшая в ледяные трещины кислота должна была напрочь выжечь все внутри, но кто знает, чем маг Элдрет успел защититься?
Маг закричал. Так пронзительно и яростно, что захотелось зажать уши. "Если сюда ещё не сбежался весь храм, то теперь уже точно прибегут", - подумала Эвели. Она шагнула к Фьерну.
      - Он умирает... Теперь ловушка Вессалора исчезнет?
      - Да, - кивнул колдун, - такие чары держаться либо пока их не снимут, либо когда погибает маг их наложивший... - в голосе Фьерна чувствовалась заметная усталость. Запах жженой плоти наполнял воздух, заставляя жалеть о давно съеденном завтраке. Туман в комнате тем временем начал исчезать, демонстрируя под собой гладкий пол, с нанесенными на него символами. Из темноты проступили стены и стали слышны звуки окружающего мира, которые до этого скрывались за блокирующим заклинанием.

**

      Почувствовав, что падает куда-то в пустоту, Шади закричала от неожиданности, но затем навыки воина взяли свое. Она сгруппировалась, но почти сразу же ударилась об пол. Некоторое время наемница лежала, пытаясь унять бешенное серцебиение и головокружение. Потом осторожно подняла голову и села, оглядываясь. Это была комната, походившая на давно заброшенную библиотеку, превращенную в камеру пыток.
      - О, я тебя ждала, милая, - послышался дрожжащий старушечий голос. Напротив Шади стояла худая, как скелет престарелая темная эльфийка с длинными седыми волосами, в которые были очень не к месту вплетены розочки и большой фиолетовый бант. Она была облачена в бордовую мантию, расшитую драгоценными камнями, а на каждом пальце сверкали по два, а то и три кольца. - Ты пришла ко мне в гости? Что же, думаю, нам стоит развлечься... - Старуха неожиданно резко шагнула к полудроу, схватила девушку за руку и приковала Шади к двум крепким цепям из ржавеющего металла. - Ты любишь раскаленные кочерги? Или лучше шипастые плети? - пожилая эльфийка задумчиво наклонила голову набок.
      Шади, еще немного оглушенная после удара, не успела среагировать, как оказалась в ловушке. Она недоуменно уставилась на старушку. Несмотря на довольно нелепый вид та излучала силу, и немалую. До полудроу не сразу дошел смысл сказанного, но поняв, она внутренне сжалась. Неужели эта дроу собирается ее пытать?
      - Вы всегда так гостей встречаете? - наконец, произнесла она, даже выдавив из себя ухмылку. - Уютные ржавые кандалы, орудия пыток на выбор?
      «Не поддавайся панике, не поддавайся панике», - твердила она про себя.
      Старуха рассмеялась, глядя на Шади со зловещей улыбкой.
      - Ну, брось, это же весело. Потом у тебя все тело будет в шрамах и ожогах! Разве это не забавно? По-моему очень даже мило! - старуха склонилась над девушкой. - Ах, я же еще не представилась... Мое имя Мерзелль, - темная эльфийка перестала улыбаться. - Ты так и не выбрала. Плеть или кочерга?
      «Мерзелль...», - Шади слышала это имя, подслушивая разговоры охранников в казематах. - «Кажется это… глава Элдрет Велуутра?» Девушка смотрела на старуху расширенными от страха глазами. Не поддаваться панике не получалось. Ей, полудроу, оказаться в плену у главы организации, ненавидящих таких полукровок как она лютой ненавистью. Лучше бы она раньше погибла. И все же Шади попыталась взять себя в руки.
      - Мне как-то мое тело больше нравится без шрамов и ожогов, - сказала она. - Хотя... может, у вас есть еще какие-нибудь орудия пыток? А то выбор маловат...
      Мерзелль рассмеялась старушечьим, немного дрожащим и безумным смехом.
      - Есть дровское ложе смерти, хочешь испытать счастье? - старуха вопросительно приподняла брови, отчего ее иссохшееся лицо показалось еще более старым и дряхлым. - Вполне увлекательное занятие.
      - Нет, лежать мне вот совсем не хочется, - сокрушенно покачала головой Шади, а ее разум лихорадочно искал способ спастись. - Хочется поколдовать...
      Свободной рукой она сделала несколько жестов, быстро произнося слова простенького вроде бы заклинания - Защита От Злого Мировоззрения. Был шанс, что оно поможет ей дольше продержаться против этой пожилой эльфийки, когда та возьмется-таки за свои любимые орудия пыток. Старуха снова визгливо рассмеялась.
      - Ты думаешь, что тебя защитит заклинание защиты от мировоззрения? Какая глупость! Я же не собираюсь тебя заколдовывать или бить мечом... Нет, просто развлечение, от которого мы обе получим удовольствие. Ты так и не выбрала, чем я буду тебя пытать. В крайнем случае, я использую некромантию, что намного хуже, поверь. - Мерзелль терпеливо ждала ответа полудроу.
      - А мне так спокойнее, - хмуро отозвалась Шади. Постепенно чувство страха сменялось раздражением. - И дались вам эти пытки? Нет, я, конечно, понимаю - приятно видеть муки того, кого ненавидишь, но все же... - Полудроу надеялась, что навыки целительства позволят ей уменьшить муки боли. Избежать пытки она и не рассчитывала, поэтому перевела взгляд на плети с шипами, надеясь, что эту боль она выдержит. - Хотя плети у вас очень уж красивые... Покажете поближе? - сказала она, изображая любопытство.
      - Плеть? - Мерзелль оживилась. - Хороший выбор.
      Темная эльфийка достала семихвостную плеть, каждый хвостик которой заканчивался острым стальным наконечником, напоминающим шип. Замахнувшись им, Мерзелль со всей силы ударила Шади по лицу и телу, надеясь оставить на девушке отметины в виде кровавых шрамов. Шади зажмурилась и изогнулась, насколько позволяла цепь, пытаясь уберечь голову, особенно лицо. Шипы хлестнули по ее телу, пронзая девушку жгучей болью. Она вздрогнула, закусив губу, стараясь не закричать. Один кончик все-таки задел голову, отчего ее белые волосы тут же окрасились кровью. Плечо и бок тоже пострадали.
Мерзелль истерически рассмеялась, увидев, как струя алой крови скользнула вниз по белоснежным волосам Шади. Ухмылка старухи растянулась на все лицо, дроу явно упивалась болью девушки. Помимо темечка, плеть рассекла плечо наемницы и почти всю правую руку, оставив на ней несколько кровавых, свежих шрамов.
      - Что, хорошо рассмотрела? Или показать еще ближе? - Мерзелль снова замахнулась плеткой, но на этот раз с меньшей силой. Она знала, что причинит девушке боль, но новых ран, скорее всего не добавит. В любом случае, дроу пока не хотела убивать Шади. Ей нравился сам процесс издевательства. Плетка хлестнула по свежим ранам, заставив Шади вздрогнуть всем телом. С ее губ слетел сдавленный стон. Вся рука горела и пульсировала болью. Перед глазами потемнело. Но она все же подняла голову и устремила на Мерзелль взгляд, в котором смешались боль, ненависть, ярость, отчаяние.
      - Спасибо, я хорошо рассмотрела, - проговорила она. - Очень качественная плеть. Сами делали? Или подарил кто?
      Старуха рассмеялась, оценив шутку Шади.
      - Ты совсем больная? Я тебя бью шипастой плетью, а ты шутишь?! Или ты уже сошла с ума? - Мерзелль свернула плетку и повесила ее себе на пояс. - А вообще мне она досталась по наследству, от моей бабушки. Та, кажется, выкрала ее у одной из жриц Ллос. Терпеть не могу дроу. И тебя, полукровка! - Мерзелль отвесила Шади крепкую пощечину. Щека горела, когда Шади вновь подняла глаза на старуху.
      - Я тоже не люблю дроу. Я не виновата, что один из них овладел моей матерью, - почти равнодушно сказала она. У нее очень болело плечо и голова, и жрица все ждала момента, когда Мерзелль отвлечется хоть ненадолго, чтобы она могла исцелить рану. Сквозь боль наемница смутно задумалась над словами старой главы ячейки Элдрет Велуутра. Она сама дроу, но ненавидит себе подобных. Возможно это какой-то давний комплекс или застарелая обида. Судя по всему, старая Мерзелль давно выжила из ума. Теперь наемницу не удивляло удручающе заброшенное состояние храма, неумелая охрана и отсутствие большого количества воинов в ячейке. Скорее поражало, что их до сих пор не раскрыли. Мерзелль нахмурилась, нависнув над полудроу.
      - Твоя мать не виновата? Значит, она просто напросто была шлюхой, да и только! - старая дроу громко расхохоталась. - И ты, по всей видимости, такая же, как и она! Да? - Глаза Мерзелль вспыхнули яростью и она снова ударила Шади по лицу. - Я ненавижу дроу, - повторила глава ячейки. - Но людей я ненавижу еще больше!
      - А я ненавижу тех, кто бросает обвинения, не подумав, - огрызнулась Шади, вновь поднимая глаза на старуху. У девушки пылало все лицо. Но в глазах не осталось места отчаянию. Теперь в них плескалась красным отсветом ярость. - Я не говорила, что моя мать не виновата. Я ничего о ней не знаю. Но я вот только не понимаю, кто дал вам право судить других, не зная о них ничего, - голос полудроу стал холоднее ледяного проклятия.
      Внезапно откуда-то из-за стены зала, в котором находились наемница и Мерзелль, раздался яростный предсмертный вопль. Прозвучал он так, словно с комнаты, в которой находилась плененная полудроу, слетела защита от звука. Мерзелль разъяренно отвернулась от жрицы. Оставив свою жертву, она перекинула хлыст из одной руки в другую и посмотрела в сторону двери, смежной с соседней комнатой.

***

      Мейсон со своими спутницами, меньше чем за час добрался до храма Коррелона. Издалека было видно, как люди в доспехах, скорее всего стражники из Амна, пытаются атаковать тех, кто принадлежит к Элдрет Веллутра. Картина была довольно забавной на взгляд Мейсона, священники, на пару с плутами и воинами пытались защитить магов-эльфов, отстреливающих агрессоров.
      - Надо пойти через подземный ход, - Мейсон резко повернул направо, - чтобы не вмешиваться в эту битву. Нас ждет Мерзелль.
      Маг соскочил с лошади и, отодвинув огромный валун с помощью магии, направился в подземный ход, умело скрытый от посторонних глаз.
      - Надеюсь, никто не будет против, если я сделаю дорогу немного светлее? - не дожидаясь ответа, Халлира прошептала заклинание и перед ней появился шар света, медленно поплывший вперед. Девушка пошла за ним, с интересом разглядывая замшелый потайной путь в котором пахло сыростью и в стенах шуршали крысы.
      Андуне отстала от своих спутников и прежде чем войти в проход присела на колени перед рысью. Взяв большую кошку за мохнатые щёки, солнечная эльфийка заглянула в ее глаза.
      - Маэг, я не хочу, чтобы ты шла со мной. Оставайся и жди здесь, а если меня... долго не будет, уходи в лес, - рысь замурчала и боднула хозяйку. - Не подлизывайся, я так решила, - эльфийка вытащила несколько колючек, запутавшихся в густой шерсти зверя. - Фу, ты же кошка, а такая неряха!
      Спутники Андуне уже давно скрылись в проходе, а она почему-то всё медлила. Наконец девушка встала и направилась к туннелю. Рысь догнала её в два прыжка и преградила дорогу.
      - Я же сказала тебе сидеть здесь!
      Маэг попятилась, ошарашенная непривычно грубым тоном хозяйки и прижала уши. Андуне, быстрым шагом направилась прочь, не оглядываясь. Через несколько минут она молча присоединилась к Халлире и Мейсону. Когда эльфийка прощалась с рысью, в её голове возникла безумная идея. Она попытается убить Мерзелль в момент передачи ей этой парочки. Нет, не попытается, а просто прикончит старую маразматичку. В конце концов, кто-то же должен это сделать? Где это видано - дроу глава ячейки и вообще член Организации. И к тому же, по её приказу был убит Серый Кот, второе существо во всём Фаэруне (после Маэг), которое могло и спокойно выносило характер Андуне.

0

19

Глава 13
*

      Для верности колдун перехватил копье и вогнал в грудь магу, провернул, удостоверился, что тело не движется. Тут он обратил внимание, что маска раскололась на части. Отбросив её в сторону острием копья, Фьерн удивленно замер. Лицо под маской почти не пострадало от заклинаний. Оно имело изящные эльфийские черты и непривычные сероватый тон кожи, потухшие выпученные глаза отливали желтым с красным ободком радужки.
      - В нём была кровь дроу... - удивлённо заметила Эвели, склоняясь над трупом. – Кажется, Элдрет начинает разлагаться изнутри. Сначала драконы, потом дроу. А что дальше - люди?..
      Эльфийка покачала головой, заправила волосы за уши и деловито огляделась. Несколько сундуков, стоящих вдоль стен, заинтересовали её – возможно, там находились какие-нибудь полезные артефакты, но времени рыться в них не было. Девушка вздохнула и принялась залечивать свои раны, пытаясь придумать, как они теперь будут выбираться. Хорошо хоть друг Фьерна теперь был свободен. Значит, не зря старались.
      - Такими темпами и до орков дойдет… - вздохнул колдун. Фьерн заметил взгляд Эвели, обращенный к стене и пока она исцеляла себя, не церемонясь, используя копье как рычаг, сорвал замки с ближайших сундуков и сгреб содержимое в обрывок бархатной черной портьеры. Разобраться с добычей и потом можно будет. - Ты готова? Уходим.
      Мерзелль, рванувшая к двери, ведущей в соседнюю комнату с удивлением несколько секунд взирала на труп, возле которого стояли лунная эльфийка и человек. Затем старуха сделала два шага в их сторону и рассмеялась.
      - Никуда вы не уйдете! Вы явились сюда, в Элдрет Велуутра, и убили моего помощника! Вы думаете, что я оставлю вас в живых? - Шади мгновенно была забыта старой эльфийкой. Ее мыслями управляли только эти два незнакомца, которых безумная хозяйка ячейки мгновенно возненавидела. - Я выткну ваши паршивые глазенки, а затем переломаю хребты. И после этого медленно сдеру с вас кожу... - рассказ о том, как Мерзелль поступит с Эвели и Фьерном, явно повышал настроение старушки.
      От неожиданности Эвели замерла, удивленно глядя на темную эльфийку с дровской плетью в руках.
      - Дьявол... - девушка невольно отступила на шаг, заметив безумие в глазах старой дроу. «Неужели это глава ячейки? Тогда неудивительно, что здесь все спятили...»
      Фьерн с искренним удивлением взирал на вошедшую женщину, среди прочих впечатлений пытаясь понять, чего от нее ждать. Жрица? Магичка? Угрозы изуверств колдуна не слишком впечатлили, во-первых, сейчас у него был настрой снести все на своем пути, а во-вторых, ему не раз доводилось слышать подобное прежде.
      - Она в своем уме? - едва слышно поинтересовался колдун у Эвели.
      Воспользовавшись тем, что внимание эльфийки переключилось на кого-то другого, Шади быстро произнесла заклинание Исцеления. Раны, оставленные плетью тут же исчезли без следа, ведь свежие раны всегда легче исцеляются. Девушка почувствовала себя намного лучше. Она слегка подергала цепь, но та держалась крепко. Сумка, в которой была рапира, лежала слишком далеко, видимо, соскочив с плеча девушки во время падения. Оглядываясь в поисках хоть какого-нибудь оружия, до которого можно дотянуться, полудроу прислушивалась к происходящему в соседней комнате. «Интересно, это Эвели с Фьерном, Кошнак со своим отрядом или кто-то еще?», - мелькнуло у нее в голове.
      - Ни один из дьяволов, тебе не поможет, - рассмеялась Мерзелль в ответ на реплику Эвели, играя с плетью. - Я хуже любого исчадия ада. Потому что я самая сильная в мире! Самая-пресамая! - голос дроу казался немного странным, он напоминал неприятное звучание скрипки, в руках неумелого музыканта. - Я вас просто раздавлю!
      Плеть Мерзелль мгновенно взлетела вверх, а затем устремилась в сторону Эвели и Фьерна. Старуха явно надеялась покалечить их стальными наконечниками плетки. Бард покачала головой и, прошептав несколько слов, призвала матерого волка, который бросился к старухе угрожающе рыча.
      - Думаю, она безумнее моей мамаши, - мрачно усмехнулась эльфийка. - Чем быстрее мы ее прикончим, тем лучше...
      Плеть не достала до них, но выглядела весьма неприятно. Колдун швырнул в главу ячейки импровизированный тяжелый мешок из портьеры, и, сжав кулак, сосредоточился на силе, что поднималась в его крови. Он не стал оформлять заклинание в завершенную форму, вместо этого, Фьерн решил ударить безумицу силой чистого холода. Энергия сорвалась с его пальцев, обдав руку обжигающим морозом, но колдун удерживал её, направляя в Мерзелль. Старая дроу несколько раз ударила плёткой вызванного бардом волка, пока тот не исчез. Эвели, ощутила лёгкое возбуждение битвы, почувствовав мощь холодной магии Фьерна. Она протянула вперёд ладонь, с которой сорвалась огненная вспышка, приятно согрев пальцы эльфийки. Пламя и лёд ударили в главу Элдрет Велуутра, одновременно обжигая и замораживая её. Мерзелль была уже очень стара и совсем забыла поставить защиту - глухо вскрикнув, она разжала пальцы - плеть со звоном выпала из ослабевших рук. А следом за ней на пол опустилась и её хозяйка. Всё ещё ощущая приятное теплое покалывание в ладони, Эвели сжала руку и подошла к старухе - та не шевелилась. Труп дроу был обезображен до неузнаваемости. Возле того, что когда-то было ногами, заиндевели расплавленные металлические лужицы – остатки шипованной плетки. Взгляд синих глаз эльфийки упал в дверной проём, из которого ранее появилась женщина, и встретился с фиолетовыми глазами полудроу.
      - Шади! - удивлённо воскликнула девушка.
      Наемница не была особенно кровожадной, но в этот раз с удовольствием наблюдала как Мерзелль упала на пол, сраженная чей-то магией по ту сторону двери.
      - Эвели! - воскликнула полудроу, неожиданно для себя искренне радуясь появлению этой эльфийки. - Как ты здесь оказалась?
      - Она была уверенна в своей непобедимости, - тихо произнес колдун, разглядывая мертвую, - и пала от первой же атаки...
      Как ни странно отлетевший портьерный мешок почти не пострадал и, подобрав его, Фьерн направился в соседнюю комнату вслед за Эвели. Помещение, в котором была прикована полудроу, представляло собой широкий прямоугольный зал. Некогда здесь находилась огромная библиотека храма, теперь затянутые паутиной книжные полки одиноко взирали на посетителей. Богатая обстановка, оставшаяся от прежних владельцев библиотеки - роскошные диваны и столы, перемежались с пыточными орудиями, покрытыми кровавыми пятнами. На одном из столов Эвели обнаружила массивный ключ и освободила Шади.
      - Я думала, тебе пришёл конец, когда ты угодила в ту ловушку, - заметила лунная эльфийка. - Хотя не факт, что мы все сможем выбраться отсюда живыми... - девушка прислушалась - с нижних этажей доносились крики и звон оружия.
      - Спасибо, - сказала Шади, кидая взгляд на Фьерна и потирая запястье, скорее просто машинально - заклинание избавило ее ото всех ссадин и ушибов. - К счастью, я просто свалилась в эту комнату, и Мерзелль лишь немного попытала меня. И еще мы так мило поговорили, - усмехнулась полудроу. Поднявшись с пола, она тоже прислушалась. - Интересно, это там Кошнак развлекается?
      Мейсон шел уверенным шагом, направляясь в камеру пыток, любимое место Мерзелль, где та проводила львинную долю своего времени. По крайней мере, так думали многие. Мейс подозревал, что и сейчас темная эльфийка все еще там. «Интересно, мы с ней быстро закончим, или будут осложнения?». Волшебник распахнул дверь пыточной камеры и удивился. Вместо старой Мерзелль, развлекающейся с очередной жертвой, Мейс увидел двух эльфиек. «Опять эльфийки, достали уже. И человек, причем, колдун...». Мейсон сразу почувствовал не хилую магическую силу, исходящую от Фьерна.
      - Хм, хотелось бы узнать, кто вы такие? - требовательно произнес юный волшебник. - Что вы здесь делаете? И... где Мерзелль?
      - Что там такое? - Халлира выглянула из-за плеча Мейсона и замерла, непонимающе глядя на присутствующих. Глаза эльфийки расширились, когда она увидела Шади, и девушка застонала про себя, одновременно пытаясь не выдать своего удивления - она уж точно не думала встретить свою нанимательницу здесь. Внимательно оглядев еще одну эльфийку и человека, Халлира сделала шаг назад, не собираясь ни во что вмешиваться, пока не разберется, что здесь вообще происходит.
      Раздражённо зарычав про себя при виде нежданных гостей, Эвели изобразила улыбку.
      - Если вы к милой старой даме, то вам в другую комнату, - девушка махнула рукой на проход, надеясь, что гости уйдут, а они тем временем скроются. Лунная эльфийка окинула взглядом прибывших, пытаясь оценить расстановку сил. Юноша... человек? Ну, точно в этой ячейке все ненормальные. Две эльфийки - солнечная и звездная. Милая компания ее сородичей, явно членов Организации.
      Шади недоуменно разглядывала незнакомцев. Юноша вел себя как хозяин. Это он-то - человек, оказавшийся в комнате той, что ненавидела людей. Или он шел ее убивать? Скользнув взглядом за его спину девушка к своему изумлению увидела Халлиру. "Как она-то связалась с этим человеком? Наемница же должна была стать членом Элдрет Велуутра!" Шади попыталась поймать взгляд Халлиры. Полудроу совсем запуталась в происходящем, поэтому молчала, просто ожидая того, как развернутся события.
      Мейсон с некоторым интересом пробежал взглядом по одной из эльфиек, затем по другой, и наконец, по колдуну.
      - В соседней говорите? Ну, ладно-ладно, - волшебник направился к двери, которая вела в смежную комнату. Пересекая дверной проем, Мейс почувствовал запах гари, и в тоже время какую-то прохладу в воздухе. На полу, в соседней комнате, куда его послала лунная эльфийка, лежал обезображенный труп старухи.
      - Убили, значит, - тихо произнес Мейс. - Зря-зря. - В голосе волшебника звучало не сожаление, не грусть и даже не радость, а сочувствие. Сочувствие к эльфийкам и человеку в соседней комнате. Маг вернулся к остальным, все еще топтавшимся в дверях.
      - Убили Мерзелль? - медленно повторила Халлира, упорно отводя взгляд в сторону, чтобы не встретиться глазами с Шади. - Интересно... - Наемница сама не знала, что именно ее интересовало больше всего - зачем Мерзелль вызывала ее и о чем она теперь не узнает, или как эти трое собираются теперь выпутываться - вряд ли убийство главы Элдрет Велуутра могло легко сойти кому-нибудь с рук, хотя если все ее действительно ненавидели... Точно девушка знала только то, что смерть этой маразматичной старухи ей только на руку, а остальное жрицу Кайрика не сильно волновало.
      - Возвращение старых долгов дело сугубо личное... - словно ни к кому не обращаясь, произнес Фьерн, нарочито рассеянно перебирая свитки на книжной полке. - И даже Мерзелль не стоило соваться не в свое дело. - Между тем он подумал, что сейчас было бы неплохо применить Телепортацию. В такие моменты он даже слегка сожалел, что это не его конек. Появление человека, явно пренадлежащего к Организации, к тому же такого юного, колдуна несколько удивило. А что до девушек - Фьерну показалось, что солнечная эльфийка будто бы не слишком озабочена гибелью командирши и, словно больше занята своими мыслями. Звездная же - пожалуй, он видел представительницу этого народа впервые - была заинтересованна происходящим, но о покойной явно не скорбела.
      Андуне стояла бледная и растерянная. Убили? Без неё? Эльфийка опустила приготовленный лук и молча оглядела присутствующих. Чёрт возьми, и эта, полудроу здесь! Да ещё и свободна. Странно, но прежнего желания убить Шади эльфийка не ощутила. Скользнув взглядом по двум незнакомцам, Андуне направилась в соседнюю комнату, чтобы лично узреть труп Мерзелль. Эвели Неррель она не опознала, как впрочем и Аннэль в свое время.
      Поняв, что Халлира нарочно избегает ее взгляда, Шади отвернулась от наемницы, переведя взгляд на Андуне. «Хм, наши пути снова пересеклись. Интересно, где ж тот эльф, что похитил меня?»
Впрочем, и без этих вопросов проблем хватало.
      - Почему это "зря-зря"? - передразнила Шади человека. Его странный тон ей совсем не понравился.
      Эвели услышала, как снова тихо скрипнула входная дверь и обернулась на звук. На пороге стояла женщина - эльфийка, неопределённого возраста, страшно худая, словно скелет, обтянутый кожей. На ней было чёрное платье из тонкого бархата, а тёмно-коричневые волосы уложены в гладкую причёску, отчего черты её лица казались ещё более острыми. Женщина вошла в комнату, осматривая собравшуюся в ней компанию, и остановилась на полпути. От ее взгляда всем стало не по себе, а особая магическая аура, свойственная умелым некромантам, словно накрыла помещение тенью.
      - Добро пожаловать в мою обитель, - сухим, бесцветным голосом прошелестела эльфийка. - Разрешите представиться. Моё имя Мерзелль... Я вижу, вы слегка удивлены? Ну, это долгая история, знать которую вам совсем ни к чему.
      Шади сразу узнала в вошедшей ту, что наслала на нее нежить в лесу. Вообще-то, она и правда больше походила на главу ячейки, чем та сумасшедшая. Женщина окинула взглядом каждого из присутствующих, задержала его на Халлире, потом остановила на Мейсоне и в глазах её промелькнула тень эмоции.
      - Мой милый помощник, а вот и ты... - она поманила человека к себе. - Я заждалась. Иди сюда.
      Фьерн нахмурился, оторвавшись от перебирания свитков, и посмотрел на вошедшую. Что ж... неспроста ему показалось, что уж слишком просто они одолели ту темную эльфийку, чей труп распростерт на полу в соседней комнате.
      - Возможно, - спокойно сказал колдун, - ты все же изволишь немного просветить нас относительно произошедшего парадокса?
      Халлира поежилась под внимательным взглядом эльфийки, но на этот раз не отвела глаз. Неожиданно девушке вспомнились слова Мейсона после ее разговора с предыдущей "Мерзелль" и она досадливо поморщилась от того, что не вспомнила об этом раньше. «Ну, разумеется, все не могло быть так просто, можно было и не надеяться...» Звездная эльфийка переводила взгляд с Мерзелль на Мейсона и обратно, гадая, что будет дальше, и даже не сомневаясь, что ей это в любом случае не понравится. Мейсон бросил на Халлиру холодный, практически безразличный взгляд, а затем направился в сторону своей госпожи.
      - Как скажете, - тихо произнес юноша, останавливаясь возле настоящей главы ячейки. Ему не нравилось все это пресмыкание перед ней, но выбора не было. Награда, которую ему так долго обещала Мерзелль была практически, в его руках. Он не мог отступить сейчас. Только не сейчас. - К слову, вы, наверное, уже в курсе, что они, - волшебник указал на Эвели, Фьерна и Шади. - Они убили ваше... прикрытие.
      Барду совсем не нравился взгляд настоящей Мерзелль. Да... она гораздо больше подходила на роль правительницы ячейки, чем та безумная... И глаза у неё были ещё страшнее - пустые и безжалостные, как у змеи. Девушка невольно придвинулась ближе к Фьерну.
      Каждый из присутствующих в комнате мог ощущать волнение могучих темных сил, которые словно оплетали Мерзелль. Женщина бросила краткий взгляд на вернувшуюся в комнату и замершую в проеме Андуне. Солнечная эльфийка выхватила саблю и что-то тихо нашептывала. Мерзелль сделала небрежный жест рукой, словно отмахивалась от надоевшей мошки, и солнечная эльфийка, не успевшая до конца защититься, отлетела к дальней стене, ударившись об неё так, что посыпалась штукатурка. Андуне осталась лежать на полу, то ли мёртвая, то ли без сознания. Мерзелль повернулась к Мейсону.
      - Я обещала тебе могущество и тайные знания, почему ты предал меня? - прошелестел голос, но на этот раз в него добавили каплю яда.
      Мейсон вопросительно посмотрел на Мерзелль. «Она что, окончательно из ума выжила? Кажется, она действительно спятила, тупая дура».
      - Вы о чем? - голос волшебника был пропитан ехидством, но сам он пребывал в замешательстве. - Я даже не думал вас предавать! Кто сказал вам такую чушь? Зачем мне вас предавать? Это же глупо!
      - О чём я? - лёгкая нотка гнева прозвучала в голосе Мерзелль. - Я вытащила тебя из грязи, наделила властью, тебя - жалкого человечка! А ты обо всём забыл! Всего лишь несколько поцелуев звёздной эльфийки, которая так наивно решила, что её возьмут в Элдрет Велуутра. Да если эта шлюха так легко переспит с первым попавшимся человеком, да ещё с таким как ты - а я прекрасно знаю твой характер - о чём может идти речь! Ей место в гареме, а не в Организации! А ты никак влюбился, идиот?
      Мейсон чуть ли не рассмеялся, но посчитав это неуместным, постарался сдержаться и всего лишь улыбнулся.
      - Госпожа, вы ошибаетесь, я… - волшебник посмотрел на Халлиру, - да, я с ней целовался, но влюбиться... В это? - Мейсон удивленно приподнял брови. - Она действительно шлюха, к тому же неудачница, да еще и недалекая, - волшебник широко улыбнулся. - Я просто хотел ее, вот и все. Любви нет, не было и не будет! Я говорю правду! - Парень посмотрел в глаза Мерзелль, ожидая найти в них понимание. - Я бы никогда не променял могущество на это.
      Халлира замерла, неверяще слушая волшебника. На миг ей показалось, что перед ней стоит совершенно другой человек, но, видимо, она просто видела сейчас настоящего Мейсона. Рука сама скользнула к мечу Аннэля. «Ну что ж, если раньше у меня еще были сомнения, чью сторону принять, то теперь их нет... И зачем я еще пыталась спасти его от Эйфрелла? Лучше бы я тогда позволила выпить его кровь. Вот черт...»
      - Рада была услышать твое мнение обо мне, дорогой, - холодно процедила эльфийка, глядя на парня. - Теперь я убью тебя и, надеюсь, получу от этого больше удовольствия, чем от твоих слюнявых поцелуйчиков, - девушка хищно усмехнулась.
      Полудроу молча слушала происходящий разговор, стараясь не привлекать внимания, ощущая могущество, исходившее от Мерзелль. Шади понимала, насколько ничтожен ее шанс выжить и вернуться домой, в Аткатлу. Но эта мысль почему-то вызывала у нее холодное равнодушие.
      Глава ячейки чуть улыбнулась - жутковатое зрелище, напоминающее об улыбающемся черепе.
      - Значит, годы, проведённые под моей опекой, не прошли для тебя даром... Иногда я жалею, что ты человек. Человеческого в тебе очень мало. Ну что ж... - женщина помолчала. - Ты обещал служить мне, а я обещала знания и... могущество. Относительно знаний. Вот стоит та, что убила одного из сильнейших некромантов Элдрет Велуутра, - она указала костлявым пальцем на Эвели. - Своего деда. Эвели Неррель - настоящее проклятие для тех, кто мечтал о его знаниях. А ведь могла бы стать одной из нас. И вся причина - в глупых, разрушительных чувствах.
      Мейсон бросил на Эвели взгляд, полный ненависти, и разочарования. Волшебник сам не понимал, что он чувствует.
      - Подождите, - маг повернулся к Мерзелль. - Вы хотите сказать, что мое обучение у какого-то сильного-пресильного мага обломалось? Или к чему вы клоните? - Парень не до конца понимал, чего добивается глава ячейки, рассказывая о том, что Эвели убила некроманта. «Эвели, значит... Какое милое имечко для такой стервы».
      - Ты что-то много болтаешь, старуха! - Андуне медленно поднималась на ноги, сплевывая на пол кровь. - Жалким старикашкам вечно хочется болтать... Черезмерная болтливость... Я знаю, как вылечить тебя от этого недуга! - Солнечная эльфийка, еще секунду назад казавшаяся безпомощной, рванулась вперед к Мерзелль, и не добежав немного до женщины, взвилась в воздух. В руке эльфийки полыхнул зеленым Сорванный Вереск.
      Фьерн с некоторым сочувствием смотрел на звездную эльфийку, которую оскорблял юный волшебник. Подобную бессмысленную грубость он не воспринимал, впрочем, внимание колдуна быстро переключилось на поднявшуюся на ноги девушку и главу ячейки, оценивая шансы выбраться, пока та отвлеклась. Волшебник, а Фьерн уже понял, что юнец именно книжник - явно был на стороне Мерзелль, как поведет себя звездная еще не было ясно. Шади, похоже, с ним и Эвели. Пока солнечная атаковала, можно было попробовать... Колдун сжал ладонь Эвели, и указал глазами на дверь.
      Мерзелль снова резко взмахнула рукой, наполненной магической энергией:
      - Надоела... Нужно было убить тебя вместе с этим жалким Котом!
      На этот раз солнечная отлетела еще дальше, сметя по пути стол. Удар был такой силы, что тот рассыпался в щепки. Женщина посмотрела на колдуна и барда.
      - Не надейтесь сбежать... А ты, Мейсон... Хотел силы и могущества? Ты получишь ее... В новом облике... - Она принялась читать заклинание - мрачные, темные, злобные слова разнеслись по залу.
Мейсон вздрогнул, чувствуя, как чары Мерзелль начали действовать на него. Все его тело охватил озноб, затем мага резко бросило в жар и снова в холод. Он упал на колени, громко выкривывая слова о помощи, а затем рухнул замертво. Облако черного дыма окружило труп парня, раздался треск, затем шипение. Дым медленно рассеялся. Возле Мерзелль стоял худой мертвец, скелет, обтянутый тонкой, кое-где лопнувшей кожей. Глаза превратились в два сияющих красным свечением отверстия, а вместо носа остались две узкие щели. Преобразование завершилось.
      Эвели крепко, до боли сжала руку колдуна, с отвращением взирая на того, кто некогда был молодым волшебником. Шади широко раскрытыми глазами наблюдала за превращением Мейсона. Присутствие Магии Смерти вызывало крайне неприятные ощущения. Она с ужасом взирала на восставшего лича. Ее жреческая магия была слишком слаба, чтобы сражаться с таким монстром, и полудроу была без оружия.
      - Теперь можешь поцеловать свою подружку, - заметила Мерзелль.
      - Госпожа... - прохрипел новоявленный лич. - Я их уничтожу...
      Мейсон поднял руки-кости вверх, сотворяя могущественное заклинание. Мощнейшая волна негативной энергии ударила во всех, кто стоял напротив Мерзелль - Эвели, Фьерна, Шади и Халлиру, не затронув лишь Андуне, которая лежала поодаль без сознания. А Мерзелль продолжила плести свои чары, призывая на помощь скелетов и тени.
      Фьерна тяжело ударило об пол, колдун скривился от омерзения, ощущая нахлынувшую на него магию. Казалось, она пыталась похитить сами его силы. Напрягая волю, колдун сосредоточился, проворно встал на ноги и, раскинув руки, призвал Щит Тени.
      - Я не хотел с вами драки, - фыркнул Фьерн, - но вы сами напросились. - Последовали новые магические пассы, и на лича и Мерзелль обрушилась буря мощных Волшебных Ракет.
      Шади подняла было руку, чтобы прочитать заклинание Щита, но волна энергии отбросила ее в сторону. Само соприкосновение с этой магией причиняло боль, а к тому же она налетела спиной на что-то твердое и на мгновение отключилась.
      Эвели ощутила, как невыносимая тяжесть придавила её к полу, захлёстывая разум и чувства, словно чёрная тяжкая волна. На долю секунды ей захотелось опустить лицо на руки, скрывшись от ужасов внешнего мира и зарыдать. Но это быстро прошло, девушка приподняла голову, запев песню Прилива Битвы, мгновенно придавшую силу и стойкость её спутникам. Сначала Эвели встала на колени, затем, словно сбрасывая с плеч тяжкий груз - поднялась на ноги, доставая кинжалы. Не прерывая песню, пытаясь сохранять дыхание в равновесии, она напала на тень, что была ближе к ней. Ракеты Фьерна задели часть теней, но не причинили вреда личу и Мерзелль - слишком велика была их сила. Мерзелль гулко рассмеялась, отступая к стене, сложив на груди тонкие руки и наблюдая за битвой.
      На колдуна напали сразу три тени, одна из которых схватила его за горло. К Шади как обычно ластилась нежить, ощущая божественную силу жрицы, слетаясь на неё, словно мотыльки на пламя свечи.
      Видимо, у юного волшебника всё же были какие-то чувства к звёздной эльфийке, потому что именно её он избрал своей первой целью. Волна негативной энергии толкнула Халлиру в грудь, отшвырнув далеко назад, и ударив о стену. Перед глазами плыло, но наемница заставила себя удержаться на поверхности сознания и, опустив взгляд, увидела, что амулет Кайрика, висящий у нее на шее, весь погнулся, приняв большую часть магического удара на себя. Слегка пошатываясь, девушка снова поднялась на ноги, крепко держа в руке меч Аннэля. Взгляд серых глаз, в которых золотистые звездочки сменились яростно горящим огнем, был прикован к Мейсону, губы эльфийки изогнулись в усмешке.
      - К этому все шло с самого начала, да? - протянула девушка. - Одного лича я уже уничтожила, ты будешь следующим. - Сейчас Халлира не могла и не хотела думать ни о чем, осталась только одна мысль: убить лича. Даже если придется для этого пожертвовать своей жизнью. Мейсон практически не напрягаясь, отмахнулся ото всех магических ракет, отправленных в него колдуном, словно от мелкой мошкары. Его основной целью была Халлира.
      - Я необыкновенный лич, - прохрипел Мейсон, приближаясь к девушке. - И ты сейчас в этом убедишься... У тебя сил не хватит уничтожить меня! Ни у кого не хватит! - Он резко схватил Халлиру за шею, начиная читать мощнейшее из всех заклинаний боевой некромантии - Чудовищное Иссушение, способное убить даже дракона, если дать магии начать действовать.
      Повисшую на нем тень, Фьерн сжег Кислотным Дыханием, вложив в него большую, чем обычно, силу. Выхватив серебряный кинжал, что должен был наносить нежити особый вред, колдун принялся отбиваться, чуть отступая ближе к двери, чтобы получить свободу для маневра. Наконец, получив достаточно пространства, он сосредоточился, мысленно молясь Ауриль о том, что бы она забрала всех врагов и заточила их в вечных льдах, и обрушил на противников чистый ни чем не скованный удар первозданного холода. Ауриль, как обычно, услышала обращение одного из своих лучших учеников, и удар Фьерна получился таким мощным, что задел даже лича и Мерзелль. Лич пошатнулся и выпустил Халлиру из оледеневших рук. Глава ячейки Элдрет яростно обернулась к колдуну и замерла, словно решая - какое из заклинаний лучше использовать против человека.
      Еще до конца не придя в себя, Шади почувствовала, что на нее напали. Один из скелетов вцепился в ногу девушки, другой тянулся к горлу. Почти не задумываясь, жрица прочитала заклинание Изгнания Нежити, обычно хорошо действующее на низшую из них. Божественная магия полыхнула в ее руках, и те скелеты, что успели схватить наемницу, рассыпались в прах. Остальные были на время оглушены, и Шади успела вскочить, поморщившись от пронзившей ее ногу боли. Она быстро огляделась. Битва была в разгаре, и ей не хотелось полагаться лишь на заклинания. К счастью, совсем рядом на стене висели какие-то мечи и кинжалы - пыльные, давно не чищенные, местами проржавевшие, но все-таки это было оружие. Одним прыжком оказавшись у стены, Шади сорвала с нее короткий меч и кинжал, и повернулась, готовясь защищаться. Эвели оказалась рядом с Шади, и девушки встали спина к спине, так как несколько теней, до которых не достала магия Фьерна, окружили их, наседая, словно из последних сил. Удар за ударом - магические кинжалы делали своё дело - тени распадались в клочья от ударов барда, а Шади изгоняла нежить как словом, так и мечом. Эвели ощутила, что Прилив Битвы схлынул, а петь становилось всё труднее. Девушка сосредоточилась на выпадах, вспоминая заклинание Ледяных Осколков – возможно, не такой мощи, как заклинание Фьерна, но если добавить в коктейль немного огня, может получиться забавно.
      Оружие полудроу било не так хорошо, как то, к которому она привыкла. Приходилось несколько раз наносить удары по теням, прежде чем те исчезали. На руках и лице девушки красовались свежие раны - ей не всегда удавалось увернуться, слишком уж рьяно атаковали тени. Изгнание Нежити на них почти не действовало, а заклинание Молот Богов вытягивало слишком много сил жрицы, хотя и уничтожило пару теней, а некоторым другим нанесло урон. Шади прочитала заклинание Божественной Благосклонности и с новыми силами ударила оружием по ближайшей тени.
      Андуне лежала в полубреду и не могла пошевелиться. Где-то рядом шел бой. В сознании эльфийки проносились разные образы: вот она еще ребенком сидит на деревянном мостике и кидает мягкий вкусно пахнущий хлеб пескарикам в воду - видны их пухлые спинки и жадные рты, хватающие такую вкусную еду. А вот маленький козленок, выбежавший из чьего-то сарая, с остервенелым упрямством бодает ногу маленькой солнечной эльфийки и жалобно блеет от того, что у него еще плохо выходит. Здесь уже повзрослевшая Андуне, сидя на освещенной солнцем поляне, гладит живот разомлевшей Маэг, а та громко мурчит от удовольствия, пододвигая своей лапой руку эльфийки к мохнатому подбородку - туда, где приятнее всего... Дружеские объятья Кота, и мысль о том, что она наконец-то кому-то очень сильно нужна, хотя бы ненадолго... От мощного удара магии Фьерна Андуне очнулась - потолок и стены гудели так, будто тысячи голосов слились в единый вопль. В глазах эльфийки плясали черные пятна. Андуне засунула руку за пазуху - бутылек с невидимым зельем был еще цел. Солнечная эльфийка допила остатки зелья и, откинув в сторону бутыль, поползла обратно к Мерзелль, постепенно становясь невидимой. Подкравшись на нужное расстояние, следопытка прочитала заклинание Шипов. Пол под ногами главы ячейки взбугрился и из него тотчас же вылетели острые колья.
      Следующий удар Фьерна был направлен узким прицельным лучом точно в Мерзелль. Главной целью колдуна сейчас было выбраться отсюда и вывести Эвели, а для этого, как он надеялся, было достаточно просто нейтрализовать врага.
      Коктейль имени Эвели сработал - магия объединенного огня и льда разметала оставшиеся тени и скелеты. Девушка облегчённо вздохнула, внезапно ощутив, как заболели все синяки и ссадины. Благо - ничего серьёзного не оказалось. Она обернулась, ища взглядом Фьерна – кажется, он вошёл в противостояние с Мерзелль. "Плохо..."
      Могущественная некромантка выдержала удар колдуна, хотя заметно пошатнулась, прижимая руки к груди. Её злобные глаза метали молнии. Она выпрямилась и принялась произносить заклинание, усовершенствованное ею, от которого у жалкого человечка не должно было остаться ни одной целой кости. Заклинание Андуне не причинило Мерзелль и малейшего урона. Следопытка чертыхнулась, стукнув кулаком об пол. Оставалось действовать напрямую. Заметив, что Мерзелль отвлеклась на темноволосого колдуна, Андуне метнулась в сторону и оказалась у женщины за спиной. Сабля просвистела в воздухе, и девушке показалось, что она немного задела ведьму. Колдун был забыт. Заклинание Мерзелль сорвалось и она, гневно зарычав, обернулась к солнечной эльфийке. Смерть - читалось в ее глазах. Женщина вскинула руки, желая испепелить мерзавку, превратить её в ходячие кости, даровать судьбу худшую, чем судьба Мейсона.
      Лич отпустил Халлиру прежде чем его убийственное заклинание успело начать действовать, и девушка отступила на шаг назад.
      - Похоже, даже смерть тебя не изменила, все так же чересчур самоуверен, - насмешливо бросила эльфийка, на всякий случай, окружая себя Огненным Щитом. Несколько слов - и в Мейсона устремились мощный луч света и огненный шар. Впрочем, Халлира не надеялась, что лича убьют подобные заклинания, скорее, просто хотела проверить его силы. Мейсон поднял вверх свою костлявую ладонь, отражая оба заклинания Халлиры в Шади, которая ничего не подозревала... Затем лич двинулся вперед, приближаясь к наемнице.
      - Ну что же, в таком случае нам только осталось проверить, изменит ли смерть тебя... - лич резко дернул рукой, создавай заклинания Перста Смерти. Тонкий красный луч устремился точно в Халлиру. Огненный Щит ярко вспыхнул в попытке отразить заклятье, но до конца ему это не удалось. Перст ударил в амулет на шее девушки, окончательно сломав его - черное солнце тускло блеснуло в последний раз и испорченный погнутый символ веры, упал на землю. Сама же эльфийка, живая и невредимая, вскинула руки, выкрикнув заклинание Имплозии и, не дожидаясь, подействует оно или нет, быстро скользнула к Мейсону, замахнувшись мечом. Заклинание не подействовало на мага, видимо роль играло то, что он теперь стал нежитью, но точно Мейс не знал. Его мозг закрыла пелена безволия, он целиком и полностью был во власти Мерзелль. Лич хотел было что-то крикнуть Халлире, но тут же издал приглушенный стон, меч эльфийки проткнул его насквозь.
      - Я бессмертен... - выдавил Мейсон, делая шаг вперед, из-за чего меч проник в него еще глубже. - В отличие, от тебя, Халлира... - Костлявая ладонь лича схватила эльфийку за лицо, на котором тут же начала проявляться странная черная сыпь, по всей видимости, Мейс незаметно использовал на нее заклинание Заражения.
      Луч света и огненный шар, отраженные личем, устремились к Шади, обжигая полудроу, которая со стоном упала на каменный пол. Эвели опустилась на колени, пытаясь собраться с силами и хоть как-то исцелить девушку. Не то чтобы ей было очень жаль Шади, но боец ещё мог понадобиться.
      Обрывки заклинаний носились вокруг колдуна, но они пока были слишком слабы для его Теневого Щита. Фьерн уже было изготовился отразить атаку Мерзелль, но тут солнечная эльфийка помешала ей. Недолго думая, колдун ударил некромантку Полярным Лучом, а сверху добавил Кислотным Зарядом. Очередной, без отдыха, мощный бой изматывал колдуна, он уже чувствовал, что тянет магию не только из ментальных, но и из своих жизненных сил. Однако выбор сейчас был не велик. Мерзелль, осела на колени, противно скрежеща зубами. Ее покрасневшие глаза бешено вращались, и казалось, что они вылазят из орбит. Андуне прыгнула на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с ведьмой и сделала стремительный выпад вперед. Магия колдуна ослабила некромантку настолько, что у неё даже не было сил вспомнить заклинание. Но, в конце концов, она всё-таки выдавила два последних слова... Меч Андуне соприкоснулся с шеей некромантки и срубленная голова покатилась по полу, оставляя за собой капли крови, которая залила и нежное лицо солнечной эльфийки, но она этого уже не заметила - последнее заклинание Мерзелль сжало сердце в её груди стальными клещами. Андуне упала на пол, беспомощно ловя воздух ртом. В глазах стремительно темнело. Где-то рядом копошилось несколько живых существ, до которых эльфийке не было дела, но, которых она, сама того не желая, спасла. В угасающем сознании пронеслась мысль: "А умирать-то не так уж и страшно, только немного неприятно... Маэг..." Тьма, подползавшая всё ближе, окончательно накрыла солнечную эльфийку.
      Эвели вылечила некоторые ожоги Шади, послав девушке сон и забытье. Стоя на коленях, лунная эльфийка устало подняла голову, оглядывая поле битвы. «Кажется, глава Элдрет Велуутра лишилась головы... Какой каламбур... А лич...»
      Потеряв силы своей хозяйки, Мейсон заметно ослабил хватку. Звездная эльфийка застонала от острой боли - она не успела предотвратить заклинание лича, и теперь было уже поздно пытаться это сделать.
      - Значит, мы умрем вместе, дорогой, - прошипела Халлира. - Романтично, правда?
      Собрав оставшиеся силы, девушка с силой повернула меч, усугубляя рану Мейсона - от клинка исходило слабое призрачное свечение божественной магии, которой наделил его Аннэль, - обжигавшее лича там, где меч соприкасался с его плотью. Заражение продолжало стремительно распространяться по телу Халлиры, но это ее сейчас волновало в последнюю очередь. Она была готова умереть - лишь бы утащить с собой в Город Правосудия и Мейсона.
      Тяжело дыша, Фьерн привалился плечом к скульптуре, изображавшей произносящего благословение эльфийского бога. От того, что Мерзелль мертва колдун не чувствовал ни удовлетворения ни радости. Найдя глазами Эвели, он ощутил в сердце тепло. «Она жива… Хвала Ауриль… Надо пробиваться… Остался еще лич…» Глубоко вздохнув, Фьерн вскинул руку, составляя новый пасс для заклинания.
      Растеряв большую часть своей новоприобретённой силы со смертью повелительницы, лич уже не мог противостоять натиску звёздной эльфийки. Его заклинание продолжало действовать, немилосердно травмируя прекрасную кожу Халлиры, но погубить девушку уже не могло. Колдуну даже не пришлось помогать Халлире, меч Аннэля сделал свою работу, как и её ярость - дополнившая силу меча. Несколько секунд и всё было кончено. Воцарилась тишина.
      Эвели, пошатываясь, встала на ноги и сделала несколько неверных шагов по направлению к Андуне - проверить пульс. Его не было. «Что ж... Печально, но такова жизнь... Слава Эревану Илессиру нам с Фьерном повезло...»
      В этот момент распахнулась дверь - в проёме показался Кошнак и несколько его бойцов. Полуорк недолгое время осматривал помещение.
      - Мы практически зачистили это осиное гнездо. Но вы, видать, тоже даром время не теряли, - гоготнул он, убирая топор за спину.
      - Нам нужна ваша помощь, - сказала Эвели, указывая на лежащую без сознания Шади, и сидящую на полу Халлиру. Кошнак хмыкнул и, пересекая за пару шагов комнату, поднял полудроу на руки.
      - У нас в лагере есть лекарь. Пойдём, милая, - обратился он к наемнице, оглядывая язвы у неё на коже.
      - Если тебе быстро окажут помощь, от оспин не останется и следа, так что поспеши, - заметила Эвели звездной эльфийке.
      Халлира рассеянно кивнула полуорку, с трудом отводя взгляд от своего поверженного противника - сейчас в нем не осталось ничего от того человека, которого она знала. Резко развернувшись, эльфийка двинулась к выходу, лишь на секунду остановившись возле мертвой Андуне и положив меч Аннэля рядом со следопыткой. Наемнице хотелось, чтобы у нее не осталось ничего напоминающего о произошедшем. К тому же, свою службу он уже сослужил. Не оглядываясь назад, девушка пошла за Кошнаком к обещанному лекарю.
      Бард подошла к Фьерну и устало прислонилась к нему, обнимая за пояс. Фьерн ласково обвил рукой ее плечи - его ладонь казалась ледяной.
      - Пойдем, солнышко, - тихо сказал колдун, - мы и так задержались тут дольше, чем хотелось бы...
      Человек выпрямился и повел эльфийку прочь из этой пропитанной смертью комнаты. Только напоследок бросил взгляд на лежащую на полу солнечную эльфийку, чьи золотые волосы разметались по ковру.
Они вышли из древнего храма, который теперь превратился в одну большую гробницу. Следуя за полуорком и его солдатами, бард и колдун медленно двигались по направлению к берегу. Солдаты разбили лагерь недалеко от того места, где они оставили лошадей, но не слишком близко, чему Эвели была несказанно рада. Совершенно не хотелось видеть рядом с собой ораву возбуждённых после долгой и удачной битвы мужчин. Лунная эльфийка понадеялась, что Шади и незнакомая звёздная эльфийка получат необходимую помощь. Всё-таки они помогли им...
      Река всё так же безмятежно несла свои воды, словно мир вокруг них не был совсем недавно кровавым побоищем, наполненным болью, смертью и потерями. Лошади ждали своих хозяев, соскучившись по их обществу. Оказавшись на берегу, Эвели ощутила, что ноги уже не держат её и осела на песок, прислонившись спиной к древесным корням. Фьерн разлегся на песке, опустив ладони в прозрачные воды реки. Его руки настолько заледенели, что прохладная вода казалась колдуну теплой - почти горячей.
      - Выбрались... - только и признес он. - В какой-то момент я подумал, что всё кончено, - признался колдун. - Как ты, радость моя... любимая?
      Эвели перевела усталый взгляд пронзительно-синих глаз на человека, прислушиваясь к его голосу. Он произносил слова немного странно, словно пробуя их на вкус и привыкая к ним.
      - Я... вроде пока ничего... Всё оказалось легче, чем могло быть. Благодаря тому, что мы не единственные, кто был втянут во всё это, - она вспомнила трупы, оставшиеся в храме, и поморщилась. Потом встала, подходя к реке и набирая воду в ладони, чтобы умыться. Ополоснув лицо, эльфийка посмотрела на Фьерна: - Любовь моя, я так устала... Мне хочется просто лечь прямо на песок, закрыть глаза и спать долго-долго.
      - И что тебе мешает, красавица моя? Не думаю, что нас сейчас кто-нибудь хватится. Да и я, по правде сказать, чувствую себя так, будто ледник на хребте перетаскивал, - он усмехнулся и повел девушку устраиваться на ночлег.

0

20

Эпилог
*

      Последнее, что помнила Шади - это свет и огонь. И боль. Впрочем, боль и свет никуда не делись, когда наемница пришла в себя, выныривая из забытья, словно из глубокой воды. Полудроу чувствовала, что ее кто-то куда-то несет. Девушка распахнула глаза и тут же поморщилась - и от того, что у нее кружилась голова, и от того, что она узнала своего носителя.
      - О... это опять ты, Кошнак, - проговорила жрица, с трудом узнавая свой голос - слишком слабым и сухим он ей показался. - Куда ты меня несешь? - Она пошевелилась, пытаясь оглядеться, но тут же непроизвольно застонала - все раны и ожоги разом разболелись.
      - Крохотуля, молчи, - пророкотал полуорк, бережно опуская девушку на походное ложе. Над ней склонился лекарь, принявшийся хлопотать над ранами Шади, которая снова впала в беспамятство. Кошнак удалился и вскоре его голос донёсся с другого конца лагеря, а в ответ на его шутки раздался громогласный хохот солдат.

**

      Проведя у лекаря около четверти часа, Халлира избавилась от малейшего напоминания об оспинах – кожа звездной эльфийки снова стала гладкой и нежной и никто не смог бы сказать, что еще недавно она была не такой. Покинув целителя, девушка остановилась, растерянно глядя вокруг и не представляя, куда ей теперь отправляться. Она заметила невдалеке от лагеря две знакомые фигуры – лунную эльфийку и человека, которые сражались вместе с ней в храме, но не стала мешать их отдыху, да и говорить им было не о чем. Шади искать наемница также не стала – свое задание она провалила, а ничего другого их не связывало. В голове Халлиры мелькнула идея вернуться в Аткатлу, в Пламя Темного Солнца, и рука сама собой потянулась к шее, но привычного амулета там не оказалось, и девушка поняла, что испорченный знак принадлежности к ордену Кайрика остался в храме ячейки. Неожиданно эльфийка подумала, что там же осталась и ее прежняя жизнь. Решение, что делать дальше, пришло само собой.
      Сделав глубокий вдох, Халлира прикрыла глаза и заставила себя произнести слова заклинания, которого жрица всегда избегала - Изгнания. По берегу пронесся холодный, пробирающий до костей ветер, а когда он успокоился, место, на котором еще пару секунд назад стояла девушка, опустело.
      Почувствовав, что ветер вокруг нее, утих, Халлира медленно открыла глаза, с легкой грустью оглядывая такой знакомый и ненавидимый ею раньше, но желанный теперь, пейзаж. Силдеюр ничуть не изменился с ее последнего визита несколько лет назад. Над головой эльфийки тихо шелестели, словно переговариваясь между собой, кроны деревьев, а над ними сверкали звезды – те самые звезды, которые были ей так близки и которые вызывали сейчас какие-то противоречивые чувства, заставляя сердце болезненно сжиматься от горьких воспоминаний.
      - Халлира? – удивленный голос заставил девушку обернуться и встретиться взглядом с высоким звездным эльфом. Изумление на его лице быстро сменилось радостной улыбкой. – Что привело тебя сюда, сестренка? Снова пришлось спасаться бегством, как в прошлый раз? – хмыкнул парень, но осекся, заметив блеснувшие в глазах эльфийки слезы. – Что случилось? – он внимательно посмотрел на девушку, но та только помотала головой, не собираясь сейчас ничего объяснять. Шагнув к Халлире, эльф крепко обнял ее, успокаивающе погладив по волосам. – Пойдем, я провожу тебя до ближайшего портала в Фаэрун…
      - Нет, Эльзар, - Халлира высвободилась из объятий брата и отрицательно покачала головой. – Проводи меня домой, я так давно не видела родителей…
      Развернувшись, девушка зашагала вперед и не заметила изумленного взгляда Эльзара, которому на миг показалось, что перед ним стоит не его сестра. Звездная эльфийка опустила взгляд, снова убедившись в отсутствии амулета, и ускорила шаг. Не оглядываясь назад, Халлира шла вперед по тропе. Домой. Туда, где ее никто не ждал, но где она надеялась найти покой. Покой и забвение… Возможно, когда-нибудь она и сможет вернуться в Фаэрун, но сейчас звездная эльфийка не могла об этом и думать... Возможно, Кореллон Ларетиан примет обратно свою жрицу...

***

      На берег стремительно опускались сумерки. Эвели видела сквозь просветы в деревьях отблески костров, которые развели люди Кошнака. Девушка опустилась на разложенные на песке одеяла и лишь только прикрыла глаза - сразу провалилась в глубокий сон. Не смотря на свои слова о том, что их никто не хватится, Фьерн потратил последние силы на то, что бы окружить маленький лагерь привычными охранными чарами, после чего устроился рядом с эльфийкой. Промерзший насквозь, он тянулся к её теплу, крепко обнимая девушку.
      Проспав несколько часов без сновидений, Эвели погрузилась в объятия ночного кошмара. Застонав во сне, девушка неосознанно прижалась к колдуну, откинув голову назад, сметая волосами речной песок. Снова пробудилась кровь, столь часто используемая бардом за последние сутки. Время эльфийки убегало как песок сквозь пальцы, тот, что она в полубреду сжимала сейчас руками... Веки девушки чуть приоткрылись, и в них полыхнуло пламя. С лёгким криком, она проснулась, запуская руки в волосы, чувствуя, как отчаянно колотится сердце.
      Отдышавшись, Эвели посмотрела на спящего рядом мужчину, откидывая волосы с лица и глубоко вздыхая. Сколько это ещё будет продолжаться? Становится всё опаснее, с каждым днём... Этот жуткий кошмар – в нем она превратилась в драконицу, разрывая окровавленными зубами и огромными когтями все живое, что попадалось ей на пути. Бард не могла так рисковать, рисковать его жизнью. На секунду она крепко зажмурилась, ощущая набежавшие горячие слёзы. Потом протянула руку к сумке и достала письмо, которое написала в заброшенном лесном домике и раздумывала - пригодится ли... Если бы он сейчас открыл глаза и посмотрел на неё своим прохладно-льдистым взглядом, она не смогла бы... Но Фьерн спал непривычно крепко, измотанный ужасной битвой.
      Эвели положила пергамент рядом с колдуном, с трудом поборов желание в последний раз погладить его по темным волосам, быстро собрала свои вещи и подошла к кобыле, которая тихо заржала, приветствуя хозяйку. Стараясь не оглядываться, девушка забралась в седло, взяла поводья и направила Селину вдоль реки по пляжу. В спешке лунная эльфийка не заметила, что потеряла одну из сережек, подаренных колдуном, и та осталась лежать на сером песке, неподалёку от копыт чёрного скакуна. Скоро эльфийки и след простыл...
      Похоже, бой выпил из Фьерна все силы без остатка, колдун спал словно мертвый. Разбудил его только Иней, отчаянно скребущий руку мужчины. Не увидев Эвели, Фьерн сразу встревожился.
      «Может, отошла... ненадолго… сейчас вернется», - пытался он успокоить себя. Но нет. Вскоре пришло понимание... Рука нащупала листок, развернула, поднесла к глазам... Изящные эльфийские руны, написанные на кусочке пергамента, гласили: "Прости меня. Мои сны рассказали мне будущее. Я становлюсь опасной для тебя, и ты должен меня отпустить. Кровь забирает то эльфийское, что ещё осталось во мне и скоро я превращусь в чудовище. Пожалуйста, не ищи меня, так будет лучше для нас обоих. Просто вспоминай иногда с улыбкой и знай, что я действительно полюбила тебя. Эвели Неррель".
      Не один раз колдун перечитал написанное, а когда понял... из груди его вырвалось нечто среднее между воем и рыком. Вскоре Фьерн понял, что уехать она успела уже далеко. Оброненная серьга под копытами коня казалась ему насмешкой, но он бережно убрал её в сумку. Не совсем понимая, что делает, колдун подхватил Инея, вскочил в седло и помчался на север.

0


Вы здесь » Faerun: The Neverending Story » Фанфикшн » Струны, звезды и лед


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC